Сосланная на луну.

— Оохх… Моя голова, — я простонала и схватилась копытами за голову, лёжа на чем-то не шибко мягком. — Какого сена?.. — я наконец соизволила хотя бы чуть-чуть приоткрыть глаза.       За приоткрытием глаз я распахнула их и попыталась проморгаться. Потом протереть копытами. Затем потрясла головой и села. Осмотрелась вокруг себя и воскликнула: — КАКОГО СЕНА?!       Из-за потрясения такой силы головная боль как-то сама собой отступила на второй план. А потом и вовсе забылась, так как была для меня сейчас не очень актуальной проблемой. — Как так-то? Где я, Дискорд бы тебя побрал?! — я встала на все четыре копыта и постаралась повторно оглядеться по сторонам.       Местность, где я была, не шибко-то фонтанировала красотами и оригинальностью. Повсюду была степь… Если можно это так назвать… Земля была грязно-серого цвета, и вокруг было очень много ям. И под «очень» я подразумеваю ОЧЕНЬ МНОГО. Были они всех возможных размеров и имели одну форму. Больше похожие на кратеры, куда упали валуны, пущенные из катапульты, но не долетели до цели и упали на землю. Возвышенностей практически не было. Везде, куда доставал мой взгляд, была относительно ровная поверхность с этими кратерами. И всё это в темноте ночной и с огромным количеством звёзд. — Да где же я-я-я-я-я...... — я оглянулась назад и застыла, где стояла, и как стояла.       Позади меня был Эквус. То место, где я как бы и должна была по сути находиться. Сначала это меня очень шокировало, ведь я и не представляла раньше, как можно было вообще попасть на луну без огромных трат магии на телепортацию, которые даже скооперировавшись не потянут два аликорна.       Но потом… Ко мне стали возвращаться воспоминания о событиях, которые произошли совсем недавно. Сначала я испугалась. Потом пришла в ужас. А под конец моя душа ушла в копыта, на разум опустился животный ужас, сердце забилось невероятно быстро, а от паники я уже задыхалась.       Я села на круп, смотря в сторону Эквуса, и лихорадочно пыталась осмыслить своё положение, в котором я пробуду неизвестно сколько времени, и то, освободят ли меня из этого места вообще. — аааааАААААААААААААААААА!!!!! — я отчаянно, обречённо, с ужасом и примесью злости стала кричать в небо. Если оно вообще было на луне.

***

— Аааахааааахаааааааа!!! — рыдала я уже непонятно сколько.       С момента осознания, а после и осмысления своего положения прошло неизвестное количество времени. За это время я поняла несколько вещей.       Во-первых, оковы мои могут держать меня тут бесконечно долго: так как они невероятной толщины, видны только магическим зрением, не чувствуются как физическим, так и духовным телом до тех пор, пока не натянутся.       Во-вторых, рвать эти оковы почти бесполезно. Они невероятно сложной конструкции из магии порядка, к которой я имею мало предрасположенности, что говорит о моих невероятно малых познаниях на этом поприще. Чтобы разобраться в ней и понять, как работать в этой области, мне понадобится просто невероятно много времени. Это словно земному пони нужно будет в одиночку и без учебника или наставника вскрыть толстую, железную, бронированную дверь с невероятно сложным замком, а он ничего в этом не смыслит. Пусть у него все инструменты для взлома есть, но без знаний можно даже не думать об этом, если ты не бессмертен и у тебя нет многих сотен лет в запасе.       «Скорее всего, времени у меня сейчас, наверное, феноменально много лет.»       В-третьих, при попытке банально порвать их, что была заведомо провальная, я взлетела над поверхностью Луны. Попыталась взлететь на огромной скорости. И что же я выяснила в ходе этих действий? А вот что: максимальная высота, которую позволяют набрать мне оковы — десять километров, если превысить её, то оковы потянут меня к самой поверхности просто со страшной силой и в обязательном порядке приложат о землю.       В-четвёртых, взлетев повторно, но набрав километров где-то пять-шесть, я оглядела всё до горизонта и поняла, что ничего и никого тут поблизости нет. Просто ровная гладь с ямами и кратерами на многие километры вперёд…       В-пятых, оковы не ограничивают моё передвижение во все четыре стороны, как и вниз. Не позволяют только вверх и страшно наказывают за превышение этого лимита.       «Если бы не боевой облик и укрепление тела магией — уже была бы превращена в лепёшку.»       В-шестых, колдовать я могу также, как и до пленения на Луне. То есть все заклинания, которые только пришли на ум, прекрасно работают и даже не ослабли ни в разрушительности, ни в эффектах ими оказываемых. Только телепортация вверх, выше десяти километров, не работает. То есть работает, и я преодолеваю лимит… Но потом меня всё равно несёт навстречу с поверхностью Луны… Я повторила этот трюк трижды и на разные расстояния — эффект не меняется.       И вот, осознавая свои перспективы здесь, я почувствовала, как меня охватили с головой отчаяние и разочарование в себе. Ведь я, расслабившись, проиграла сестре, когда уже считала себя победителем и предвкушала будущее. И вот оно — будущее, которым я поплатилась за излишнюю самоуверенность.       Ещё я думала о том, что Селестия сделает с моей армией, которая тоже считала меня победителем, а к ним из замка выходит только она… Как же мне страшно за их судьбу, ведь они ослушались прямого приказа королевы и подняли бунт, поддержали младшего правителя, который этот бунт и затеял.       Я ещё более истошно зарыдала и взвыла от страшной душевной боли из-за того, что подвела их.

***

      Я сидела с пустым взглядом и смотрела на дно огромного кратера, который нашла недавно, и упала в него, идя в случайно выбранную сторону с невидящим взглядом и ни о чём не думая. За что опять же поплатилась и кувыркнулась сюда.       Не знаю, сколько времени прошло, но я уверена: очень много. Я не слежу тут за ним, так как давно отчаялась и не видела смысла следить за ним, так как просижу я тут бесконечно долго. Как минимум пятьсот лет в одиночестве, ведь именно столько отсидел на момент моей ссылки Дискорд в своём камне, в виде статуи. И наверняка ещё до сих пор там находится, и просидит ещё неизвестное количество времени в ней. Торопиться мне некуда.       Слёз не было, ведь не было смысла их лить. Самокопание я окончила, так как не было смысла уже беспокоиться за своих подданных — что с ними делать, опять же решит Селестия. А что решит — я всё равно уже не узнаю, если ко мне не подселят соседа или несколько соседей, что было бы неплохо.       Решив вернуться в реальность и оглядеться, где я теперь, я выяснила, что как бухнулась в это кратер — так в нём и осталась. Это была огромная яма радиусом примерно в двести метров и глубиной сорок метров.       «Это что же такое сюда должно было упасть, чтобы оставить такое?»       Отогнав тревожные мысли, я поднялась и побрела туда, откуда упала.       С горем пополам я выбралась оттуда и села у края. Но вспомнив то, как я туда навернулась, решила отодвинуться от него и спокойно села, посмотрев перед собой.       Увиденное заставило меня недоумевать. Потом усиленно потрясти головой и вновь уставиться на неизвестного.       Передо мной был маленький гуманоид, который был ростом мне на пол копыта. Синяя шерсть, большие глаза, пальцы на руках заканчиваются острыми когтями, как и на ногах. И он точно так же уставился на меня своими голубыми глазами. — П-привет, а в-в-вы, со-о-обственно, к-кто? — кое-как он выговорил. По голосу, вроде бы, он. — Да вот… У меня такой же вопрос к тебе, — сначала обалдело, но потом спокойно ответила я и поднялась на все копыта. — Х-хорошо… Я Мун Рок, оч-чень приятно п-познакомиться, — он протянул мне свою руку, но, заметив отсутствие у меня такой же, убрал.       Есть ещё кто-то на луне? Так это же замечательно! Есть с кем поговорить, есть кому поведать разные истории, есть с кем поделиться мнением!!! Я уже обрадовалась, но осеклась.       «О, луна… Сколько я тут пробыла?»       Нужно решить, как с ним поступить. Но одно я точно могу сказать — убивать я его ни в коем случае не хочу. Провести вечность одной в мои планы никогда не входило и вот тебе подарок небес! — Что ж… Моё имя — Луна, — ответила я и улыбнулась, а он побледнел.

***

— А мы не верим тебе! Это всё не правда! Ты хочешь нас запутать! Принцесса бы так не поступила со своей сестрой! Правда, принцесса? П-принцес-са? — кричала фиолетовая на меня и осеклась, взглянув на Селестию. — Правда, мои маленькие пони… Я тогда была ослеплена своей властью и славой, что забыла о своей маленькой Луне… — сказала она, грустно смотря на меня. — Н-но вы же б-больше так не поступите с ней? — спросила розовая, у которой грива прямо на глазах распрямилась. — Нет, моя дорогая, больше не поступлю, — ответила она решительно. — А кто ж тебе позволит? — на мне снова начала клубиться тьма.       Первым делом я сбила своей гривой корону с фиолетовой пони, так как она имела ключевую фигуру — магию.       Притянув её к себе, я закончила трансформацию и снова приняла уже привычный мне боевой облик: размером с Селестию, ведь я всегда была меньше её; чёрная, словно первородная тьма, но шелковистая шкура; набор хищных зубов; тёмно-синяя грива с белыми всполохами, словно вечернее небо с россыпью пульсирующих звёзд; бирюзовые глаза с вертикальными зрачками и такого же цвета дымкой. — Что ж, — я подбросила корону и вновь поймала. — Я была удивлена, даже шокирована, когда ты не отправила своё извинение в письме, при моём освобождении с луны, — я окружила шестерых пони агрессивной тьмой и кругом мощнейших стрел из тьмы, понимая, что они в данный момент владельцы элементов, а без их игрушки, которая сейчас у меня, они не отправят меня на повторный курорт «луна». — Луна… Не надо, — она с ужасом смотрела на всё это, как и сами пони. — Молю тебя, не надо, — она не предпринимала никаких действий, понимая, что не успеет произвести и единого заклинания, как они все уже умрут, только дёрнись она.       Естественно же, я не дура, ведь умри они — владельцами элементов вновь стану я и Селестия, как единственные разумные, что могут их контролировать. И там уже неизвестно, кто в ходе битвы соберёт все элементы и отправит другого на нары длинною в тысячу лет, а то и дольше. А пока что ни я, ни Селестия не можем отдавать им приказы: владельцы другие. Но это исправит их смерть…       Только вот чего она так боится? Снова проиграть мне в дуэли? Вполне реально, ведь я один раз уже победила, почему не смогу во второй? Только отсутствие у меня полного резерва, но я много тренировалась весь свой срок заточения: оттачивала мастерство, доводила заклинания до автоматизма, огромные конструкции заклинаний создавала и новые же придумывала… Всё есть для победы. — Чего же ты так боишься? — испытующе задала я вопрос и привела конструкцию в медленное движение. — Не надо их трогать… Тебе нужна Я! — воскликнула Селестия, смотря на меня. — Ооохх, я знаю, — умилённо сказала я, приблизилась к ним и рассмотрела каждую. — То есть ты не любила меня и относилась как к мусору… А вот их ты любишь, как я вижу, — я погладила дрожащую жёлтую пони с розовой гривой копытом по гриве. — Луна, не делай этого, — с дрожащим голосом и копытами сказала она, и сделала шаг к нам.       Я подставила кинжал из тьмы к горлу жёлтой пегаски. От неё веяло просто животным ужасом и обречённостью. Она тихонько скулила подобно раненой собаке, а из глаз катился град слёз. — Как, по-твоему, я ощущаю сейчас себя? — прошипела я с ненавистью и слегка надавила на кинжал, пуская маленькую струйку крови. Пегаска крупно задрожала. — Как бы ты себя ощущала на моём месте? Твоя сестра двести лет относится к тебе как к мусору, всем ты только мешаешься, ты делаешь по сути бесполезную монструозную работу, тебе крайне требовалась поддержка родных, а потом тебя ссылают на луну, и тут ты видишь тех, кого сестра холит и лелеет… — у меня пошли слёзы.       «Что со мной?»       Она сделала шаг ко мне. Пони, раньше смотревшие на меня и пегаску с ужасом, уже смотрели с сочувствием на меня. — Я делала всё, чтобы привлечь твоё внимание, ощутить поддержку и ласку… — я уже хлюпала носом, а магия, недавно укрепляющая моё тело, стала покидать меня.       «Чёрт возьми… У меня магическое истощение! Только не это!!!»       Я проверила своё состояние повторно, и на моё сознание стала находить паника… Которую легко подавили извне. — Что ты делаешь? — слабо спросила я, еле стоя на копытах.       Кинжал уже развеялся чёрной дымкой, а корона выпала у меня из гривы, что вновь стала обычной, эфемерной, которой я уже не могла манипулировать. Корону подхватило золотое сияние рога Селестии и переправило фиолетовой пони на голову. — ПРЕКРАТИ НА МЕ…ня воздействовать, — сначала я громко крикнула на неё и попыталась отступить, но споткнулась, упала на бок и уже тише закончила. Без магии я не могла эффективно держать защиту на разум, хоть она и не могла что-то мне в психике координально изменить, но навести сон или снизить критическое мышление — запросто. — Тише, тише, моя маленькая Луна, — она подошла вплотную ко мне и сказала это ласковым и спокойным голосом. Я изо всех сил старалась отвести воздействие и бешено вертела широко раскрытыми глазами в разные стороны.       Я миллион раз, если не больше, прокляла эти дрянные побрякушки, что висят на шеях, и у одной находится на голове, этих шести пони. Если бы они не выжгли мой резерв, то я бы даже не замечала попытки Селестии навести на меня сон и успокоить, ведь это один из моих многих талантов. Но если подумать, то для неё это наиболее правильное решение. Сначала развести меня на откровенность и заставить меня высказать всю обиду на неё, потом заставить меня вытащить наружу всю боль и выплакать её сейчас. Потом навести усталость и попытаться заставить меня уснуть. И, повторюсь, если бы не магическое истощение — ничего бы не вышло. И на этих шестерых пони она точно также воздействует магией разума, иначе бы они не были так спокойны и настолько любопытны, да и не смотрели на меня с жалостью! — Ты специально это всё спланировала… — тихо сказала я, уже не так активно борясь с усталостью. — Ты всё просчитала, всё, до единой детали… Была готова ко всему… — Ты права, моя маленькая Вуна, — она легла рядом со мной и обняла крылом, давая тепло и передавая своей светлой, мягкой и чувствительной энергетикой свою любовь моей, уже давно чёрствой и тёмной энергетике. — Ты как всегда права, всё подмечаешь и видишь, как в старые и добрые… — она не успела договорить. — НЕТ УЖЕ СТАРЫХ И ДОБРЫХ!!! — чертыхнулась я и попыталась разжечь слабый гнев до масштабов, которыми можно сбросить влияние из вне. — Ты даже не знаешь, что мне пришлось пережить, дрянная ты тварь! — я пыталась сбросить крыло, но она только прижала меня своим крылом крепче, прижалась всем телом и стала активнее транслировать свою любовь, стараясь снять толстый слой чёрствости с моей энергетики.       Я больше энергетическое существо, нежели физическое, потому наполненность моего резерва играет огромную роль для меня. Я могу жить столетиями без еды, воды и других благ природы пони. Зато если у меня остаётся мало резерва, то это влияет на меня, как на крайне уставшую пони. Надеюсь, вы понимаете, что бывает с теми, кто не спит, не ест и не пьёт очень продолжительное время. Именно так я себя и ощущаю, когда у меня случается магическое истощение. — Вуна, мне так стыдно, — она разрыдалась. — После твоего изгнания я прозрела и увидела, как ты страдала и как жила, — она уткнулась мне мордочкой в шею, а я слушала, стараясь не упустить и малейшего слова.       «Опять воздействует. Хотя, это сейчас правильно, с её стороны» — Я страдала всё твоё заточение — продолжила она, всхлипывая. Те шестеро глядели на нас, лежащих на полу и внимали каждому слову и запоминали. Прямо как и я. — Я так корила себя за все твои страдания, ведь это моя и только моя вина! — она оторвала свою мордочку от моей шеи и посмотрела на меня. — Я работала всё это тысячелетие и готовила всё к твоему возвращению, — она обвела помещение взглядом и остановилась на постаменте, где стояли элементы гармонии ровно тысячу лет назад и были точно так же, как в тот день, использованы против меня. — Мы будем вместе с тобой всю вечность, и я больше тебя не брошу и не забуду, моя Вуна, — проговорила она, а меня наконец забрало истощение, и я вновь провалилась в забытье.

***

— Л-луна? К-красив-вое и-имя, — маленький гуманоид вновь протянул руку и так же быстро отдёрнул обратно.       Я вновь также заинтересовано осмотрела его с ног до головы и решила всё же хищные зубы поменять обратно на обычные, понячьи. — Так лучше? — я широко улыбнулась, продемонстрировав ровные, белые ряды, которые уже были не острыми хищными зубами, а теми, которые характерны для травоядных. — Намного, Л-луна, — он уже имел не столь бледный вид и после демонстрации дружелюбия не так сильно меня боялся и стал также заинтересованно меня разглядывать. — А ты ведь пони, да? — задал он вопрос, когда его любопытство уже побороло страх. — Верно, — я раскрыла крылья, чтобы он и их рассмотрел. — Ух ты! Я никогда не видел вас так близко! — он стал бегать вокруг меня, а я следила за ним, поворачивая голову. Но потом до меня наконец дошло.       «В смысле так близко?!» — Ты где-то видел здесь пони?! Где?! — я подпрыгнула и встала на все четыре копыта, опустив голову на его уровень и посмотрев ему в глаза с большой надеждой. — Н-не здесь, — он шуганулся от таких резких движений, но не убежал и уже не так испугался. — У-у-у меня есть а-артефакт, чтобы раз в сто лет смотреть на то, что творится т-там, — он указал мне за спину, где висел Эквус, только он был наполовину за горизонтом. — Ого… Это ж сколько я прошла? — недоумевала я. — Видимо много, раз уже сто лет ходила тут, — сказал он как само собой разумеющееся. — СКОЛЬКО?! — я вновь села на круп, пытаясь переварить эту цифру. — Я-я вчера с-смотрел в артефакт и видел вашу битву, ч-что б-была ровно сто л-лет назад… И то, к-как вас отправили сюда, ко мне… Вот я вас и нашёл здесь, с помощью артефакта определил местоположение, — он потупил взгляд. — То есть я бесцельно ходила здесь целую сотню лет… В голове не укладывается, — я шокировано почесала копытом затылок. — А откуда у тебя такой артефакт вообще? — наконец стала я задавать правильные вопросы. — Не знаю, Луна… Он всегда тут был, сколько я себя помню, — он развёл руками и наконец подошёл ближе ко мне. — А сколько и когда можно смотреть в этот твой артефакт? — я попыталась отвлечься на эту информацию, так как хотела забыть то, что я, словно сомнамбула, бродила по луне целую сотню лет… Ну, может быть не целую, но и это чертовски много! — Раз в сто лет можно смотреть, но недолго, всего день, — он грустно вздохнул. — Это для меня очень мало, так как приходится всё это время либо спать, либо искать что-то интересное и жить за счёт лунной магии… Но теперь здесь есть ты и мне есть с кем поговорить! — он радостно воскликнул и вновь стал прыгать вокруг меня. — Да, лучше и быть не может… Для тебя, — я так же следила за его прыжками, сетовала на судьбу и одновременно радовалась. Сетовала потому, что она меня сюда занесла. А радовалась, так как у меня хотя бы был какой-никакой, но собеседник. — А почему ты раньше меня не нашёл, ведь я уже сто лет тут хожу… — А раньше я был в своём доме! — он указал куда-то в сторону, но, проследив за его рукой и его направлением, я ничего не увидела. — И ты вообще из него не выходил? — удивилась я и посмотрела на него. — Ну да… А зачем? — он пошёл в указанную сторону. — Тут всё равно никого нет и, видимо, не было, — развёл он руками. — Действительно… — легко я с ним согласилась.       И правда, зачем ходить по этой абсолютно пустой и одинаковой местности? Да и он тут довольно давно находится, так что он должен был уже всю луну вдоль и поперёк исходить, несмотря даже на её размеры. — Слушай, а нам далеко идти? — спросила я его, идя очень медленно, чтобы идти с его скоростью и дать выйти немного вперёд. — Да нет, не очень-то и долго, но если бы ты смогла нас донести на крыльях, то это заняло бы во много раз меньше, — радостно сказал он и посмотрел на меня. — Эх… Залезай на спину, — я вздохнула и опустилась. — Вуху! — воскликнул он и ловко забрался мне на спину.       Я поднялась и расправила крылья. — Что ж, показывай дорогу, — я оттолкнулась от поверхности и хлопнула крыльями.

***

— Вот он, снижайся! — я посмотрела на дом, на который он указал, и кивнула.       Я взяла вправо, сделала круг и мягко приземлилась, чтобы не встряхнуть пассажира, и дала ему слезть.       Дом был каменный и достаточно большой, чтобы в нём ужилась семья как минимум из шести пони, так что это меня немало заинтересовало. Он был серого цвета, что позволяло ему до поры до времени быть незамеченным, пока не приблизишься достаточно близко. Так же было 2 этажа, если не считать возможный чердак и крышу. Было несколько балконов, крыльцо и даже ограждённая территория.       «Как, кто и когда?!» — Ну, вот мы и на месте, — заявил он и толкнул дверь, что была мне как раз по размеру. — Тут кто-то жил до тебя, — даже не спросила, а утвердила я задумчивым тоном. — Наверное… Но я тут определённо никого не встречал, даже артефактом искал, — он огляделся и грустно вздохнул. — А откуда тебе известен язык, на котором я говорю? — полюбопытствовала я, пока так же осматривала комнату.       Обычная прихожая, никак не выделявшаяся из многих, что я видела. Зеркало с тумбочкой стояло сразу слева от двери, когда заходишь в дом. Для меня всё было немного маленьким, потому я позволила себе уменьшиться в размерах до своего прежнего состояния, но остальной внешний вид не спешила менять. — Удивительно… — он смотрел за моим метаморфозом, но заметив мой заинтересованный взгляд, начал объяснять. — Я нашёл здесь книжку, которую называют азбукой, а потом и артефакт. Случайно наткнулся на учебный класс грифоньей школы и стал изучать их язык, записывая и запоминая всё. Так я выучил грифоний, — вещал он, идя по дому. — После мне стало интересно, что же всё-таки написано в этой азбуке. На тот момент я не догадывался, что это азбука. Так вот, я через сто лет стал искать грифонью школу в нём и наткнулся на урок географии… Так я узнал о пони, минотаврах, зебрах, оленях, лосях и многих других различных существах!       Мы прошли, скорее всего, в гостиную. Тут был огромный, по своим размерам, ковёр, что застилал весь пол в этой комнате. Ступать по нему было мягко и приятно. Также тут имелось несколько витрин с книгами, пару тумбочек по их углам, две люстры со свечами, несколько столов, стульев и диван. В придачу было два огромных окна, что выходили на улицу, и через них можно было наблюдать за Эквусом. — Это всё замечательно, что ты учился. Я так понимаю, что ты уже много языков знаешь, верно? — спросила я его, идя к дивану. — Абсолютно все, Луна! — заявил он на зебринском. — Это прекрасно, Рок! — вторила я ему и плюхнулась на диван. Было крайне приятно лечь за столько лет на что-то мягкое. Это словно ты несколько дней только стояла, а потом легла на кровать. — Ладно, ты хочешь сейчас посмотреть на артефакт? — спросил он, но я его уже не видела, так как прикрыла глаза от приятных ощущений. Хотелось ни о чём не думать и полежать так какое-то время. — Он сейчас будет работать? — задала я ему вопрос и приоткрыла глаза. — Нет, ещё более девяносто девяти лет не будет, — сказал он. — Значит, мне нет смысла торопиться. Так хочется… Уах! Поспать, — ответила я ему и сладко зевнула. — Уах! Глядя на тебя, мне тоже очень хочется спать, — зевнул он и по звукам стал куда-то уходить. — Если что, то я на втором этаже… вторая комната слева. Если я буду спать, то смело буди. Я могу уснуть очень надолго. Приятных тебе снов, — сказал он. — И тебе, Роки… — я стала забываться крепким и впервые за столько лет приятным сном.