Рабыня

      Люси все так же стояла на лестнице, дожидаясь свою напарницу. Вот только ее уж слишком долго не было. Может, ее поймали, или еще чего случилось? Девушка решила действовать. Осторожно приоткрыв дверь, она прислушалась: никого, лишь ветер обходит мачты и паруса, а корабль все так же движется вперед. Определить, ночь сейчас или день было очень трудно, но Люси надеялась, что прохладная погода все же говорит о вечернем времени.       Медленными движениями она взобралась на палубу. Куда идти, где прятаться! Она была как жертва на столь открытой территории. «Дура, куда ты вылезла?!»       Но заклинательница просто не могла стоять на месте, поэтому, чуть расставив руки, она двинулась вперед, где-то же должен быть конец пути. Однако ее быстро остановили крепкие мужские руки, оказавшиеся на ее плече.       — Куда-то собралась?       Наклонив голову к плечу, Люси здорово так вцепилась зубами в охранника, отчего тот закричал. Когда тот отпустил ее, отдернув конечность, девушка быстро опустилась к полу и ударила мужчину по ноге в коленную чашечку, похоже, выбивая ту в обратную сторону.       — Ах ты мразь!       — Помолчал бы лучше, а то вдруг еще кто появится.       — Уже.       Голос был ей знаком. Прямо позади нее стоял тот самый организатор «показа мод». Все тот же маленький старичок, вот только на нем уже был черный фрак с таким же черным цилиндром. Люси повернулась к нему, не в силах взглянуть тому в глаза.       — Дорогуша, вы навели столько шороху на моем корабле, а ведь я с таким радушием всех вас принял.       — Ты украл меня и этих девушек! Это незаконно! — заклинательница уже встала в боевую стойку, которой когда-то учил ее Нацу.       — Не думаю, что ты сейчас готова сражаться, твое зрение все еще в моих руках.       — Боишься сражаться на равных?       — Нет, просто не люблю марать руки, когда исход битвы известен. Ведь какой ты маг и боец без своих ключей, — откуда-то с той стороны для Хартфилии послышался звон знакомого металла.       — Ах ты! — и как только она замахнулась для нового удара, ее рука встретилась с грудой мышц, после чего охранник заломил ей конечности за спину.       — Уведи ее ко мне в каюту и привяжи на цепь, — охранник повел брыкающуюся заклинательницу куда-то в противоположную сторону, — а эту бросьте обратно на склад, да пошугайте их там немного.       На лицах похитителей появился неприятный оскал, явно не предвещающий ничего хорошего. Они забрали союзницу Люси, усыплённую заклинанием, и скрылись в трюме.       Амбал же тащил Хартфилию за собой, не особо заботясь о сохранности ее тела. Занозы от деревянного пола палубы впивались в молодую кожу, оставляя после себя кровавые следы. А Люси ничего не могла с этим поделать, как бы не брыкалась, ее держали со всей силы, явно не собираясь отпускать.       Минуя еще несколько поворотов, они оказались у нужной двери. Девушку бросили в один из углов нового помещения, надежно при этом сковывая ее ноги и руки цепями.       — Теперь не сбежишь.       — Это мы еще посмотрим.       — Я бы на твоем месте не сильно бы торопился. Мы с тобой еще не закончили.       И, неожиданно для девушки, к ней вернулось зрение. В глаза бил свет, и теперь она могла в полной мере оценить обстановку. Проваливающиеся полы, мокрые стены, покрытые то ли мхом, то ли каким-то другим растением. Она сидит в цепях, а перед ней два здоровяка и приветливый с виду старичок, жаль, что только с виду.       — Почему?       — Ты думала, что избежишь наказания за свой побег? О, нет, — на его лице отразилась ужасная улыбка, словно у маньяка перед своей жертвой. — Не беспокойся, фея, мы постараемся насладиться зрелищем в полной мере.       Один из прислужников пододвинул к Люси железную табуретку, другой же взял нож.       — Что ты хочешь сделать?       — Ты принадлежишь одной гильдии, и по этому значку, — он указал заклинательнице на ее руку, — они могут выследить тебя, но так как мне не нужны проблемы, то его нужно ликвидировать.       Охранники положили правую руку девушки на табурет, и один из них крепко прижал ее ногой, второй приготовился сдирать с руки то, чем девушка так дорожила.       — К несчастью для тебя, это единственный способ от него избавиться.       — Нееет!       И начался сущий Ад. Нож вошел в руку девушки, медленно меняя свое положение с вертикального в горизонтальное. Ее кожу резали словно хлеб, резкими, прерывающимися движениями, с остановками, чтобы девушка полностью прочувствовала всю боль. И Хартфилия чувствовала ее, нет, с нее срезали не просто кожу, с нее срезали ее семью, то, что связывало ее с Хвостом Феи. Словно часть души уходила вместе с этим куском.       А злодеи наслаждались криками девушки, в полной мере позволяя ей прочувствовать все происходящее. И даже когда работа была завершена, они не остановились, выливая на руку бутылку высокоградусного напитка. Теперь кожу жгло, наполняя противным теплом все тело.       — Ну вот и все, теперь можно считать дело закрытым. Заверните. — Люси уже не слышала этих слов, проваливаясь в пучину небытия.

***

      — Нацу, что-то Люси долго нет. Может, проведаем ее?       Хэппи, сидя на скамейке болтал лапками, иногда посматривая на молчаливого друга.       — Нет, она сказала ждать здесь, а то еще попадет нам двоим, а ведь в гневе она пострашнее Эльзы будет.       — Это точно. Но я все равно переживаю. Может, хотя бы узнаем, когда они выходят?       — Хорошо, — Нацу уже было приподнялся, как увидел молодого паренька в кепке организаторов. — Эй, ты, подойди сюда!       — Да, чем могу помочь?       — Мы хотели узнать, когда у вас будет этот, как его, показ костюмов?       — К сожалению, в этом году данного представления не будет.       — В смысле?       — Поставщики костюмов попали в шторм, и все материалы для показа потонули, времени заказывать новые уже не было, поэтому показ отменили.       — А когда это произошло? — с каждым словом саламандр хмурился все больше.       — Еще неделю назад.       — Спасибо, — паренек повернулся к своему другу, — Хэппи, похоже у нас появилось дельце.

***

      Люси проснулась только тогда, когда корабль причалил к берегу. Удар при столкновении вырвал девушку из сна. Зрение все так же было при ней, его больше никто не забирал, вот только…       Вся рука и подол грубого платья были в ее собственной крови. Герба гильдии на руке больше не было, а на его месте находился кусок мяса, сожженный алкоголем. Это вызывало горечь и отвращение к себе и данной картине. Она так легко отказалась от семьи, даже не сопротивлялась. «Слабачка!»       — Хорошо, что ты встала, — на нее посмотрели голубые глаза откуда-то из тени, так что самого обладателя видно не было. — Не хотелось бы тащить тебя, как груз. Вставай.       Девушка поднялась с пола и, пошатнувшись, облокотилась на стену. После всего случившегося в ней больше не было сил куда-то идти, стараться выжить, бороться, в конце концов.       — Не разводи сопли. Твоя цена и так будет снижена из-за руки, так что на, надень, — к ногам Люси приземлились белоснежные перчатки и длинная вуаль того же цвета. — На этой земле свои правила, так что будем соблюдать их.       Хартфилия аккуратно накинула на себя длинное полотно, полностью закрывая лицо и тело, после чего на руках появились перчатки, из того же материала.       — Отлично, а теперь на выход, твой новый хозяин уже ждет тебя.       Минуя коридоры трюма, девушка вновь взошла на палубу, только сейчас она увидела все своими глазами. Яркое солнце, ни одного облака на небе, из-за чего птицы, пролетающие над портом, так хорошо выделялись на его фоне. А город… Он просто поражал своими зданиями, своими масштабами. Где-то вдалеке виднелось самое величественное строение, которое Люси сочла замком.       — Господин, вот ваш товар, как и договаривались.       Как только девушка оказалась на пристани, ее поставили в ряд вместе с остальными, показывая, как на рынке, покупателю.       — А с этой что? — напыщенный вельможа указал на заклинательницу. — Почему на руках перчатки?       — Сожалею, что так вышло, но данная особа состояла в гильдии, и чтобы оградить Вас от неприятностей, нам пришлось ликвидировать ее отличительный знак, а сделать это можно было только одним способом.       — Понятно, значит, ее я не беру.       — Но, господин, она очень способная, да и не выбрасывать же нам ее в море?       — Делайте, что хотите, но такой товар мне не нужен, — он подал шляпу своему слуге, что стоял поодаль, тот же в свою очередь протянул ему мешок с деньгами. — Тут все, как и договаривались, за исключением части с этой девчонки. Остальных я забираю.       — Да, господин, спасибо.       И он ушел, оставляя Люси наедине с похитителями. Она стояла, словно кукла, смотря только прямо. Однако тело выдавало ее: руки дрожали, правую она же вообще не чувствовала, ноги подкашивались, а дышать она будто и вовсе разучилась.       — Ну и куда нам ее теперь? Вырезали эту метку, и сбагрить не кому!       — Спокойно, — теперь говорил человек с голубыми глазами, — Бранд, отведи ее на рынок, да продай куда надо, и дело с концом.       — Но что на это скажет босс?       — Ему самое главное денег досчитаться, а куда мы ее пристроим — не его забота.       — Хорошо, я тебя понял, — он схватил Люси за руку и повел по улицам незнакомого города. — Не рыпайся, а то попадешь в бордель, а не на рынок.       Его смех навсегда останется в памяти у Люси, напоминая о том дне, когда она потеряла свою свободу. Теперь она рабыня.