It's a long way down

Feels like this could be forever right now, Don't wanna sleep 'cause we're dreaming out loud, Trying to behave but you know we never learned how, You and me were raised in the same part of town, Got these scars on the same ground, Remember how we used to kick around, Just wasting time?

***

Начало ноября. Последний осенний месяц, когда на улицах появлялось все больше луж, а прохлада ветра напоминала о приближающейся зиме. Университетские будни проходили все так же, не считая того, что вместо кожаных курток на учениках теперь теплые пуховики. Угрюмый, серый месяц, который не приносил практически никакой радости, кроме одного: — Ноябрьский спортивный сбор! — радостно крикнул Найл, раздавая своим друзьям анкеты. — Слушай, а я и забыл про него вовсе, — улыбнулся Зейн, — Ты узнал куда учеников поселят в этот раз? — Какая разница, если благодаря этому сбору мы официально пропускаем целую неделю занятий? — с восторгом в голосе сказал Луи, уже что-то записывая в анкете. — Долбаный халявщик, — вздохнул Лиам. — На этот раз мы будем жить в лагере. Он закрыт до лета, но его откроют для студентов всех вузов, которые тоже будут участвовать в сборе. На территории расположено много домиков, в которые нас поселят. А еще там огромный открытый футбольный стадион и два закрытых спортивных зала. А самое главное, для нас будет работать столовая, в которой питаться мы будет абсолютно бес-плат-но! — Ещё один долбанный халявщик, — подчеркнул Лиам, — Так что, кто куда запишется? Халявщик номер один, и так понятно, на футбол. Халявщик номер два? — Я подумал, что мы с тобой можем записаться на волейбол — ответил блондин. — Гарри, как насчет бега на средние дистанции? — предложил Малик. — Быстро я умею только считать в уме и бегать, — развалившись на стуле и откинув голову назад, пробубнил Стайлс. — Понял, записываю.

***

Время сборов. Лагерь, в котором проводились все спортивные мероприятия этой недели, кишел народом. Все вузы города отправили самых выдающихся студентов на сбор, чтобы каждый смог побороться за призовые места в различных видах спорта. Университет, в котором учились парни, уже третий год подряд отправлял эту пятерку на все спортивные мероприятия. Нельзя было сказать, что каждый раз они приносили первые места, но абсолютно каждый занимал призовое. Конечно, если бы на этих сборах они были без присмотра, то никаких мест им было бы не видать. Потому что из спортивного мероприятия, для них бы это превратилось в простой предлог просто прогулять пары. Но преподаватели заранее все продумали и всегда посылали с ними лучшего физрука (по мнению самого физрука) университета. — Итак, малышки! Ровно через пять минут я жду вас на стадионе! Вас ожидает сто кругов ада вокруг него и неистовые упражнения, которые сожгут ваши мышцы дотла! — Сэм, мы же только в корпус зашли, даже по комнатам разойтись не успели. Дай нам время, чтобы переодеться, — заныл Найл, который десять минут назад уплетал булочки в автобусе и сейчас ему точно не до бега. Сэм работал в университете уже пятый год. Высокий, накачанный мужчина, на вид около тридцати лет. И каждая группа, которая попадала под его преподавательское опекунство, «умирали» на каждой паре физкультуры. Сэм — преподаватель, который болеет своим предметом. Для него никогда не было ничего, кроме физкультуры. А если дело касается спорта на конкурсной основе, то он готов порвать на себе последние штаны, но добиться призовых мест. — Во-первых, меньше разговоров. Во-вторых, у вас осталось четыре минуты. В-третьих, Томлинсон, почему ты не живешь в корпусе с остальной университетской футбольной командой? — Я отвалил на стойке регистрации кучу денег, чтобы мне разрешили жить с друзьями, — ответил Луи, приподняв бровь. — Томлинсон, я же говорил вам не брать на сборы много денег! Ах, да. Сэм был слегка (очень даже не слегка) туповат. — Расслабься, Сэм. Это называется шутка. Или сарказм, слышал про такое? — ответил Зейн, после чего парни прошли мимо ничего не понимающего преподавателя и разошлись по комнатам.

***

Оставалось всего две свободные комнаты в корпусе. Гарри, Зейн и Лиам заселились в одну, а комната напротив была занята Найлом и Луи. Ничего особенного в них не было: кровати, тумбочки и шкаф. Но никто из парней не успел полюбоваться видом из окна, потому что Сэм очень не любил ждать, а опаздывающих — тем более. Все университетские спортсмены уже были на стадионе и бегали вокруг. Какой это был круг? Каждый сбился со счета после двадцатого. — Он вообще вкурсе, что мы такие же люди, как и он? — еле выговорил Лиам из-за сбитого дыхания. — У меня появляются сомнения, что Сэм человек, — ответил Зейн. — Стайлс такой же, посмотрите, он даже не устал, — сказал Найл, смотря в сторону Гарри, — Летает по этому гребаному стадиону, как чертова татуировка моли на его животе! — Это бабочка, — обиженно ответил Гарри, прибавляя шаг и отдаляясь от парней. — Еще один круг и все подбегают ко мне, построившись в шеренгу, — крикнул Сэм, — Время отжиманий! После еще одного часа мучений, Сэм отпустил студентов отдыхать, не забыв напомнить, что всех ждет на ужине. День прошел грязно, потно и изнуряюще. Но теплый душ вскоре расставил все на свои места. Парни, после недолгого отдыха, собирались на ужин. — Молюсь о том, чтобы нас хотя бы кормили нормально, — вздохнул Лиам, натягивая джинсы. — Уверен, Найлу еда понравится в любом виде, — ухмыльнулся Стайлс. — Кстати, про него. Все заметили, как Хоран сегодня на стадионе подцепил одну из баскетболисток? Она реально горячая! — Да, Пейно. Ты главное не забывай, что дома тебя ждет сестра Луи и он тебя убьет, если ты ее хоть как-то обидишь, — подметил Зейн, — Кстати, Томмо тоже не промах. — Ты тоже заметил, как его цепляли сегодня? — Кто? Когда? — удивился Гарри, оторвавшись от телефона. — То есть ты, не прекращая, пялился на его задницу всю тренировку, а уследить, как к нему подошел симпатичный парень ты не смог? Ты теряешь хватку, Стайлс, — ухмыльнулся Малик, — Не только тебе нравится Луи и его зад. — Мне не нравится Луи. — То есть про задницу ты все-таки не отрицаешь? — спросил Лиам, садясь на кровать рядом с Гарри, — Кто бы мог подумать, что анти-гейский Стайлс, становится гейским? — Во-первых, я не гей. Во-вторых, еще раз меня так назовешь, я тебя закопаю. В-третьих… — В-третьих, я просто хочу отыметь задницу влюбленного в меня друга, но при этом не заводить отношений и не ранить свои анти-гейские моральные устои, бла-бла-бла, — передразнил Зейн, — Ты мой друг, Гарри, но не трогай эту попку, хозяин которой без ума от тебя. — Даже и не думал, — соврал сказал Стайлс.

***

До конца сбора оставалось два дня. Завтра был очень важный день — финальный матч по футболу. Луи дико нервничал, потому что в этот раз им придется столкнуться с одной из самых сильных команд. Каждый год, первые места по футболу занимала именно команда этого университета, оставляя остальных позади. Волейбольная команда, где играли Найл и Лиам, заняли первое место. Сэм был вне себя от счастья и даже пытался расцеловать Пейна, забившего последний мяч. Гарри занял второе место на забеге 1000 метров, а Зейн третье, чуть не повредив ногу на самом финише, в забеге на 800 метров. Цель завтрашнего дня, по словам Сэма: первое место футбольной команды. — Вся наша надежда только на вас, парни! Томлинсон! — возбужденно крикнул Сэм. — У меня вообще-то имя есть… — Ты нападающий. Ты важная часть команды и должен забивать любой ценой, чего бы это тебе не стоило, ясно? — Да, Сэ-эм, — безразлично протянул Луи, — Можно я уже в свою комнату пойду? Прошло еще полчаса, прежде чем взволнованный преподаватель отпустил парня обратно. Выходя из корпуса, где жила остальная часть футбольной команды, Томлинсон слегка поежился. Десять часов ночи, задул холодный ветер, а Луи шел в легкой ветровке. Парень уж точно не мог предположить, что задержится с Сэмом и командой так надолго. В такие моменты хотелось лишь одного — под одеяло. Найл: Хэй, Томмо! Тебя Сэм в плену держит? Лиам: Мы все ждем тебя в нашей с Гарри и Зейном комнате! Стайлс тоже скоро подтянется. Зейн: Ты правда бегаешь курить аж за столовую, кудряшка? Гарри: Здесь всем запрещают курить. Спалят — дисквалификация. Вот и шкерюсь. Луи: Я уже бегу. Дико замерз, готовьте для меня одеяло! И пока голубоглазый парень шел, он думал лишь о том, что впервые пожалел о далеком расположение корпусов. Но кто бы мог подумать, что в следующую секунду он начнет жалеть вовсе не об этом. Луи даже не успел заблокировать телефон, как к нему сзади кто-то подошел и дернул за плечо. — Какая встреча, нападающий! — до жути противный с хрипотцой голос, от которого голубоглазый непроизвольно скривил лицо. Луи обернулся и увидел перед собой пятеро парней из футбольной команды соперников, с которой им завтра предстоит играть. — Чем обязан? — внутри все будто бы завязалось в тугой узел, но парень всегда умел скрывать свои эмоции. — Поболтать с тобой хотели. До нас тут дошли слухи, что нападающий команды, с которой мы будем завтра играть, обжимается всю неделю с парнем из волейбольной команды другого университета, — с отвращением в глазах протараторил парень. — Мне казалось, что вас должна больше заботить завтрашняя игра, а не ориентация нападающего из другой команды, — ответил Луи, приподняв бровь. — Послушай сюда, пидорас, — раздраженно сказал парень, толкнув Томлинсона в плечо, от чего тот попятился и врезался в стенку одного из корпусов, — Ты же понимаешь, что позоришь эту игру? Так же, если ты еще не осознал, мне будет просто противно играть на одном поле с человеком, который сосет чужие члены. Поэтому у тебя есть выбор. Либо ты сам отказываешься от завтрашней игры, либо мы тебе поможем оттуда вылететь. Луи знал к чему все это приведет. За всю жизнь он слышал много оскорблений в счет его ориентации, и он никогда не молчал. Иногда даже ввязывался в драки и часто выходил их них победителем. Видимо у людей слишком недалекий ум, чтобы додуматься о том, что даже геи умеют кулаками махать. Но сейчас… Их пятеро. Он один. Удивительно, что пришла не вся команда на этот гомофобный ночной разговор. Шансы на победу? Шансы выйти оттуда не избитым? Их просто не было. Луи слегка оттолкнулся от стены и, выпрямившись, встал в нескольких сантиметрах от центрального защитника команды соперника. — Я не собираюсь отказываться от игры. Более того, я готов тебе совершенно точно сказать, что выйду завтра на поле и буду наслаждаться тем, как ты и твоя гомофобная команда с отвращением будет смотреть в мою сторону. Но перед всем этим, я обязательно кому-нибудь отсосу. Просто чтобы ты знал, мудила. И вот он — первый и единственный шанс ударить первым. Луи замахивается и попадает прямо по щеке парня, стоявшего напротив. Удар был очень сильный, но этого было недостаточно для такого бугая как этот. Парень лишь отшатнулся назад, в то время как на Луи набросились остальные. Томлинсон запомнил только то, как его откинули к стенке и он сильно ударился головой. В его глазах мгновенно потемнело и он больше ничего не помнил. Он не знал куда конкретно его били, парень ощущал лишь боль по всему телу. Он не помнил обидных слов, которыми бросались парни, избивавшие его. Но в одно мгновение Луи перестал чувствовать боль. Он потихоньку начал приходить в себя. Слышать голоса, видеть перед собой размытые фигуры и чувствовать, как его поднимают чьи-то руки и пытаются удержать, не давая Томлинсону опять упасть на землю. — Луи? Лу! Слышишь? Иди в корпус, Луи. Это был Гарри. Один гомофоб спасает гея от других гомофобов. Иронично. И было бы очень смешно, если бы ситуация не была такой страшной. Стайлс держал Луи под руки и испуганно оглядывал лицо голубоглазого. — А вот и тот, кому этот уебок отсасывает. Точнее, один из многих, — усмехнулся парень, стирая кровь со своего лица, — Хочешь, чтобы мы и тебя избили? — Мы обязательно с тобой сейчас это обсудим, — прорычал Гарри, — Луи, слышишь? Иди в корпус. Я сейчас вернусь, — как можно спокойнее попросил кудрявый. — Но… — Луи. В корпус. Живо! Больше повторять было не нужно. Парень искренне не хотел оставлять Гарри одного с этими бугаями, но с другой стороны, чем бы он смог помочь? Избитый, еле идущий и почти ничего не видящий. Но Луи больше не чувствовал боли. Видимо, находясь в состоянии шока и упорного хотения добежать до корпуса быстрее, его тело заблокировало эти болезненные ощущения. И Луи бежал что есть сил. Ему нужно было помочь Гарри, пока того не избили до такого же состояния. Парень смутно помнит, как он забежал в нужный корпус, открыл дверь в комнату, где сидели оставшиеся трое, и упал на пол, держась за левое ребро. — Твою мать, Луи! Что с тобой?! Парни сразу бросились к лежащему на полу Томлинсону, чтобы помочь, но тут же были остановлены: — Гарри. По дороге к корпусу с моей командой и столовой. Их пятеро. Бегите, блять, быстрее к нему! — сил не оставалось даже на то, чтобы внятно произнести предложение. — Лиам, быстро за мной! Найл, помоги Луи! — Нет, Найл, беги за ними, черт возьми. Я справлюсь, просто беги, прошу тебя! — Мы скоро будем, держись, — Найл замешкался, но ненадолго, после чего сразу вылетел из комнаты.

***

Прошло около пяти минут, прежде чем Луи собрался с силами и поднялся с пола. Нужно было привести себя в порядок, хотя бы попытаться. Но сил хватило только на то, чтобы зайти в свою комнату и упасть на кровать. Боль возвращалась, у Луи просто не получилось бы даже снять с себя испачканную одежду. Парень мог делать только одно, лежать и молиться, что парни успели на помощь к Гарри. Что кудрявый не лежит на том же месте, где совершенно недавно лежал сам Луи. Ему было страшно и стыдно. Страшно, что из-за него могут избить Стайлса и как-то серьезно покалечить его. Стыдно за то, что Гарри пришлось вытягивать Луи из такого дерьма и видеть, как тот беспомощно лежит на земле. В комнату врывается Найл. Растрепанный и обеспокоенный состоянием друга. Луи хотел подняться с кровати, но ребра неприятно заныли и парень упал обратно на подушку. — Луи, лежи. Мы сейчас тебя подлатаем, только не двигайся, — затараторил Хоран, подходя к другу, — Лиам побежал за аптечкой. — Нет, я не хочу, чтобы в медпункте узнали об этом, меня не выпустят на поле завтра! — Во-первых, тебя в любом случае не выпустят на поле. Во-вторых, в каждом корпусе, возле выхода, стоит шкаф, в котором обязательно есть аптечки, — ответил Найл, хватаясь за ветровку Луи, — Давай, нам нужно снять с тебя все. — Где Гарри? Что с ним? — шипя от боли, спросил Томлинсон, пока Найл снимал с него верхнюю одежду. — Он в порядке, Зейн присматривает за ним, — ответил Лиам, заходя в комнату. Парни начали обрабатывать раны Луи. Разбитая губа, гематома на ребре, царапины и синяки по большей половине туловища, рук и ног. Томлинсон просто лежал и терпел. Нельзя в медпункт. Нельзя сдаваться. — Что там было? Как все закончилось? — спросил Луи, взглянув в сторону друзей. — Когда мы бежали, Гарри разговаривал с ними, — начал Лиам, обрабатывая царапины на руках, — Видимо они даже не собирались его бить, но, заметив нас, этот урод ударил Стайлса. Но больше мы не позволили никого бить. — Мы прикрыли Гарри и эти мудаки испугались, увидев нас, — продолжил Найл, — По сути, силы уравнялись, и переть против четверых сразу, а не на одного, стало не так уж и легко. — Зейн очень разозлился, когда понял за что именно тебя избили и драка чуть не началась вновь, — Лиам затих. — И? — Вообщем Зейн очень взбесился, а кудрявый сказал ему остудить свой пыл, на что Малик послал того нахуй, при этом назвав Гарри по фамилии, — ответил Найл, — И после произнесенного слова «Стайлс», парни с футбольной команды замолкли. И этот их главных мудак, которому ты, видимо, нормально прописал, начал сдавать назад. Он чуть ли не за руки всех своих начал уводить, говоря о том, что им срочно нужно вернуться в корпус. — Мы ничего, конечно же, не поняли, но по дороге обратно, Гарри объяснил нам, что его отец, будучи директором и владельцем своей IT-компании, спонсирует эту команду мудаков, — раздраженно сказал Лиам, — В отличие от твоей команды, которая формируется исключительно ради каких-то университетских спортивных мероприятий, эти играют за город. А ты знаешь, как отец Гарри обожает футбол и спорт в целом. — Значит, эти ублюдки побоялись лишиться спонсора? — ухмыльнулся Луи. — Гарри сказал, что просто так это не оставит. Думаю, что команда потеряет свою единственную денежную жилку. Или же потеряет пятерых идиотов из числа участников, — улыбнулся Найл. В комнату зашел Зейн, держа в руках чашку горячего чая и какую-то булочку. — Луи, неплохо выглядишь, брат! Уверен, что ты не против перекусить, — улыбнулся брюнет, подходя к кровати, — Дай угадаю, ты уже успел сказать о том, что завтра ты все равно выйдешь играть? — Я не смогу отказаться, Зейн. Вы же понимаете, что после такого я просто из принципа должен выйти? — Мы понимаем, что после такого ты просто из принципа должен сидеть на скамейке запасных или с нами на трибуне стадиона и болеть за свою команду, — ответил Лиам. — Я не скажу Сэму обо всем этом, ясно? Я перетерплю боль, но я все равно выйду на поле. И вы тоже не должны об этом говорить. Изо всех сил парни пытались отговорить Томлинсона от его затеи, но голубоглазый уперся и не хотел отступать. Именно поэтому Зейн заставил пообещать Луи, что если Сэм пустит его на поле и во время игры тому станет плохо или невыносимо больно — Томлинсон не станет терпеть. Даже если от него будет зависеть ход игры. И Луи пообещал.

***

Утро. Луи переоделся, выпил обезболивающее и заранее проверил, чтобы никаких следов драки на его теле не было видно. Любое движение давалось ему с трудом. Все тело ныло и болело. Но он всячески пытался не показывать это перед парнями, которые забежали к нему в комнату, как только проснулись. Все, кроме Гарри. Зейн сказал, что кудрявый еще спит и отказался подниматься с кровати. Луи это немного успокоило, потому что боялся опозориться перед ним еще раз. Двадцать минут до матча. Найл, Зейн и Лиам сели на первый ряд и на всякий случай заняли два места рядом. Луи же сразу пошел к своей команде и Сэму, которые стояли в метре от его троих друзей. — Томлинсон! — крикнул физрук, от чего в ушах у Луи зазвенело. — Сэм, у меня есть имя… — Что с твоей чертовой губой? Тебе ее кто-то разбил? — нахмурился Сэм, разглядывая своего ученика. — Да, меня избили до полусмерти вчера ночью, — как можно саркастичнее ответил Томлинсон, — Ударился я! Расслабься, Сэм. — Обо что? — Тебе реально так интересно? Могу рассказать, как сходил сегодня в туалет, например. В голове Луи смешались сотни мыслей. Сэм будто бы все понимал. Он осматривал своего ученика с ног до головы, словно желая найти хоть еще одну царапинку, чтобы убедиться, что причиной разбитой губы была вовсе не какая-то случайность. Почему, когда так сильно нужно, этот туповатый преподаватель стал в разы умнее и догадливее? — Сэм, если ты не перестанешь на меня так смотреть, я могу подумать, что ты не хочешь меня выпускать на поле из-за разбитой губы? — Я выпущу тебя, Томлинсон, но ты… — Нет, не выпустишь, Сэм, — раздался голос Гарри позади Луи. Томлинсон обернулся и увидел кудрявого, который был сегодня во всем черном: узкие джинсы с рваными коленками, заправленная рубашка, длинное пальто, очки и серый плед в его правой руке. Ослепителен и безмерно прекрасен. Но вся его красота на секунду затмилась тем, что Гарри явно намерен разрушить все планы голубоглазого. — Стайлс? — удивленно спросил Сэм. — Гарри, я прошу тебя, — сквозь зубы проговорил Томлинсон. — Ты не выпустишь его на это чертово поле, — повторился кудрявый, встав между ними. — Почему? — Как минимум поэтому. Луи просто не успел ничего сделать, как Стайлс поднял его спортивную кофту вверх и открыл обзор на огромную гематому на ребре. — Его ноги тоже травмированы, Сэм. Показывать не буду, думаю, после увиденного ты мне поверил на слово, — ответил Гарри. — Сэм, я прошу тебя, — взмолился Луи, глядя на преподавателя, — Я должен выйти! — Сядь к своим друзьям, Томлинсон. Ты вообще соображаешь в каком ты состоянии? Почему ты мне сразу не сказал? Я же мог тебя выпустить… Таким! — Сэм не мог сдержать всех своих эмоций, — Я делаю замену, Луи. Можешь ненавидеть меня всю свою оставшуюся жизнь, но я не могу выпустить тебя покалеченным. У парня опустились руки. Луи понимал, что Сэм и его друзья правы. И знал, что до конца матча он бы не протянул. Обезболивающее помогло, но лишь немного притупило боль. Но он так хотел вновь посмотреть в глаза этим уродам. Доказать, что даже после всего он остался сильным. Но об этом можно было уже забыть. Парень просто развернулся и ушел на трибуны, где сидели его друзья. — Так будет лучше, Лу. Давай просто предоставим возможность парням с команды нагнуть этих уродов вместо тебя, — улыбнулся Лиам. — Они должны. Определенно должны, — ответил Луи, не отрывая взгляда от своей команды. — Эй, — Гарри сел рядом и легонько коснулся колена Томлинсона своим, — Не злись на меня. Так будет правильно, — Луи кивнул, — Укутайся, — Стайлс отдал другу плед, — Твоя ветровка не спасет тебя от холода. Если бы только Гарри знал, что после его слов, Луи грел вовсе не плед.

***

Это была самая напряженная игра за всю историю спортивных сборов. Ни одна из команд не хотела уступать друг другу. Болельщики не затихали, нервничали, кричали, поддерживали свою команду. Время вышло. Счет 4:4. Назначают серию пенальти, чтобы определить победителя. И сколько было радости после решающего удара, когда команда Луи забивает. Заслуженные чемпионы. Ах да, Сэм чуть не расплакался. Вечером была организована дискотека, в честь окончания ноябрьских сборов. Все спортсмены наконец-то могли позволить себе расслабиться и просто поддаться ритму музыки. Найл отжигал на танцполе со своей новой подружкой-баскетболисткой. Счастливый Лиам болтал по Facetime с Лотти, рассказывая все последние новости сборов (кроме происшествия с Луи). А Зейн мило общался с девушкой, которая точно была старше него лет на восемь и являлась преподавателем физкультуры команды одного из вузов. — И как они вообще ведутся на него? Он же младше их! Намного младше! — подчеркнул Луи, удивленно подняв брови. — Не знаю, что именно он им говорит, но я уверен, что если бы были разрешены отношения между учителем и учеником, то эта брюнетка уже давно бы сидела у него на коленях, — безразлично ответил Стайлс, попивая безалкогольный коктейль. — Чисто технически, она преподаватель не с нашего университета, а он совершеннолетний. Ставлю на то, что он отведет ее в безлюдное место и она точно не устоит, — улыбнулся Луи, — Кстати, Хазза. Я так и не сказал тебе спасибо за то, что ты тогда помог мне. — Не стоит, — хмыкнул Гарри. — Стоит! Я не знаю, что было бы сейчас со мной, если бы не ты. — Вот только не надо делать из меня сейчас героя, я тебя умоляю. Луи улыбнулся и взглянул в сторону друга. — Знаешь, с первой нашей встречи, после трехмесячной разлуки, а так же после моего дня рождения, я очень много чего обдумал. Ну, ты понял о чем я, да? — замялся Томлинсон не в состоянии перестать стесняться, заводя такие темы. — Да, Луи. И я даже понимаю, что именно ты мне сейчас предложишь, — Гарри взглянул на своего друга и продолжил, — Послушай, я не хочу тебя обижать еще раз. Но пойми… Ты мне не нужен. Если я просто хочу тебя и твое тело, это не значит, что я хочу отношений с тобой. — Тогда как насчет секса без обязательств? — неожиданно для себя и парня напротив, предложил Луи. И тут Стайлс опешил. Секс? Без обязательств? Это было, конечно, странно, но самое удивительное, что это предложил Луи, мать его, Томлинсон! Заядлый романтик, с детскими мечтами об идеальной любви только что предложил Стайлсу заниматься сексом без обязательств. И если бы на дискотеке была алкогольная продукция, то Гарри обязательно сослался бы на то, что его другу ударило в голову. Но причина явно была не в этом. — Ты шутишь? — Гарри ждал, что сейчас Луи рассмеется и опровергнет все свои слова, но тот был настроен серьезно. — Нет, — пожал плечами Томлинсон, — Я влюблен в тебя с седьмого класса, Хазз. И если все это время у меня была крохотная надежда на то, что ты растаешь и примешь меня в качестве своего парня, то сейчас — ее нет. Все эти два с половиной месяца я каждый день думал о том, а правильно ли я сделаю, если позволю тебе себя использовать, как просто тело для секса? И сейчас я понял, что спустя столько убитого на тебя времени и внимания, я имею права сблизиться с тобой, даже если и таким способом, — Луи понизил тон и приблизился ближе к другу, — Я знаю ты хочешь меня, Гарри. Это все знают. И если ты не можешь дать мне свою любовь, то позволь мне получить от тебя хотя бы секс. Гарри не мог выдавить из себя даже слово. Луи. Секс. Без обязательств. Без любви. Просто секс. В его голове это никак не могло уложиться. Это были настолько несовместимые вещи, что парень просто отказывался в это верить. Но все доказательства были перед ним — совершенно серьезный Луи, который точно устал ждать от Гарри чего-то более, чем просто секс. — Я не против, — начал Гарри, — Но у меня есть условия, которые точно будут тебе не по душе.