Хроники Долгой Ночи

      Погода на тракте менялась день ото дня, но все более отчетливо ощущалось приближение зимы. Днем отряд заливали дожди, изредка переходящие в град, ночью же отряду приходилось разжигать костры в глубине леса, ибо заморозки могли запросто убить их, а тракт денно и нощно патрулировали отряды, посланные найти беглецов Родана. Так, или иначе, просто идти по дороге они не могли — шанс оказаться найденными был очень велик, что заставляло их передвигаться в полной тишине на приличном расстоянии от тракта. Пару недель они передвигались так, а извилистый тракт никак не думал заканчиваться.       Но все же, стоит признать, что лес был необыкновенной, своего рода мистической красоты. Многовековые дубы и сосны, пережившие не одного правителя, росли повсеместно, переплетаясь и спутывая собственные кроны. Опасной живности никто на удивление не встретил — по пути попадались лишь зайцы и олени, правда вид их оправдывал название Зачарованного тракта — зайцы были размером с добрую бочку эля, а олени своим видом внушали страх, хотя сами сбегали при первом контакте с людьми.       По истечению шестнадцатого дня пути стали отчетливо видны белые снеговые шапки, становившиеся с каждым часом все ближе и ближе. По ночам стали редеть факелы, а это означало только одно — все ближе и ближе граница с княжеством Унферт…       Граница всегда была опасным местом, так как всегда здесь происходили крупные стычки и сражения. Вдали виделся крупный пограничный город Эрно, в который заворачивал Зачарованный тракт, но даже этот факт никак не влиял на то, что тела убитых, их скелеты никто не выходил убирать. Грязные, одетые в ржавые брони они лежали повсеместно. Отряд не стал тормозить, ведь уже на глазах у них маячил заветный Загорский проход.       Даже не заночевав и не сделав привал в страхе того, что отряды короля догонят их, они двинулись в проход. Загорский проход некогда был главной торговой артерией, связывающей Загорье с главной частью королевства Эрнедон. Но восстание Родрика Эргана сделало свое дело — слугам короля Балерна путь в Загорье отныне закрыт. Осталась лишь неухоженная дорога, из щелей которой то и дело лезет трава. Горное ущелье сравнительно легко далось им. Преодолев с десяток километров по ущелью они наконец-то вышли на равнину.       — Привал! — крикнул Родан, и обессилившие люди упали на голую землю, даже не обратив внимание на то, что она была холодной и грязной из-за дождей. Чуть позже отряд сместился ближе к небольшой роще, где люди на скорую руку разбили лагерь и принялись разжигать костры.       — Мы скоро будем на месте, Бэр. Какова вероятность что люди, живущие в этом городке, нас кокнут? — с усмешкой Родан спросил у Бэра.       Бэр поднял свои уставшие глаза и ответил:       — Друг мой, шансы примерно равные, но я думаю, что золотко, которые мы бережно несем уже третью неделю заставит их одуматься. Плюс ко всему мы идем с благими намерениями, Да и король слабоват, не сможет выставить сильное войско.       — А мы сможем? — перебил Родан, вопрошающе взглянув на Бэра.       Хотел только Бэр ответить Родану, как оба услышали стук копыт и звук этот становился все ближе и ближе.       — Занять круговую оборону! — отдал приказ Родан, после чего все попрятались за повозки, держа наготове оружие. Появились всадники, доспехи которых были чернее ночи, но по мере приближения к лагерю они заметно сбавили ход коней, а когда отряд Родана находился от них не более чем в пяти метрах все окончательно остановились. Впереди всех располагался один конник, который, спустившись с коня, сказал:       — Я сэр Родрик Эрган, рыцарь Эрнедона в изгнании и защитник этих земель, это мои братья Йен и Эндор. Куда направляетесь?       Прежде чем ответить, Родан осмотрел Родрика. Его рост был самым великим из всех, что он, когда-либо видел. Взлохмаченные его волосы развевались по ветру, а суровое, но приятное лицо было грязным и уставшим. Братья его более скромны на вид. Эндор был простым с виду человеком, высоким конечно же, но не как его гигант-брат. Его нельзя было назвать воином, но и простаком. Он обладал суровым лицом молодого северянина, но имел волосы короче и светлее, отличные от всех людей рода Эрганов. А вот Йен уже был ростом, немного не дотягивающимся до Родрика, и, как казалось, самым весёлым — он бесконечно улыбался. Волосы его — средней длины, и не так сильно волнисты, он заслуживал право называться «лохматиком». Он сходу, даже не спросив имени странников, спросил:       — Что, вечно будешь слюни глотать? Отвечай же моему брату!       Родан понял, что хамить не лучшее решение из всех, которых он может принять, и сказал:       — Мы хотели добраться до Ман-Блу, и можете верить — у нас только благие намерения!       — Постой, не те ли вы безумцы, что решились вынести торговую гильдию? — со смехом добавил Йен.       — Хм, слухи уже дошли? — спросил Родан, не скрывая удивления.       — Ну гости — это хорошо, все-таки они нужны, чтобы периодически наводить дома порядок! — отшутился Йен, вызвав улыбки и смех почти у всего отряда.       — Неделю как, не смотря на нашу изолированность. Итак, сколько вы вынесли? — спросил Родрик, пристально осмотрев сложенные сундуки и товары.       — Ну, может тысяч десять-двенадцать, не было времени пересчитать…       — Солидно, солидно… Смотрю оружие у вас лежит, провиант — что, все в народ пустить планируете?       — Наша задача помочь людям, и, думаю, ваша тоже…       — Ты совершенно прав, мой дорогой друг! Ахахахах, если вы не против, мой отряд заночует рядом с вами, а утром мы выдвинемся к городу. Посмотрим чего вы стоите, и поможем выгнать старосту города, проскочил слух о том, что под королем он, продажный ублюдок.       — Будьте как дома! — смиренно сказал Родан.       — Мы и так дома, друг мой…       Рыцари расположились рядом с лагерем Родана, а сам он не заметил как заснул…

***

      Утро было морозным и свежим. Потушив костры отряд мгновенно снялся с места, в то же время отряд Родрика уже ожидал их в полном обмундировании. Конники двигались в стороне от отряда Родана. По мере того, как они шли Родан все больше понимал, что завидует уровню организации и красоте доспехов отряда Родрика. Они словно черная туча двигались в стороне от них, периодически запевали песни, то веселые, то грустные.       Городок Ман-Блу показался на горизонте спустя пару часов. Цель достигнута, город в шаговой доступности. Население городка насчитывало до пяти тысяч человек. Помимо       того вокруг было много деревень. Всего же в районе Ман-Блу проживало не более тридцати тысяч человек. Войдя в город, отряд не увидел хорошей жизни. Везде валялись ржавые инструменты. Тощие люди ходили еле-еле, передвигая своими костлявыми ногами.       — Даже скота нет. Всех пережрали. — подметил Бэр.       Молчаливо они шли до самой площади. Выйдя туда, они услышали крик глашатая:       — Все мужчины, возрастом от четырнадцати лет, призываются королем Балерном Первым для участия в войне против…       На этих словах глашатай, разрубленный пополам, упал. Взади стоял Родрик, со смехом добавивший:       — Как же меня бесят эти королевские подстилки.       Подозвав Родана жестом, Родрик отошел. Родан понял, что ему надо сказать речь, благодаря которой жители проникнутся к нему и может быть поддержат:       — Жители Ман-Блу! Вы много лет живете под гнетом властьимущих, богатых и сильных. И я жил так, жалованья не хватало, но работать заставляли. И тогда я подумал, зачем жить так? Надо что-то менять. Да, я не великий человек, граждане, да, у меня не было великих побед за плечами и больших денег в кармане. Я простой кузнец, моё имя Родан, и я хочу спросить у вас, вы хотите что-то менять? Вам нужен лидер, вышедший из простого народа?       — Да! — раздались крики толпы.       Одобрительные крики народа воодушевили Родана, он сошел с помоста, подошел к Бэру и сказал:       — Откройте амбары старосты и чиновников, раздайте народу продукты в разумных количествах. Родрик!       Гигант повернулся к нему лицом, и спросил:       — Чего?       — Возьми своих лучших воинов, и пошли поговорим с отработавшим свое время старостой…       — Знаешь, я не подчиняюсь ничьим приказам, но мне в радость рубить королевскую свиту. Пошли! - сурово рявкнул мужчина в ответ.       Конники спешились и двинулись в сторону ратуши. Гарнизон сопротивления не оказывал — завидев знакомые доспехи и легко узнаваемого Родрика они сразу бросали оружие и сдавались. Даже построившиеся перед ратушей два десятка стражников бросили оружие и не стали оказывать сопротивление. Родрик, Родан, Йен и Эндор поднялись по ступенькам и вошли в ратушу. Из углов вылетело двое стражников. Первому Родрик махом снес голову,       а второй пал жертвой топора Йена. Родан, подойдя к старосте, сказал:       — Вы объявляетесь в преступлениях против народа. Каков приговор, сир Родрик?       — Виновен! — сказал Родрик, и разрубил верхнюю часть тела старосты пополам, от макушки головы до ребер. Кровь и кусочки мозга брызнули в лицо Родану, и на секунду ему стало плохо.       Он скинул старосту с насиженного им места, сел на него, несмотря на то, что оно было испачкано кровью и сказал:       — Родрик, нам нужно поговорить наедине…