Лофт в Бруклине

Если бы у меня спросили, каково это – дружить с сумеречным охотником, я бы ответил, что это был довольно интересный опыт. Я всегда думал, что уже слишком стар для того, чтобы заводить новых друзей, тем более среди смертных. В конце концов, моя памятная шкатулка не резиновая, да и после смерти Рагнора я долго не мог прийти в себя. Но с появлением Александра в моей жизни я, можно сказать, пересмотрел некоторые свои взгляды. Казалось бы, что может быть общего у таких диаметрально противоположных личностей, как мы, но чем дальше в лес, как говорится, тем больше у нас находилось общих точек соприкосновения. Не буду скрывать, многое в Алеке смущало меня изначально. Во-первых, и в основных, кроме того, что он был сумеречным охотником (хотя у меня уже был довольно успешный опыт общения с детьми Разиэля, стоит вспомнить Уилла, Джема и мою дорогую Тессу), он оказался еще и отпрыском ненавистного мне (попрошу отметить, это было взаимное чувство) семейства Лайтвуд-Трублад, с которыми у нас были сложные отношения. Во-вторых, к моему новоиспеченному другу в комплекте прилагались еще несколько нефилимов и один недовампир (но последний это скорее головная боль Сантьяго, а не моя). Особенно раздражал выскочка Эрондейл. Правда, после того, как он побыл моим самовписавшимся временным квартирантом… Нет, все равно раздражает. Хотя сейчас, когда он стал отцом, спеси в нем поубавилось. Удивительно, как меняют людей дети! Мне ли этого не знать… Никогда не думал, что когда-нибудь произнесу эту фразу… Так, я отвлекся. Продолжим. Была еще одна крайне очевидная причина, почему нам с Александром был заказан путь в закадычные друзья-приятели: он был (и есть, конечно) до неприличия хорош собой. Он буквально олицетворяет собой мой идеал мужчины. Не будь я в затяжной депрессии, я бы влюбился в него с первого взгляда, как молоденький маг. И сейчас, спустя несколько лет, я пониманию, насколько был жалок в своих попытках отрицать очевидное. Но тогда я был слишком замкнут в себе. Только что не стало Рагнора, в памяти еще были свежи раны от прошлых любовных неудач. Я действительно слепо верил в то, что мы сможем остаться просто друзьями. На самом деле Александр очень хороший друг. Один из лучших, которые у меня когда-либо были. Я считаю, мне страшно повезло, что Алек, несмотря на все мои выходки, стал моим мужем, но я и по сей день называю его своим лучшим другом. Со временем все эти причины сгладились и затерлись, и постепенно я осознал, что у нас очень много общего. Давайте же теперь разберемся, почему стоит дружить с Александром Лайтвудом. Я мог бы бесконечно перечислять все его достоинства, но, пожалуй, ограничусь несколькими, основными, так сказать. Во-первых, Алек – прекрасный собеседник, он серьезен и начитан, умеет слушать и в состоянии поддержать любой разговор. Я сам не раз оказывался свидетелем, как он разбирался с конфликтами без применения силы, пользуясь только этими своими качествами. Разумеется, это во многом поспособствовало его карьере. И даже если бы он не был таким красавчиком, уверен со временем, он бы «убеседовал» меня настолько, что у старого, безнадежного романтика просто не осталось бы других вариантов, кроме как влюбиться в него. Во-вторых, Алек обладает гипертрофированным чувством ответственности и неутомимой потребностью защищать своих близких. Рядом с этим человеком можно расслабиться и совершенно не переживать за собственную безопасность. Хотя, конечно, лучше так не делать. Но даже мне, далеко не беспомощному верховному магу было приятно чувствовать рядом с собой сильное плечо (причем в самом прямом смысле). И в-третьих, он до неприличия хорош собой. Кажется, я повторяюсь. Ах да, это же была одна из причин не дружить с ним. Но были в этом и свои плюсы. На него просто было приятно смотреть. Александр частенько сопровождал меня во время моих выходов в свет, и хоть он и был сумеречным охотником, даже нижнемирцы (включая меня, естественно) не могли отвести от него глаз, стоило ему надеть смокинг.

***

Когда это произошло, я так и не понял. Отчетливо помню только тот день, когда осознал, что уже слишком поздно и я, как говорится, увяз по самое не хочу. Было даже забавно, ну точно как в кино. Как же я попался на крючок, а еще древний маг. Уму непостижимо! Он зашел ко мне в кабинет после душа в одном полотенце, низко сидящем на бедрах. Что-то у них там произошло на миссии, я точно не помню, да и не вникал особо. Короче говоря, он был неподалеку и решил заскочить, привести себя в порядок. Все это, как ни странно, в тот момент не показалось мне подозрительным. Вот же идиот! Алек, конечно, потом признался, что нарочно подстроил все это. Коварный маленький нефилим! И где только понабрался этих штучек? - Магнус, мне нравится твой шампунь! Ты сам его делаешь? Запах просто потрясающий! Сделаешь и мне баночку? Он стоял такой весь распаренный и влажный, соски затвердели от прохладного воздуха, мышцы пресса сокращались, а я сидел в кресле, тупо пялился, не в силах и слова из себя выдавить. Ну да, это был не первый раз, когда я видел Александра без рубашки, но сегодня что-то изменилось, меня как обухом по голове приложило. Вот передо мной стоит мой лучший друг, Александр Лайтвуд, практически обнаженный, с волос капает, а в огромных глазищах пляшут черти, и я понимаю, что все это время обманывал его, всех окружающих, а главное – самого себя. Что никакие мы нафиг не друзья (нет, друзья, конечно, но это вторично. Уже вторично). Что на самом деле я схожу по этому мужчине с ума, и у меня руки чешутся прямо сейчас сорвать с него это проклятое полотенце и сделать что-нибудь развратное на моем письменном столе. С того самого вечера начался новый этап наших с Алеком отношений. Этап отрицания или, перефразируя, «Магнус Бейн решил повалять дурака и делать вид, что он понятия не имеет, что происходит». На самом деле, веселого тут было мало. Алек, конечно, все видел и понимал, а я продолжал гнуть свое, как упертый баран, прогоняя от себя все непрошенные мысли и сторонясь новых слишком сильных чувств, как чумы. Вся эта чехарда могла продолжаться еще очень долго, благо, я бессмертный маг и торопиться мне некуда, если бы не Изабель. Она устроила рождественскую вечеринку в стиле примитивных: с елкой, подарками, эгг-ногом и прочими атрибутами. Я весь вечер строил из себя мистера невозмутимость и непробиваемость. Под конец меня аж затошнило от самого себя. Когда праздничные блюда были распробованы, подарки вручены и все разбрелись по разным углам, я примостился на подоконнике в библиотеке с бокальчиком виски и уставился в окно, проклиная свою нерешительную и вредную натуру, и втайне надеясь, что Александр найдет меня и словно в сопливой мелодраме признается в любви, и мы будем жить долго и счастливо. Собственно, почти так все и произошло. - Прячешься от меня? - Нет, конечно, просто устал. - Да-да, продолжай в том же духе! - Магнус…, - вздохнул так, будто я нашкодившее дитя, - а что, если я тебя поцелую? Я чуть не подавился напитком и глянул на Алека, который смотрел куда-то вверх. Я проследил за его взглядом, уже итак догадываясь, что я там обнаружу. Так и есть – омела. Чертово рождество! Думаю, несложно догадаться, что было дальше. С тех пор мы взяли за правило каждый год праздновать рождество, как полагается. И каждый год, Иззи неизменно пихала эту пресловутую омелу по всем углам. А когда у нас появились дети, она и их привлекла к этому занятию. Впрочем, Макс ее переплюнул и пошел еще дальше. Освоив магию, он наколдовывал эту треклятую ветку каждый раз, как мы с Алеком оказывались рядом. И откуда только в нем столько коварства? Явно не от меня.