PLAYOFF

      Суён поднимается на четвертый этаж, в очередной раз набирая номер Арым. Тренировка Лисов давно закончилась, и новый тренер разнесла навыки ребят в пух и прах. Команда отнеслась к ней настороженно и с небольшим предубеждением, но выбирать им было не из чего, поэтому парни старались хоть чем-то зацепить нового наставника. Девушка догадывалась, почему Арым ушла с тренировки, и решила дать ей время побыть одной.       Маленькие парты, отгороженные друг от друга, тянулись вдоль стен, а по центру располагались столы побольше для совместных занятий. Днём высокие окна занавешивали жалюзи, и весь день в зале стояла полутьма, рушимая только раздражающими лампами под самым потолком. Суён совсем не нравились учёные комнаты. Они нагоняли тоску и отчаяние, но почти всегда были заполнены до отказа. Странно было видеть это место пустующим, с поднятыми на парты стульями и открытыми окнами. С последнего этажа школы открывался неплохой вид на залитые светом фонарей улочки. Хосок задумчиво листал учебник и делал пометки, пока напротив него спала Арым. Девушка почти с головой была накрыта его пиджаком, отчего Суён не могла разглядеть заплаканного лица.       — Твои звонки очень мешали, — не оборачиваясь, сообщает ей Хосок. Парень закрывает книгу и откладывает её в сторону.       Суён хмурится и обходит стол, чтобы поравняться со сопящей Арым. Его замечание кажется возмутительным и раздражающим, но девушка не торопится отбиваться. Ей стоит успокоиться и взять себя в руки, если она хочет закончить всё мирно и не сорваться.       — Ты мог бы взять телефон и сказать, что она здесь.       — Я не трогаю чужие личные вещи, — мгновенно отвечает Хосок. И пусть это звучало, как обычный каприз большого ребёнка, Суён согласно кивает.       От нервов у неё сводит челюсть и на языке появляется неприятный привкус металла. Девушка тяжело вздыхает, сталкиваясь с ним взглядами. Наверное, только в такие моменты она понимала, что они все выросли. Хосок больше не напоминал того шумного и бойкого мальчишку с игровой площадки недалеко от школы искусств. Непривычно сдержанный и холодный он отталкивал от себя едкими замечаниями, резко сократил круг общения и отдалился даже от самых родных. Суён сначала хотелось думать, что это из-за их расставания, но теперь, когда вся детская легкомысленность выветрилась, она понимала истинные причины.       — Тебе правда так противно знать, что Лисы возвращаются на площадку? Сегодня им даже нашли хорошего тренера. Ребята кажутся вдохновленными, и я верю, что у них всё получится.       Хосок усмехается и пожимает плечами.       — Вся школа судачит о происходящем. Несколько родителей уже обратились с просьбами прикрыть клуб. За вас отвечает учитель Ким Сокджин, и он всеми силами сдерживает их натиск, чтобы ничего не дошло до вас. Но ведь это не значит, что у него получится это делать всегда.       — Так ты испугался чужих предубеждений? — удивляется Суён.       — Я не хочу слушать от чужих людей про то, каким был дорогой мне человек, — достаточно резко отвечает Хосок.       Девушка замечает, как в его глазах промелькнуло презрение, и тушуется. Она скрещивает руки на груди и отворачивается. На мгновение вокруг повисает тишина, но Суён всё же набирается смелости её нарушить.       — Ты мог бы это исправить сейчас. Новая команда совершенно не похожа на вас прежних. Они другие, поэтому слава их тоже будет иной. Если они приложат усилия, то никто не сможет называть их неудачниками и приписывать им ошибки других.       — Ошибки, значит…       Суён резко оборачивается и отступает на несколько шагов назад. Он никогда не смотрел на неё с такой ненавистью. Хоть внешне Хосок оставался абсолютно спокойным, его взгляд открыто выражал всю неприязнь к ней. Девушка испуганно вздрагивает и теряется, не понимая даже, как поступить. Неужели она сказала что-то настолько ужасное? В себя её приводит только возня рядом. Арым медленно просыпалась, морщась от ноющей боли в пояснице и шее. Полусонная девушка ещё не поняла, что произошло рядом с ней, но уже почувствовала напряженную атмосферу.       — Хосок, — хрипло позвала она парня. Его внимание сразу переключилось на неё, и взгляд тут же поменялся. Для него Арым была как младшая сестра. Во время его отношений с Суён, она всегда была им верной поддержкой и близким другом. После же девушка часто приходила на тренировки к команде и сидела на скамейке с запасными игроками во время матчей. В шутку старшие называли её талисманом команды. Большинство взлётов, падений и важных моментов в его жизни проходили рядом с Арым. Сегодня им удалось понять друг друга, побывав в схожих ситуациях. Когда чего-то дорого касаются чужие руки, бывает больно.       — Иди уже домой, — вздыхает парень. — Перед уроком просто прочитай то, что отмечено. Я на работу, — он кладёт перед ней книгу, которую листал до прихода Суён, и уходит.       Арым неловко улыбается, стирая с щеки отпечатавшийся от одежды след, и поднимает взгляд на замершую Суён. Всё ещё разочарованная и напуганная девушка смотрела ему вслед, не решаясь даже пошевелиться.       — Суён? Эй, ты чего? — Арым тянет её за рукав пиджака, и подруга отмирает.       — Кажется, я слишком устала, — нервно смеётся девушка. — Давай по домам? Уже довольно поздно.       На выходе из школы Суён кое-что вспоминает и спешит уточнить всё у Арым.       — Он ещё работает в том баре?       — Да, — кивает головой подруга. — До академического отпуска он, как ученик, работал только по вечерам и в выходные днём, но теперь, кажется, берёт ночные смены. Как только всё успевает? Бизнес его отца хорошо поднялся, казалось бы, можно расслабиться, но он такой трудоголик.       Суён, задумавшись, быстро кивает. Она от отца тоже слышала, что семья Чон преуспела. Это радовало. Девушка знала обратную сторону пришедшего успеха и испытывала искреннее облегчение. Родители Хосока были изумительными людьми и очень тепло к ней относились.       — Давай пройдёмся пешком? Хочу взять в магазинчике что-нибудь перекусить, — предлагает Суён. Она повисает на Арым и старается привычно свести все разговоры к чему-то нелепому и беззаботному.       Девушки заворачивают за угол, когда замечают бегущие в их сторону две фигуры. Арым плотнее прижимает к себе Суён, напряженно вглядываясь вперёд, когда замечает знакомую эмблему.       — Это…       — Бегите! — кричит Тэхён, оборачиваясь назад.       Чонгук разворачивает обеих девушек и чуть подталкивает, поторапливая. За ними следом бежала толпа из человек семи, так что ни у кого не было особо выбора. Суён и Арым рванули вперёд.       — Что вы натворили?! — визжит Суён, резко сворачивая между домами.       — Спроси у Тэхёна, — зло рычит Чонгук. У него после тренировки не было никакого желания устраивать марафон по городу, но названый друг решил это не учитывать, когда в компьютерном клубе начал выяснять отношения.       У Суён уже начало сдавать дыхание, но сыплющиеся в спину угрозы и ругань служили хорошим стимулом бежать до конца. Перед развилкой Чонгук схватил за руку Арым и потянул на себя, уводя направо. Суён и Тэхён свернули налево, убегая вверх по торговой улице. Довольно быстро они затерялись в толпе, и найти их стало почти невозможно. А вот Чонгук выбрал не самое удачное направление. Ниже располагались рестораны и бары, так что найти двоих школьников с эмблемами на униформе было довольно легко.       — Сюда!       Чонгук толкает Арым вперёд на пожарную лестницу, и девушка шустро поднимается по ней наверх. Металлическая ржавая конструкция скрипит под их ногами и осыпается. Они успевают улизнуть, спрятавшись под окнами четвертого этажа. Чонгук выглядывает, чтобы убедиться, что снизу их никто не поджидает. Арым опускается на любезно предложенный рюкзак, вытянув ноги, и разглядывает носки новеньких конверсов. Это была её личная слабость. Она работала только на кеды, заполняя обувные полки всеми имеющимися цветами. Суён называла это помешательством, но Арым не видела ничего плохого в своей коллекции, пока могла заработать на неё сама.       — Ты как? — тихо спрашивает Чон, протягивая ей бутылку воды.       — Всё отлично, — слишком быстро отвечает девушка. — Как прошла тренировка?       — Неплохо, — коротко отзывается Чонгук.       Кажется, ему впервые с ней так неловко. Чонгук не догадывался, что вызвало её резкий уход, и не мог объяснить, почему теперь он чувствовал свою вину. Он нервно ведёт плечами, замечая, что сегодня её кеды лимонного цвета. Забавно было осознать, что с первой их встречи он заметил новенькие кеды. Арым ещё занималась с тем нерадивым мальчишкой репетиторством, видимо, только ради новой пары на полке. Они на секунду сталкиваются взглядами и смущенно улыбаются, словно оба не ожидали, что им будет настолько неловко.       — Опять Тэхён? — уточняет Арым.       По одному вздоху Чонгука становится всё понятно. Девушка заливается смехом, прекрасно зная, на что способен друг. Тэхён любил быть в центре внимания и не брезговал иногда самыми сумасшедшими способами. Не придавая особо значения этому жесту, Арым кладёт голову Чонгуку на плечо и продолжает тихо смеяться на недовольное ворчание. У неё немного болела голова после сна, но так стало немного легче. Арым чувствовала, как часто Чонгук дышал, постепенно восстанавливая дыхание. Она в моменте прикрывает глаза и вслушивается в происходящее вокруг. Неразборчивый гул толпы, биты музыки и громкий смех.       — Какого чёрта он решил высказаться об их игре? — сквозь зубы процедил Чонгук. Слова и выражение лица парня сильно разнились. Сквозящее недовольство в голове и озорно горящий взгляд никак не сочетались.       Чонгук поворачивается к ней, чтобы рассказать все подробности, но замирает. Их взгляды сталкиваются, и каждый понимает, насколько они близко. Улыбка медленно сходит с лица Арым, и она неловко откашливается.       — Он часто такое делает. Иногда Тэхёну просто одиноко, поэтому он ищет способы привлечь к себе внимание. К сожалению, с его родителями это совсем не работает, — в надежде, что Чонгук поймёт намёк, немного рассказывает Арым.       Парень тяжело вздыхает, будто на него повесили вселенское бремя. Чонгук предпочитал спокойный размеренный быт, и друг-экстремал выглядел, как угроза всему.       — Я могу спросить, почему ты ушла с тренировки?       Арым поднимает голову, и Чонгук чувствует неприятный холод. Ему хочется, чтобы она легла обратно, но Арым садится, подогнув под себя ноги. Она смотрит прямо на него и выглядит, как нашкодивший ребёнок.       — Я хотела извиниться за своё поведение. Наверное, ты беспокоился. Такого больше не повторится, и очень скоро я смогу принять нового тренера. Я постараюсь, — сбивчиво бормочет девушка.       — Это из-за твоего отца, — осознаёт он. Чонгук собирается сказать ещё что-то, но их прерывает звонок телефона из кармана Арым.       На экране появляется Суён, а затем в кадр попадет половина лица Тэхёна. Парень машет рукой и довольно улыбается.       — Мы вас прервали? — издевается он, но сразу получает удар локтем в бок от Суён. Она закатывает глаза на тихий стон друга и поворачивает телефон на себя.       — Чувствую, сегодня я буду спать как убитая, — шепчет недовольная девушка. Её фитнес тренировки оказались совершенно бесполезными в реальной жизни. — Вы в порядке? Я вызвала водителя. Мы вас сейчас заберём, а то эти придурки могут ошиваться рядом. Скиньте геолокацию и ждите.       Тэхён снова хочет что-то добавить, но один взгляд Суён сбивает с него всю спесь. Арым в добавок грозит зачинщику беспорядка воспитательной беседой, и парень приунывает окончательно. Чонгук тихо смеётся и осознаёт, что уже совсем не злится на него.