Сосланная на луну.

— И вот ЭТО твой артефакт? — задала я вопрос, смотря на предмет, что лежал на столе. — А что не так с ним? — спросил мой сожитель. — Я, конечно, за всю свою жизнь и не такое повидала, но чтоб такое… — я во всю таращилась на предмет.       Он представлял собой обычный журнальчик с чёрным фоном, фотографией Эквуса и лупой, что была аккурат над нижней частью планеты. А если не знать, что это могущественный артефакт, который может подсмотреть за кем угодно, то можно было бы мимо пройти и в жизни не догадаться о его предназначении. — Я вот сразу понял, что он делает, — нахохлился Роки, держа журнал. — Мда… Ты же не знал, что это может оказаться обычным журналом, вот и полюбопытствовал. А я бы даже трогать его не стала. Хм… Нет, всё же посмотрела бы, ведь как это всё здесь вообще оказалось? — я приложила копыто к подбородку и осмотрела зал, что был на втором этаже дома.       Скромный по своим размерам и своей обстановке зал. Но при желании здесь можно устроить маленький приём. Друг напротив друга стояли огромные окна с витражом, что был разных цветов, каждая из множества ячеек в нём имела свой цвет. Если так смотреть, то тут были две стены и два разноцветных витража. — Да кто его знает? Конечно, при желании ты можешь прочесть все те книги, что тут имеются. Может, и поймёшь, — он пожал плечами и положил журнал на стол, что был рядом с нами. — Погоди, а он, что, пустой? — журнал объяло синее сияние моего рога, и страницы стали листаться. Они были пусты. Я вернула его на место. — Ну да… Когда положишь на него руку… — он положил на него свою руку и посмотрел на меня. — Ну или копыто и задашь ему примерную мысленную команду… Ну, например, если ты хочешь увидеть маленького жеребёнка, то он покажет тебе первого попавшегося такого. — он убрал руку с журнала, который никак не отреагировал. — Можно задать более конкретный вопрос: например, если я захочу увидеть тебя жеребёнком, то бишь задам мысленный запрос: «хочу увидеть Луну в период бытия жеребёнком», он мне это покажет. — Постой, постой! То есть он показывает не только то, что происходит сейчас, но и прошлое?! — восхитилась я работой мастера, что зачаровал этот журнальчик. — А в будущее он так может? — я ткнула в журнал копытом. — К сожалению нет… И, предвкушая твой вопрос, он не показывает мне того, кто всё это построил на луне. Он очень чётко показывает всё, что происходит на Эквусе, но с трудом показывает всё, что связано с луной, — он пожал плечами. — Так… А как ты тогда нашёл меня здесь? — я взглянула на него и вздёрнула бровь. — Я в последний раз смотрел, что происходило у вас в Эквестрии. Посмотрел, как играют жеребята, как тренируются ваши войска… И заметил что-то странное, — он таинственным голосом продолжил. — Луна должна была уже зайти, но когда взошло солнце, она наоборот закрыла его! А после выступило одно войско, а из замка вышло второе, и началась бойня. — он посмотрел на витраж, где приблизительно был Эквус. — А после случилось невероятное: два самых могущественных существа начали сражение между собой. Это было внушительно, скажу я тебе, особенно когда ваши лучи столкнулись. — Не самых могущественных, — я покачала головой. — Дискорд, скорее всего, сильнее. Мы его победили только эффектом неожиданности и Элементами Гармонии. — Не суть важно. Главное, что это было эффектно. Так вот, я смотрел весь ваш бой и заметил, что тебя в какой-то момент стало тянуть к луне. А потом проследил, где ты именно сейчас, и всё. Только я потратил весь заряд артефакта, но это того стоило, — сказал он и развернулся. — Кстати, я же так и не знаю твою историю, а ты мою, — сказал он и двинулся на выход. — Но сначала найдём тебе комнату и потом в гостиной мы всё расскажем, идёт? — спросил он. — Хм… Всё равно нам сейчас заняться нечем. Идёт, — сказала я и двинулась за ним.

***

— Вот эту комнату хочу… — сказала я, с восхищением разглядывая внутренний декор и обстановку комнаты.       Она была средних размеров и выполнена в тёмных тонах, где преобладал синий цвет, а порою встречался и голубой с белым. Комната, конечно, была сейчас вся в пыли. На потолке висела полупрозрачная люстра с шестью свечами в форме месяца и с россыпью звёзд. Если сравнить её с моей меткой, то люстра полностью повторяет её форму. С левого края, в дальнем углу, была кровать, что была немного больше, чем мне нужно, но это нисколько не отменяло её мягкости и удобства. Посередине было небольшое окно и под ним был стол с седельной подушкой. На столе было несколько листов, пергамент, стакан с перьями и чернильница. Чернильница уже высохла, и там остался только закаменелый сгусток, когда-то бывший чернилами. Перья, при их взятии в телекинез, осыпались. А листы и пергамент рядом рассыпались пылью по комнате, когда я потрогала их копытом. — Чхи! — чихнул рядом мой друг. — Зачем тебе эта пыльная и тёмная комната? — прогундосил он с зажатым носом. — Мне нравится интерьер этой комнаты… — сказала я, прохаживаясь по ней. — Ну, а пыль… — я использовала бытовое заклинание очищения. — Вуаля! — усмехнулась я, когда со стен, пола и воздуха исчезла пыль.       Когда исчезла пыль, то нам открылись фрески на полу и рисунки на стенах, что были сначала высечены, а потом окрашены. Это были рисунки звёздного неба на всю стену, посередине был большой Эквус и рядом с ним была серебряная луна. Время не прошло незаметно и для краски. Она вся облупилась и немного портила всю красоту. На полу были линии, что складывались в очень красивый рисунок. — Это невероятно… Кто мог создать такую красоту? — вздохнула я, во всю разглядывая комнату, что приобрела уже другой для меня вид и значение. — Да кто его знает? — пожал плечами Роки, тоже разглядывая комнату, но, в отличие от меня, не с таким восхищением — скорее ему понравилось, но не прям чтобы так. — Так ты здесь поселишься или дальше пойдём смотреть? — он посмотрел на меня немного нетерпеливо, ему очень хотелось послушать историю, а не разглядывать то, что он уже больше сотни раз видел. — Да, конечно! Я однозначно останусь тут, — сказала с улыбкой я, посмотрев сначала на Роки, но потом вернула взгляд обратно, на стены. — Ну, тогда пойдём в гостиную! Ты ещё успеешь насмотреться на всё это, уверяю тебя, — он подпрыгнул и потянул меня за крыло, тем самым расправив его, и потянул меня на выход. — Ну, хорошо, хорошо. Ты прав, ещё успею, — сказала я спокойно и дёрнула крыло назад, сложив его на спине, и пошла за бегущим вперёд Роки.       Коридоры были тёмными и обычными. Пони тут пришлось бы тяжко, но не нам с Роки. У него от рождения такое зрение, что позволяет ему видеть даже в почти абсолютной темноте, а у меня в боевой форме зрение не хуже, чем у него. Да и если оно уже не будет справляться, всегда есть заклинания зрения в темноте, да и заклинание светлячка никто не отменял.       Коридоры были выполнены из гладкого серого камня, хоть тут уже и были сети трещин, но я ими скоро займусь, а то ему так и недолго рухнуть…       Спустившись по каменной лестнице вниз, мы почти сразу попали в гостиную и Роки прыгнул в кресло, что недавно принесла сюда я, а сама присела на диванчик. — Хорошо, — я устроилась поудобнее. — Что ты хочешь услышать? — с улыбкой задала я вопрос. — Хм… О твоём детстве! — воскликнул он. — Оно не самое радужное… Честно, — сказала я, надеясь не рассказывать о нём. — Ну пожалуйста, — словно маленький жеребёнок стал клянчить он, подпрыгивая на диване. — Ох… Хорошо, — сдалась я.— Но я тебя предупреждала, ладно? — спросила я и дождалась утверждающего кивка. — Родилась я в семье простых пони ещё в Эпоху Хаоса…

***

Далёкое прошлое, взгляд со стороны.

— Мам, пап, а почему Вуна пвачет? — спросила маленькая Селестия, сидя у своей матери на спине, пока они бежали сквозь чащу и в корзинке плакала Луна.       Они бежали от чудищ, которых породил сам Дискорд. Так говорят легенды, но никто не знает точно, сколько в этой части Эквуса правит драконикус Дискорд.       Легенды гласят, что когда-то в мире царила гармония и порядок, но в какой-то момент объявился Он и стал творить Хаос.       Никакой письменности уже давно не существовало — хоть книги с давних времён и остались, но их очень мало, а тех, кто умеет их читать — ещё меньше. Именно поэтому никто не знает, как давно царит Хаос в этом мире.       Селестия не помнила, как давно они бегут и не понимала, почему они бегут. «Но раз родители бегут, значит есть от чего», — так думала она. — Доченька, помолчи немного, хорошо? — ласково попросила синяя единорожка с розовой гривой у своей дочери, что сидела у неё на спине. Но так она выглядит чистой, а сейчас она была вся в грязи, в гриве застряли веточки и на шкуре были проплешины, так как на глубоких шрамах шерсть уже не росла. — Чш-ш… Тихо, моя маленькая, — успокаивал серый единорог с синей гривой свою дочь, что летела рядом с ним в оранжевом сиянии телекинеза. Он тоже был весь грязный. Долгий бег по лесистой местности не добавлял ему чистоты.       Они бежали ещё какое-то время, пока не стали уставать. Но оба родителя понимали, что убежать они уже не смогут и для них был только один вариант. Спасти своих крылато-рогатых жеребят, а самим отвлечь чудовищ и увести их от них как можно дальше, чтобы у них хотя бы маленький шанс был спастись. — Вон там! — хрипло крикнула единорожка и повернула в сторону.       А заметила она маленькую пещерку, куда и один пони с трудом пролезет, если он вообще сможет это провернуть.       Оба единорога с жеребятами подбежали к ней, тяжело дыша, и взрослые стали торопливо запихивать жеребят туда. — Доченька, маленькая моя, слушай меня внимательно, — ласково говорила единорожка Селестии. — Сиди тут тихо, мы с папой убежим, а ты сиди тихо и успокаивай сестру, ладно? — торопливо объясняла она, и Селестия кивнула. — Умница моя маленькая, — сказала она, и вдалеке послышался рык. — Оберегай сестру всеми средствами, мы с папой очень любим вас обеих, — она торопливо обняла их и ринулась бежать в другую сторону от них, громко крича. — Мы здесь, уроды!!!       Их отец без лишних слов и проявлений сентиментализма побежал за женой, второпях утирая скупую слезу и стараясь не оборачиваться. — Мама… Папа, — Селестия хотела было уже ринуться за ними, но её остановил всё усиливающийся плач Луны, и она, помня наставления матери, стала её успокаивать. — Вуна, чш-ш-ш… Тише, я тут, мама скоро придёт, — говорила она, смотря в глаза маленькой Луне, и та, в свою очередь, успокоилась и потянулась копытцами к сестре.       Селестия в своём любопытстве опустила свою мордочку ниже, и ту в сей же час крепко схватила маленькая Луна и потянула к себе не готовую к такому сестру.       Где-то близко стало слышится громкие шаги и тихий, утробный рык. Селестия широко распахнула глаза. Все её инстинкты кричали о чудовищной опасности, что таится за маленьким выходом из их столь же маленькой пещеры. А маленькая Луна не обращала на это внимания, слишком мала она была ещё, чтобы понимать всю суть данной ситуации, и лишь теребила мордочку испуганной Селестии своими маленькими копытцами, неосознанно используя копытокинез.       Но вот, что-то снаружи стало тянуть воздух. Потом обратно выдохнуло, повторило несколько раз процесс, и шаги стали удаляться. Селестия стала потихоньку выдыхать и понимать, что всё это время даже не дышала. — Хе-хе-хе, — тихонько рассмеялась Луна, и отпустила мордочку Селестии, что бухнулась на круп и старалась отдышаться, но после снова задержала дыхание, так как издалека послышался чудовищный рык, что заставлял дрожать землю и, как ей показалось, два голоса потише.       Такой смены обстановки Луна уже испугалась и стала рыдать в голос, никого не стесняясь. — Тшшш, тише, — Селестия, уже примерно понимая правила выживания, вновь старалась успокоить Луну, и как можно быстрее. — Сестрёнка, я тут… Я тебя не оставлю, — говорила она ласковым и спокойным тоном, от которого Луна почти сразу успокоилась. — Ну вот, видишь? Всё хорошо, — она укрыла Луну своим крылом и сама умостилась рядом. — Мы будем вместе всегда, и я тебя ни за что не брошу.

***

— Ну сестрёнка, я устала! — говорила я, идя вместе с Селестией по тёмному лесу. — Луна, что я тебе говорила про правила поведения в лесу? — строго спросила меня сестра, повернув голову ко мне. — Не шуметь… — недовольно сказала я, чуть опустив голову. — Ииии? — подняла Селестия бровь и стала ждать ответ. — И не ныть! — я и вовсе отвернула голову от Селестии, но с шага и направления не сбилась. — Именно, а ты чем занимаешься? — прошипела сестра. — Прости… Просто мы уже так долго идём, что у меня копытца устали, — понуро повесила я голову, но шага не сбавила. — Мы скоро уже придём, обещаю. По крайней мере, тот пони нам не должен был соврать, — сказала уже как ни в чём не бывало Селестия.       Недалеко, в маленькой деревне мы встретили пони, который умел читать, и у него даже были книги! И он обещал нам научить нас читать. — Ууу… Тебе попробуй соври, — обиделась я, а сестра тихо рассмеялась. — Хихихи… Ты как всегда в своём репертуаре, сестричка, — Селестия потрепала меня копытом по гриве, я фыркнула и мы обе продолжили путь.       Через пару минут я не выдержала. — И всё-таки, что нам там делать? Жили же себе как-то и без этих книг, — я ткнула копытом в землю сильнее. — Эх, — сестра страдальчески вздохнула и закатила глаза. — Чтобы наконец перестать убегать и прятаться от чудовищ, Луна! Чтобы наконец понимать книги, выучить заклинания, избавиться от всего этого хаоса и все жили счастливо, вот, что делать!!! — так громко сказала Селестия, что с ближайших деревьев слетели птицы и вдалеке послышался топот.       Я и Селестия, бывшие не больше жеребят в размерах от 8 до 15 лет, не сговариваясь побледнели и побежали прямо в сторону, противоположную топоту. — Вот кто тебя просил? — спросила на бегу Селестия, усердно ища место, где можно спрятаться. — Никто, мне было скучно! — проделывала то же самое я. — Зато теперь, надеюсь, что тебе весело! — с таким ядом сказала Селестия, что им можно было бы убить то чудовище, что бежало за нами.       Мы были ни разу не взрослыми пони, так что убежать у нас шансов было мало. Зато это был и наш главный плюс — спрятаться можно было даже в самую маленькую щель, нужно было только удостовериться, что наш запах не засекли, что было маловероятно, так как мы периодически специально валялись в траве, чтобы перебить свой запах, и мылись в не заражённых хаосом реках. У нас даже иногда проскальзывали мысли, что этот запах въелся в наши шкуры навсегда. — Вон там! — я указала на строение впереди и ринулась туда. — СТОЙ! Не туда, — сказала Селестия, когда схватила меня за шкирку и потащила в большой ствол, полый внутри и лежавший на земле, и засунула туда сначала меня, а уже потом полезла за мной сама, и притаилась.       Послышались тяжёлые шаги, и мимо нас промчалось что-то довольно шустрое и, выглянув, Селестия убедилась, что строение могло стать нашей могилой. Чудище, что было похоже на минотавра, но в несколько раз уродливее, дыхнуло чем-то зелёным и едким внутрь маленького, деревянного здания и побрёл в неизвестном направлении. — Видишь? — спросила Селестия и я, также выглянув с другой стороны ствола, коротко кивнула. — Сейчас посидим немного и уже потом пойдём туда, — я без лишних слов снова кивнула и залезла обратно в ствол. Сестра также пролезла обратно. — Это то место, куда нам надо? — спросила я. Селестия кивнула. — Как думаешь, кто-то живой там остался? — Сомневаюсь… — протянула Селестия и неуверенно взглянула на меня. — Будем надеяться, что там никого не было, — и также неуверенно улыбнулась.       Я нахмурилась, посмотрела в пол и погрузилась в раздумья. Думы были тяжёлыми. Я обдумала всё, что только что произошло, и пришла к выводу: из-за меня погиб тот пони или мог погибнуть… Из-за моей беспечности и неусидчивости.       Селестия, видя моё состояние, поняла, что нужно что-то делать. Но сначала ей нужно было понять, почему я такая грустная. — Ты чего? — поинтересовалась Селестия. — Из-за меня погиб пони… — тихо сказала я. — Что? — не поняла меня сестра. — Из-за меня погиб пони! — у меня на глазах стали наворачиваться слёзы, и я замолчала. Мы обе пару минут провели в молчании. — Вуна? — позвала меня сестра, специально коверкая моё имя. — Вуна, — она подошла ко мне и присела рядом. Селестия была на голову выше меня, так что ей пришлось взять меня за подбородок копытом и поднять мордочку. — Ты же не виновата, правда. — Но… Но ты же сказала, — виновато пыталась ответить я. — Я не подумав сказала это, ведь мы были в опасной ситуации, и мне нужно было что-то сделать или сказать, дабы не впасть в панику, — Селестия обняла меня крылом и стала успокаивать. Я чуть задрожала. — Тшшш… Не нужно плакать, — успокаивающим тоном говорила Селестия. — Просто пообещай, что впредь будешь меня слушаться, ладно? — попросила она, и я кивнула, прижавшись к ней покрепче.       Так прошло какое-то время. И это самое время мы просидели в обнимку. Даже когда я уже успокоилась, то просто не хотела пока никуда идти, а просто побыть рядом с сестрой — вот что я хотела тогда.       Я, чувствуя себя в безопасности, морально истощённая и просто уставшая, даже задремала. Но скоро мы услышали тихие шаги и медленно проплывший силуэт в одном из выходов ствола, и мы немедленно проснулись. — Кто это? — тихо спросила я, но Селестия показала мне жест «тихо» и побрела к выходу. — Стой, не надо, — я схватила сестру за хвост копытом и не хотела отпускать. — Сестра, отпусти. Мне нужно проверить, — хмурая Селестия обернулась ко мне, пытаясь выдернуть хвост. — Я скоро приду, а ты сиди тут. Ясно? — Хо-хорошо… Будь осторожна, — я нехотя отпустила хвост и села, тревожно смотря на свою сестру, что покинула меня.       Я какое-то время неотрывно смотрела на выход, через который вышла моя сестра, но разные мысли стали закрадываться мне в голову. Я воображала, как её хватает тот минотавр и уносит с собой. Как её кусает ядовитая змея, прячущаяся в траве, и опутывает своими кольцами. Или её пленяет хищное растение, не давая издать ей и звука. Или того хуже… Хищный пони, что одичал и живёт в лесах, пленил мою сестру, чтобы зажарить или сварить на костре.       Я стала оглядываться и смотреть на стенки упавшего, полого дерева, где я до сих пор находилась и решалась. Наконец, я решительно посмотрела на выход, куда вышла моя сестра, и двинулась туда же.       Аккуратно ступая, как учила сестра, чтобы не шуметь и не издавать каких-либо звуков, я направилась к домику, где уже рассеялся газ, что пустил туда минотавр.       Я пригнулась к траве и водила головой из стороны в сторону, чтобы был полный обзор. Ушки точно также поворачивались в разные стороны каждую секунду, чтобы уловить лишний звук, которому не место на фоне вечернего леса. Треск палочки, шуршание в траве или листве, либо лёгкое дрожание земли, что бывает, если в пределах километра было чудище и топало.       Удостоверившись, что ничего подобного не было, я уверенно двинулась к домику, но не забывая правила ходьбы. Я кралась и осматривала тёмные деревья, высокую траву, слушала тихую песнь птиц и сверчков. И была постоянно настороже.       Подобравшись к окну домика, я приподнялась на задних копытах и заглянула в окно. Было видно дрожащий огонек от свечки в соседней комнате. — Селестия? — тихо, скорее для себя, чем к кому-то обращаясь, сказала я.       Не найдя отклика, я двинулась к открытой настежь двери и проверила пол на скрипучесть. Удостоверившись, что половица не скрипит, я проверила вторую, затем третью. Третья уже слегка скрипнула, поэтому я проверила следующую и шагнула на неё.       Вот так идя, я услышала тихий разговор за одной из дверей, где предположительно и был огонек свечки из окна. Но кто и когда закрыл дверь? Я не заметила.       Я тихонько толкнула своим копытцем дверь, и та неожиданно легко и без скрипа поддалась. Разговор стал громче, и я узнала голос Селестии. Я протиснула свою мордочку в щель и увидела одного пони в тёмной мантии и белую пони поменьше. Ею и была моя сестра. — Селестия, — вполголоса окликнула я свою сестру. — Луна?! — достаточно громко воскликнула Селестия, и они оба перевели удивлённый взгляд на меня. Селестия разозлилась. — Луна, — прошипела она и прищурилась. — Я же сказала тебе быть там и ждать меня, — она подбежала ко мне, как только я вошла в комнату, и стала меня осматривать. — А если бы с тобой что-нибудь произошло?! — Мне было страшно за тебя, — не менее возмущённо ответила я ей. — Я ждала тебя, но тебя долго не было, и я стала беспокоиться, что тебя поймало то чудовище! Или укусила ядовитая змея! Или тебя поймал хищный пони! — всё громче стала говорить я и снова плакать. С Селестии сошёл гнев и появилось недоумение, а потом и осознание того, что она оставила меня там, совсем одну. А сама ушла за неизвестным силуэтом. И у неё проскочила мысль: «а как бы я чувствовала себя на её месте?». — Оох… Луна, прости меня, — она обняла меня и погладила по голове. — Я же тебя совсем одну там оставила и забыла… — я шмыгнула носом и успокоилась. — Ну, раз уж вы всё решили, можно и продолжить наш разговор, — сказал старческим голосом пони в мантии, которого они уже встречали недалеко в деревне. — Да, мистер Рид, — кивнула Селестия, а я стала с интересом следить за разговором. — Так вы будете нас учить? — Хо-хо-хо, — старчески посмеялся он и снял мантию. Он оказался пегасом с зелёной шерсткой и коричневой гривой. — Конечно! И начнём мы прямо сейчас!

***

— Ты кто, курица, чтобы так крыльями махать? — ворчал на Селестию Рид. — Бери такую амплитуду, — он показал копытами расстояние, которое должно преодолевать крыло. — Теперь махай! — Ай! Мне больно! — Селестия изо всех сил махнула крылом, и оно ударилось о копыто Рида, что держал копыто сверху. — И будет больно, пока ты не начнёшь с НУЖНОЙ амплитудой махать, — сказал Рид и заставил её продолжать.       Мы с сестрой уже давно закончили обучение в чтении и прочли немало книг. Ну как немало? Сколько было у Рида — столько и прочли.       И собирались было уже покинуть его, но он задал неожиданный вопрос. — А вы пользоваться-то крыльями своими умеете? — усмехнулся он.       Мы ответили, что не умеем, и он предложил нас научить. Мы немедленно согласились. И в какой-то степени обе пожалели об этом уже на следующий день.       Тут же взмывать в небо мы не начали. Наши крылья стали сначала тренировать и укреплять. И они от этого болели. Нещадно болели.       Но этот период уже прошёл, о чём не преминул нам сообщить старик. Мы, естественно, обрадовались, но он нас быстро осадил. — Сначала нужно отработать технику и только потом уже подниматься в небо! Можно было бы сначала и взмыть, но я вас ловить не смогу, не такой я уже и молодой, чтобы молодых кобыл ловить — сказал он нам и начал новые тренировки.       Никто из нас не показывал потрясающие результаты, но надежда, что из нас выйдут замечательные летуны, была.       Я уже отработала тренировки с амплитудой и даже поднималась в воздух. Но не высоко. — Вот, вот! Правильно, продолжай махать, не останавливайся! — поддерживал Селестию Рид. — Ииии… Стоп! Отлично, потрясающие результаты, мои дорогие, — улыбнулся он и отошёл от неё, пока она упала на землю и тяжело дышала. — Сестра, ты молодец! — подлетела я к своей сестре и, упав рядом, обняла её. — Верно… — немного грустно сказал он. — Что ж, мои маленькие пони, обучение окончено. Больше я ничем помочь не смогу, я не такой уж и профессиональный летун, — пожал он плечами и грустно улыбнулся. — То есть… Это всё? — грустно спросили мы. — Да, я больше не держу вас и могу с чистым сердцем сказать: вы прошли обучение! — мы радостно воскликнули и обняли его. — Хехехе, ну всё, всё! Идите и собирайте вещи. — А вы не знаете, где нас могут научить колдовать? — спросила Селестия. Рид задумался. — Знаю я одного искусного единорога, — хитро улыбнулся он и повёл нас в дом.

***

— Всё поняли? — они кивнули. — Отлично. Вот, держите, на память обо мне, — он отдал нам книгу с высшими заклинаниями, которые мы пока ещё не могли освоить. — И скажите ему, что вы от меня, при этом показав книгу. Он обязательно вам поможет. — Спасибо за всё, — с улыбкой поблагодарила Селестия, поправил перемётную сумку, куда положила книгу. Я заметила, что ЭТУ книгу я не видела и не читала ещё, но ничего по этому поводу не сказала. — Удачи вам, мои маленькие пони, — сказал Рид и проводил нас взглядом.