Золушка

      Когда утром графская карета в сопровождении королевских гвардейцев, привезших приглашение на отбор, и кареты герцога выехали из поместья, небосвод был ярко-синим и непогоды не предвиделось. Но уже к обеду небо заволокло тучами и пошел дождь. Графине с компаньонкой и герцогу, в общем-то, это было не так ощутимо, но гвардейцы ехали верхом и Марисе было их жаль.       К вечеру дождь усилился, а к ночи разразилась страшная гроза. Так что, когда к девушке в карету заглянул насквозь мокрый гвардеец, она не удивилась. Только привычно накинула вуаль, когда дверца открывалась, чтобы он не увидел её лица. — Ваша светлость, тут рядом деревенька, малёхонькая совсем, дома два, но мы можем там переждать грозу. Ехать так — верх безумия!       Она молча кивнула, а её компаньонка произнесла: — Сворачивайте к деревне, офицер, — солдат кивнул и дверца кареты закрылась.       Мариса поплотнее закуталась в тёплый плед. Через несколько минут карету сильно тряхнуло и движение прекратилось. Стук капель дождя и раскаты грома стали слышны намного отчётливей. Через несколько минут дверца кареты распахнулась и тот же самый воин прокричал: — Ваша светлость, можете выходить! С хозяйкой ближайшего дома мы уже договорились.       Графиня, заранее надевшая вуаль, накинула капюшон и вышла. Правда, ступить на землю ей не дали. Солдат, подхватив её так, чтобы это не нарушало правил приличия, в несколько шагов преодолел расстояние от кареты до небольшого деревянного дома и опустил графиню на пол. Через несколько минут к ней присоединилась и компаньонка. Дверь за ними закрыл солдат. Мариса огляделась. Убранство жилища было очень скромным: деревянный стол и два стула без украшений и излишеств, ширма, закрывающая половину дома от чужого любопытства и печь с тёплым разведённым огнём. Окна были наглухо закрыты ставнями. В самом доме было сухо и тепло.       Присмотревшись, графиня заметила Эрика, сидевшего за столом на одном из стульев и тонкую фигуру женщины, ставящей на стол скудный ужин. Женщина, заметив её, остановилась и тихим, чистым голосом предложила: — Ваша светлость, можете снять плащ, я положу его на печь и к утру он успеет высохнуть. Присаживайтесь к столу. Ужин, конечно, небогат, но всё же лучше, чем ничего. Ваши солдаты могут расположиться в сарае, а кони под навесом.       Мариса послушно сняла верхнюю одежду и отдала её подошедшей девушке. Вблизи Марина рассмотрела её подробнее: она была одного с ней роста, но гораздо более хрупкого телосложения. Хотя, возможно, так казалось из-за чрезмерной худобы девушки. Фасон простого платья с мягким корсетом и узкими рукавами только подчёркивал тощую фигуру и тонкие запястья. Подробнее рассмотреть лицо в сумраке не удавалось, но было видно, что черты лица правильные. Хотя всё же чувствовалась в её лице какая-то странность.       Хозяйка повесила плащ на заметный ей одной крючок возле печи и мимоходом заглянула за ширму. Потом снова поспешила к столу. Графиня же присела на второй стул, напротив герцога. Вуаль она решила пока не снимать и правильно сделала: через несколько минут в дверь зашёл всё тот же офицер и обратился к женщине: — Хозяюшка, ты уж возьми наши припасы, накорми господ, да и сама поешь. Ведь как тень ходишь, в чём только душа держится?! Девушка чуть склонила голову и ответила: — Спасибо за заботу. Поверьте, их сиятельства я накормила бы и без вашей просьбы, но еда придётся кстати, всё же мой ужин слишком беден.       Солдат кивнул и вышел на улицу, в дождь. А молодая хозяйка подошла к столу и выложила в глиняную тарелку отварные овощи и птицу. У неё самой была только скудная похлёбка и несколько кусков хлеба. Впрочем, мужчина не жаловался и молча ел предложенное. Служба в армии научила его не отказываться от еды, если не убедиться, что вскоре этой самой еды будет больше и она будет лучше. Мариса была не голодна и съела только несколько кусочков мяса.       А хозяйка дома, обеспечив гостей едой, достала из сундука одеяло и расстелила его рядом с печью, с краю. Потом метнулась за ширму и вскоре вынесла оттуда маленького, очень худого мальчика. Положив его на одеяло, она крепко его закутала, а после достала из сундука ещё вещи, и снова ушла за ширму, видимо, менять постельное бельё. Через несколько минут, когда она вышла, Эрик не выдержал: — Пожалуйста, присядьте и поешьте вместе с нами. Да и офицер принёс свечи, я их зажгу, светлее станет. Как же ваше имя?       Девушка, быстро сложив старое бельё, подошла к столу, достала свечи и сама зажгла их огнём из печи. Потом поставила на стол в простых медных подсвечниках, а сама подвинула к столу сундук, который, видимо, был достаточно лёгким, потому что привставший Эрик даже не успел предложить помощь. Девушка же, разгладив на коленях платья, взглянула на своих гостей и представилась: — Малия.       А герцог, впрочем, как и графиня, во все глаза смотрели на тщедушную девушку, не в силах перебороть удивление. В свете свечей лицо хозяйки стало отчётливо видно. Волосы, собранные в длинную толстую косу, были иссиня-чёрного цвета. Яркие льдисто-синие глаза смотрели с невероятной усталостью. Но удивительным было не это. Все черты её лица были тонкими за счёт худобы, но казались еще тоньше из-за вытянутых, острых ушек. Уши фейри! А кожа, необычайно светлая, чуть отливала золотом. В девушке явно текла кровь фейри. Причём, в отличии от графини, кровь очень высокой концентрации.       Малия, заметив их удивление, поняла причину и легонько коснулась тонкими длинными пальцами своего уха. Герцог кивнул и спросил: — Вы…потомок фейри, не так ли? -Девушка кивнула и Эрик с недоумением спросил: — Тогда почему вы не едете на отбор? Ведь там происхождение не имеет значения! Девушка опустила глаза и тихо промолвила: — Мой брат тяжело болен. Какой отбор? Я скрывала ушки от гвардейцев, когда они проезжали. А свои — деревенские, меня не выдадут. И очень надеюсь, что вы тоже. Вы приехали слишком поздно, я не успела нанести грим и спрятать уши. Герцог, чуть подумав, кивнул, графиня тоже. А её компаньонка, взглянув ещё раз на Малию, вдруг произнесла: — Вы, ваша светлость, довольно похожи на госпожу Малию.       Мариса удивлённо на неё взглянула. Да, похожа. У графини тоже были длинные тёмные волосы и голубые глаза, правда менее яркие и завораживающие. Рост был таким же. И телосложение, если не учитывать худобу Малии, не отличалось. Мариса удивлённо взглянула на молодую ещё вдову и та произнесла: — Если госпожа Малия согласится, её можно будет выдать за вас.       Графиня с бешеной надеждой взглянула на хозяйку. Та нахмурилась и явно уже хотела отказаться, когда повернулась к герцогу и увидела такой же умоляющий взгляд. Складка между бровями разгладилась и она задумалась. Потом хмуро посмотрела на всех трёх почти-людей и хмуро произнесла: — Хорошо, я поучаствую в этой авантюре, но у меня будет условие. Эрик с жаром воскликнул: — Всё, что угодно! Фейри укоризненно на него взглянула и насмешливо произнесла: — Ваша светлость, неразумно обещать такое прямому потомку фейри. Я ведь и воспользоваться этим могу. Потом, добившись того, что герцог уже спокойно посмотрел на неё, сказала уже серьёзным тоном: — Вы полностью оплатите лечение моего брата. Это единственное условие. Герцог улыбнулся и уверенно кивнул: — Наймем лучшего лекаря столицы. Малия улыбнулась в ответ. — А теперь объясните мне, как я должна себя вести, чтобы меня не раскрыли раньше времени. Эрик откинулся на спинку стула и задумчиво произнёс: — В общем-то, за ночь мы должны успеть. Леди Клара Вирге, компаньонка графини произнесла: — Работа значительно сокращается за счёт того, что у вас удивительно правильная речь. Нам, по сути, нужно только обучить вас манерам и этикету. — А танцы? — неуверенно спросила Мариса. Малия отрицательно покачала головой: — На танцы у нас не хватит времени, да и танцевать с кем-то, как и активно участвовать в отборе, я не собираюсь. Герцог повернулся к графине и спросил: — Ты же не против одолжить леди Малии часть своего гардероба? — Когда я успела стать леди? — заинтересовалась Малия. — Конечно, одолжу! Даже подарю безвозмездно! — с жаром ответила Мари.       А герцог тем временем встал и, подойдя к печке взял закутанного ребёнка на руки. Малия сразу подскочила, и он объяснил свои действия: — Мы всё равно не будем спать этой ночью. А он болеет. Будет хуже, если проспит всю ночь на холодном полу. А потом зашёл за ширму и уложил ребёнка. Через несколько мгновений он вернулся, а за ним шла Малия. — Малия, так как вы будете графиней, вам нужно будет закрывать лицо вуалью от всех, кого не считаете близким другом. Отбор проходит в виде карнавала, так что вуаль заменяется маской, но вашего лица никто не должен увидеть. В общем-то, правила этикета мы вам сейчас объясним, но, ради осторожности, я должна вас предупредить: кто из кавалеров- принц, никто не знает. Поэтому лучше не общайтесь слишком много с мужчинами, — Леди Вирге говорила уверенно и чётко.       После, почти всю ночь Малию превращали в леди. А с рассветом, когда дождь кончился, Эрик вышел из домика и о чем-то тихо переговаривался со своим кучером. Когда все офицеры проснулись, обнаружилось, что у кареты герцога сломалась ось и ехать дальше на ней он никак не может. Но и без высокородного аристократа делегация уехать не могла. С большими сомнениями герцогу было разрешено ехать в одной карете с графиней.       Сама же аристократка, тонкая, как тростинка, в тёмном дорожном костюме, капюшоне и вуале, стояла на пороге дома и молча ожидала решения дилеммы. А после молча проследовала в карету следом за герцогом и молча села на своё место рядом с компаньонкой.       Хозяйка, приютившая путников на ночь, провожать их не вышла, оправдавшись болезнью. Задержавшись всего на полчаса, карета со своим сопровождением двинулись в путь. А ещё через полчаса от дома отъехала налаженная карета герцога, увозя настоящую графиню с маленьким, худеньким, спящим мальчиком на руках.