PLAYOFF

      — Я правда не знала, что это его шампунь, — страдальчески стонет Суён, прячась за спинами Арым и Тэхёна.       Друзья усмехаются, но ничего не комментируют. Со стороны казалось, что кто-то спустил на макушку Хосока капитошку с рыжей краской. Смотрелось забавно. Правда сам Чон ни капли не заценил новый образ.       — Ребят, снимок на память перед отъездом, — напоминает фотограф.       Две недели сборов закончились. Через полторы недели начнутся отборочные. Всеми ожидаемая Школьная Лига приближается. Команды галдят у своих автобусов, прощаются с другими и готовятся к отъезду. На удивление, к Лисам тоже подошло несколько ребят, разделяя энтузиазм однажды сыграть против друг друга. Арым сидит на ступеньках в автобус, прикрывая голову от палящего солнца соломенной шляпой Тэхёна. Чонгук и Чимин вывесили в окно знамя и закрепили его за раму.       — Фотография! — оповещает Юнги. Он становится по центру под флагом, и Лисы неспешно подтягиваются к нему. — Эй, Чон Хосок, вам особое приглашение нужно? — усмехается Юнги. — Была команда встать на фотографию. Даже с такой ужасной причёской.       — Да пошёл ты! Сам всё утро чесался, — рычит на него парень.       Арым улыбается и надевает на Хосока свою чёрную кепку. Парень устало вздыхает, но благодарит её. Девушка тянет его за рукав футболки и ставит с краю. Сама она с Суён и Тэхёном располагается по центру на корточках прямо перед учителем и тренером. Чонгук встает с другого края.       — Раз, два… — в толпе ребят суета, смех, несмотря на попытки позировать.       — Двиньте Чонгука, он не играл! — издевается Намджун.       — Я могу только тебе двинуть, — смеётся стоящий рядом Чимин.       — Эй, Суён, выстави потом обязательно это у себя! Я сюда ради девушек и популярности пришёл! — улыбается их однокашник.       — Ни того, ни другого, пока не будешь играть, как Джордон, — огрызается девушка. Тэхён наставляет ей рога, но сразу получает в бок.       Юнги усмехается и не упускает возможности продемонстрировать свои замученные частой ноской фирменные кроссовки. Заметивший это Чонгук сразу шустро выбегает вперёд и приседает перед капитаном, специально загораживая его кроссы. Оказавшаяся рядом с ним Арым широко улыбается и сталкивается взглядом с парнем. Юнги не успевает возмутиться, когда фотограф выкрикивает «три» и делает снимок.       Фотографии быстро проявляют, и как раз, когда команда заняла свои места в автобусе и приготовилась отъезжать, им передают готовый снимок. Арым взволнованно разглядывает его. Первая фотография нового состава Лисов. Загоревшие за это время в спортивной форме ребята довольно улыбались, выглядя действительно счастливыми. Парни стояли закинув руки друг другу на плечи, как команда. Вот только она и Чонгук смотрели друг на друг.       — Хотела бы я показать это папе, — вздыхает девушка.       — Я уверен, что скоро сможешь, — пытается поддержать её Чонгук. — Он будет гордиться тобой.       — Знаешь, я рада, что мы решили идти вперёд и вопреки всему и всем быть командой, но… Во мне будто живет вина перед Чонхёном. Я бы хотела разгадать эту историю и доказать всем, что он невиновен, — совсем откровенно признается девушка. — Он был славным парнем, и папа души в нём не чаял.       Чонгук чувствует, как сдавило грудь. Парень сглатывает неприятный ком в горле и отворачивается к окну. Вереница автобусов покидает солнечный лагерь. Для многих в этом году это были последние школьные сборы, а для кого-то эти две недели стали лишь началом. Арым изворачивается так, что ей удается расположить гитару на колене. Ребята возбужденно дожидаются, когда девушка заиграет, и быстро подхватывают какую-то популярную песню. Автобус заполняется хором разношерстных голосов и смехом.       Веселье заканчивается на следующий день, когда перед ребятами оказываются тестовые бланки по промежуточному контролю. Чонгук прочитывает вопросы, понимая, что знает ровно ничего, и закрашивает все ответы в графе «В» — этому его научил Тэхён. В столовой вся баскетбольная команда, кроме Чимина, собирается за одним столом. Хосок на все причитания остальных деловито подмечает, что стоило поднажать с учебой. Взамен Юнги сдергивает с него кепку, и если бы не сидящая между ними Арым, то они однозначно бы сцепились.       Суён ищет взглядом Чимина, но парня нигде не оказывается. Чорон же гордо восседала на своём месте. Несколько раз её взгляд останавливался на команде, но она лишь морщила нос и закатывала глаза. На самом деле баскетболисты привлекли достаточно много внимания. Они вели себя почти как на сборах: много болтали, смеялись и обсуждали новые стратегии для игры. Маленький успех прибавил всем уверенности, отчего ребята чувствовали себя более счастливыми.       — Завтра будут результаты в виде рейтинга. Понадеемся, что всё закончилось хорошо.       Намджун пожимает плечами, как бы прося много не ждать.       Надежды Арым совершенно не оправдываются. Суён, Чонгук, Тэхён и Намджун наклоняют головы сначала вправо, а после — влево, но количество их баллов в общем рейтинге никак не меняется, не становится лучше ни на грамм и даже ни на йоту. Наблюдающие за этим со стороны Хосок и Арым обречённо вздыхают. Друзья опять волокутся где-то внизу каждый в своём потоке. Арым уже предчувствует гнев учителей и мысленно разрабатывает план отступления.       — Ну, кажется, всё не так и плохо, — пожимает плечами Чонгук, но ему тут же в голову прилетает скомканный и выброшенный им же раннее табель. Парень безразлично пинает его в угол коридора и оборачивается на друзей. Хосок скептично приподнимает бровь и вновь кивает на список.       — Шестьдесят девятое место — неплохо?       — У Суён оно восьмидесятое из восьмидесяти восьми, — переводит стрелки Намджун, не чувствуя никаких угрызений совести, зато отчётливо ощущая боль от пинка Суён.       — Я завалилась на химии.       — Она не могла сожрать у тебя девяносто процентов! — усмехается Тэхён.       — Что происходит? — к ребятам подходит Чимин. Он угрюмо оглядывает оживленных друзей и морщит нос, словно у него болит голова. — Результаты?       — Плачевные. Скорее всего, нас ждёт выго… — не успевает закончить Арым, как её перебивают.       — Баскетбольную команду ко мне в кабинет! Живо! — словно фурия, мимо ребят проносится заведующая учебной частью, и все дружно обречённо вздыхают.       — Мда. Давненько меня не вызывали на ковёр, — усмехается Чонгук, отчего-то пребывая в хорошем настроении. Парень цокает языком и раздраженно ведёт плечами назад.       — Ты рад? — удивляется Арым.       — Метод Тэхёна работает. Я поставил все ответы «В» и набрал четырнадцать процентов. Я даже не на последнем месте, хотя в истории и литературе понял ровное ничего.       — А я набрал двадцать. Так что видишь, Арым, это рабочая схема, — довольно усмехается Тэхён, закидывая руку на плечо Чонгука.       — Именно поэтому вы двое шагаете сейчас на педсовет, — качает головой девушка.       Парни лишь переглядываются и пожимают плечами, будто не сделали ничего значительного. Кажется, они неплохо спелись. Пока в классе отчитывают всех, получивших низкие баллы, Арым, Хосок и Чимин дожидаются друзей в зале. До тренировки ещё почти час, поэтому здесь было пусто и тихо. Арым использовала это время, чтобы привести в порядок документы и списки, пока парни перебирали мячи.       — Вашу мать, отстранили! Опять! — вопль Чонгука эхом разносится по залу. Сначала внутрь влетает его рюкзак, затем входит сам парень. — Что за дебильная фишка такая? — зло рычит он. — Учеба и моя игра никак не связаны. Ладно за драку, но из-за чёртова теста?       Арым тихо стонет и качает головой. Она ожидала, что последнюю двадцатку отстранят от любой клубной деятельности, пока они не исправят отметки и не пересдадут тест. Тэхён не менее злой проскальзывает следом в зал и сразу усаживается на ближайшую трибуну. Клуб медиа был всё ещё закрыт по инициативе учителя Кима, а теперь Тэхён получил официальное отстранение.       — Нас отстранили за неуспеваемость, и надо ещё отработать часы наказания за тот поход в клуб, — спокойно поясняет Суён, замыкая цепочку недовольных парней. — Учитель Ким тоже был разочарован. Могу сказать, что мы в ударе.       — Будем исправлять, — кивает головой Арым. Она пытается прикинуть, как организовать дополнительные занятия с парнями и помочь им подтянуть пробелы.       Суён плюхается на скамейку рядом с Чимином. Её беззаботное настроение заставляет его ощутить зависть. Она действительно запорола тест по всем параметрам, но почему-то совершенно не выглядела расстроенной.       — Я видела, ты в топ-10. Это супер! Поздравляю! — Суён солнечно улыбается ему, склонив голову к плечу, отчего её завитые в крупные локоны волосы падают на одну сторону, и Чимин впервые замечает, что у самой линии волос за ухом у неё светло-коричневая татуировка.       — Да нет. Я вполне доволен, — признаётся парень, умалчивая, что недовольны его результатами родители и Чорон. Девушка вообще закатила истерику, что их разделяет куча народа. На самом деле между ними затесались Арым и ещё пара учеников.       — Это всего лишь оценки, Чимин. Ты слишком классный, чтобы париться из-за этого, — улыбается Суён. — Справимся с этим. Расслабься.       Она хлопает его по плечу и поднимается со своего места. Перед носом Чимина мелькает край клетчатой зеленой юбки, и девушка уносится к друзьям. Она едва замедляется, когда замечает рядом с ними Хосока, чья голова всё ещё не пришла в порядок после её шутки. Суён смущенно улыбается ему и взволнованно перекатывается с пятки на носок, дожидаясь, пока ребята договорят. В какой-то момент она теряет равновесие и валится в сторону, но Хосок успевает её поймать. Суён сдавленно пищит и замирает, словно замороженная. Хосок опускает взгляд на девушку и, скорее всего, интересуется, в порядке ли она. Его рука спокойно лежит на её талии, и Суён заметно расслабляется, получив его внимание. Чимин морщится и потирает ладони, чувствуя, как в затылке тяжелеет и сами собой сжимаются кулаки. Парень неловко откашливается и торопится присоединиться к остальным на площадке.       — Хосок, разыграем? — кричит с площадки Чонгук, зло отбивая мяч от пола. Ему явно надо выпустить пар.       Чон сразу соглашается и уходит на площадку. Суён садится рядом с Арым и потирает покрасневшие уши.       — Почему я постоянно позорюсь перед ним?       — Не заморачивайся. Вы столько лет были вместе. Вряд ли ты способна его ещё чем-то удивить, — улыбается Арым. — Пойдём. Нас ждут на чтении сценария к фестивалю. Дана сказала, что все собрались.       — Точно! Я хотела им кое-что предложить. Надеюсь, девчонки не откажутся.       В актовом зале за ароматным чаем и домашними кексами собрался драмкружок. Девушки, которых в секции было большинство, тепло встречают своих гостей и сразу приглашают к работе. Суён быстро втягивается в происходящее, а Арым лишь изредка что-то комментирует. Она редко участвовала в основных действиях, и её работа в основном заключалась в помощи с аранжировками и за кулисами.       — Девчонки, нужна помощь, — просит Суён, когда драмкружок заканчивает обсуждение правок, внесенных в сценарий спектакля.       — Что-то случилось? — сразу оживает Дана. Она знала Суён с музыкальной школы — училась на два класса младше, поэтому относилась к девушке с особым уважением и трепетом. На выпускном она даже участвовала в их мюзикле, играя второстипенную роль.       — Я хочу собрать группу поддержки для баскетбольной команды.       — Мало кто согласится. Столько грязных слухов ходит, — робко предполагает кто-то из девушек.       — Это всё неправда! — горячо вскрикивает Суён. — Они отличные парни.       — Но мы нужны тебе, потому что ты прекрасно знаешь, что никто не согласится.       — Верно, — соглашается Арым. Она не ожидала такого предложения от Суён, но поддержка подруги её приятно тронула. — Но это всё в прошлом. Они действительно отличные ребята и хорошо играют. Им очень сейчас нужна поддержка. Через две недели первый крупный матч. Я была бы безумно вам благодарна за помощь.       — Я согласна, — не задумываясь, отвечает Дана. — Но это не потому что я очень сильно люблю баскетбол. Вы очень помогаете нам на драмкружке. И я неплохо знаю Чимина и Намдужна. Мне будет приятно отблагодарить вас подобным образом.       — Но мы не умеем делать поддержки и всякую акробатическую ерунду, — вклинивается другая девушка.       — Нам это и не нужно. Мы будем делать каверы или устраивать флешмобы во время тайм-аутов.       — Кстати, о птичках, — вспоминает вдруг Дана. — Тут на днях Чорон такую истерику устроила, громила класс и кричала. Её подружки вдоль стенки стояли, слово боялись сказать. Чимин всё ещё в игре?       Суён удивленно приподнимает брови и заинтересовывается случившимся. Вряд ли в мире было много вещей, способных вывести из себя Чорон настолько сильно.       — Да. Он сейчас на тренировке.       — Суён, а вы с Хосоком снова вместе? Я видела его в столовой. У него опять медно-рыжие волосы. Правда, выглядит немного странно… И в сторис ты была с ним на вечеринке.       Подруга замирает, как лань, пойманная в свете фар. Она глупо моргает длинными ресницами и заметно бледнеет.       — Нет. Вообще нет. Мне уже нравится другой человек. А что с головой Хосока, вообще не в курсе, — опомнившись, быстро отвечает она. — Всё в прошлом.       Завершив все разговоры, Суён и Арым направляются домой. В такое позднее время в школе почти никого уже нет. Даже в спортивном зале выключен свет, а значит, парни разошлись по домам.       — И кто же тебе там нравится? — ехидно уточняет Арым, переглядываясь с подругой. Суён сегодня остаётся у неё на ночёвку, так что она надеялась обсудить новое увлечение подруги более подробно.       — Пока рано что-то говорить, — ускользает от темы Суён, но в её голосе звучит надежда и счастливая улыбка.       Арым не решается настаивать. Она давно не видела Суён такой легкой. Девушка задумывается над словами подруги и вспоминает эти сборы. Она сильно сблизилась с Чонгуком, и то её желание поцеловать его выбили девушку из колеи. Хотя после Арым умело сделала вид, словно ничего не случилось, и ничуть не поменяла свои отношения с Чонгуком.       — Вы так поздно.       На мгновение девушке кажется, что хриплый голос ей послышался. Но от тёмной стены отслаивается широкоплечая фигура, и в свете фонаря она видит Чонгука. Его спортивная сумка всё ещё висела на плече, намекая, что парень так и не был дома после тренировки. Суён издаёт удивленное «о» и растерянно улыбается.       — Ты ждал нас?       — Ребята сказали, что вы поздно заканчиваете.       Суён незаметно тыкает локтем в ребра девушки и сбегает чуть вперёд, намериваясь оставить парочку наедине. Арым всё ещё удивленно разглядывает парня, ощущая себя неловко из-за того, что заставила его ждать.       — Не стоило. Ты, наверное, ужасно устал за тренировку.       — Всё хорошо. Я сам захотел, — отмахивается он.       У дверей дома Арым пытается уговорить его зайти к ней, но он наотрез отказывается.       — Зря ты. Мама приготовила сегодня потрясающий пирог. Тебе стоит попробовать.       — В другой раз, — обещает парень. — Меня ждут дома.       — Паршивый день, — понимающе кивает Арым. — Скоро все станет лучше. Это закон равновесия.       — Для равновесия тела необходимо, чтобы сумма всех сил, приложенных к телу, была равна нулю, — зачитывает закон из физики парень. Он улыбается ей, стараясь утешить, и Арым отвечает взаимной улыбкой.       — Значит, нам нужно подтянуть лишь литературу и язык. Это обнадеживает, — шутит девушка.       Со странной тоской Арым отпускает Чонгука. Сегодня у него был действительно тяжелый день. Заваленный тест и тяжелая тренировка перед отстранением измотали его, хоть он старался этого не показывать.       Дома всё оказывается как обычно. Старший брат с семьей заезжали днём проведать папу. Мама готовила сумки для реабилитационного центра, в который планировала поехать с ним через несколько дней. И, как обещала, приготовила пирог. Арым незаметно спрятала несколько кусочков для Чонгука, решив угостить его во время дополнительных занятий. Отец же занимался в маленьком зале на цокольном этаже. Его движения всё ещё были неточные, речь немного невнятной, но он отлично держался и не терял надежду все исправить. Последнее время он без поддержки и трости передвигался по дому, выходил на задний двор, чтобы понаблюдать за игрой своих сыновей. Казалось, всё, наконец, начало налаживаться и возвращаться в свою колею. В комнате её младшего брата, находящегося сейчас на службе, обнаруживается спящий Тэхён. Его родители опять в отъезде, поэтому парень не захотел оставаться в одиночестве в огромном доме.       «Всё Окей. Я дома».       Чонгук отправляет короткое сообщение, скидывая вещи на пороге. Все его мысли витают около очередного отстранения. Хосок отдал ему какие-то свои тетради, чтобы он смог нормально подготовиться к пересдаче теста, но ему совершенно не хотелось убивать время за учёбой. Парень проходит на кухню, включает свет и открывает холодильник. Пусто. Парень задумывается, есть ли у них что-то перекусить, и оборачивается.       — Твою ж, — тихо выругивается он, замечая сестру, забившуюся в угол с кружкой остывшего варева. Она не умела делать даже кофе. — Чего ты здесь притаилась, как приведение?       Девушка скептично приподнимает бровь. Она морщит нос и встаёт с жесткой табуретки, не скрывая своего недовольства.       — Мама на сутках и должна переживать, что ты так поздно где-то шляешься, — шипит она. — Тут сам разберешься…       Она указывается на запачканную плиту с несколькими кастрюлями. Эта девушка всегда устраивала хаос на кухне, когда готовила. Чонгук замечает в мойке две тарелки и догадывается, для кого она устроила это шоу.       — Ты не хочешь поесть со мной? С того дня, как я приехал, ты не остаёшься со мной в одной комнате дольше пяти минут. Не понимаю, что я тебе сделал и почему так отвратителен.       Она заторможено переводит на него взгляд и хмурится.       — Ты не отвратителен мне.       — Тогда объясни, что происходит.       — Просто ты чужой, — неожиданно признаётся девушка.       Чонгук рвано выдыхает, словно его ударили под дых. Он знал, что не услышит ничего лестного, но такого удара не ожидал.       — Я не выбирал уходить из семьи, — цедит он.       — Я знаю, — так же просто отвечает она. — Но… Ты всегда был так далеко и не с нами, что я забыла это ощущение. Не могу принять тебя как младшего брата. Ты чужой, — снова повторяет она. — Маме из-за тебя больно. Она постоянно вспоминает его, смотря на тебя. И этот баскетбол. Почему ты не мог выбрать другой спорт?       — Потому что он заставил меня полюбить именно баскетбол.       — Тебя все возненавидят, когда узнают правду, — категорично бросает она и проходит мимо. — Ты потеряешь их всех.       Она стучит ногтем по фотокарточке со сборов, которая висела на холодильнике. Чонгук не знал, зачем повесил её на самое видное место. Может, надеялся, что, заметив фото, его поддержат.       Чонгук морщит нос и устало трет лицо. Аппетит испарился мгновенно. В отличии от сестры, он никогда не позволял себе бросить кухню грязной, но в этот раз парень не находит ни капли сил, чтобы убрать.