Мертвая тишина.

***

— Молодец, Надюш, — с хвалой в голосе и гордостью за ученицу произносит брюнетка, которая, на вид, не красила волосы не первый год. Ее макушка давно спустила свой родной цвет волос, а давнее каре уже давно превышало назначенную длину. Волосы растрепанно лежали на плечах пятидесятилетней дамы в очках.       Русоволосая гордо поднимает свои карие глаза, осматривая одиннадцатый класс. Забирает из рук учительницы дневник, усыпанный пятерками, которые явно удовлетворяют родителей.       Мама с отцом Нади строго относились к отметкам девушки. Находясь в различных путешествиях, дочь присылала фотографии с отметками отлично.       Семья девушки не входила в статус «состоятельная семья». Да, родители восемнадцатилетней девушки любили путешествовать, и благо, мать девочки работала в турфирме, а отец был следователем. Все хотели, чтобы та приняла профессию отца, что она и собиралась делать — после окончания школы отдать себя в юриспруденцию.       Осматривает класс, замечает своего молодого человека на втором ряду. Он смотрит на свою возлюбленную и улыбается.       В классе всего двадцать человек. Громкий звонок, и все словно по команде взяли портфели, которые минуту назад подготовили, и убежали, записав домашнее задание. Учитель математики смотрит на уходящих ребят, которые убегают из кабинета, явно прикидывает их будущее. — Какие планы на вечер? — подходя к девушке, которая заканчивает собирать портфель, парень интересуется, поправляя свои черные очки для зрения. — Скорее всего — никаких. Сегодня должны вернуться родители из Сочи, — улыбаясь, накидывает на плечо портфель и идет под руку вместе со своим молодым человеком к выходу.       Все знали, что эти люди состоят в отношениях с шестого класса. Они не были ботаниками, но относились ко всему с серьезностью. Они были организованные, на них можно было положиться. — Они каждый май туда ездят? — задал вопрос брюнет, вдыхая свежий майский воздух. Девушка хмурится, вроде вполне логичный вопрос, но в то же время он знает на него ответ. Это навело ее на мысли, что перед выпускным они не смогут ее проводить на бал по окончанию школы. Они уезжают в Турцию. — Да, каждый, — отвечает девушка, вставая вровень со своим парнем, который на голову выше нее. Рост девушки составлял ниже ста шестидесяти сантиметров, а может и ровно сто шестьдесят, но при всем этом ее фигура была нормальной: не сказать, что девушка страдала от лишнего веса или от избытка — ее вес был ровно пятьдесят килограмм.       Парочка вышла из школы и пошла к дому Нади. Никита вёл её под руку, и они всю дорогу разговаривали. Разговоры их были всегда разными и необычными. Их вкусы сходились во многом. Они могли разговаривать на различные темы, от школы до любимых фильмов. И так часами.       Дойдя до дома, парень поцеловал девушку в висок и удалился прочь.       Дом, милый дом. Хотя, он и был небольшой, но и маленьким его назвать нельзя было. Дом был светлым и уютным, всё жилище было обставлено статуэтками из разных мест.       Зайдя в дом, Надя сняла обувь и направилась к себе в комнату. Проходя мимо комнаты брата, она услышала женский голос. Для Егора это нормально.       Уже два года брат общается с девушками. Но ладно, если бы просто общался, так нет же — ему надо с ними на свидания ходить и домой приглашать.       Раньше даже Никиту не разрешали приводить, но сейчас как родного воспринимают. Они смирились. Она понимает, что родители желают ей счастья.       Егор — пятнадцатилетний хулиган, учится он плохо и постоянно хамит. Всем хамит: учителям, родителям, сестре, но своим друзьям — нет. Все сваливают это на переходный возраст, но он у нее он тоже был, и она так не разговаривала со старшими.       С тринадцати лет он начал интересоваться противоположным полом. За два года он стал настоящим ловеласом. Постоянно флиртует с одноклассницами, девочками из школы и простыми незнакомками с улицы. И в кого он такой?       Это вопрос, который не дает Наде спать спокойно. Егор говорит, что у него есть девушка, в Тольятти, кажется. Тот ей постоянно изменяет. Да, сестра не раз палила его. Девушку зовут — Юля.       Надя несколько раз разговаривала с этой девочкой. Надо признать, в свои шестнадцать она симпатичная. У Егора был всегда хороший вкус, да и женским вниманием он не обделен.       С оценками у Егора всё плохо.       Двоечник, его несколько раз вызывали на комиссию и неоднократно ставили в пример старшую сестру.       Ну правильно, Надя делает уроки сама, даже не занимается с репетитором. Всё сама, а брату нужны дополнительные занятия, потому что он ничего не делает, не задумывается о своём будущем.       Многие подростки задаются вопросами:       Что сдавать на экзаменах? Куда поступать? Кем работать?       Но все были такими, а Егор думает, что он единственный и неповторимый. Он думает, что ему все должны помогать и обучать его так, чтобы ему это нравилось.       Надя решила не обращать внимания и зашла к себе в комнату, переодевшись в домашнюю одежду, взяла телефон и пошла на кухню. Но проходя мимо спальни брата, она решила с ним поговорить. — Егор, можно тебя на минуточку? — девушка открыла дверь и аккуратно спросила. На неё сразу уставились две пары глаз. Одна знакомая, раздражённая тем, что отвлекли. И другая, принадлежащая блондинке. Где-то Надя её видела. А, точно! Это девочка из параллели Егора. Её часто можно увидеть в коридорах школы. — Ты что, не видишь? Я занят, — крикнул шатен. Ну вот, ему сейчас достанется. — Выйди, а потом закончишь свои дела, — более требовательнее заявила Надя и посмотрела на него своим испепеляющим взглядом. Он, нехотя, всё же вышел из комнаты. — Что ты хотела? — устало и грубо спросил Егор. Смотрит в глаза девушке. А она знает, что он злится. — Ты исправил оценки? — спокойно спросила кареглазая, заглядывая в глаза брату, что имел в глазах тот же цвет. — Нет, потом исправлю. А теперь не отвлекай меня! — прорычал и ушёл к себе. «Ну хорошо, вернутся родители и будет тебе. А сейчас живи», — с этими мыслями уже довольно раздражённая Надя пошла на кухню, чтобы поесть и приготовить ужин. Изо дня в день одно и то же.       Как она устала.       Звонок по телефону отвлек девушку от своего обеда.       Мама. — Да? — устало проговорила на выдохе русоволосая, поправляя волосы, которые пристрастно лезли в глаза, мешая сфокусироваться на готовке омлета. — Привет, чего такая хмурая? Ждете нас? Как Егорка? — задорно засыпала вопросами женщина Надю.       Ей так и хотелось сказать, какой говнюк этот Егор. Но она держалась. Не хочет расстраивать маму. Они не виделись больше двух месяцев. А затем они уедут в Турцию на две недели.       Черт. — Привет, да все хорошо. Конечно, ждем. Если хочешь, я могу дать телефон Егору, сама с ним поговоришь, — отвечая на все вопросы, кареглазая решила дать Егору поговорить с мамой.       Услышав, что женщина согласна поговорить с любимым сыночком, Надя решила поспешить в комнату, чтобы отдать телефон братику.       Открыв дверь, Надя явно была не вовремя. Ее это не останавливало, она всунула телефон с входящим звонком Егору, на что тот, что-то бурча, взял в руки телефон, и Надя удалилась, решив не мешать диалогу мамы и сына.

***

      Услышав за стеной комнаты брата режущую для ее ушей матершинную брань, она решила посмотреть, что происходит.       Как только она хотела повернуть ручку двери своей аккуратной, нежно наманикюренной рукой, она увидела брата, который от злости сжимал ее телефон, сбрасывая вызов и вручая гаджет хозяйке, чем и напугал.

***

      Красивый город погружен в туман, который поднесла ночь. Тишина разъедает город в три часа ночи, и только пару машин нарушает эту пелену своим ревом.       Русоволосая переворачивается на другой бок, и блаженно вздыхает. Уголки губ приподняты и только ночной звонок помешал идиллии, разрушив ее мир навсегда лишь одной фразой: — Надежда, ваши родители скончались, попав в авиакатастрофу.