Культурный шок

      Ян Собески, закончив «потную» калибровку компенсатора инерции, зашёл в кафе пообедать. Ну как – в кафе? Просто китари, живущие на корабле годами, плавно перерастающих в десятилетия, переделали кают-компанию в более уютное и домашнее место. В кафе уже обедали два десятка китари, выглядевших, как высокие женщины.       - О, 863 килокалории – пойдёт – выбрал он что-то вроде жареной картошечки с салатиком (у каждого блюда была указана энергетическая ценность – китари очень следили за своим физическим состоянием), и стакан обогащённой микроэлементами воды. После чего он уселся за первый же свободный столик и принялся за еду.       Насыщаясь, Ян вспоминал, что же он делает на корабле инопланетян.

***

      Вселенная шутит странные шутки – земляне ожидали встречи с инопланетным разумом, но считали, что он не будет похож на людей. Но, когда в 2026 году за орбитой Луны появился огромный корабль, в виде пяти «слипшихся» линз, и шестью гондолами, никто не ожидал, что чужие будут настолько похожи на людей. Это и сыграло очень плохую шутку – на очередной фазе Первого Контакта, в зал, где земляне и китари налаживали связи, беседуя, угощаясь напитками и закусками, ворвался охранник, происходящий с Ближнего Востока, и устроил бойню, в которой погибли 28 китари, в том числе и супруга капитана. Только чудо спасло человечество от тотального истребления.       Китари, скрепя сердца, потребовали компенсировать потери, а именно – предоставить 28 землян в экипаж корабля, название которого можно перевести как «Искатель». Собески тоже попытал счастья, подав заявку, так как с раннего детства грезил о далёких мирах, озаряемых светом чужих солнц. И сильно удивился, когда его кандидатуру одобрили – если женщин набрали легко, то с мужчинами были проблемы, ибо если желающие и были, то они не отвечали минимальным требованиям по способностям и начальным навыкам. Итак, 27 женщин и единственный мужчина навсегда покинули родной мир, отправившись в странствие длиною в жизнь. Попав на борт, после медицинского обследования, их подвергли наномашинному обучению, чтобы вбить в головы основные знания для работы на корабле. Головы землян едва не повзрывались от лютых болей. Но на третьи сутки боли сошли на нет, и земляне смогли приступить к своим новым обязанностям. Особенно рада была ассистентка вторичного бортинженера, вдруг ставшая вторичным бортинженером, с Яном в подчинении.

***

      Его воспоминания были прерваны миниатюрной, всего в 176 сантиметров роста, китари:       - Я могу присесть?       - Да, пожалуйста.       - Мы можем перейти на «ты», Ян? – спросила она и, дождавшись согласия, продолжила – Я – Ис Кериан, корабельный психолог. Как ты понимаешь, мои обязанности заключаются в том, чтобы поддерживать психологические здоровье и комфорт экипажа. Так вот, за два года, что ты с нами, ты не завёл отношений с женщинами…       - Может быть потому – перебил её Собески, улыбаясь – что они – феминистки?       - Феми…? – озадаченно спросила Ис.       - Женщины, требующие «равных» прав с мужчинами.       - Ах, да… - вспомнила она ещё один, чужой для её народа термин - но они ведь не все феминистки.       - Может быть, но пару раз обжегшись на молоке, я предпочитаю дуть на холодную воду. Да и вообще, я здесь ради высоких технологий и чужих планет, под далёкими звёздами.       - Но мы все здесь – живые, и природу так просто не заткнёшь. Мы на корабле зависим друг от друга, и очень не хочется, чтобы у тебя в какой-то момент «поехала крыша», и ты начал всё крушить.       - Не думаю, что до такого может дойти. К тому же, для этого есть виртуальная реальность.       - Ян, для тебя виар в новинку, но поверь – это не замена. Душу и тело не обманешь – нужны настоящие отношения, настоящее тепло.       - Ну, не знаю…       - Не хочешь с женщинами, попробуй с китари…       - Э… Я лучше воздержусь! Уж прости, но такое противоречит нашим традициям и мировосприятию.       - Понимаю – из-за этих традиций вы и здесь, с нами. Но с этим всё-таки нужно что-то делать, подумай над этим.

***

       Два месяца спустя. Кинотеатр.       Шла какая-то комедия, скорее всего засмотренная до дыр, (связь с родиной – планетой Хелика, была очень трудоёмкой, медленной и дорогой), китари смеялись до слёз, обсуждая шутки и смешные ситуации, благодаря чему Ян хоть что-то понимал в их юморе.       - Как тебе этот фильмец, Ян? – спросила китари, сидящая слева от него – Нирин просто великолепна в этой роли.       Собески на корабле знали все – землян было всего 28, и мужчина - только он. Из-за этого было немало проблем. Даже в бассейн он ходил бы только ночью. Если бы не четыре смены, составляющих сутки в жизни «Искателя». При отсутствии разделения полов, и тщательном уходе за телом, китари в бассейне обходились без одежды, и только самые отчаянные женщины смели приходить поплавать. И земляне всегда оказывались в центре внимания, со своими купальниками, плавками и «дизайном» тел, что было крайне неуютно.       Ян напрягся – неужели очередная попытка «подкатить»?       - Я плохо понимаю в вашем юморе – осторожно ответил он.       - Да ну! За два года ещё не влился? – улыбнулась она, похрустывая попкорном – Приятно познакомиться, я – Ри Талин.       - Мне также… Приятно… Поможешь мне с объяснением шуток?       - С удовольствием. Уже двадцатый раз смотрю, а всё заходит, почти как в первый раз. Здесь ведь главное – не частить, чтобы не надоело.       Фильм уже закончился, Собески вышел из кинотеатра, а Ри от него так и не отстала:       - Сходим в театр? Там сейчас новое представление – свежая струя, так сказать, в нашем стоялом мирке.       - Почему бы и нет? – изобразил он улыбку, ощущая что-то странное, будто смотрит на себя из глаз женщины. Тем более что золотоволосая Ри была на полголовы его выше.       Ставили что-то историческое, и Ян с удовольствием посмотрел. Даже постоянные комментарии Ри не слишком раздражали.       Пьеса закончилась, наступил поздний вечер, и Собески засобирался домой.       - Давай провожу – ухватила за локоть Ри. Яну тут же поплохело – она точно положила на него глаз! И собирается не только положить…       Как бы он не отнекивался, но Ри его таки проводила к самой двери. Яну удалось только не впустить её к себе в дом.       - Вот она какова – бабская доля… - с ужасом пробормотал он, прислонившись к двери, слыша как Талин уходит.

***

      В следующие недели и месяцы Ри всё чаще встречалась на его пути. Всё чаще моменты отдыха проходили в её компании.       Бар. Ян неспешно попивал напиток, походящий на концентрированный солнечный свет. Да и по вкусу он напоминал термоядерную реакцию.       - Привет – подсела к нему с улыбкой Талин.       - И тебе – здравствуй – ответил Собески, и его взгляд зацепился за её декольте. Не сразу ему удалось оторваться от этого завораживающего зрелища. И Ян чертыхнулся – наверно у него, действительно, слишком давно никого не было. Или это Ри его «обрабатывает». Или та психологичка?       Пока он размышлял, Талин использовала момент и поцеловала его.       - Это… Это что такое было?! – ахнул Ян, с ужасом понимая, что ему даже понравилось, хотя это и было неправильно.       - Как это – что? – удивилась Ри.       - Это – неправильно! Так не должно быть! – возмутился Собески.       - Что неправильно? Неправильно целовать тех, кто нравится? – обиделась Талин.       - Мне бы понравилось, если б не та штука!       - Какая ещё «штука»?!       - Та, что у тебя в штанах! Проблема в том, что и у меня есть такая же, а у нас «перекрещивать стволы» считается извращением!       - Почему ты зациклен на одной детали? Разве наличие «ствола» может помешать нашим отношениям?       - Никаким «нашим отношениям»! Я – стопроцентный гетеросексуал! – повысил голос Ян, уже краем глаза замечая смешки со стороны одних китари, и осуждение со стороны других.       - Но… Как же… - на её глаза навернулись слёзы и губы предательски задрожали – Значит, я ошиблась – прошептала она, и побрела к выходу. Бармен бросила на Собески осуждающий взгляд.       - Налейте ещё – пробормотал он, с неудовольствием ощущая что-то вроде вины.

***

      Две недели спустя.       Ян пообедал, и собирался вернуться к работе, когда на выходе из кафе его перехватила психологичка Ис:       - Я уж думала, у тебя, наконец, начала налаживаться личная жизнь. А ты всё испортил. Да и у Ри теперь работа из рук валится.       - Мне казалось, что моя личная жизнь – моё личное дело – холодно произнёс Собески.       - Ваши личные жизни входят в мои профессиональные обязанности. Талин, с вашей точки зрения – тоже женщина, почему ты так резок и холоден с ней?       - Потому, что с моей, мужской точки зрения, она – мужчина, ясно?       - А ты не мог бы не акцентировать на этом внимание?       - Не могу – земляне, в отличие от вас – разнополые, и отношения однополых – ненормальны!       - Ну вот, а ты говорил, что «до этого не дойдёт» - уже начинает. Пожалуйста, пересмотри своё мнение, пока события не стали разворачиваться хуже – и Ис ушла.

***

      Снова бар. На этот раз здесь шумела компания десантниц. Среди «малышек» (китари с ростом около двух метров) присутствовали и «мамки» (крупные и массивные представительницы, с ростом около 2,5 метров). В этой компании была и Ри, как биолог-ботаник.       Ян, глотнув «солнечного» напитка, подошёл к Талин:       - Ри… Прости за резкость. Я не должен был… Это наше, земное мировоззрение – от него нельзя избавиться вот так, сразу – неуверенно говорил он.       Талин просияла:       - Ну, ладно. Мы ведь не торопимся? А у нас праздник – слышал, что мы нашли планету с развитой углерод-кислородной биосферой? Сегодня намечается вечеринка – составишь мне компанию?       - Думаю, да.       В большой зале, одна стена которой, состояла из четырёх огромных «окон» с видами новооткрытой планеты из космоса, веселилось полсотни китари. Даже три женщины присутствовали. Вместе со своими китари, а как же… В голове Собески появилась мысль, что контакт землян с китари может стать катастрофическим – существует нешуточная угроза ассимиляции землян.       Обсуждения открытий на планете, шутки, просто беседы, интересные конкурсы и караоке. Время пролетело весело и незаметно.       Вечеринка закончилась только за полночь. Ри снова навязалась проводить Яна, и на этот раз «просочилась» к нему домой.       Слово за слово, и они уже обнимаются, целуясь. Горячее женское тело… Только один минус, эдакая ложка дёгтя в бочке мёда…       Спальня одним движением превратилась в веранду, оплетённую цветущими лианами, среди звёзд.       Горячее дыхание, шелест снимаемой одежды…       - Я буду нежной – прошептала Ри.       - Нет! Я не могу! Я не готов! – начал отчаянно сопротивляться Ян – Может, сегодня я буду сверху?       - Ну, ла-адно – протянула она, удобнее располагаясь.       Ян с удивлением заметил, что у неё действительно есть женское начало и, попытавшись отрешиться от «лишней штуки», вошёл, ухватив её ягодицы, моментально забыв обо всём, почти полностью поглощённый полузабытыми ощущениями. Только неприятное чувство чужих яичек и члена, ударявшихся в живот при фрикциях, отдаляло его от немедленного оргазма. Он попытался отвлечься, глядя на полузакрытые глаза Ри, на восхитительно колышущиеся груди, его слух ласкало её жаркое дыхание, с проскальзывающими стонами и вздохами, он ощущал её шелковистую кожу, и жаркую, влажную глубину, постепенно убыстряя удары, будто некая сила заставляла его пробиваться куда-то, исчезнуть из этого мира… Казалось, что это может длиться бесконечно, но как оказалось, он слишком быстро кончил, вызвав лёгкое разочарование у Ри.        - Нужна ещё одна попытка – предложил он – давай «по-собачьи».       - А ты сможешь? – с надеждой спросила Ри.       - Смогу, но чуть позже – мне нужно передохнуть – ответил он, ощущая себя виноватым в том, что его достоинство поникло.       - Так не пойдёт! – возмутилась она, и принялась ласкать руками поникшее – Так всё придётся начинать сначала!       - Ну, давай… - простонала она, отпуская ствол Яна, вновь восставший, разворачиваясь и становясь на колени.       Ян взял её за талию, и снова проник во «врата рая» и, хоть на этот раз его почти ничего не отвлекало, ему пришлось основательно поработать тазом, вслушиваясь в сладострастные звуки, издаваемые изнемогающей Ри, пока он не почувствовал, как его ствол охватывает сильная пульсация, сжимая в сильных объятиях, и до его слуха донёсся протяжный стон.       На этот раз получилось всё гораздо лучше, но Ри снова попыталась лишить Яна «невинности» и, расстроенная категорическим отказом, попросила:       - Хотя бы поработай мне кулачком – увидев яростное мотание головой Яна, она обиженно протянула:       - Неужели я так многого прошу? Ну, пожалуйста…       Ян судорожно сглотнул, давя подступающую тошноту, при взгляде на напряжённый ствол Ри, закрыл глаза, дотронувшись до упругой плоти, слегка дрогнувшей от его прикосновения, и попытался отрешиться от внешнего мира…       Полчаса спустя Ян расслабленно лежал на смятых простынях, не думая ни о чём. На его плече мирно сопело лицо неопределённого пола.       Голографическая звёздная ночь сменилась рассветом, и Собески проснулся от того, что рука Талин гладила его между ног, а её губы скользили по его шее.       Внезапно раздался неприятный звон из вороха одежды, лежащей на полу. Ри недовольно фыркнула, встала с постели и потянулась за коммом:       - Долина?! – ахнула она, слушая собеседницу – Да-да! Я обязательно буду – уже бегу!       Ян любовался её обнажённым телом, с лёгким удивлением отмечая, что уже не чувствует серьёзного отторжения от особенностей строения Талин.       - Ян! Прости, пожалуйста, но тут десантная группа только что обнаружила любопытную долину в джунглях! Говорят, там какие-то особые растения! Я должна бежать. Возможно, меня какое-то время не будет – говорила она, спешно одеваясь.       Собески тоже поднялся и оделся, Ри подошла, и нежно положила ладонь на его щёку:       - Не скучай – я быстро вернусь. И не вздумай решить, что цветы меня волнуют больше, чем ты – планета скоро останется за кормой, и её нужно изучить – и, прежде чем он смог что-то ответить, поцеловала его и немедля выпорхнула из дома.

***

      Следующую неделю Ян ходил сам не свой – его раздирали новые чувства, и страх, с неприятием того, что случится, если он продолжит отношения с Ри. Он даже взял привычку опрокидывать рюмочку «термоядерного напитка» перед сном, приобретя целую бутылку этого «солнечного сока».       Проходя через небольшой парк, спеша к очередному месту поломки, Собески вынужден был пройти через стайку детей (на корабле их было немного, но они были).       - Простите, дайте пройти, посторонитесь – бормотал он, когда его дёрнули за рукав и окликнули. Когда он обернулся, он тут же получил коленом в пах.       - Это тебе за маму, уродина! – прошипела маленькая китари.       - Сейчас забьют, как мамонта… - пронеслось в голове у Яна, пока он, стоя на коленях, пытался восстановить дыхание, держась за ушибленное причинное место.       - Сиа! Это не она виновна в гибели твоей мамы! – возмутилась вторая малышка.       - Это не она – а ОН! – воскликнула третья.       - Они – все одинаковые! – злобно продолжала первая – Вы хотя бы интересовались историей этих ущербных? Они с наслаждением воюют, держат в рабстве себе подобных – надо было очистить Вселенную от этих животных!       - В нашей истории тоже были войны. И прочие неприятные моменты – не стоит чесать всех под одну гребёнку!       Четвёртая малышка помогла Собески встать:       - Уходи отсюда, пока Сиа окончательно не взбесилась.       Землянин поспешил уйти, слыша за спиной возмущённые вопли Сиа.

***

      Прошли почти три недели.       Ян, в конце смены, находился в оранжерее, копаясь в системе опрыскивания.       Неожиданно его глаза были закрыты ладонями, он спиной почувствовал крепкую грудь, а в ягодицы уткнулся тугой «ствол»:       - Соскучился по мне, Ян? – прошептала прямо в ухо Риа, тяжело дыша – цветы это хорошо, но без тебя очень трудно – я едва дождалась возвращения на борт… - проговорила она и расстегнула ему штаны, принявшись их стаскивать.       - Подожди! Я не… - начал было Собески, пытаясь вывернуться из её объятий.       - Да что такое - мы же почти семья – возбуждённо шептала Талин, обхватывая его за талию и, одновременно пытаясь стянуть с обоих трусы.       - Эй! – закричали в отдалении – Идите любиться домой, бесстыдницы!       - Проклятье! – прошипела Ри – Это как раз тот момент, когда мне жаль, что нет настоящей ночи. Пошли домой – я вся горю.       - Я ещё не закончил наладку! – попытался возразить Ян.       - Закончишь завтра!       - Но так нельзя!       - Ох, ладно. Только быстрее!       Пока Собески завершал наладку, и шёл домой в обнимку с Талин, его мысли метались в голове – как бы он ни крутился, но "тот самый момент" неизбежно настанет. А если он категорически откажется? Этим он нанесёт душевную рану Ри. А если он из-за этого останется в одиночестве до конца жизни? Об этом Ян не задумывался, до встречи с Талин. А что он потеряет, если согласится – «традиционные ценности»? Стоят ли они близости с Ри? Вашу… Ага! Есть же полбутылки «солнечного света» - отличная анестезия во всех смыслах! Надо попробовать… А вот и дом, милый дом…       За дверьми Ри атаковала всеми силами – она принялась стягивать с Яна одежду, покрывая его поцелуями.       - Подожди, давай выпьем – мне нужно расслабиться – прошептал он.       - Отличная идея – согласилась она.       Алкоголь сильно ударил в голову Яна, выпившего на пустой желудок, и всё дальнейшее показалось болезненно-сладким сном:       - Не сопротивляйся – прошептала она, лаская его анус наслюнявленным пальцем – расслабься – и осторожно надавила стволом на попку. Ян дёрнулся, но нежные поглаживания рук Ри его успокоили. Талин медленно и понемногу продвигалась, пока не погрузилась на полную длину, после чего начала наращивать фрикции, шепча что-то бессвязное.       Ян ощущал лишь лёгкое неудобство, а алкоголь подавил и снёс все психологические барьеры. Только его ствол был крайне напряжён. Крайне необычные ощущения нарастали, и вскоре появилась боль, и, когда он уже готов был попросить остановиться, как острый, ранее неведомый оргазм сотряс его, и он обильно кончил.       Ри восстанавливала дыхание, приходя в себя и, глядя в глаза Яна, нежно прошептала:       - Люблю тебя…