Кинцуги

По мере приближения к старту журналисты стали просыпаться словно подснежники по весне. Пару раз Питер натыкался на статьи, посвящённые прежде всего грандиозному пари между Тони и Стивом. Статьи были жёлтые, сайты, на которых они были опубликованы, ещё желтее, а концентрация ненависти к Старку достигала там своего пика. Фанаты бывают разные: есть те, кто просто наслаждается триумфом своего кумира, а есть те, кому только дай повод наложить кучу на соперника твоего идола. Фигурное катание в последнее время стало очень популярным, и больший интерес к нему проявляли не здоровые болельщики, а чокнутые психопаты. В такие моменты Питер злился. Неприятно было читать предвзятые тексты о Тони, а потом и шерстить комментарии, полные цинизма и неблагодарности. В других ветках «старкоботы» хейтерили Стива, что Питеру тоже не нравилось. Казалось, идеального баланса не найти. Даже Ванде порой перепадало от неугомонных диванных критиков. Когда Пит всё же решил уже закрыть разгромные статьи и успокоиться, то наткнулся на собственное имя. «Предопределённый проигрыш: малыш под лезвиями чемпионки». «Питер Паркер как замена Стиву Роджерсу». «Тони Старк теряет нюх на чемпионов». «Чего ждать от ледовой битвы», к статье были прикреплены видео с ютуб-канала Питера с комментариями экспертов, и от негативных комментариев у него закружилась голова. Количество дислайков на видео увеличивалось, как и комменты, и Пит принял нелёгкое решение удалить канал. Да и с твиттером пришлось распрощаться, настолько его стали доставать недовольные фанаты Стива Роджерса и Ванды Максимофф. И всё было бы ничего, выключи Питер вай-фай и не заходи больше в интернет, если бы однажды на выходе из школы его не поймали журналисты. — Питер Паркер? Сколько вам лет? Как долго вы занимаетесь фигурным катанием? Инсайдеры утверждают, что на контрольном прокате вы с треском провалились. Как вы это прокомментируете? Почему Тони Старк выбрал именно вас? Расскажите немного о ваших программах, а ещё лучше о взаимоотношениях со Старком. Питер так опешил, что Нэду пришлось с силой оттаскивать его от толпы жадных до скандалов журналистов. И всё это на школьном дворе, полном одноклассников, которые с интересом пялились на них. Уже вечером Питер найдёт о себе статью, написанную со слов Флэша Томпсона. — Мы даже не знали, что он занимается фигурным катанием, — удивлялся он. — Прям как девчонка. У Пита так и чесался язык объяснить Флэшу, что это спорт, и он не только для женщин, но Нэд остудил его пыл. До начала старта Питер превратился в самую обсуждаемую школьную персону. Его появление в классе сопровождалось шушуканьем и хихиканьем, а потом особенно кто-то остроумный, например, Флэш, шутил на эту тему: — Пенис Паркер на льду, я бы посмотрел. Ну что, какая твоя следующая цель? Олимпиада? — Мистер Паркер, вы завалили тест по испанскому, это вам не на коньках кататься, — фыркал учитель, и Питер готов был сквозь землю провалиться. — Мой директ в инстаграме просто обрушился от такого количества сообщений, — ужасалась Наташа. — Я даже на время удалила свой профиль. — Мне звонили из двух интернет-изданий, чтобы взять у Тони интервью, — добавляла Пеппер. — Посылайте всех к чёрту. Никаких комментариев до конца соревнований, — отмахивался Старк. — Даже думать не смей о содержании тех статей. Я прекрасно знаю, что такое кибербуллинг, и не хочу, чтобы ты вкусил все прелести интернет-издевательств, — вздыхал он, глядя, как Питер выходит на лёд. Приходилось выкидывать такие вещи из головы, но неприятное послевкусие оставалось. — Фигурное катание — это не всегда преданные фанаты и куча хвалебных отзывов, — говорил ему Тони, когда замечал его подавленное настроение. — Если хочешь выигрывать, привыкай к этому.

***

Дело было вечером пятницы. Тот самый нейтральный каток, на котором проходил контрольный прокат, был сегодня многолюден. Судьи, журналисты, группа поддержки — тётя Мэй, Эм-Джей и Нэд уже развесили самодельный баннер на трибунах и теперь махали Питеру, выкрикивая его имя. — Неофициальное соревнование, которое Роджерс и Максимофф не воспринимают всерьёз, но которое всколыхнуло внимание фанатов из-за пари, — вещал какой-то репортёр на камеру, мешая Питеру пройти. — За моей спиной протеже Тони Старка. Мистер Паркер, как ваш настрой? Готовы к поражению? Пит от такой вопиющей наглости даже глаза округлил, кончик языка защипало, и он бы обязательно высказал этому недожурналисту всё, что накипело на душе, если бы Тони не попридержал его. — Никакого интервью до оглашения итоговых результатов, — хмуро заявил он, хлопая Питера по плечу. — Тони Старк, как вы прокомментируете готовность вашего ученика к короткой программе? — Мистер Старк, мы слышали, Питер получил травму за пару недель до проката, это правда? Насколько серьёзна травма? Помешает ли она вам катать? — Вы ведь понимаете, что каким бы удачным не был прокат вашего подопечного, уровень его техники не позволит ему выиграть у действующей чемпионки мира? Тони, подталкивая Питера в спину, повёл его от толпы возбуждённых шакалов прочь, успешно игнорируя букет микрофон, что совали ему в лицо. — Эти вопросы заставляют меня почувствовать себя мешком с дерьмом, — прошептал Пит. — Это стервятники, нельзя воспринимать их слова всерьёз. Они пытаются сломить твой дух, но, — Старк развернул его лицом к себе, — ты слишком силён для такого, верно? Питер сглотнул. — Меня так трясёт, что я подумываю над тем, чтобы принять успокоительные. — Брось, — Тони приобнял его. — Любые седативные только притупят твою реакцию, а это не есть хорошо. — У тебя всё получится, — Наташа разминала его мышцы, когда сообщили, что на лёд приглашается Питер Паркер. — Я в тебя верю. Питер медленно снял с себя спортивную кофту, пригладил стразы на груди и ступил на ледяную поверхность. Он сделал пару кругов, а потом подкатил к бортику. Тони собирался было взять его за руку, но передумал, явно вспомнив, как Пит реагирует на его прикосновения. Это вызвало у него улыбку. — В прошлый раз я не оказал тебе должную поддержку. Позор мне как тренеру. — Я тогда совсем расклеился, — признался Питер, — даже ваши слова не уберегли бы меня от падений. — Да, но их могло быть меньше. Но нельзя сейчас думать о прошлом, впереди маячит только будущее, — Тони потянулся поправить воротничок на его рубашке. — Помни, ты должен вжиться в свой образ. А какой у нас сегодня образ? Кто ты сегодня на льду? — Соблазнитель. — Правильно, а теперь иди и покажи мне, что ты смотрел все те глупые обучающие видео по пикапу на ютубе. Питер фыркнул. Тони был так спокоен в отличие от прошлого раза, что это спокойствие передалось и ему. В любом случае, как сказал как-то Старк, они всё равно проиграют. Какая разница, как сильно переживать по этому поводу, если исход заранее уже ясен. Он откатил к центру, встал в позу и отыскал глазами своих друзей. Те неистово вопили за пару секунд до этого, оглушая трибуны своим ором, но как только Питер вышел на лёд, они замолчали. Тётя вознесла глаза к потолку, что-то шепча себе под нос. На нём была рубашка цвета электрик, а волосы уложены гелем. Это Тони с утра колдовал над его образом, и это были самые прекрасные десять минут в его жизни. Одни только прикосновения его пальцев к шее чего стоили! Из всех дорожек мурашек, что пробежали по его позвоночнику сегодня, можно было сложить Шёлковый путь. Правда, после этого захотелось уединиться в уборной, но времени уже не было. Поэтому в животе у него сейчас горело, и, возможно, это было к лучшему. Романтических комедий он так и не посмотрел, обучающих видео на ютубе тем более. Зато столько гейского порно Питер не видел ни разу, с тех пор как открыл для себя порно-сайты. Подобного ему сейчас конечно не повторить — тётю хватит инфаркт, — но одна только мысль об этом разожгла в нём огонь. Он взглянул на Тони, внимательно следящего за ним за бортиком, и улыбнулся. Как-то он просил его соблазнить, и Питер именно этим сейчас и займётся. Он позовёт его в своё Чёрное море. Весь прокат он старался не сводить взгляд со Старка. Всё его тело льнуло к нему, буквально кричало о том, что хочет его. Каждый изгиб был предназначен исключительно для Тони, каждое движение было только ответом на изменяющееся выражение его лица. От удивления до недоумения, а потом и до смущения. На прыжках, правда, приходилось отрывать взгляд. Сальхов Питер с треском сорвал — ляпнул бабочку, а на акселе и вовсе упал. Зато каскад удался на славу. Пару раз, проезжая мимо бортика, он ловил на себе ошалевшее лицо Наташи, но этот факт нисколько его не смущал. Не сейчас, когда Тони смотрел на него так, словно его хватит удар. Перед вращением Пит заметил, как дёрнулся его кадык и он облизал пересохшие губы. Питер вторил этим движениям, и Тони вздёрнул брови. Они с Наташей внезапно переглянулись. Наверняка они о чём-то говорили, Питеру уже было не до этого — он вошёл во вращение, а когда его закончил, трибуны взорвались аплодисментами, а тётин голос был самым громким. Такого экстаза Питер не испытывал уже давно. В последний раз на общественном катке, когда из зрителей были только влюблённые парочки да десятилетние девочки. Сердце ухало где-то в ушах, когда он подкатил к бортику и Тони обнял его крепко-крепко, мгновенно лишив возможности дышать. — Я… впечатлён, — заметил он. На лице так и читался восторг. Удивительно, учитывая, что Старк был весьма скуп на похвалу и эмоции во время тренировок. — Я бы даже сказал, что шокирован. Это был настоящий диалог на льду, я бы даже сказал… — Тони оглянулся на Наташу. — Я бы даже сказал, что я буквально присутствовал на льду. У меня от тебя мурашки, — вдруг признался Тони ему на ухо, и Питер буквально забыл, как двигаться. С трудом он натянул олимпийку, и они проследовали в кисс-энд-край. Пока объявляли оценки, Старк держал его за руку, и Пит понял — только что благодаря ему Тони испытал настоящий кайф. — Пятьдесят семь целых восемь сотых балла, — выдохнул он. — Как много сняли за срыв прыжков, — тихо прошептал Питер. — Ты видел свои оценки за компоненты?! Это же запредельно! К чёрту прыжки, когда их с лихвой восполнил твой артистизм! — Тони выглядел таким счастливым, что Питер просто не смел долго сохранять на лице грустную мину. — Твоим оценкам за вращения и дорожку шагов мог бы позавидовать даже олимпийский чемпион, — хмыкнула Наташа. Тони запустил руку в его волосы, вороша идеальную причёску, и в этот момент Питер понял, что значит испытывать настоящую эйфорию от своего выступления. Да, пусть он упал, пусть его через несколько минут просто размажет Ванда, но Старк радовался его успеху, как ребёнок, а это было самой большой наградой. В этот раз Питер с удовольствием посмотрел выступление своей соперницы. В этот раз он хлопал ей громче всех и сорвал голос, скандируя её имя. Оценка у неё была запредельно высокой, на тридцать баллов больше, чем у него, но радовался он этому больше всех. — Потише, — улыбнулся Тони. — Имей к себе уважение, не радуйся так сильно за соперницу. На выходе их уже поджидали журналисты. — Как вы прокомментируете тот факт, что отдали тринадцатилетнего мальчика на растерзание чемпионке мира? — Он даже не обладает прыжковым набором десятилеток. Это провал Тони Старка как тренера. — Все мы знаем, кто победит. — Это избиение младенца. Как Тони Старк мог такое позволить? Тони потащил Питера прочь, не давая ему и слова вставить в собственную защиту. — Они очерняют вас, — возмутился Питер. — Заваливают вас дерьмом. — Меня? — усмехнулся Старк. — Послушай, какие вопросы они задают Роджерсу. Они хотят нас стравить, для них это хлеб, а для зрителей — очередное шоу. Если бы один из этих журналюг не спросил Стива обо мне, он бы не сказал тех слов, что заставили меня возмутиться и никакого пари бы не было. Считай, что они нас свели, и не обращай внимание на их трёп. Когда Тони уводил его, то крепко держал за руку. В этот раз Питер даже не стал вырываться.

***

В субботу зрителей на трибунах стало больше в разы. Пит даже не понял, в какой момент это произошло. Рядом с Нэдом и Мишель сидели его одноклассники и даже мистер Хэррингтон, что одновременно напугало Питера и обрадовало. В этот раз самодельных плакатов было больше, как и мандража. Вчерашняя эйфория испарилась ближе к вечеру, когда уже надо было ложиться спать, а утром накатила паника. Перешитая чёрная рубашка Тони, в которой он выступал на своей последней олимпиаде, была тяжёлой из-за большого количества бисера и золотых нитей. Но чертовски красивая. Питер мял в руках ленту серебряной медали, когда её хозяин вошёл к нему в раздевалку. — Мне страшно! — выпалил Питер, хотя поклялся себе утром справиться нервами. — Переживать — это нормально. Это значит, что тебе не всё равно. — А как вы справлялись с волнением? — Никак, — Тони фыркнул. — Просто игнорировал и шёл на лёд. Никогда не позволяй страху полностью овладеть тобой — вот и весь секрет. Давай я тебе помогу, — Старк опустился перед Питером, туго завязывая шнурки на его новеньких коньках. Один только вид стоящего на коленях Тони заставил его крепко сжать зубы, чтобы не застонать. Шнуровал он очень медленно, за эти долгие минуты Питер чуть было не кончил себе в трусы как минимум трижды. — Помнишь я рассказывал про своего отца? — поинтересовался Тони, когда всё было готово. — Что его методы тренировок заставляли меня ненавидеть лёд, даже несмотря на то, что я жить не могу без фигурного катания? Прости меня, я поступал с тобой так же. Ты уникальный, Питер, ты так любишь лёд, что иногда напоминаешь мне меня в мои юные годы. Но я душил тебя. — Мистер Старк… — Я хочу, чтобы ты катал в своё удовольствие. Настолько чисто, насколько можешь. Чтобы не думал во время проката о том, чтобы угодить мне или публике. Просто хочу, чтобы это тебе приносило радость, чтобы ты был доволен. Кто-то сказал, что фигурное катание — это не только спорт, это ещё и искусство. Поэтому твори искусство на льду. Питер прижал медаль к своей груди и кивнул. — Я сейчас сделаю одну ужасную вещь, — признался Тони и вдруг направился к двери. Питер на секунду испугался, но Старк только выглянул в коридор, а затем плотно закрыл за собой дверь. В несколько шагов он преодолел расстояние между ними и вжался в его раскрытые губы. Питер так и стоял с широко открытыми глазами, когда Тони от него отпрянул. А потом улыбнулся, снова его целуя. У него были самые мягкие и бархатные губы из всех, что Питу довелось целовать. Точнее, это были первые и единственные мягкие и бархатные губы в его жизни. — Тише-тише, — остудил его пыл Старк, когда Питер, потеряв контроль, вжал его спиной в металлические шкафчики и запустил язык ему в рот. — Если нас увидят целующимися, то меня посадят. Пит улыбался, одурманенный случившимся, и всё никак не мог отвести взгляд от раскрасневшихся пухлых губ. Он снова потянулся к нему, в этот раз тщательно выцеловывая каждый их миллиметр, лаская языком всё, до чего только мог дотянуться. Тони мягко его оттолкнул. — Через пять минут тебе выходить на лёд. Приведи себя в порядок, — он кивнул на его брюки, и Питер тут же прикрыл свой восторг его серебряной медалью. — Да, мне так даже больше нравится, — рассмеялся Тони, выходя из раздевалки. Питер застонал, балансируя на коньках. Уже и на лёд выходить не хотелось, потому что самую большую награду он уже успел получить. Питер о таком даже мечтать боялся, и всё происходящее казалось сном. Он ущипнул себя за руку и вздохнул, понимая, что срочно надо избавиться от стояка.

***

— … приглашается Питер Паркер! — класс на трибунах неистово завопил. — Ты рассказал вчера историю, и я ей поверил, — Тони схватил его за руку, прежде чем отправить на лёд. — Расскажи теперь другую историю, уже для публики, и сделай всё, чтобы тебе поверили. В этот раз Питер рассказывал про несокрушимость и волю к победе. Именно эту историю для него выбрал Тони, и она оказалась как никогда символичной. В этот раз зрительный контакт он поддерживал не только со своим тренером, но с залом. Он шарил глазами по трибунам, по знакомым лицам, и каждому из них танцевал про свою силу. По ходу программы Питер сорвал три прыжка и наверняка завалил ребро на лутце, но со льда он уходил победителем под шквал аплодисментов. В этот раз они были громче и ярче, чем вчера, и Тони обнимал его жарче. Ванда закономерно выиграла, отпрыгав абсолютно все свои сложные каскады, и Питер наблюдал за ней, открыв рот. Он был счастлив и максимально расслаблен, даже несмотря на падения и вернувшуюся ноющую боль в колене. Но он всегда восхищался такими великими спортсменами, а его соперница была уникальной. — У неё техническая оценка выше, чем на финале Гран-при, — присвистнула Наташа, взглянув на табло. — Как жаль, что наши соревнования неофициальные, и эта оценка не будет зачислена в её личный зачёт. Тони улыбался, и Питер всё никак не мог налюбоваться на это. — Ты ведь понимаешь, что теперь-то нам придётся пообщаться с журналистами? — спросил он. Репортёры облепили их, словно пчёлы свой родной улей. Тони приобнял его, и Питер глубоко вздохнул. Ему это нравилось, хотя всё же порой предательски потряхивало. — Что вы скажете о своём провале, мистер Старк? — Скажу, что совершенно не считаю это провалом. Мы выиграли этот бой, несмотря на поставленные оценки. Кому нужны эти баллы, вы же понимаете, кого сравнивать?! — Тони фыркнул. — А Питер впервые в своей жизни откатал две полноценные программы, и я считаю, сделал он это блестяще. Горжусь им, — Тони боднул его в висок. — Не каждый бы справился с таким давлением, когда тебя выводят на ринг с такой тяжеловесной в техническом плане фигуристкой. — Злитесь на Стива Роджерса за то, что он, по сути, всё же обманул вас? Выставил на, как вы выразились, ринг не новичка, а чемпионку мира? — Ни капли, — Тони пожал плечами, и ни грамма сожаления в его голосе Питер не услышал. — Это пари было полезным для всех нас четверых. Питер ощутил тот драйв, который испытывают спортсмены, а для Ванды это очередная проверка своих сил перед важными чемпионатами. Надеюсь, что она выиграет их, она это заслужила. И отдельное спасибо Наташе Романофф, что ставила нам эти великолепные программы. — То есть вы подтверждаете слова Роджерса, что вы никудышный тренер? — Я… — Тони Старк ни разу не никудышный тренер, — громко возмутился Питер. — А вы, каждый раз задавая провокационные вопросы, только подтверждаете тот факт, что вы никудышный журналист, а как человек и вовсе ***. Тони удивлённо взглянул на своего ученика, когда воцарилось молчание, а через секунду толпа взорвалась возмущениями. — Ты ведь понимаешь, что это всё попадёт в интернет и твои слова запикают? — Ну это стоило того, чтобы вас защитить. — О, Питер, — Старк снисходительно улыбнулся, уводя от журналистов, что накинулись на них с новой порцией язвительных вопросов. — Меня не надо защищать… — И кстати, мистер Роджерс, — Пит остановился перед Стивом, который только-только закончил давать интервью. Ванда за его спиной принимала поздравления. — Тони отличный тренер. И то, что я упал, — это исключительно моя вина, а мистер Старк дал мне всё, чтобы я почувствовал себя самым настоящим фигуристом. Изумление от наглости на лице Стива сменилось улыбкой: — Не тебе судить нашу ситуацию, — он взглянул на Тони. — Он не тренировал тебя шесть лет. С тобой всё могло сложиться иначе. Питер поджал губу, когда заметил, что они очень долго друг на друга смотрят. Почти выжигают друг друга тяжёлыми взглядами, полными чего-то таинственного и странного. Он ощутил, как внутри клокочет забытая ревность. Ванда испуганно взглянула на Питера. Но Тони вдруг протянул руку в мировом жесте, и Пит услышал, как щёлкают затворы фотоаппаратов. На миг его ослепили вспышки. Рука, наверное, целую вечность провисела в воздухе, пока Стив её не пожал. Кто-то из журналистов охнул, а Ванда ошарашенно отступила. — Поздравляю, Питер, это твоя личная победа, — похвалил его Роджерс, и Ванда кинулась обниматься. «Роджерс и Старк — примирение спустя целое десятилетие», — гласили заголовки интернет-газет на следующий день.

***

Воскресенье выдалось ещё более жарким, чем суббота. Трибуны были заполнены под завязку, Питер даже разглядел на средних рядах Флэша. Тот сжимал плакат с надписью «Питер Паркер — чемпион наших сердец». В первое мгновение он подумал, что его небось заставили сюда прийти, но вот когда он исполнял свою показательную программу под Рианну, Флэш хлопал громче всех. За кулисами Тони его разглядывал: чулки в сеточку, короткие шортики и нелепый парик, а аплодисменты ещё долго не стихали. Питер знал: Старку очень хотелось его поцеловать, но народу было тьма, не разгуляешься, поэтому Тони молча лил слюни себе под коньки. Наташа удовлетворённо разгуливала за их спинами — ей нравилось, какой фурор произвёл этот прокат. — У меня есть для тебя сюрприз. — Опять? — удивился Питер, было немного неловко принимать такие дорогущие подарки. — О боже! — воскликнул он, когда Тони достал из кармана золотую олимпийскую медаль. — Я её не приму. — А тебя никто и не спрашивает, — Старк извернулся и всё же одел ему на шею ленту. Золото прохладно легло на полуголую грудь. Тони воспользовался возможностью потрогать Питера — он поправил медаль. — Я, правда, не могу её принять… — Вернёшь завтра обе медали, я разрешаю взять их к себе в постель, — Тони лукаво ему подмигнул. — Спасибо, — Питер чуть было не потянулся за поцелуем, но вовремя одумался. — У меня есть предложение, которое не понравится твоей тёте, — эти слова заставили Пита побледнеть. Он даже оглянулся на трибуны, но Мэй там так и не отыскал. — Я решил возродить своё ледовое шоу и хочу, чтобы ты там выступал. Питер лишился дара речи, только глупо открывая и закрывая рот. Тони похлопал его по плечу, призывая уступить ему дорогу. — У тебя есть четыре минуты на размышления, пока я выступаю, — сообщил он, поправляя свою бордовую рубашку и приглаживая зализанные назад волосы. — И кстати, я знаю, что ты делал вчера ночью своими шаловливыми ручками, так? Тони оглядел Питера плотоядным взглядом, и зал изошёлся в аплодисментах. Пит с запозданием засмущался, и впервые за десять лет Тони вышел на лёд катать своего «Железного человека».