Красная нить.

«Письмо, которое я надеюсь, ты никогда не будешь держать в своих руках. Людям моего круга, моего происхождения не присуще чувствовать столько всего и сразу к кому-то, а тем более к тебе. Но я, к счастью, чувствую, и ничего не могу с этим поделать. Теодор сказал, что рыжий сделал тебе предложение. И я даже рад. Больше у меня не будет права смотреть на тебя, потому что это уже невыносимо. Я серьёзно задумываюсь записаться к доктору, тяжеловато держать всё это в себе, но обременять тебя такой информацией я тоже не могу. Поэтому пусть это будет здесь, в письме, которое, я повторюсь, ты никогда не должна получить. Знала бы ты, как сложно ехать с тобой в одном лифте в Министерстве. Особенно, когда мы вдвоём. Когда ты успела приобрести шампунь с хвоей? Тебе очень идёт. Поддерживать рабочие отношения больше правильно, чем хорошо. Ненавижу слово «правильно». Оно говорит о том, что ты делаешь что-то не потому, что хочешь. А потому ,что так бы сделали нормальные люди. «Правильные» люди. Я помню наш разговор неделю назад. Хотя, ты бы даже разговором это не назвала. Я придержал для тебя дверь, а ты кивнула и сказала «спасибо». Мы стояли в лифте, опять вдвоём. Я спросил, что за сироп в твоём кофе, ты сказала, что имбирный. Потом я уточнил, где можно купить этот кофе, а ты сказала, что купила его в магловском районе Лондона и замолчала. Думала, мне это не понравится. Глупая. Я всё-таки нашёл эту кофейню. Она была в соседнем от Министерства квартале. Я знаю, что тебе неинтересно, но мне понравился имбирный кофе. Я начал подозревать, что ты о чём-то догадываешься. Потому, что ты смотришь так внимательно, так глубоко, мне становится неловко, что я зацепился за твой силуэт в толпе министерских. Я мог бы расписать тебе поэму о безмерной любви и бесконечной преданности. Но я не буду этого делать. Во-первых, я аристократ, меня не так воспитывали. Во-вторых, тебе это не нужно. Мне очень нравится, когда ты улыбаешься. Ты такая по-детски милая, и ком в горле встаёт от мысли, что улыбаешься ты не мне. Три дня назад, опять же в лифте, ты почувствовала от меня этот чёртов кофе и спросила, почему я взял мятный. Я сказал, что люблю мяту. Ты наверно ожидала продолжения, но я, право, растерялся. Мерлин, я такой идиот. Мне очень хочется коснуться тебя. Просто накрутить кудряшку на палец. Просто посидеть с тобой в том сраном кафе и обсудить последний законопроект об усовершенствовании средств связи. Астория абсолютно никудышный собеседник, знаешь. Вчера я даже решился пригласить тебя в кафе, но тут Тео со своим: «Рыжий предложение Грейнджер видимо делать собирается, вчера видел, как из ювелирки выходил». Как-то грустно всё это. Растерял всю дерзость со школы. Не смог позвать тебя замуж раньше, чем рыжий. Стал слишком воспитанным. Мерзость. Помню как-то в лифте было ужасное столпотворение и какой-то лысый увалень толкнул тебя локтём. Ты тогда чуть не упала, я успел тебя придержать. Ты наверно удивилась, что я прижал тебя поближе, а я молил Мерлина, чтобы ты подумала, будто я отодвигаю тебя от обезумевшего народа. Но клянусь своей фамилией, мне пришла мысль в голову, что моей руке самое место на твоей талии. Я просто не смог удержаться. Прошу прощения, если нарушил твоё личное пространство. Наверное, ты задаёшься вопросом, почему я ничего не сделал. Почему даже не попытался хоть как-то поговорить с тобой, пригласить куда-нибудь. Хотя, наверное, не задаёшься. Ты же очень умная, итак всё понимаешь. Просто я знаю, что тебе это не нужно, что ты, вроде как влюблена в Рональда по уши. Я бы очень хотел быть на его месте, но я не буду. После твоей свадьбы, клянусь, что даже не посмотрю в твою сторону. Но ты такая красивая, Боже. Я не перестаю тобой любоваться.» Гермиона смахнула слезу и сорвала обручальное кольцо с пальца. Ей необходимо было срочно связаться с главой Отдела магического сотрудничества – Драко Люциусом Малфоем.