Самая милая ошибка

Чёрный автомобиль мчался по прямой, блестящей из-за дождя, дороге. Мимо проносились яркие витрины, редкие в такой час прохожие, спешащие укрыться от непогоды, встречные машины, сливаясь в сплошной размытый поток цвета. Оранжевые глаза сосредоточенно смотрели вперед, следя за дорогой, руки чуть сильнее и напряжённее, чем обычно сжимали руль. Было уже далеко заполночь, когда Барт возвращался с очередной вечеринки. Несмотря на все уговоры остаться еще хотя бы на пару часов, певец, сославшись на необходимость хорошенько отдохнуть перед завтрашней автограф-сессией и неимоверную усталость, уехал домой даже не прихватив с собой какую-нибудь подружку. К его большому сожалению, изменения в поведении и самочувствии не заставили себя долго ждать. На смену обычному приподнятому, а зачастую и игривому настроению, пришли несвойственные вялость, меланхоличность и даже апатия. Парень всё чаще стал с безразличием относиться ко всему происходящему, буднично выполняя свои обязанности перед публикой и журналистами, однако общение с ними и вовсе перестало приносить певцу радость. Конечно, натянутая фальшивая улыбка всё же не покидала его лица, пока он был на людях, но у него пропал интерес ко всему, что с ним теперь происходило, так, словно его это не касалось. Он не проживал моменты, а просто позволял вещам случаться, а событиям происходить, позволял себе быть тем, кем он должен быть, и теперь перестал получать от этого удовольствие. Вроде ничего не изменилось: его всё также любят преданные фанаты, он всё также посещает крутые вечеринки, вокруг него всё также много поклонниц, денег и славы, но жизнь как будто стала проплывать мимо него, а он просто сидел и смотрел на это со стороны, словно безвольный наблюдатель, не в силах вмешаться в ход этих событий и нарушить эту череду «дней сурка». Певец вышел из автомобиля и запрокинул голову, подставляя лицо под падающие с неба капли. Моросящий дождь дарил приятную освежающую прохладу, но долго задерживаться на улице Барт не стал. Такая погода создаёт особую уютную атмосферу в доме; вот и сейчас певец плеснул себе спиртного в стакан и, устроившись на мягком диване, задумчиво смотрел в окно. Такую роскошь, как простое пребывание наедине с самим собой, он мог себе позволить крайне редко. Раньше ему всегда казалось это дико скучным: ему не хватало драйва, движения и ярких событий, он всегда хотел чтобы его жизнь была наполнена огромным количеством разных дел, чтобы ему всегда нужно было куда-то спешить, что-то делать, чтобы не оставалось времени не то, что на скуку, а даже просто свободно вздохнуть. И только сейчас, когда он это получил, стал ценить эти минуты отдыха в одиночестве. Парень прикрыл глаза, прислушиваясь к происходящему на улице. Постепенно он с удивлением стал отмечать, что слышит не только шум дождя, и эти посторонние звуки заставили его выйти из равновесия, открыть глаза и даже слегка напрячься. А спустя пару мгновений он услышал стук в дверь. Тут же направившись открывать, вампир отметил, что стук нарастал; он усиливался с каждой секундой промедления парня. У самой двери Барт остановился и прислушался: снаружи находились пара вампиров, и они были настроены весьма враждебно. Глянув на экран, показывающий, кто снаружи, парень едва ли успел отметить, что совершенно не знает этих вампиров, как грубый мужской голос по ту сторону двери прорычал: — Барт, открывай, мы знаем что ты здесь! — рука певца уже легла на дверную ручку, но это заставило его замереть на секунду. В голове пронесся ураган нехороших мыслей, таких нехороших, что парня чуть ли не начало мутить. Он резко дернул ручку, открывая дверь. Перед ним стояли три вампира, двое довольно крупных, один с бритой головой, а у другого были татуировки на шее, и один ростом примерно с певца, но куда мощнее и мускулистее. — Как же нам повезло, что мы застали тебя дома, — наиграно улыбнулся вампир, стоящий ближе всего к певцу. Остальные последовали его примеру, обнажая клыки, не то улыбаясь, не то оскаливаясь. Барт медленно обвёл их взглядом, а затем спокойно проговорил: — Что-то не припомню, чтобы встречал вас на своих концертах раньше,— действительно, на поклонников эти парни походили меньше всего и певец это прекрасно понимал.  — О-о нет, мы не твои фанаты, Барт, — усмехнулся высокий вампир, опираясь рукой о дверной косяк. — Чем обязан? — певец улыбнулся, слегка выгнув бровь. — Есть у нас к тебе пара вопросов, — крупный вампир с татуировками на шее демонстративно повёл плечами и головой, разминая суставы, и двинулся слегка вперед. — Впустишь? Прекрасно понимая, что вопрос этот риторический, певец посторонился, позволяя им войти. Оказавшись внутри, вампиры, однако, чувствовали себя весьма привольно: двое сразу же расположились на диване, третий же фамильярно пригубил содержимое стакана на журнальном столике, что не могло не раздражать Барта. — Я не очень люблю принимать гостей, так что, — певец подошёл к вампиру с татуировками и, грубо вырвав у него из рук стакан так, что содержимое разлилось тому на руку, со стуком поставил его обратно на столик. — Давайте сразу к делу. Вампир, видимо, не ожидавший такой резкости от певца, многозначительно хмыкнув, махнул рукой, стряхивая капли алкоголя, прищурился, Барт боковым зрением заметил, как двое вампиров на диване слегка напряглись, затем первый проговорил: — В общем, есть одна девчонка по имени Мия, и нам нужна вся информация про неё, которую ты знаешь, — вампир сложил руки на груди и уставился на Барта. — И будь предельно откровенен, поверь, это в твоих же интересах. — Парни, если вы не в курсе, вокруг меня каждый день вьются толпы поклонниц, — певец расслабленно опустился в кресло напротив вампира, пытаясь всем своим видом показывать полное безразличие к тому, что происходит. — Если вам нужна какая-то конкретная, то милости прошу на мой следующий концерт, уверен, там вы её непременно встретите, если она, конечно, моя преданная фанатка. Хотя, других у меня в общем-то нет. — Хватит нам зубы заговаривать, Барт, — жестко осадил его бритоголовый вампир, вставая с дивана и подходя вплотную к креслу, в котором сидел певец. — Мы знаем, что ей-то ты точно не один раз после концерта автограф оставлял, — он навис над парнем, ставя руки на подлокотники по бокам от Барта, от чего певец невольно вжался в спинку кресла. — Я не интересуюсь именем каждой, с которой сплю, — улыбнулся Барт, покачав головой. — Да и если честно, мне зачастую просто наплевать, как их зовут. — Он смотрел на вампира прямо, но без вызова, так, будто ему нечего скрывать. Вампир долго пристально смотрел певцу в глаза, однако Барт этот взгляд выдержал, затем он как-то слегка повёл носом, будто принюхиваясь, как пёс, и отпрянул от парня. — Значит, говоришь, не знаешь никакой Мии, — начал он, отходя от кресла и снова опускаясь на диван. — Нет же, конечно, знаю, и, наверное, не одну. Хотя правильнее будет сказать, что они меня знают, а не я их. Вампиры переглянулись и будто бы задумались о чём-то. — Говорю вам, приходите на следующий концерт во «Вкус ночи», там точно будут все мои фанатки, и отыскать ту, чьё имя вы даже знаете, будет не трудно. В это время вампир с татуировками достал из кармана джинсов смартфон и, недолго там покопавшись, протянул его Барту экраном вперед. На дисплее было их с Мией фото, сделанное в парке аттракционов. Парень сразу вспомнил тот вечер, когда забирал Мию из редакции. — Нам нужна вот эта девка, — он ткнул пальцем в мобильный. — Говори всё, что ты можешь сказать про неё. Барт перевёл глаза с экрана на других вампиров, они выглядели серьёзными, но слегка растерянными. Певец прищурился, всматриваясь в фото, будто не узнавая себя на нём. — Ну-у я могу сказать, что она стройная, личико так себе, конечно, хоть и довольно милая; одета как-то безвкусно. Слишком простовата для меня, не мой уровень, ребят, — расслабленно откинувшись в кресле, заключил певец. Вампиры озадаченно переглянулись. — То есть это не твоя подружка? — подал голос третий вампир, до этого молча наблюдавший за происходящим. — Такое предположение меня даже обижает, — Барт сложил бровки домиком. — Вы думаете, какого уровня звезда сейчас сидит перед вами, если решили, что я могу выбрать себе такую девушку? Максимум, я просто не смог отказать этой малышке в просьбе сфотографироваться, вот и всё. Я даже не помню, когда это было, — задумчиво произнёс парень. — Может, освежим ему память? — обратился бритоголовый к вампиру с татуировками, похрустывая пальцами, сжимая кулаки. Тот смерил певца недоверчивым взглядом. — Значит, ты не знаешь эту девушку? — спросил он. — Нет, — спокойно произнёс Барт. — Да и вообще, с чего вы взяли, что мне нужна подружка? Может, у меня уже есть друг. — Певец усмехнулся, подмигивая смотрящим на него вампирам. Он специально вёл себя так, чтобы сбить бандитов с толку и своим вызывающим поведением хоть немного отвлечь от Мии. Один из них брезгливо поморщился, а второй, который стоял ближе и уже убрал мобильный обратно в карман, сплюнул прямо на пол и двинулся на парня. — Меня не интересует твоя ориентация, педик, но лучше бы тебе о таком не распространяться в подобном обществе, — он презрительно посмотрел на певца. — Я тебе, конечно, не стилист, но макияж бы подправил за такое. — И он угрожающе ударил кулаком о свою ладонь. — Ну да, стилист из тебя точно никакой, — критично окинув вампира взглядом, заметил певец. — А макияжем вообще занимаются визажисты, к твоему сведению. — Ну всё, сучёныш, — с этими словами он схватил Барта за грудки, и, поднимая с кресла, толкнул в стену. — Эй, полегче, я же звезда! — певец тут же отшатнулся от стены и ловко увернулся от кулака, просвистевшего прямо у него над скулой. Но реакция у громилы была хорошая, и он сразу, предугадав движения Барта, схватил его за шиворот, не давая уйти в сторону. — Только не по лицу, у меня завтра важная фотосессия, — в его голосе звучали нотки насмешки, а в движениях прослеживалась привычная манерность. Он слегка зажмурился, прикрывая лицо ладонью. — Да оставь ты его, — крикнул третий вампир, вставая с дивана. — Нам за него не платят. Да и по головке за это не погладят, он же реально звезда, потом еще разгребать это. А у нас и так еще много дел. Вампир ослабил хватку и Барт смог высвободиться из его рук. Двое других уже направились к выходу и тот, что с татуировками последовал за ними. У самой двери бритоголовый обернулся: — Эй, Бенни, — певец подошел, — запомни, если я узнаю, что ты соврал, — он отряхнул его плечи от невидимых пылинок, аккуратно поправил капюшон на худи Барта, а затем сжал пальцы сзади на его шее, — ты труп. Вампир разжал пальцы, похлопал певца по плечу: — Ауфидерзейн. Барт сардонически улыбнулся ему и тут же стёр эту улыбку, когда вампиры оказались к нему спиной. Он недолго провожал их напряженным взглядом, темнота ночи всё равно не дала полностью разглядеть, куда они направились, после чего захлопнул дверь, повернув ключ. — Уроды, — тихо процедил парень. Он устало опустился на диван, закрыл глаза; давящая боль будто сжимала его голову, в висках пульсировало ощущение опасности, чего-то нехорошего, неизбежного. Парень сдавил пальцами виски, затем потёр переносицу, откинул голову и вздохнул. Осмысление того, что дела теперь хуже некуда, врезалось в сознание заточенным клинком, брошенным судьбой, как дротик. Барт понимал, что Мия сейчас в реальной, близкой теперь как никогда прежде, опасности и бездействовать больше не мог. Нужно было как-то помочь ей, предупредить, но снова появляться в её жизни, подставляя тем самым и себя, было недопустимо, и лучшим вариантом оставалось достучаться до Ван-Арта. Подумав об этом, певец взял смартфон, набирая номер, как вдруг услышал посторонний шум на улице, отчего снова непроизвольно напрягся. Нервы были до того туго натянуты, как струна, что парню казалось, что внутри что-то вот-вот лопнет от следующего неожиданно резкого звука, к которым он теперь прислушивался с особой тщательностью. Сейчас он был как оголённый провод, готовый взорваться от малейшей искры. Тем временем шум за окнами стих, но от такой тишины веяло больше настороженностью, чем спокойствием. Однако в душе у парня беспричинно поселилось до боли знакомое привычное чувство спокойствия и безмятежности. Появилось ощущение какой-то гармонии, которую парень не мог объяснить. Как будто из его души выпустили всё одиночество, не принося вместе с тем ничего, для его замещения; как бывает когда сдуваются шарики: воздух и пустота внутри исчезает, в то же время не наполняясь ничем. Тут раздался едва уловимый лишь чутким ухом вампира стук в дверь. Одиночный, такой, словно кто-то, всё же решившись постучать, резко передумал, но физически уже не смог остановить занесённый для удара кулак, и тот всё же приложился к двери с достаточной для извлечения звука силой. Барт замер, ожидая. Через мгновения промедления снаружи всё-таки постучали, но уже чуть более уверенно. Парень поднялся с дивана и чуть дольше обычного задержал взгляд на экране около двери, наверное, до конца не решив, верить ли собственным глазам. Сейчас он мог только догадываться, какие эмоции отражались на его лице, потому что на пару секунд потерял над ними контроль. Он вернулся лишь когда Барт, открыв дверь, почувствовал, как уголки его губ стремительно ползут вверх, что было недопустимо. На пороге стояла Мия. — Привет, Бенни. Парень тут же изобразил удивлённо-расстроенный вид, с нескрываемым недовольством произнёс: — Малышка, уже слишком поздно для гостей, не находишь? Да и не помню, чтобы я вызывал девушек, в которых обычно нуждаются в подобное время суток, так что… Зачем ты здесь? Мия, проигнорировав оскорбительную колкость вампира, ответила: — Бенни, я хочу поговорить. То, как ты поступил… Я просто… — девушка запиналась, явно нервничая, и с трудом находя правильные слова. — Мне кажется, я заслуживаю объяснений. — Что ты хочешь чтобы я объяснил тебе? Теорию Большого Взрыва? Или почему Земля круглая? Если тебе хочется поболтать, то извини, ты выбрала плохого собеседника, крошка, потому что… — Бенни, что ты несешь?! — прервала его Мия, всплеснув руками.— Я хочу поговорить о нас с тобой, потому что всё не может закончится вот так. И тут Барт подумал, что совсем не проследил за тем, куда ушли вампиры, совсем недавно посетившие его, и успели ли они вообще уйти. Понимая всю опасность ситуации, певец засуетился. — Хорошо, но для начала лучше зайди в дом и побыстрее, — девушка непонимающе посмотрела на так резко сменившего тон и поведение парня. — Что-то не так? — спросила она, как только Барт захлопнул за ней дверь и принялся запирать её на все замки. — Зачем ты это делаешь? — О чём ты хотела поговорить? — парень сделал вид, что не заметил вопросов Мии, и, не уделяя девушке много внимания, двинулся к окнам, отчаянно всматриваясь в темноту. Он выглядел слишком встревоженным; сейчас его охватила чуть ли не паника, и Мия это чувствовала. — В чём дело? Ты странно ведешь себя… Певец перебил девушку: — Просто продолжай, хорошо? Говори зачем пришла, — зашторивая занавески, бросил Барт. — Бенни, — Мия нерешительно замерла посреди комнаты, не отрывая взгляда от певца, — ты любишь меня? Парень перевёл на девушку ошеломленный взгляд, только после сомкнув приоткрытые губы, которые готовы были без промедления ответить «да». — Это шутка? Мия прерывисто вздохнула.  — Тогда зачем всё это было? Бенни, если это была не любовь, тогда что это? У меня не было прежде человека, который относился бы ко мне с такой же нежностью, заботой, пониманием и трепетом, как ты. Ты дарил мне такую легкость, что всякий раз, когда я была с тобой, мне казалось, что я будто летаю по небу, а не хожу по земле, — Барт молчал. — Если я нужна была тебе только для одного, зачем тогда было всё остальное? — Детка, я просто делал то, что тебе нравится, говорил то, что ты хотела услышать. Мне просто было интересно. А когда я добился чего хотел, ну-у сама понимаешь — азарт пропал. Ну, а почему всё это звучало так убедительно, — парень беспечно пожал плечами. — Просто это было то, во что ты сама с удовольствием верила, плюс моё обаяние и капелька нежности и учтивости в твою сторону. Готов поспорить, прежде тебя таким не баловали, — разочарование разгоралось в глазах девушки; казалось, еще немного, и они станут такими же оранжевыми, как у Барта. — Но как же… — Ты не нужна мне, — больно, холодно, хлёстко. Он был не готов заново разжигать это пламя чувств, потому что уже было нечем тушить. — Сколько тебе раз повторять: зачем стучаться в закрытую дверь, туда, где тебя не ждут? Ты же взрослая неглупая девушка, — парень прошёл на кухню, взял стакан и налил туда воды, — должна понимать, что к чему. И в конце концов, — подойдя ближе, он протянул девушке воду, — имей хоть каплю гордости. Мия отчужденно взяла в руку стакан, всё еще глядя на Барта. — Остынь, кажется, ты злишься. — почти прошептал парень. — Я злюсь, — медленно проговорила Мия. — Но я злюсь на себя, а не на тебя. Я злюсь за то, что всегда была любезной, всегда извинялась за то, чего не делала, за то, что привязалась, за то, что сделала тебя своей жизнью, зависела от тебя, тратила на тебя свое время, думала о тебе, прощала тебя, хотела тебя, мечтала о тебе, любила тебя, но больше всего я злюсь за то, что не возненавидела тебя. Знаю, что должна была, но не смогла. — После чего она выпустила из рук стакан и он с оглушительно громким в ночной тишине дребезгом разбился о жёсткий пол, оставив после себя лужу и тысячи осколков стекла и души, которая хоть и беззвучно, но всё-таки раскололась сейчас. — Что за… — Барт, переведя взгляд куда-то за спину девушки, не успел договорить. В ту же секунду входная дверь содрогнулась от мощного удара снаружи. От второго она широко распахнулась, впуская в дом непрошенных гостей, уже второй раз за эту ночь. Певец успел схватить Мию за руку и оттолкнуть её к окну, а сам схватился за спинку кресла и швырнул его под ноги вошедшим вампирам. Двое ловко разошлись в стороны, но один все же повалился на пол с громкими ругательствами. — Твою мать! Подонок, — пока он пытался встать, двое высоких вампиров быстро преодолели расстояние между ними и Бартом, обходя с двух сторон. Певец попятился к столику, но тут вампир с татуированной шеей, поскользнувшись на воде, неловко упал прямо на осколки. Недолго думая, Барт схватил со столика стакан, до этого наполненный спиртным, и точно приложился им к затылку вампира, от чего получил новую смачную порцию ругательств в свой адрес. — Мия, уходи! — Крикнул певец, поворачиваясь к шокированной девушке, растерянно стоявшей подле дивана. — Быстрее, окно! — Мия бросила отчаянный взгляд через плечо на окно. В это время бритоголовый вампир кинулся на Барта и, молниеносно нанеся удар под дых, повалил его на пол. — Ну что, ублюдок, говоришь, не знаешь её? — Он наклонился над парнем и наступил ему прямо на горло, не давая ни вздохнуть, ни подняться, ни просто произнести ни звука. Из груди певца пытались вырваться отчаянные хрипы, но, натыкаясь на преграду, застревали где-то в глотке. Барт скользил по комнате беспомощным взглядом и заметил, что двое вампиров уже приходят в норму. В глазах начинало темнеть, а тело становилось ватным, но он, собрав последние силы, руками ухватился за вторую ногу вампира и рывком потянул на себя. Тот, не удержав равновесие, неуклюже упал, головой ударяясь прямо об угол журнального столика. Легкие, получившие наконец возможность дышать, тут же заставили парня разразиться кашлем. Но секунды промедления могли дорого обойтись ему; он тут же, поднялся и, оценив обстановку, заметил, что низкий коренастый вампир справился с креслом, а татуированный, весь в порезах и осколках стекла, только поднимался с пола. Бросив короткий взгляд в сторону окна, он отметил, что Мия уже справилась с форточкой. Теперь он всеми путями должен был помешать им приблизиться к ней, хотя и понимал, что шансов против трех вампиров у него нет. Тем временем двое уже приближались к нему. — Не лезь, Барт! — прорычал один. — Нам нужна девчонка, зачем всё усложнять?! — усмехнулся второй. — Просто уйди с дороги. — И не подумаю, — отозвался певец. Он метнулся вперед, пригнувшись, уворачиваясь от хука правого вампира, и тут же ногой толкая его ниже пояса. Вампир слева схватил певца за волосы и обвил его шею рукой, придушив, после чего нанося удары в скулу и висок, чтобы отключить парня. Сил на то, чтобы разжать руку или перебросить вампира через себя у певца не хватало, поэтому он что есть мочи толкнул его назад, пятясь к месту, где была разлита вода. Поскользнуться получилось без труда и в следующее мгновение они оба лежали на полу, и, высвободившись, Барт прыгнул вперед, дёргая на себя за ноги вампира, который во время этой суматохи был уже на пути к Мие, и повалив его на пол, принялся наносить удары по вискам и кадыку. Но тут со спины его под руки, заламывая их и как-то упираясь в затылок, крепко схватила пара цепких рук и из такого захвата было уже не высвободиться. — Мия беги! — Взвыл Барт, заметив промедление девушки: она обернулась, будто не желая оставлять певца одного. — Ну же! Ботинок поднявшегося вампира точно оставил яркий след после себя и солёный привкус во рту, приложившись к челюсти парня. Ещё пара более сильных ударов под рёбра и в шею, после чего обессиленное, обмякшее тело уже не было нужды удерживать и они отшвырнули парня к стене. Из забытья заставил выйти крик Мии и потихоньку справляющаяся регенерация. Оперевшись о стену, парень поднялся и помутневшим взглядом увидел двух вампиров, которые волокли упирающуюся девушку из дома. Он хотел было кинуться вслед, но твёрдая ладонь тут же впечатала голову парня в стену, сжимая череп как в тиски. — Значит просто фанатка? — издевательски усмехнулся бритоголовый. — Ох неправильный выбор ты сделал, Барт. — одной рукой он схватил его за волосы, откидывая голову назад, а другой погладил по скуле. — Тебе такой макияж даже больше идёт. Барт косился в сторону выхода и пытался вырваться. — Тш-ш, тише, не дергайся, — прошипел вампир. — Всё равно её песенка уже спета. Впрочем, как и твоя. — Острая сковывающая боль пронзила тело парня от нового прямого удара в солнечное сплетение, заставляя согнуться пополам. — А ты, пидр, молодец, всё-таки привёл нас к своей подружке, — он нагнулся, похлопал Барта по щеке. — Жаль не успел с ней попрощаться. — Эй, хватит тут шароебиться, пора с ним кончать. — донёсся уже знакомый хриплый голос от двери. — Скажи «прощай», сукин сын, — обратился к нему бритоголовый, а затем последовала настолько яркая вспышка боли, что за ней всё погрузилось во мрак, в котором не было ни боли, ни ярости, ничего.