Золушка

      Мариса стояла возле окна и, нервно прикусывая губу, смотрела на улицу. В душе бушевала буря эмоций. Она ведь так надеялась, что этого не случится! В следующее мгновение, услышав звонкий стук копыт, она встрепенулась. Увидев перед воротами родовой усадьбы богато украшенную карету герцога Маризского, взволновалась ещё сильнее, но в то же время обрадовалась. Почти сразу девушка отпрянула от окна и принялась нервно ходить по комнате. А уже через несколько минут в дверь вежливо постучали. Сглотнув и постаравшись взять себя в руки, графиня Сайдар громко и чётко произнесла: — Войдите! Дверь открылась, и дворецкий Бэйрим объявил: — Его светлость, Герцог Маризский! — Упомянутый герцог вошёл в малую гостиную размашистым, широким шагом. Мариса склонила голову и присела в лёгком реверансе, получив в ответ вежливый поклон по всем правилам этикета. Девушка выпрямилась и взглянула на желанного гостя. Высокий, широкоплечий Эригаэр Маризский был её первой, единственной и взаимной любовью. Мужчина стоял, сердито поджав губы, а в его глубоких серых глазах плескалась невыразимая тоска. Прошло несколько непередаваемо долгих секунд, прежде, чем она услышала такой родной и любимый голос: — Бэйрим, оставь нас наедине! Дворецкий послушно покинул комнату. Мариса смотрела на своего любимого и пыталась сдержать слёзы. Только этого ей не удавалось этого сделать: перед глазами встала мутная пелена и девушка опустила голову, стараясь не показать своей слабости. Но в следующий миг оказалась крепко прижата к широкой мужской груди тёплыми руками. — Не надо, Мари, не плачь! Всё не так плохо! Шанс того, что той самой девушкой будешь ты — один на миллион! Тёплый голос с бархатистыми нотками, такой родной и любимый. — Ну, а если этот шанс всё же выпадет мне? Что тогда будет? — Голос её подрагивал от волнения. Эрик нежно погладил девушку по голове. — Верь в лучшее. Всё будет хорошою — Верь в лучшее… Но, что мы будем делать, если я буду всё же «той самой»? Герцог тяжело вздохнул: — Я не знаю, дорогая моя. Одно могу сказать точно: если ты будешь «той самой», тебе придётся выйти замуж за наследника рода Гросейн, а затем родить ему сына. Мариса прижалась ближе к мужчине и заплакала навзрыд. Ещё несколько дней назад всё было просто великолепно. Её любимый вернулся с войны, живой, невредимый. Безудержное, слепое счастье длилось лишь несколько дней. А потом выяснилось, что с победой вернулся и принц Саранеи, его величество Инар Гросейн. И, по древнему обычаю, в королевском дворце устраивался отбор. Отбирали банально: невесту для принца. Но тут была одна загвоздка. Королевский род Саранеи не включал в себя людей. Точнее, на людей-то монархи как-раз были очень похожи, но в полном смысле этого слова людьми они не были. Физически от своих подданных они отличались мало: в какой-либо степени заострённые сверху уши и необычайно бледная, чуть золотистая кожа. Но кроме того, фейри обладали колдовской силой, позволяющей им при определенных затратах делать практически всё, что угодно. Но главная проблема состояла не в этом. С продолжением рода у фейри были сложности. Зачать ребёнка фейри, принадлежащие королевскому роду, могли только девушке, в роду которой отметились чудесные. Надо ли говорить, что таких было не так уж много. Но даже из таких девушек, той самой матерью наследника престола и женой короля могла стать лишь одна. Та, которую сила внутри принца и он сам сочтут достойной. И всё было бы хорошо, если бы несколько поколений назад главой рода Сайдар, не был слабый фейри. Его сила не была так велика, чтобы выбирать супругу лишь среди одарённых, но его потомки унаследовали колдовскую кровь. Сейчас, спустя много лет, на память от предков Мариссе достались лишь ушки чуть неправильной формы. Но тем не менее, приглашение на отбор она получила. И, возможно, это перечеркнуло всё счастливое будущее двух не совсем людей. Спустя несколько минут слёзы иссякли и Мариса устало прикрыла глаза. После она подняла голову, взглянула на герцога и утомлённо произнесла: — Побудь этой ночью рядом со мной. Я всё равно не смогу уснуть. Ведь ехать на отбор придётся, приглашения от короля нельзя игнорировать. Когда мы выезжаем в столицу, Эрик? Мужчина ответил голосом, наполненным грустью: — Завтра, завтра утром. А через несколько секунд пылко проговорил: — Просто держись подальше от всех мужчин на этом балу! Всё обойдётся, если мы будем осторожны! Графиня только кивнула в ответ. Видимо, все эмоции были уже израсходованы и на девушку навалилась апатия. — Бэйрим! — Да, госпожа, — дворецкий появился в дверном проёме незамедлительно. — Принеси нам чай. Через несколько минут Эрик и Мариса уже сидели за круглым столиком и пили ароматный напиток. А через полчаса графиня уснула прямо в кресле, задумавшись, и герцог, подозвав дворецкого, и приказав тому позаботиться о госпоже, удалился. Кто бы знал, как он хотел сам отнести её в постель, но этот проклятый этикет не позволял ему такого! Герцог всей душой надеялся, что всё обойдётся и уже через месяц им можно будет устроить свадьбу. Впрочем, единственное, что ему ещё оставалось — это надеяться.