PLAYOFF

      — Вы ведь знаете, что в прошлом у клуба была довольно скандальная слава? — учитель Ким щурится, разглядывая заявление. Его бы могло поразить, что учителя литературы записали в кураторы баскетбольного клуба, вот только он отлично знал Арым и её пробивной характер. — У их капитана был скандал с наркотиками.       — Именно поэтому мы указали в заявлении вас, — не таится девушка. — Любой учитель откажет нам, но вы на хорошем счету в комитете и со стажировки работаете в нашей школе. Пожалуйста, учитель Ким.       Чонгук смотрит на классного, дожидаясь его ответа. Система внеклассных занятий здесь была сложнее, чем в Штатах, поэтому он не особо понимал, зачем им столько всяких бумажек, но послушно делал всё, что ему говорила Арым. С его заявления девушка загорелась и взяла на себя решение всех официальных вопросов.       — Ладно. Я подам вашу заявку, но не рассчитывайте на положительный ответ.       — Но ты ведь постараешься? — уверенно и нагло спрашивает Чонгук, смотря прямо в глаза учителя.       Арым растерянно оборачивается на парня, не оценив такого резкого порыва. Кажется, его обращение напугало её больше, чем то, за чем они пришли.       — Я обещаю постараться, — легко соглашается Сокджин, довольно усмехаясь.       Ребята прощаются и выходят из учительской.       — Вы постараетесь, — поправляет Чонгука девушка. — Ты обращаешься к человеку старше тебя, он твой учитель и несколько лет назад закончил эту школу. Как младший и ученик, ты должен проявить достаточно уважения. Так что твой вопрос звучал очень грубо, — она объясняет без надменности или характерной учительской нотации, стараясь не обидеть. — Хотя в любом случае вопрос звучал слишком грубо.       — Не уследил, — легко признаёт ошибку Чон.       Он пропускает Арым в класс первой и заходит следом, замечая промелькнувшего в коридоре высокого парня с темно-рыжими волосами. Бывший форвард Лисов, лучший игрок команды теперь был примерным и образцовым учеником. Чонгук даже видел его имя на первом месте в итоговых списках успеваемости, которые вывешивали прямо в холле. Парень задумывается о том, сколько сил и времени сжирает учёба, и страдальчески морщится. Здесь большую роль играла твоя успеваемость и рейтинг, отчасти даже будущее клуба зависело от того, на каком счету был в школе ученик. Изначально Чонгук планировал взять всю бумажную волокиту на себя, но ему даже не позволили посмотреть черновик заявления. Во-первых, он был только поступившим, а во-вторых, его переводной тест был написан почти на нижнюю границу. И это при том, что он год провёл на домашнем обучении.       Вопросом открытия клуба они занимались вторую неделю, но пока не делали официальных заявлений о наборе. Арым пыталась не поднимать раньше времени нашумевшую историю с наркотиками. За это время Чонгук отлично прижился в новом классе, и весь ажиотаж к нему уже немного поутих, так что всё складывалось вполне неплохо. Сегодня они планировали устроить генеральную уборку в зале и перебрать весь инвентарь, проверив его целостность и пригодность. Арым позвала Суён с собой, но у неё были дела в клубе медиа: ей предстояло отредактировать пятничный выпуск.       — Как думаешь, у нас есть хоть какой-то шанс вернуть всё как было? — стоя после уроков напротив класса, интересуется Арым.       — Не знаю, — честно признаётся Суён, поправляя взъерошенные волосы подруги. — Но я хочу верить, что у вас всё получится. Ты давно этого хотела, а говорят, Вселенная слышит наши желания.       Из класса наконец показывается Чонгук, и подруги прощаются. Парень торопится скорее попасть в зал, так что Арым приходится почти бежать за ним. Он воодушевленно рассказывает что-то про новые мячи и сетки, пока девушка прикидывает, насколько же сложно будет выбить финансирование у академии и её спонсоров. Именно в этот момент Чон напоминает ей больше восторженного щенка, чем сознательного взрослого парня. В раздевалке девушка быстро переодевается из школьной формы в одежду, которую не так жалко испортить, и спешит в зал. Пока она возилась, Чонгук натаскал вёдер с водой, отыскал какие-то тряпки и умчался уговаривать завхоза одолжить ему стремянку. Несмотря на весь их энтузиазм, вдвоём разгребать такую грязь оказалось слишком тяжело. Арым удаётся настроить колонки и подключиться к ним. Музыка разбавляет скуку, и у них получается сохранить на какое-то время определенный темп работы.       — Может, лучше мне? — интересуется девушка, стоя на первой ступеньке стремянки, пока Чонгук, взобравшись на самый вверх, пытался снять куски ткани с окон. Они оказались прибиты гвоздями к раме, и просто так сорвать ткань не получалось.       — Ничего не поменяется, — вздыхает парень, чувствуя, как затекли руки. Он встряхивает ими, и Арым невольно вытягивает руку, будто, если он упадёт, она сможет его поймать. Чонгук улыбается на такой невинный жест и оглядывает зал, пытаясь занять её работой. — Ты не домыла стенд с наградами.       — Это стекло. Нужно специальное средство, чтобы не было разводов, — отмахивается Арым, закидывая голову, чтобы лучше видеть Чона. Свободная широкая футболка парня чуть развевается, и ей удаётся заметить подтянутое тело с красивым прессом. — Сколько лет ты занимаешься баскетболом? — она отворачивается, неловко откашливаясь.       — С первого класса средней школы. Потом я учился в Штатах и играл за сборную там. Теперь вернулся домой. Ессс! — ему наконец удаётся отодрать первый кусок ткани, и в зал попадают закатные лучи солнца. Становится значительно лучше, и Арым не сдерживает улыбки.       Чонгук продолжает свою работу, слушая рассказы Арым о школе и прочем. Она оказалась очень милой и легко отзывалась на просьбы, хоть в их первую встречу произвела довольно отрешённое впечатление. Чонгуку не понадобилось много времени, чтобы освоиться, но было приятно знать, что он всегда может попросить у кого-то помощи. В школе она больше всех общалась с Суён, которая со стороны поддерживала их идею с клубом.       — Давай закончим с этим, а остальное оставим на завтра, — улыбается Арым, понимая, что они оба очень устали.       Они перемыли несколько раз пол и все поверхности зала и прилегающих комнат, рассортировали по коробкам разбросанный инвентарь, подписали их и вынесли в зал, чтобы после отобрать уцелевший и выкинуть испорченный.       Арым вздрагивает и резко оборачивается на громкий лязг. Кованая решетка, отделяющая спортивный зал от коридорчика с раздевалками, резко распахнулась, пропуская внутрь Чон Хосока. У неё внутри сердце делает кульбит от вида парня. Огненно-рыжие волосы, худощавая фигура и больно самодовольный взгляд сразу выдают самоуверенного форварда Лисов. Будучи игроком он получил громкое прозвище Феникс, и Чонгук слышал, как за спиной его продолжали так называть. И хоть в старшей школе он неожиданно всё бросил, его имя и коронные приёмы всё ещё обсуждались в школьной лиге. Чонгук спускается со стремянки и переводит взгляд на замершую Арым. Парень морщится от повисшего вмиг напряжения.       — Клуб ещё не открыт, — пытается разрядить обстановку Чонгук.       — Он и не откроется, — равнодушно заявляет Хосок, упираясь взглядом в расставленные на полу награды и снимки. — Сколько раз я говорил тебе забыть об этом и оставить всё, но ты настолько упряма, Кан Арым, — девушка под его взглядом сжимается, чувствуя себя на редкость гадко. Вязкая слюна скапливается во рту, и язык словно прилип к небу. Она не может сказать и слова поперёк. Они с Хосоком были близкими друзьями, поэтому она предпочитает отмолчаться. — Тебе нужно поддерживать свой рейтинг, поэтому серьёзно займись своей учёбой.       Чонгук становится перед девушкой, загораживая её от Хосока. Его сильно задевает, что он настолько груб и категоричен.       — Не говори так, словно это тебе решать. Лисы — всего лишь баскетбольный клуб старшей школы. Каждый желающих может прийти в него и уйти из него. А Арым сама разберётся с тем, что и как ей делать.       — Всего лишь клуб? — усмехается Хосок, мгновенно выходя из себя. — Ты даже не знаешь, что каждая игра значила для команды, но смеешь заявлять такое. Или думаешь, что парочка лет в американской сборной даёт тебе право ставить себя выше остальных? Спустись на землю, пока это не пришлось сделать мне. Вы можете получить сотню бумажек и одобрение комитета, но кто будет спонсировать команду, чей капитан умер от передозировки? — Хосок пинает один из кубков, отчего тот со звоном падает на пол. — Хватит заниматься ерундой.       Чонгук чувствует, как в нём закипает гнев. Кулаки сжимаются сами собой, и желание начистить самодовольную рожу растёт с каждым его словом. Арым выглядит напуганной и уязвленной. Её тоже задевают эти слова, заставляя ощутить себя виноватой.       — Если так мерзко находиться тут, то просто уходи. Если так сильно переживаешь за свой рейтинг, то займись им и не суй нос в чужие дела, — неожиданно за спиной Хосока раздаётся голос Суён. — Кажется, у тебя уже начался электив по высшей математике. Поспеши, а то вдруг кто-то займёт твоё почётное место.       Хосок смеряет девушку ледяным взглядом, усмехается и уходит, напоследок громко хлопнув дверью. Неприятный грохот эхом разносится по залу, а после повисает тяжелая тишина. Суён прикрывает глаза и делает глубокий вдох.       — Он не всегда был таким. Хосок большой трудоголик, — Арым тяжело вздыхает, бросая взгляд на снимок. — Последний капитан погиб при странных обстоятельствах,. Позже сообщили, что у него была передозировка тяжелыми наркотиками. Это вызвало крупный скандал как для команды, так и для школы. Но Хосок до сих пор уверен, что он не мог так поступить. Они близко дружили, и, кажется, всё знали друг о друге. К тому же вся команда прошла через череду унизительных слухов и проверок… Для него это болезненная тема, — пытается его выгородить Арым.       Суён качает головой и поднимает упавшие кубки. Она понимает, что хочет сказать подруга, но не считает, что Хосока нужно оправдывать. Его ужасное поведение причиняет лишь боль, и из-за прошлого, связывающего их, Арым не должна всегда отмалчиваться.       — Иногда есть то, что мы скрываем и от друзей, — равнодушно подмечает Чонгук. — Случившееся не даёт ему право так вести себя с нами. Даже если он ревнует, то это не изменит моего решения.       — Верно. Он не имеет права так себя вести, — соглашается Суён. — Я рада, что ты можешь постоять за себя. Это будет сложно, не только потому что на вас будет давить администрация, но и ребята не смогут принять всё так легко.       Арым поднимает последний снимок Лисов и протягивает его Чонуку. Парень пробегается взглядом по лицам на фотографии, подмечая в центре между капитаном и Хосоком Арым и Суён. В руках у девушек кубок школьного первенства, который сегодня валялся у него под ногами со сломанным крылом на ножке. На снимке все выглядели счастливыми и довольными. Сразу после игры, в красной униформе, с медалями и безупречной победой — на табло сзади разгромный счёт 53:32.       — Бросайте свои дела. Уже поздно. Угощу лапшой за старания, — улыбается Суён. — Сегодня пришёл гонорар за съемки, так что гуляем.