Акт третий. Глава 47. Святая война.
3 мая 2019 г., 12:34
Родан гордо въезжал в город, встречающий его, как победителя разбойников и мятежников. Личный триумф был по нраву королю. Он чувствовал себя героем, чуть ли не живым богом, хотя понимал, что без своих лордов он бы не смог добиться такого успеха. А потому они ехали рядом с ним, во главе колонны, направляющейся к ристалищу, на территории которого должен был состояться турнир в честь короля-победителя. Лишь Аэрона Дэмфэйра не было с ним — лорд остался со своими солдатами в Ризмонте — искать сбежавшего Эдварда Мура.
Король и его свита въехали на площадь, на которой собрались многие жители Ман-Блу, выкрикивающие одобрительные слова в адрес своего короля. Войска Родана и люди его лордов построились за королем, а тот в свою очередь двинулся к Антее, ждавшей его на каменном постаменте, где обычно собирались глашатаи. Родан поднялся по ступеням, но не увидел ни рядом, ни в толпе лиц Кэтрин и Йена Эрганов, очевидно проигнорировавших возвращение короля.
— Милая. — ласково произнёс Родан, подошел к Антее, прижал её к своей груди и нежно поцеловал в щеку.
— Мой король… — тихо промолвила Антея, понимая, что страсть между ними прошла, или, по крайней мере, у неё по отношению к нему её точно не было.
Родан отошел от своей королевы, ибо нужно было поприветствовать своих советников, союзных лордов, оставшихся в Ман-Блу на время его отсутствия. Телохранитель Родана, сир Гаррет Норрингтон, шел прямо за королем, вежливо поклонился королеве, и сразу же отошел в сторону. Антея решила осмотреть толпу, и, неожиданно для себя, в толпе увидела знакомые глаза, и милое, доброе лицо, взгляд которого тоже был направлен на неё. Это был Бэйл, спрятавший лицо за плотным капюшоном.
— Ристалище готово? — поинтересовался Родан, оказавшись в компании советников.
— Да милорд, все в лучшем виде. Мы готовы устроить великий турнир в вашу честь прямо сейчас! — доложился старец, указав пальцем на район расположения ристалища.
— Мои лорды! — развернувшись, уверенно начал Родан — все мы устали, а ваши солдаты тем более. Предлагаю вам пройти со мной на турнир, участие в котором сможет принять каждый. Для всех и каждого будет накрыт стол, согрета кровать, вы можете ни в чем себе не отказывать.
Солдаты лордов ответили одобрительным гулом, а сами лорды ограничились смешками и тихими аплодисментами. Родан с Антеей спустились с постамента после чего направились к ристалищу, многие последовали их примеру, и лишь Гаррет Норрингтон, заметивший направленный в толпу взгляд королевы, двинулся туда, надеясь разглядеть то, что так рьяно рассматривала Антея. Он начал всё дальше продвигаться в сторону небольшой улицы, не понимая, что его водят за нос…
***
— Ну что, лорд Рэндэл? Всё в силе? — поинтересовался лорд Хэйс Колодор, недавно предавший лорда Мура, как оказалось, для отвода глаз. — А что может быть не так? — с улыбкой произнес Бэйл, углубившись в переулок, оставив Хэйса и его людей. Им ничего не оставалось, как следовать далее, на ристалище, где уже начал собираться народ. Лорды, рыцари, простые воины, для которых честью было увидеть турнир, что уж говорить об участии в нем. Все больше знакомых лордов встречалось Хэйсу, но один человек, одетый в явно большие для него доспехи, привлек внимание корыстного лорда.***
— Долго еще ждать? — спросил Турр, обращаясь к лорду, наблюдающему за городом с холма. — Я не знаю… Нам нужно дождаться сигнала и момента, когда врата города будут открыты для нас. — спокойно проговорил Михаэль Боле, всё-таки приведший свои войска к стенам Ман-Блу.***
Йен медленно шагал по улицам города, осматриваясь и ища знакомые лица в толпе. Этих было много, но это были явно не те люди, с которыми бы Йену хотелось говорить, и вообще, скрашивать их присутствием свой вечер. Сестра осталась дома с Розой, вернувшейся из Рагнарека после того, как познакомилась с отцом Родрика. Рыцарь надел на себя доспехи и по обыкновению взял с собой свой здоровенный меч. — Все таки ты жив? — проговорил Генрих Лейбах, подошедший к Йену со спины. Йен развернулся лицом к лорду, и сразу же, не придав словам значения, выпалил: — А я смотрю, лорд Лейбах, вы таки ждали смерти самого лучшего фехтовальщика королевства? — Не знаю, по-моему твой брат то еще живой! — со смехом проговорил Генрих, протянув руку Йену. Они крепко пожали друг другу руки, и двинулись к ристалищу, до которого уже было рукой подать. То самое ристалище было реально огромным — мест на нем могло хватить чуть ли не на добрую тысячу человек, а те, кто не вместились на нем, могли принять участие в скромных турнирах на ярмарке, расположившейся с южной стороны ристалища. Они разошлись сразу же, как ступили на территорию ристалища. Йен начал оглядываться, хотел найти себе место, но неожиданно для себя поймал взгляд короля, жестами подзывавшего Йена к себе. Пройдя несколько ярусов ступенек, рыцарь предстал перед Роданом и Антеей, восседавших на главенствующих местах верхнего яруса. — Мой король… Моя королева… — почтенно высказался Йен, поклонившись каждому из них. — Наконец-то! Давно мы тебя не видели! — радостно сказал Родан и обнял Йена. Йен смотрел на Антею, а та в свою очередь прятала взгляд, не желая видеть ненависть, проснувшуюся к ней у своего уже бывшего друга. — Располагайся рядом с нами, мы тебе всегда рады… — проговорил Родан, указав на свободное место слева от королевского трона. Йен кивнул и без лишних слов сел рядом с Роданом. Король в свою очередь взял рог, до краев наполненный вином, спустился на ярус ниже, и объявил: — Да начнется же турнир! По ристалищу разнесся одобрительный гул, и герольд, взяв с собой длинный список, вышел к центру арены.***
Гаррет плутал по переулкам уже почти полчаса. Его почему-то не заботило, что король остался без защиты. Он осматривался, пытаясь найти хоть какие-то следы. Переулки приводили к тупикам, или же к выходу на другие улицы, что Норрингтону не очень нравилось. Еще раз осмотревшись, Гаррет увидел на земле что-то, что не могло не привлечь его внимания. В переулке, рядом с выходом на главную городскую улицу, на земле он увидел прогоревший табак. Уж было он хотел побежать на ристалище, но оттуда сразу же послышались крики, лязганье лат и бой мечей. — Твою же мать! — выругался Гаррет и, вытащив свой полуторный меч, рванул на ристалище.***
Родан наблюдал за ходом поединка. Некий рыцарь, несущий на себе знамя дома Парсон, пытался выбить из седла лорда Хэйса, ни с того ни с сего заявившегося на турнир. Поединок был неимоверно скучным, и Родан, заметив редкие клубы дыма на противоположной стороне ристалища, начал вглядываться в лица сидящих там людей. Увидев у одного из них трубку, Родан встал, а человек, держащий её, перевел взгляд на короля. Приглядевшись Родан сразу признал Бэйла Рэндэла. Рэндэл, легко улыбнувшись, приложил трубку к виску, якобы поприветствовав Родана. Сразу же после этого жеста лорд Хокс, сидящий рядом с Роданом, резко выхватил кинжал, и вонзил Родану в спину. Почувствовав резкую боль, Родан упал на деревянные ступени. Солдаты лордов, присутствующих на турнире, резко выхватили оружие и накинулись на гвардейцев Родана, его советников и лордов, а арбалетчики, построенные на крыше ристалища, начали обстреливать мирных граждан, гуляющих по ярмарке. Люди начали в панике разбегаться, но охраняющие ярмарку воины набросились на них, разрубая всех от мала до велика. Площадь окропилась кровью, и вскоре воины вышли на улицы города, где их союзники уже устроили безумие…***
Гаррет бежал по улице, как вдруг солдаты ни с того ни с сего начали выхватывать оружие и нападать на граждан и гвардейцев короля, патрулирующих улицы небольшими группами. Поняв, что начался мятеж, Гаррет крепче схватил свой меч, и с ревом накинулся со спины на рыцарей, прижавших королевских гвардейцев к стене. Пара ударов — пара трупов, так его учили всю жизнь. — Пошли, чего встали! — приказал Гаррет, вглядевшись в ошарашенные лица гвардейцев. Они, с оружием наготове, двинулись к ристалищу, подбирая выживших гвардейцев и прорубаясь через отряды неприятеля, заполонившего городские улицы. Чем ближе они были к ристалищу, тем больше трупов и крови они видели на улице — убитые старики, женщины и дети лежали повсюду, и зачастую их тела, наваленные в кучу, путались под ногами у бегущих гвардейцев. Начались первые пожары — обезумевшие солдаты начали закидывать факелами дома, намереваясь выкурить оттуда спрятавшихся людей. — Милорд! Группа мятежников приближается с Глиняной улицы! — Еще группа с Торговой! — Походу нас окружают! — отчаянно завопил последний гвардеец, выставивший копье из строя. — Занять оборону, будем с боем пробиваться на ристалище! — гневно приказал Гаррет, приготовив свой меч.***
Йен, увидев то, как Хокс пронзил ножом Родана, вскочил со своего места, достал меч, и разом разрубил предателя. На трибунах мятежные лорды и их рыцари резали, били, стреляли сторонников, сбрасывая их тела с ристалища на землю, прямо на голову не успевшего покинуть арену Хэйса Колодора. Йен увидел, как Генрих отбивается сразу от трех рыцарей, рванул к нему, оставив раненого короля и королеву одних, но тут же Йена с ног сбил рыцарь Хокса. — Да почему сегодня-то? Не завтра, не послезавтра, а, сука, сегодня! — истерично смеясь добавил Йен. — Твое последнее слово? — проговорил безымянный рыцарь, занеся свой меч над головой Йена. — Мне бы хотелось услышать твое для начала… Рыцарь усмехнулся, нанес удар, но Йен убрал голову, и удар пришелся на прочнейший наплечник, выкованный из черной стали. На нем осталась вмятина, и Йен, поняв, что это его шанс, схватился латной рукавицей за меч, не дав рыцарю нанести повторный удар, а сам при этом выхватил с пояса нож, который всадил рыцарю в шею. Генрих еще был жив, но сил его были на исходе, но вовремя подоспевший Йен сразу же срубил одновременно двух мятежников, а с последним подуставший Генрих справился уже без особого труда. Йен схватил Генриха за плечо, и громко, потрясенным от увиденного голоса начал: — Надо идти к корол… Не успел Йен закончить фразу, как в глаз Генриха попала стрела, пробившая голову насквозь. Генрих сразу же упал на ступени, а Йен, поняв, что остался один, побежал к Родану. Родан чувствовал резкую, страшную боль, пронзившую все его тело, он смотрел на Антею, как вдруг его тело пронзило еще несколько очагов боли. Повернув голову, он увидел наконечники стрел, торчащие из плеча и обеих ног. Силы у него еще были, и он пополз к жене, ожидая, что умрет на руках у любимой. Йен бежал по ступеням, до Родана осталось чуть меньше десяти метров, как вдруг на него накинулся Бэйл, орудующий сразу двумя мечами. Он наносил быстрые удары, заставляя Йена отступать ближе к границе ристалища. И вот, подгадав момент, Бэйл помчал на Йена, спарировал тяжеленный удар меча, и столкнул молодого рыцаря со стены. Йен упал на телегу с фруктами, сломал её и испачкал себя сочными плодами. Он чувствовал, что повредил ногу и ушиб органы, он не мог встать… сильно устал, а вокруг него носились мятежники, убивая последних мирных жителей. Родан из последних сил подполз к Антее, она, спустившись с трона, села перед ним, и начала медленно гладите его лицо. — Антея… — тихим, умирающим голосом промолвил Родан. — Да, Родан. — холодно отозвалась королева, видевшая, что в глубине души её муж уже всё понял. — Я люблю тебя… — Знаешь, я думала, что из нашей страсти выльется хоть что-то, но когда ты отправил меня под суд я лишь убедилась в обратном! — жестко высказалась Антея, достала нож из спины Родана и с огромным наслаждением перерезала Родану горло. — Эй, вы, помогите мне выбраться! — закричал лорд Хэйс, до сих пор находившийся на арене по причине того, что дверь с обеих сторон была завалена трупами. Бэйл прошел до края арены, посмотрел на Хэйса, и наконец-то, злорадно произнес: — Привет тебе от лорда Эдварда Мура! После этих слов лучники выпустили стрелы в Хэйса, изрешетив его до состояния ежа. Антея пораженно смотрела на горы трупов, а Бэйл довольно кивал головой, понимая, что его миссия завершена.***
Йен поднялся с телеги спустя минуту, сразу же обратив на себя внимание всех присутствующих во дворе мятежников. Они, выхватив оружие, начали двигаться к рыцарю, а Йен, вцепившись в свой меч, стал ожидать скорой смерти. Первый воин набросился на него, но тут же Йен ушел в бок, и ловким ударом рассек нападавшему спину, второго Йен просто разрубил пополам, со всей силой нанеся удар по его деревянной палице. Толпа была все ближе и ближе, и тут, неожиданно для Йена, мятежники отвлеклись от него, а часть их вовсе начала бежать. Появился Гаррет, окруженный чуть ли не двумя десятками королевских гвардейцев, и сразу же принялся кромсать проявивших нерасторопность в сражении противников. Когда с ними было покончено, Гаррет схватил Йена за плечо, и гневно выпалил: — Где король, Эрган? — Он мертв, он мертв… Нам нужно уходить самим! — дрожащим от боли и страха голосом промолвил Йен, указав мечом на верхушку ристалища. Гаррет, видя ошарашенного и испуганного Йена, которого он всегда знал, как вечно неунывающего парня, решил проверить, и, пару мгновений спустя мягко спросил: — Что будем делать? — Спасем мою сестру и жену брата, для начала…***
Они побежали по городским улицам, по которым текла кровь и бегали испуганные люди, поскальзываясь на чужих кишках и коже. Выйдя на главную улицу, Гаррет остановился — его очень пугали звуки, доносящиеся от городских врат. Треск становился всё сильнее и сильнее, как вдруг ворота сломались, и в город ворвалась конница под знаменем Михаэля Боле, ехавшего во главе колонны. — Малец, слушай сюда! — приказал Гаррет, дернув Йена за плечо. — Да… Я слушаю… — Забери половину моих людей, и иди спасать свою сестру… Мы их как-нибудь задержим! Йен кивнул, и обещанная половина гвардейцев рванула за ним в переулок, оставив Гаррета сдерживать конницу Боле. Конница обрушилась на выживших, как водопад, сбивая гвардейцев, давя их и разрубая пополам. Гаррет бился как мог, но битву для него оборвал удар меча, разрубивший ему голову от макушки до черепа…***
Кэтрин и Роза прятались дома, периодически выглядывая в окно, но на улице все было неизменно — солдаты рубили каждого встречного, оставляя тела просто лежать на улице. Послышался стук в дверь, и Кэтрин, обняв Розу, как казалось ей, в последний раз, двинулась с ножом к двери. Открыв дверь, она резко бросилась на гостя, но тот остановил ее руку, и когда она открыла глаза, то увидела Йена, за спиной которого стоял десяток гвардейцев. — Вещи можешь не собирать… Мы уходим! — приказал Йен, увидев порубленные тела гвардейцев Эрганов, защищавших дом. Кэтрин побежала за Розой и из дома сразу же направилась в конюшню, откуда выгнала большое количество лошадей, которых с лихвой хватало на всех гвардейцев. — Погнали! — приказал Йен, и за ним, создав круг вокруг Розы и Кэтрин, рванули гвардейцы. На пути встречались только мятежники, но они не могли остановить продвижение конников, а у Северных врат почти никого не осталось — дома горели, трупы лежали вповалку, а редкие фигурки мятежных солдат насиловали женщин в переулках. — Нет времени им помогать! Бежим! Выскочив в проломанные ворота, всадники помчали на северо-восток, к Рагнареку, но, когда они развернулись, с холма увидели горящий город, крики из которого доходили до Йена, даже находящегося во многих километрах от стен Ман-Блу.
