Wolf

Утро встречает ярким солнцем и лёгким ветерком. Даже самый маленький холодок не сможет проникнуть под одеяло, где прижавшись друг к другу мирно сопят двое. Точнее сопит один маленький омежка, пока альфа отпечатывает на подкорках сознания этот ангельский лик. Хосок уже минут пятнадцать просто рассматривает милое личико спящего рядом омеги. Тэхён очень забавно морщит носик и чмокает губками. Это вызывает у альфы умиление и чувство теплоты внутри. Ему сегодня нельзя чувствовать что-то подобное, совсем. Час назад, когда он проснулся, написал своим людям, чтобы подготовили всё необходимое для осуществления его плана. Никто не смеет крысятничать в его окружении. Чимин дышит до сих пор только потому, что братом Намджуна является, иначе гнил бы уже в яме. Позволив себе украсть поцелуй с припухших ото сна губок омеги, он крепкой хваткой заключает того в кольцо из рук и одной тискает за ягодицу. Тихое скуление раздается где-то в районе его ключиц, и омега, открыв один глаз, поднимает взор на альфу. — Мр... мм, — скулит омега, пытаясь улечься поудобней, чтобы вновь заснуть. — Нет, детка. Просыпаемся. Сегодня будет насыщенный день, — бормочет ему в макушку альфа, и Тэ начинает тихонько хныкать. Хосок планирует омежке показать, что бывает с теми, кто не уважает Вожака, чтобы младший про силу его не забывал. — Я не выспался… — нудит младший, и его одним рывком подминают под себя, нависая сверху большой горой. — Могу помочь. Сон как рукой снимет, — хитро улыбаясь, произносит альфа и уже собирается поцелуй на ключицах парня оставить, но тот в грудь руками упирается и склониться не даёт. — Понял я… Встаю, — бормочет Тэ, пытаясь выбраться из-под мужчины. Хосок нехотя даёт оттолкнуть себя и наблюдает, как омега в ванную неспешно плетётся и потягивается. Быстро покончив с утренними процедурами, оба успевают на общий завтрак. Всё довольно спокойно, пока Чимин не показывается в столовой. У Тэхёна глаза загораются, но он ничего не говорит вслух. Хосок же сохраняет полное спокойствие, стараясь не показать, что на сегодня есть особые планы, связанные с Чимином. Тот садится между Тэ и Чонгуком, мельком поглядывая на Вожака, но потом спокойно выдыхает. «Расскажешь, почему лгал?» — проносится в пепельной головушке совсем спокойный голосок Тэхёна, и старший омега слегка дёргается. «Тэхён… — Чимин полностью потерян. Он сам не понимает, зачем лгал об этом. Это не так важно, и он довольно по возрасту для такого подходит, но перед чистым и невинным Тэхёном захотелось быть таким же. — Прости меня». «Прощу, если расскажешь». «Я не хотел врать тебе. Просто… понимаешь… Произошедшее со мной не есть приятная ситуация и я предпочитал не вспоминать об этом, смотря на то, какой ты невинный. Мне хотелось быть таким же, понимаешь? Прости меня… и за Хосока прости… Я знаю, что ты ему нравишься, но не смог совладать с собой…» — тихо и грустно повествует омега около трёх минут. «Всё в порядке. Я читал о сложностях течки. Я рад, что ты поделился всё же. И я давно простил», — слегка улыбнувшись и переглянувшись со старшим омегой, они продолжили есть утреннюю кашу. — Сегодня есть дела. И вы все поедете со мной, — совсем неожиданно для омег сообщает Хосок. Чонгук же выдыхает. Вожак оповестил его о своих планах, и альфе они не нравились. Но ослушаться он права не имел. И так провинился перед Хосоком. В любом случае он будет выполнять всю свою работу, когда прикажут. Он делал подобное не раз, для него это несложно, но вот тот факт, что таким способом пытать придётся именно Чимина, с которым они может и нечасто общаются, но довольно долго знакомы, немного напрягал. В любом случае он не сделает слишком больно, если дойдёт до его партии в этом спектакле. — Но… у меня дела… — тихо подаёт голос Чимин. Хосок руки в замок складывает, пристально глядя на омегу, улыбается широко и всем своим видом даёт понять, что смысла сопротивляться нет. Тэхён, завидев такого альфу, аж дёргается немного. — Чимин-а… пупсик. Это семейная вылазка, ты не можешь нас бросить, — слишком мягко, не в привычной манере сообщает Хосок. Пепельноволосому от этого тона и хорошо, и дурно одновременно. Уж слишком странно, но он всё же улыбается и говорит, что перенесёт все свои дела на потом. Тэхён же недоволен этим «Чимин-а, пупсик». Они только помирились, а он уже режет по больному. *** Небольшая полянка, бассейн, солнце в зените, терраса с подвесными креслами и небольшой, но уютный коттедж. Коттедж Чонгука. Чимин знает, как много охраны вокруг Хосока, поэтому вьётся даже в таких «семейных» вылазках, совсем не обращая на кучу людей в чёрных костюмах никакого внимания. Тэхён же наоборот напрягается, когда большие серые волки прогуливаются по территории за высоким забором, с шумом ломая ветви в небольшом лесочке вокруг загородного дома. — А почему мы поехали сюда, когда Джин и Намджун уехали? — спрашивает Тэхён, которому покоя не дает то, что «семейная» поездка состоит из двух омег и альф, которые по сути никакими родственниками и не являются. Хосок, осторожно ставящий коробки с мясом одна на другую, выпрямляется и зачесывает непослушные волосы назад. — Я давно планировал. Но они сами решили, что мы им не компания, — пожимает плечами альфа и возвращается в дом, чтобы вынести коробку с вином. Чонгук в это время разжигает мангал, расставляет столик и делает нарезку овощей. Кто бы знал, что Хосок решит свою жертву откормить перед судом? Черноволосому известно, что Хосок хочет сделать всё как можно проще: без травм и жертв. Хочет напоить, разговорить и, возможно, понять и простить. Как-никак, Чимин тоже часть его семьи. Тэхён идёт в дом вслед за альфой, надеясь чем-нибудь помочь, но так и не входит за ним на кухню, застывая в дверном проёме. Хосок, не подозревающий, что Тэхён сейчас за ним шествовал, быстро рукой по талии Чимина проезжается, отдавая тому несколько складных стульчиков и улыбаясь ярко, пока раскрасневшийся Чимин плетётся к выходу, пересекаясь взглядом с Тэхёном. Он виновато губу прикусывает и идёт на выход дальше. «Ну уж нет, Чон Хосок. Этому должно быть логичное объяснение!» — серьёзно проговаривает в своей голове Тэхён и двигается к альфе, прокручивая в голове мысль, что поведение у альфы такое, потому что сам Тэхён его не возбуждает. И омега очень яро желает это выяснить. Он подкрадывается к альфе, прижимаясь со спины. — Тэхён… — недоуменно произносит альфа. Омега быстро проскальзывает под его руки, вынуждая поставить тарелки на стол и приобнять омегу за талию. Тэ смотрит в глаза такого страшного и сильного вожака, но не может этого разглядеть. Не видит ничего, кроме недоумения и желания. Тэхён молча поднимается на носочки, рукой шею альфы обвивая и к себе наклоняя, впивается в губы. Хосок опешил сначала, но потом отвечать начал. Тэхён же дальше идёт. Тёплыми ручонками под худи забираясь и оглаживая рельефный пресс. Хосок нервно выдыхает и продолжает тёплые губы целовать. Ему это странно, но интересно, чего малыш этот добивается. Тонкие юркие пальчики к спортивным штанам спускаются, быстро под резинку проникая и сжимая возбужденную плоть. Тэ поглаживает слегка, целует более напористо и тихий стон с губ альфы слышит. Хосок теряется от напора омеги, вновь чувство тряпичной куклы испытывает, как в первый их раз наедине, но почему-то и останавливаться неохота. Руки сами за бедра подхватывают и на столешницу сажают. Хо пытается на себя доминирование перенять, пока Тэхён руку из штанов выуживает и по спине оголенной водить начинает, но тщетно. — Прости, малыш, не сейчас, — разрывая с неохотой поцелуй, басит Хосок на непривычных тонах и отстраняется вовсе, забирая тарелки. — Что не так?! — раздраженно спрашивает Тэхён. Его эта ситуация выводит из себя. — Там Чонгук и Чимин. Мы отдохнуть приехали. Вместе. А поиграть мы и дома успеем, — сухо бросает альфа. Ему сегодня нельзя быть в плену чувств. Ему предстоит Чимина на чистую воду вывести, в доверие втереться, а Чонгук в это время должен будет перенять внимание Тэхёна на себя, чтобы малышу больно не стало.