Моё прекрасное проклятие

Уж лучше отдать душу Дьяволу, чем пытаться продать её Богу.

Бумажный конверт с деньгами теперь мозолил не только глаза. Габён чувствовал себя и без того паршиво, но вынужден был принимать деньги и соболезнования от других, когда те даже не понимали, что он потерял. Минджу не была просто его девушкой или просто его невестой, она была его жизнью. Они были вместе так долго, что он не помнит того времени, когда был один. А теперь он возвращается в пустой дом, а после и в холодную постель, спрашивая себя, как это могло произойти. Минджу не заслужила этого. Руки дрожат, пока Габён ощупывает карманы в поисках ключей от машины, но их нигде нет. «Забыл в магазине», — одёргивает себя парень, а после поворачивается в сторону книжного. Прозрачные витрины отражают солнечный свет, ослепляя, а внутри будто совсем темно. По мере приближения к магазину становятся видны книжные стеллажи и баннеры к предстоящему литературному вечеру, а также можно разглядеть стойку. На ней Габён, должно быть, и оставил ключи от машины. Звон колокольчика обычно слышен даже в дальней части магазина, но сейчас он теряется за оглушительным грохотом. Дерево трещит, щепки сыплются во все стороны, скользя по гладкому паркету. — Я же Дьявол, а не Бог. Думаешь, если бы я мог воскрешать мёртвых, я бы не вернул Минджу раньше? — издалека доносится голос Чонгука. Отнюдь не мягкий и приятный, как обычно, а грозный и грубый. На какое-то мгновение Габёну кажется, что это обман слуха, но он отчётливо слышит возмущения Тэхи и ответы Чонгука. Они находятся в конце ряда и, судя по всему, ссорятся. Из-за Минджу? Сердце Габёна стучит как бешеное, пока он протискивается между стеллажами, медленно идя вдоль узкого коридорчика на голоса. Ему не хочется думать, что смерть Минджу заставила ругаться этих двоих. К тому же, Чонгук оказал содействие, рассказав полиции всё, что видел. Он честно признался в том, что пытался защитить Тэхи и даже не подумал о Минджу. И пусть глубоко в душе Габён таил на него обиду за это, не мог считать его виноватым. — Тэхи, Чонгук! — Габён ускорил шаг, осторожно выглядывая из-за одного из стеллажей и удивлённо вскидывая брови. — У вас всё в порядке? Чонгук тихо застонал, поднимая руки к лицу и делая глубокий вдох. Он мог только надеяться на то, что Габён ничего не слышал. Кроме Тэхи никто не должен узнать, что Чонгук вовсе не человек. Люди слишком неоднозначно относятся к вестям о прибытии Дьявола на землю. Они почему-то думают, что он несёт разрушения и апокалипсис, когда таким промышляет только Бог. — Всё в порядке, — Тэхи ответила быстрее Чонгука, прерывисто выдыхая и опираясь спиной о стеллаж у стены. Она заметила, что её руки трясутся, и поспешно перенесла весь вес на стеллаж, пока колени не подкосились. Ей не хотелось верить в происходящее. Она не могла верить в это, потому что, будь Чонгук и вправду Дьяволом, это значило бы, что за последние полтора месяца она согрешила больше, чем самый грешный человек на земле. Была ли она обманута так же, как Адам и Ева в своё время? Из-за него она не раз вкушала запретные плоды, а он постоянно подталкивал её к этому. — Я слышал шум, — Габён осматривал целые полки и расставленные по порядку книги. А ведь он не раз говорил, что Дьявол. Его слова походили на бред сумасшедшего, но в них, кажется, что-то было. Если подумать, с Чонгуком даже Иччи вела себя странно. Он разговаривал с ней в тот день, когда вернулся не в лучшем виде? Тогда он действительно был ранен? Но Тэхи не нашла никаких свежих ран... — Тяжёлый день, — попытался оправдаться Чонгук, выдавливая из себя напряжённую улыбку и мельком поглядывая на Тэхи. Она выглядела растерянной и расстроенной одновременно, и Чонгук сразу смягчился. Выражение его лица стало нежным, когда он понял, насколько это должно было потрясти её. Она всё ещё не отошла после смерти Минджу. После такого вообще сложно отойти, требуется гораздо больше времени. — Так вы... — Габён недоверчиво посмотрел на Чонгука. — Вы ссорились здесь, да? Простите, если помешал, я забыл ключи... У Чонгука все силы иссякли. Он изводил себя дурными мыслями несколько ночей подряд в старом мотеле с ветхими стенами и постельным бельём, которое пахло сыром — или чем-то другим. Чувствуя вину за случившееся с Минджу, он сотню раз обращался к Богу, спрашивая его, какого вообще чёрта он творит, но ни разу так и не получил ответа. — Мы не ссорились, — Чонгук приблизился на несколько шагов к Тэхи и взял её под руку. Идти она не могла, вжималась в стеллаж, спиной чувствуя все те книги, что были расположены на полках. Жилка на шее пульсировала, даже когда она задержала дыхание из-за близости с Чонгуком. Боялась ли она его? Возможно. — Я сама могу, — она попыталась вырваться из хватки парня, но он не отпустил её, напротив, сильнее сжал предплечье и поджал губы. — Тэхи, я здесь, чтобы помогать тебе, — сейчас его голос звучал мягко и тихо, с нотками отчаянья. Меньше всего на свете он хотел ссориться с ней и возвращаться к тому, с чего всё начиналось. Он думал, что они уже достаточно близки для того, чтобы просто поговорить и пережить это вместе. Чонгук двинулся вперёд, делая маленькие шаги и поддерживая Тэхи. Он вёл себя с ней как с маленькой, каждые две секунды опуская взгляд и внимательно наблюдая за тем, как она шарпает ногами по полу, пытаясь идти. Если бы не Габён и страх быть отвергнутым в эту самую минуту, он бы взял её на руки и донёс до кресла, но сейчас она вряд ли оценила бы это. — Если ты забыл ключи, — Чонгук даже не взглянул на Габёна, — посмотри на стойке. Больше озабоченный состоянием Тэхи и предстоящим разговором, Чонгук хотел, чтобы гость ушёл. У него ведь было достаточно дел из-за похорон Минджу, и он не должен был беспокоиться о Тэхи. Чонгук займётся этим. Дойдя до поворота, Тэхи попросила у Чонгука минутку, чтобы перевести дыхание. Она была напугана и ничего не понимала. Всё то, что она считала глупостью и выдумками, оказалось правдой. Учения в воскресной школе тоже не были вымыслом, потому что если существует Дьявол, Бог тоже есть. — Т-ты... — она делала прерывистые вдохи, — знаешь... — Тэхи, ты сможешь задать свои вопросы позже, — Чонгук прервал её, кивая в сторону Габёна, что так и остался стоять в конце узкого коридора из стеллажей. — Тогда, в парке, там ведь кто-то был, да? — шёпот Тэхи звучал сбивчиво, нарушая повисшую не так давно тишину. — Не человек? Демон? Напрасно Чонгук полагал, что это будет просто. — Почему сразу демон? — так же шёпотом спросил он. — Демоны не убивают людей. Ботинки Габёна скрипнули, когда он споткнулся на ровном месте, хватаясь рукой за одну из полок и с трудом удерживая равновесие. Он слышал неразборчивый шёпот, и понял, что он здесь лишний. — Я уже пойду, — он обогнал двоих, застрявших в секции детской литературы, быстро приближаясь к стойке. — Ещё раз извините, что помешал. Ключей там не было. Со стороны кассы лежали только две книги и синяя ручка, а на самой стойке ничего, кроме фирменных закладок. Габён ещё раз обшарил карманы, заглядывая даже в нагрудные на форме, а затем дотянулся до конверта, который ранее дала ему Тэхи и ключи оказались в нём. Должно быть они каким-то образом упали туда, когда он только спрятал конверт. — О, ключи оказались в кармане! — крикнул он, заглядывая в проход и надеясь выбить из Тэхи или Чонгука хоть какую-то реакцию, но они даже не взглянули в его сторону, пялясь друг на друга так, словно могли читать мысли и общались так, пока Габён находился в магазине. — Всё, я ухожу. Чтобы больше не смущать их, Габён убрал конверт обратно и, звеня ключами, помчался к выходу. Похоже, ему одному было неловко, а Тэхи и Чонгук его просто не замечали. Неужели они обсуждали что-то очень важное, а он их прервал? «Я же Дьявол, а не Бог», — Габёна передёрнуло, даже мурашки по спине пробежали. С детства ему говорили не упоминать Лукавого, дабы не провоцировать, а Чонгук этого совсем не боялся. Только когда колокольчик вновь зазвенел, и дверь магазина хлопнула, Чонгук смог немного расслабиться, а вот Тэхи наоборот напряглась. Она ведь осталась наедине с Дьяволом, мало ли, что он решит сделать с ней. — Отпусти, пожалуйста, — она вновь принялась отцеплять руку Чонгука от предплечья, но он всё так же сильно сжимал его. — Это был не демон, а ангел, — сквозь зубы процедил он. За несколько тысячелетий люди пришли к тому, что Бог и ангелы — это хорошо, а Дьявол и демоны — плохо. В течение многих лет им внушали, что Бог справедлив, честен, добр и что он воплощение всего самого лучшего, а его ангелы ничем не хуже. Один только Люцифер исключение. И как только ему удалось уродиться таким непохожим на Создателя? — Чонгук, отпусти, — взмолилась Тэхи, — я сама могу дойти. Мне нужно открывать магазин. Сейчас было не лучшее время для разговоров, тем более Тэхи хотела поскорее сбежать из отдалённой части и оказаться среди людей. Быть наедине с Дьяволом опасно. Сражаться с Тэхи было бы глупо, особенно когда хочется наладить с ней отношения, а не испортить ещё больше. Ей нужно время, но, к сожалению, у Чонгука его нет. — Я просто помогу дойти до стойки, — он поймал её перепуганный взгляд и всё же отпустил её руку. — Ладно, тогда я сам открою магазин. Челюсти Чонгука были плотно сжаты, пока он бегло скользнул взглядом по телу Тэхи, отмечая про себя её бледность и дрожь в конечностях, которую она отчаянно пыталась от него скрыть. Она хотела казаться спокойной, но всё равно не могла справиться с волнением. — Всё нормально, — в чёрных глазах Чонгука зажглись золотистые искорки, и под этим пристальным взглядом Тэхи вдруг стало трудно дышать. — Если ты боишься, это нормально. Если злишься, я могу тебя понять. Если тебе всё ещё не верится... у нас будет время обсудить это. Его жгучий взгляд не отпускал её. Ей казалось, что он видит её насквозь. Неосознанно она громко сглотнула. — Хорошо. Ты останешься здесь? — указав пальцем в пол, Тэхи сама не поняла, что именно имела в виду: магазин или землю в целом. Чонгук задумался буквально на секундочку, а после немного улыбнулся и кивнул. — Останусь здесь. С тобой.

***

Пока Тэхи пыталась красиво завернуть книгу в обёрточную бумагу, пожилая женщина стояла за стойкой, опираясь на неё спиной, и внимательно рассматривала Чонгука. Он весь день крутился поблизости, а сейчас протирал стеклянную витрину со стороны магазина. Чёрная футболка облегала его широкую спину, позволяя всем видеть напряжённые мышцы и каждое его движение, пока он оттирал невидимую грязь со стекла. — Вы взяли нового работника? — цветная бумага надорвалась со стороны уголка, и Тэхи еле сдержалась, чтобы не застонать от негодования. Сегодня всё валилось из рук, и она перевела уже не одну обёрточную бумагу и пакет. Чонгук отвлёкся от своего занятия и мельком взглянул на расстроенную Тэхи. Выглядела она так, словно вот-вот расплачется. — Я займусь этим, — он оставил тряпку и вытер руки о тёмные джинсы, широко улыбаясь пожилой женщине. Весь день он старался не напрягать Тэхи, но оставался поблизости, боясь, что однажды она сбежит. С покупателями она была растерянной, не могла вспомнить, где искать отечественную литературу и постоянно забывала о фирменных закладках. Казалось, её мысли были заняты чем-то другим. — Нет, не нужно, — Тэхи не успела среагировать, и Чонгук выхватил из её рук книгу. Как настоящий профессионал он стянул слегка смятую и порванную обёрточную бумагу, а после взял ещё один лист, самостоятельно подрезая его и параллельно болтая о чём-то с женщиной за стойкой. Среди людей он был как свой, легко находя общий язык с ними и непринуждённо улыбаясь на слова благодарности. В книжном, на вечере классической музыки или даже на ужине с незнакомыми людьми он чувствовал себя комфортно. — До этого тебе уже приходилось заниматься этим? — Тэхи скомкала испорченный лист обёрточной бумаги. Чонгук провёл покупательницу взглядом, а после облокотился на стойку, упираясь в неё руками. — Нет, — он отрицательно покачал головой, — но для первого раза вроде неплохо. Было так странно общаться с кем-то, кто мог оказаться Дьяволом. Тэхи дотянулась до руки Чонгука и легонько ущипнула её. Кожа оказалась мягкой и приятной на ощупь. — Ты же не пытаешься меня обмануть? — она снова прикоснулась к нему, в этот раз задерживая пальцы на его руке и просто ощущая его тепло. — Или подшутить надо мной? Улыбка Чонгука померкла, и внезапно он стал грустным. Его плечи поникли, голова опустилась, и он снова покачал ею. — Я планировал рассказать тебе обо всём раньше, но тогда были не лучшие времена, да и ты не поверила... — Мне и сейчас с трудом верится, — Тэхи оглянулась, желая убедиться в том, что никто их не слышит, а после очень тихо спросила: — Но что случилось с Минджу? Ты можешь рассказать мне? Это правда был ангел? Почему я его не видела? У Тэхи было очень много вопросов и гипотез. Она успела подумать, что особенная, святая или что она проклята, потому что все её неудачи уж очень походили на какое-то проклятие, с которым срочно нужно было бороться. Возможно, именно поэтому к ней пришёл Дьявол? Он хотел всё испортить? Или он пришёл к ней за помощью? Хотел предупредить её о чём-то? — А я? Что со мной не так? — она сжала кисть парня, а потом испугалась, что это слишком и одёрнула руку. Что, если к нему нельзя было прикасаться? Он мог бы разозлиться и что-нибудь сделать с ней. Чонгук мог понять её страхи и опасения, потому что сталкивался с этим регулярно. Лишь изредка встречались те, кто не считал его сущим злом и не пытался облить святой водой, чтобы убедиться в том, что он не начнёт дымиться и не исчезнет. Ведь тогда всё было бы в разы проще. — Тэхи, давай поговорим об этом дома? — Чонгук всё ещё чувствовал её прикосновение на своей руке. — Дома?! — широко открыв глаза, спросила девушка. В каком это смысле «дома»? Он что, собирается поехать к ней домой? Дьявол собирается спать с ней в соседней комнате? Да ни в жизни! — Чонгук, ты не можешь... — Почему это? — он размял шею и плечи, перебивая её. — В контракте сказано, что могу. А если ты хочешь, чтобы я съехал, у меня всё равно есть целый месяц. Ещё целый месяц нашего сожительства. И, плюс ко всему, я работаю с тобой здесь. Как Дьявол на полставки, только мне за это вообще не платят. От болтовни Чонгука у Тэхи заболела голова. Виски пульсировать начали, шея заныла, и сама голова весила будто тонну. Из-за всех этих проблем и мыслей, навалившихся на неё в последние дни, она чувствовала себя ужасно. — Я могу заплатить тебе, тогда ты съедешь прямо сейчас? Чонгук звонко цокнул языком, складывая руки на груди и недовольно глядя на девушку. — Я не собираюсь никуда съезжать. К тому же, я думал, что мы всё ещё встречаемся. У Тэхи разом весь воздух из груди выбило. Как он мог думать, что они до сих пор вместе? То есть, его ни капельки не смущало то, что Тэхи — человек? В любом случае, Тэхи смущало то, что он Дьявол. — Нет, не встречаемся, — она втянула воздух через нос с тихим свистом. — Мы не встречаемся. Нет-нет, никогда. Я не могу встречаться с... тобой. Тэхи стояла, не смея шелохнуться. Все силы разом покинули её. Она старалась собраться, старалась вернуть контроль над своими мыслями и телом, но у неё не получалось. Она была в ужасе, но в то же время испытывала странный трепет, её сердце ныло из-за Минджу, но билось быстрее из-за Чонгука. Она разрывалась между двумя крайностями, одновременно пытаясь не думать о смерти Минджу. Это потрясло её так сильно, что последние ночи она могла только плакать. Она сожалела так сильно о том, что пошла на тот вечер, ведь если бы она отговорила Минджу, и они остались дома, с ней всё было бы хорошо. Людям свойственно жалеть о том, что сделано или, наоборот, не сделано; им свойственно страдать из-за невозможности предвидеть будущее и корить себя за случившееся, даже если в этом нет их вины. — Почему это? — Чонгук был возмущён. — Я не намерен расставаться с тобой только потому, что ты всё узнала. То есть, фактически, пока что ты ещё ничего не узнала, но даже когда узнаешь... — Чонгук, мы не можем быть вместе. У меня до сих пор мурашки бегут по спине, когда ты слишком близко. Мне кажется, что теперь я никогда не смогу вымолить у Господа прощение, потому что жила с тобой в одном доме, спала в одной кровати и думала, что люблю тебя. Думала. Она только думала, что любит его, ведь с ней он был удивительным. Чонгук всегда находил подходящие слова, был отличным собеседником и парнем, рядом с ним было уютно и хорошо, но не потому ли в этом мире так много грешников? Дьявол ведь всегда знает, как подобраться к самому праведному человеку. — Ты всерьёз собралась вымаливать прощение? — Чонгук поморщился, словно ему было не просто неприятно слышать это, а больно. — Потому что думаешь, что я плохой? Или потому что думаешь, что Бог хороший? Ты совсем меня не слушала? — он потянулся к руке Тэхи, но она моментально её одёрнула, отступая на шаг назад. Её перепуганный вид говорил за неё. Она была не из тех, кто стал бы поливать Чонгука святой водой или пытаться изгнать его с помощью креста, но она с удовольствием сбежала бы от него на край света. — Тэхи, — его брови сошлись на переносице, и он снова потянулся к ней, а она снова увернулась. — Кан Тэхи, прекрати себя вести так, словно я чудовище. Я всего лишь Дьявол. В этом мире есть много тех, кто будет страшнее и хуже меня. Например, Бог.