Хроники Долгой Ночи

      Наступило утро. Первые лучи рассветного солнца пробили узкие щели между занавесками и разбудили Родрика, сонно перевернувшегося на другой бок. Кровать была для него необыкновенно маленькой и нижняя часть его ног полностью свисала над полом. Роза уже не было рядом с ним, видимо она ушла помогать Антее в подготовке к коронации. Так и не преодолев свою сонливость, Родрик отвернулся от окна и постарался заснуть еще раз.       Неожиданно для себя он услышал скрип двери и плавные шаги, неторопливо направляющиеся к его кровати. Он почувствовал лёгкий толчок в бок, но не среагировал. Второй толчок он тоже оставил без внимания, лишь поплотнее укутавшись в меховое одеяло. Услышав, как назойливый посетитель, будто бы удаляется, Родрик уж было успокоился, но шаги вдруг резко стали ускоряться в его сторону, а затем, после очередного сильного толчка, Родрик наконец-то упал с кровати. — А ну живо встал! — услышал Родрик голос, очевидно принадлежавший Кэтрин, поступком этим растрепавшей свои прямые длинные волосы. — Хорошо, хорошо, командир… — сказал Родрик сквозь сон.       Родрик поднялся с пол и стал одеваться. Парадная рубаха, сапоги, мантия, штаны — уже всё это лежало на дубовой козетке. Одевшись, Родрик неторопливо вышел из комнаты.       В гостиной сидел Йен, как понял Родрик, сонный и хмельной. Видимо, Кэтрин разбудила его раньше, ибо Йена, как говорила сестра, всегда было проще поднимать с постели. Вид его был довольно удручающим. Он был одет в парадную одежду и мантию с гербом Эрганов, но его, уже снова отросшие волосы, были очень спутаны и взлохмачены, лицо было такое кислое, будто он съел что-то отвратительное, мерзкое. Сев на кресло, стоящее напротив Йена, Родрик недовольно, в своей манере, заговорил: — Доброе утро. Ты как?       Йен повернул голову к Родрику и впервые за утро подал признаки жизни. — Доброе, хотя и не такое, как мы любим. Голова болит… — А я тебе говорила, не надо перебарщивать с вином! — с осуждающим видом сказала Кэтрин, вошедшая в гостиную из своей комнаты. — Да ладно тебе Кэтрин, мы же живы. — Конечно, живы, но похожи на два чучела. — сказала Кэтрин и, резко протянув руку, к тумбе, схватила гребешок.       В такие моменты Йен хотел прыгать из окна. Он не имел привычки расчёсываться, а поэтому его волосы часто спутывались в колтуны. Их приходилось выстригать, ведь они не поддавались ни гребню, ни, тем более, простенькой деревянной расческе. Однако девушке было всё равно, поскольку она уверенно подошла к Йену и начала заниматься его длинными каштановыми волосами. Йен хныкал, но терпел эту, неприятную процедуру. — Ну как ты? — язвительно спросил Родрик у очевидно страдающего Йена. — Знаешь, из всех моих ранений — это самое больное…       Кэтрин пнула Йена и он улыбнулся. — А ты смейся над ним, смейся, — игриво проговорила Кэтрин Родрику, — сейчас я с ним закончу и перейду к тебе.       Улыбка Родрика исчезла у него с лица. Пожалуй, больше всего он боялся именно сестру. После того, как она расчесала обоих, им наконец-то принесли завтрак и они продолжили разговор.

***

      Родан проснулся очень рано. Антеи рядом с ним уже не было, очевидно, она начала уже прихорашиваться для коронации. Конечно, сегодня же он её коронует! В приподнятом настроении, пускай и сонный, Родан спустился вниз, где его уже ждала целая делегация пажей и старейшин. Бэр стоял во главе их, и, осмотрев своего друга с ног до головы, начал разговор: — Ваше величество, вас должны уже начинать наряжать, а вы, как я вижу, ещё спите? Вы должны были приготовить речь подданным. — Это уже не проблема. Я занялся этим вчера. — Проблем не будет? — для полной уверенности переспросил Бэр. — Нет, я подтянул грамоту, если ты об этом, — обиженно и сонно промолвил Родан. — Тогда приступаем, — сказал, как бы отдавая сигнал пажам, Бэр.       Пажи как стервятники накинулись на Родана и уволокли гардеробную. Как же они его «истязали»: постригали, брили, множество раз примеряли наряд для коронации. Родан вышел к Бэру, полностью облаченный в дорогие одежды, а голову его венчала корона, отлитая в замка Рагнарек по заказу самого Родана. — Ну как я выгляжу? — спросил Родан, осмотрев себя с ног до груди. — Ну, если бы у соития было имя, я бы назвал его в твою честь! — отшутился Бэр, после чего они оба засмеялись, отправившись в чертог, контролировать подготовку к вечерним торжествам.

***

      Роза уже рано утром зашла к Родану и Антее, надеясь пораньше разбудить свою госпожу и подготовить ее к коронации. — Госпожа, просыпайтесь… — тихо, подталкивая Антею, шепнула Роза.       Антея медленно открыла глаза. Родан спал рядом, а Роза уже достала её накидку. — Ты нашла место для подготовки? — спросила Антея, засыпая прямо на ходу. — Конечно. А вы во мне сомневались? — нежно улыбнувшись, ответила Роза.       Одев накидку и для бодрости умывшись холодной водой, Антея вышла из чертога и пошла за Розой. Они прошли пешком по городу минут десять, после чего свернули к дому у окраины города, на удивление богато украшенному, и несущему на себе знамена, но в темноте их было очень трудно различить. Роза постучала в дверь и, немного постояв, они услышали шаги, приближающиеся к выходу. Дверь начала отворяться и Антея увидела Кэтрин, одетую и, очевидно уже давно ожидавшую их. — Проходите быстрее, пока мои братья спят. — прошептала она.       В полной тишине зашли в дом, по которому раздавался басистый храп, исходящий из комнаты, где спал Йен. — Ой, так неудобно, — шепнула Кэтрин. — Пойду, разберусь. Проходите в ту комнату, в полной тишине, пожалуйста.       Антея и Роза зашли в комнату, а через пару минут услышали шаги лёгкие и потяжелее, видимо Кэтрин разбудила Йена. Вскоре они услышали грохот, как будто кто-то большой упал на пол, и через минуту к ним зашла Кэтрин. — Ух, разбудила. Родрик, блин, большой, трудно разбудить. Кое-как столкнула! — со легким полусмешком шепнула Кэтрин.       Из гостиной послышались тяжёлые шаги и разговор, наверно Родрик вышел к Йену в гостиную. — Так, нам надо выбрать платье, хм, у нас есть двадцать четыре платья, которые мы привезли с собой. Нам их сшили лучшие портные Маграо и благо Кэтрин помогает нам. — шепнула Роза, открывая гардероб. — Надо выбирать… — удрученно шепнула Антея.       Кэтрин ходила по комнате, и, достав гребешок, пошла к братьям. Из гостиной послышались стоны и Йена и Родрика вперемешку с упрёками Кэтрин. Все платья нравились Антее, но в свой своеобразный финал она и Розой добавили только два: красное волнистыми белыми узорами, и черное, с шитьём из золотой нити. В итоге Анталия выбрала чёрное платье.       Кэтрин вернулась через полчаса, но несмотря на это разговоры братьев продолжались, что позволяло наряжать Антею понемногу переговариваясь, но только исключительно перешептываясь между собой. — Извините за братьев, за такими только глаз да глаз нужен.— Сказала Кэтрин, войдя в комнату и закрыв за собой дверь. — Я заметила в Родрике очень странную особенность — он отстранён от общества. — приметила Антея. — Есть такое, просто у него было не очень лёгкое детство. — А пояснить можешь? — с интересом спросила Роза, расчёсывая Анталию. — В детстве, до рождения Эндора, Родрика очень любили все, а после появления Эндора Родрик ушёл на второй план. — Как несправедливо! — возмущенно ответила Роза, показывая свое полное небезразличие к Родрику. — В итоге Родрик на улицах познакомился с кузнецом Гором. Он научил его первичным знаниям в военном деле. Родрик проводил с Гором всё время с утра и до поздней ночи. Гор научил Родрика народной медицине, читать, писать… — Читать и писать? Он был образован? — с приятным удивлением и улыбкой спросила Антея. — У нас в Рагнареке закон такой — все придворные должны владеть грамотой. А он придворный кузнец. Когда родилась я, Родрик вернулся в замок и взял на себя ответственность за моё воспитание, уж больно хотел помочь стареющему отцу. Справился, наверное… — Он, можно сказать, вырастил тебя? — спросил Роза, которая уже закончила с расчёсыванием и приступила к закручиванию волос. — Конечно. Но он не переставал ходить к Гору. А когда Родрику исполнилось восемнадцать, Гор сковал Родрику прочнейшие доспехи из чёрной стали и его знаменитый полутораметровый меч. — Ух, не хотелось бы мне злить Родрика! — с кроткой улыбкой отшутилась Антея. — Но хорошо, что мы друзья. — И вот, вскоре Гор умер, а Родрик ушёл в себя, но до сих пор так и не вернулся. А после вообще не стал подчиняться королю Балерну, и был изгнан…

***

      Родрик и Йен сидели, медленно уплетая свой завтрак и говорили о жизни, чего в последнее время им очень не хватало. — Жалко, что я ещё не путешествую! — заявил Родрик. — Довольно долго мы были изгнанниками, а сейчас мы просто налаживаем жизнь. — Пора наряжаться, брат. Рыцари короля должны быть в доспехе и плаще. — Уверенно сказал Родрик и двинулся в свою комнату.       Доспехи уже были идеально начищены, видимо Кэтрин не спала всю эту ночь, ибо желала, чтобы братья выглядели статно и элегантно на коронации. Он не изменял себе, не стал по случаю празднества наряжаться в что-то яркое, и не стал брать яркий плащ, не сменил доспех, оставив все в фамильных черных цветах рода Эрганов.       Через час оба брата, уже в полном облачении, сидели в гостиной. Дело клонилось к вечеру. Пора собираться. Дверь комнаты сестры скрипнула и начала отворяться. Вдруг из неё появилась Анталия и Клети, за ними вышла Кэтрин. Все прекрасно выглядели. Анталии особенно шло чёрно-золотое платье, Розе — красное, а Кэтрин — бежевое. Йен на миг обомлел, чуть ли не оттопырив свою челюсть и не выронив ее из рта смотря на них. — Что смотрите, пошли! — в приказном тоне заявила Кэтрин.       Родрик и Йен встали с кресел, и пошли за девушками. — За нашей спиной, Кэтрин, у тебя талант. — Сказал Родрик, поражаясь своей молодой сестра.       Они вышли на улицу, где их уже ждала карета, пажи подвели Родрику и Йену лошадей.

***

      Родан, нетерпеливо кусая ногти, готовился к вступительной речи в тронном зале. Его окружала толпа верных слуг и советников. Родан перечитывал речь, составленную собой и перепроверенную Бэром. Зал чертога наполнялся очень быстро. Родрик и Йен, вошедшие в зал в числе последних, встали, как и обговаривалось, между тремя тронами: короля, королевы, десницы.       «Соберись, думай о хорошем!» — про себя говорил Родан, пытаясь настроить себя, но волнение было сильнее.       Заиграла музыка. Флейтисты, барабанщики, трубачи, гусляры — они все играли с душой, затянув простенькую мелодию, постепенно, с каждой сыгранной нотой, наполняющуюся каким-то непередаваемым величием. Родан вышел в зал под одобрительный гул лордов, присутствующих на торжестве. За ним шёл Бэр и Аэрон Дэмфэйр, неся символы первых королей древнего королевства Рэйдан. Короны для короля и королевы, сделанные точно по образцу и чертежам первой короны древних Загорских королей.       Бэр и Аэрон вышли вперёд и встали напротив тронов: Аэрон — напротив трона королевы, Бэр — трона короля. Музыка стихла, и Бэр начал говорить. — Вы, Родан, сын Ортенга, правитель Ман-Блу и всей Загорской области, намереваетесь стать королём свободного и независимого Загорского королевства. Как король, вы должны защищать права простого люда. Клянётесь? — Клянусь. — Клянётесь ли вы защищать и соблюдать права знати этих земель? — Клянусь. — Клянётесь ли вы быть милосердным и жить праведно? — Клянусь. — В таком случае, Родан сын Ортенга, я провозглашаю вас королём Роданом I, законным правителем Загорского королевства.       Родан встал на колени. Бэр подошёл к Родану ближе и возложил корону на голову Родана. Он встал обернулся лицом к залу и вознес одну руку в небо, ожидая одобрения лордов. Лорды начали громко аплодировать, но сразу шумы стихли, как дверь зал отворилась.       В зала вошла Антея. Она шла спокойно, опустив голову, и сильно волновалась. Родан взял её за руку и подвёл к Аэрону, который возложил корону ей на голову. Родан поцеловал её, а Бэр на весь зал провозгласил.       — Да здравствует король и королева!       Родрик посмотрел на Розу. Она ему улыбнулась, а он, немного погодя, сдержанно улыбнулся в ответ. Родрик, вся жизнь которого прошла в непрерывной борьбе за свободу этой земли, наконец то был спокоен, доволен этим результатом. Он нашел свое истинное счастье.       Родан, усадив Анталию на трон, снова обернулся к залу, и, проглотив комок в горле, возникший от серьезного волнения, громко и почти уверенно начал: — Жители королевства, мои верные подданные, сегодня я дал клятву и постараюсь её сдержать, во что бы то ни стало. Королевство будет процветать, мы забудем о войнах. Мы станем едины, а единство побеждает даже самого лютого врага. Я долго думал о назначении десницы и, наконец, пришёл к решению. Им станет мой друг, и верный соратник — Бэр.       Тельрог явно не был готов к этому, но подошёл к Родану и получил от него перст десницы, украшенный сапфиром, как символом верности и мудрости. — Такой красивой королеве явно понадобится умелый охранник, а посему я и назначаю своего друга, не раз показавшего себя в боях — Родрика Эргана. Но, это будет не последнее его назначение, ибо я назначаю его маршалом королевства к тому же.       Родрик сделал вид, что не обратил внимания на слова, но поменялся с Йеном местами, встав рядом с троном королевы. Антея посмотрела на Родрика и тоже лучезарно заулыбалась, в очередной раз смутив его.       Родан долго говорил, назначал своих лордов, заведующих отраслями экономики королевства. В итоге от зала старейшин не осталось и следа. Появился вместо него совет лордов. Лорд-строитель, лорд-корабельщик, лорд-командующий и так далее. Потом начался пир, шедший до самого утра.