Душевнобольному

Я счастлива резать и счастлива видеть, Как кровь твоя льётся шальным водопадом, Я честно тебя не мечтала обидеть И душу сверлила прощающим взглядом. Но стоны твои — словно райская песня, И боль твоя лечит разбитую душу. И сердце, что билось в бессмысленной лести, В могиле тебе, моя радость, не нужно. Его я достану и скользкой змеёю В него заползу, чтоб отрезать от рая. Всё так же, как было однажды со мною, Но я ведь не мщу. Я тебе всё прощаю И лезвием острым по тоненьким венкам Твоим невзначай проведу осторожно, Сползай же бессильно по кафельной стенке, Давай же, быстрее — смотреть невозможно! Смотри на меня без пустых сожалений, Не плачь, не кричи, не показывай страха. Петля моя жжёт тебя ядом спасений, А следом за нею — кровавая плаха… И в этом во всем заключается мудрость… Жестокость как ключ к недоступному раю. У счастья и света жестокая сущность. Ты помнишь, за что я тебя покараю, Поэтому плачешь и прячешься, воешь. О прутья железные пальцы все стёрла. Но мне надоело. Желаю покоя. Я вырву тебе твоё громкое горло, А следом за ним — эти самые пальцы, Что в мясо разбиты. И сломаны когти. Теперь моё время кутить и смеяться. Теперь я свободна. И кто будет против?