May we meet again?

«Транспортировку» эмбриона доктор произвела через два дня. — Кларк, ты знаешь, как понять, если не получилось? — спросила женщина. — Да, — коротко ответила молодая блондинка, до сих пор смутно понимая, почему она согласилась. Возможно, она не хотела, чтобы пропало хоть что-то от Алисии... — Тогда... не забывай беречь себя, — попросила Эбигейл, обнимая дочь, — больше, чем обычно! Кларк кивнула, удаляясь от матери. Рассказывать она, конечно, никому не собиралась, ибо процентность хорошего исхода была меньше половины из-за того, в каком состоянии была Алиша, когда из нее извлекли яйцеклетку. Зачем кого-то обнадеживать? Но вот с Мэдди она должна была поговорить на эту тему. Вдруг она будет против брата или сестры, а мать так нечестно поступила с ней. — Мэдди, иди сюда... — позвала Кларк, когда у девочки закончилась тренировка после школьных занятий. Девочка подбежала, вся вспотевшая и запыхавшаяся. — Может, прогуляемся по лесу? И отмоем тебя, — улыбнулась блондинка, целуя дочь в щеку, вдруг замечая Дийозу, одну из учителей в школе, помахала ей рукой и кивнула головой, поприветствовав так мать Хоуп. — Да, пошли, — согласилась темноволосая, получая поцелуй в висок от матери. Хоть школа и находилась в пяти минутах от сектора Гриффин, Мэдди любила, когда ее забирала мама. Да, она взрослая, но у нее не было этого всего... — Тогда зайдем домой за чистыми вещами и полотенцем. — Мэдди... — Кларк все никак не могла решиться начать, хотя они уже час шли по лес, — предположим, просто пофантазируем... Если бы я забеременела, кого бы ты хотела... братика или сестренку? Дочь даже остановилась, пребывая в шоке от матери. От такой реакции блондинка напугалась, обвиняя себя в том, что начала разговор, в том, что вообще согласилась с Эбигейл. — Ты что, изменяешь Алисии? — возмущенно произнесла темноволосая, думая, что Кларк свихнулась совсем... Хотя так и плохо было думать о матери, но другого слова, как «двинулась головой», Мэдди не нашла. — Что-о-о? — удивилась голубоглазая, совсем не ожидания такого от младшей Гриффин. — Я говорю, что ты спишь еще с кем-то в одной кровати? — недовольно пробубнила та, не понимая, зачем это Кларк. — Нет-нет! Ты что?! Ни с кем, кроме Алисии, я не сплю! — оправдывалась старшая Гриффин, вздыхая, но сразу продолжила: — Я просто предположила... Если бы была такая возможность... — Никого, — холодно ответила дочь, возобновив шаг. Кларк расстроилась, не понимая, почему Мэдди отнеслась так. Вроде, она была взрослой и могла понять. — Если они не от Алисии, я против. А такое не бывает, — добавила девчушка, а мать улыбнулась сквозь слезы. — Бывает, все бывает, — блондинка догнала младшую Гриффин. — Это может сделать только Эбби: взять нужную клеточку у Алисии и посадить ее в мое тело, — объяснила девушка вкратце, чтобы не загружать головку подростка. — Тогда мне все равно, кто будет. Я буду хорошей старшей сестрой. А Алисия знает? — Нет, не знает... — вновь дочь подловила маму. — Так, Мэдди, мы не расскажем об этом никому и Нику тем более. Никто не знает. Блондинка давно уже догадалась, что дочь не выдержала и возобновила отношения с мальчиком. — Хорошо, — ответила темноволосая, подходя к Кларк, чтобы та расплела ей косы. — Мэдди, что это? Ты видела? — голубоглазая смотрела на колючую проволоку, которая отделяла их лагерь от ранчо. — Видела. Это уже давно... — грустно прошептала девочка, потому что они теперь могли с Ником держаться только за руки, и то все царапались. — Кто это сделал? — Кларк все же начала расплетать ребенка. — Не знаю... — пожала плечами Мэдди, раздеваясь и заныривая в воду. Блондинка посмотрела в даль «правой зоны» и вздохнула. Как будто все было против них... Неожиданно от созерцания природы ее отвлек шуршащий звук рации, а затем и бархатный голос. — Кларк... Я скучаю... Да, блондинка носила с собой рацию, только не понимала, для чего... Гриффин вытерла скатившиеся слезы и отключила рацию, так ничего и не отвечая. Алисия смогла вытерпеть только около недели, а Кларк каждую ночь рыдала в подушку от безысходности ситуации. Неделю назад. — Алисия, где ты была неделю?! — мать, которая все же заметила пропажу, зашла в комнату дочери. Брюнетка молчала, она не хотела откровенничать с женщиной, потому что та не поймет, а еще может и осудить. — Я видела Джейка, он тоже переживал... — Отто меня ударил! — выкрикнула Ал. — Я его ненавижу! И никогда не любила. Он был лишь НАМ нужен, чтобы тут прижиться, и чтобы ты с Виктором вошли в совет главных. — Господи! — Мэдисон схватилась за сердце, понимая, что дочь занималась с Джейком сексом ради их благополучия. — Джейк и Трой только поэтому проголосовали за Виктора после смерти старшего Отто, потому что я попросила... — мать понимала, что постом главного Виктор, да и они все обязаны ее дочери. Она придумала план и добилась своей цели, но каким путем... — Алиша... А если бы ты забеременела? Я же говорила, что безопасные дни цикла – брехня? — Да. Когда мне было двенадцать, и я вообще не понимала, о чём ты. В ванной есть средства контрацепции. — Прости, просто ставки сейчас слишком высоки. Он тебе даже не нравится? — Не нравится. — Любовь не всегда приходит сразу, — настаивала мать. — Джейк был важен для нас. И он мне не нравится. А теперь это не имеет значения. — Может, передумаешь? — Нет, я люблю другого человека. Женщина в удивлении вытянула губы. — Кто он? Алисия вспомнила о Кларк (блондинка даже не ответила ей сегодня, это конец...), и ее глаза намокли, чем напугала Мэдисон. — Она. Она из Небесных. — Что? — перепугалась мать, даже не обращая внимания на то, что ее дочь лесбиянка, а лишь поняв, что Алисия связалась с Ванкру. — Кларк, ее зовут Кларк... — брюнетка не смогла сдержать своих слез. — Мам, я люблю ее... Блондинка не знала, что сказать, и просто обняла дочь, что в последнее время не делала.