J'tombe en botte

Адриан. Глядя на то, как Лука быстро выводит Рин из моего дома, вернее, бывшего дома, я едва ли не крикнул ему, какой он всё же мудак. Стараясь выдавить из себя улыбку, чтобы она не выглядела криво и не отображала все мои реальные эмоции, я произнёс: - Тогда я с радостью провожу тебя до дома. Она улыбнулась и многозначительно посмотрела на пальто, которое осталось единственным в импровизированной гардеробной. Подавив вздох, я снял пальто с вешалки и помог Кагами надеть его. Она взяла меня под руку, и мы вышли из дома, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я бы не удивился, узнав, что она специально сказала водителю не приезжать, чтобы заставить меня проводить её, но никаких прямых доказательств этому не было. К счастью, жила Кагами не так далеко. - Как в старые добрые времена, - нарушила она мои размышления, плотнее прижимаясь к моей руке и кладя голову мне на плечо. - Я скучала. "Я не могу сказать того же". Но этикет не позволял мне сказать этого. Проклятый этикет. - Мы очень давно не виделись, - чуть склонив голову, уклончиво ответил я. Раньше я был бы рад, если бы мне выпал шанс проводить Кагами до дома и провести с ней хотя бы немного больше времени, чтобы поговорить с ней обо всём. Мы любили вот так просто прогуливаться по ночному Парижу, разговаривая ни о чём, обмениваясь впечатлениями о прошедшей встрече, а порой украдкой целуясь на фоне Эйфелевой башней. Нет, когда мы только познакомились с ней, то у меня в жизни бы не возникло идеи целоваться с ней, потому что я всегда хотел себе друга, с которым можно было скоротать время на таких приёмах, как, к примеру, сегодняшний день рождения отца. Но, как оказалось потом, Кагами не разделяла моей дружбы, а я пошёл у неё на поводу. Тогда это казалось… забавным. Вот только перестало быть таким, когда Кагами стало слишком много в моей жизни. Тогда я и начал её избегать. - Ты о чём-то задумался? – спросила она, чуть надавливая на мою руку, на которой повисла, как коала. Я перевёл на неё и пожал плечами. - Вспоминал о прошлом, - отозвался я и вновь пожал плечами. – Ничего особенного. - Ох, Адриан, мы весь вечер вспоминаем о прошлом, - начала Кагами, а я чертовски обрадовался тому, что до её дома остался всего один квартал. – Может, поговорим о нашем будущем? Я тяжело вздохнул и исподлобья посмотрел на ней. - Кагами, у нас нет будущего, - честно ответил я, и увидел, как округлились её глаза. – Прости. Надо было давно сказать тебе о том, что я ничего к тебе не чувствую. Я надеялся, что ты уже поняла это. Она опустила голову вниз и покачала ею. Я достаточно хорошо знал Кагами, чтобы понимать, что этот жест означает крайнее разочарование. Во мне. Вот только от этого факта я не почувствовал ничего. Совершенно. Ничего не кольнуло в груди, не разбилось в дребезги. Пустота. - Я понимаю, Адриан, - наконец произнесла она и подняла голову. На её глазах не было слёз, но я видел глубоко внутри них умело спрятанную боль. – Просто надеялась, что ты до сих пор что-то чувствуешь ко мне. Видимо, я ошибалась. Мы остановились около большого особняка и Кагами отпустила мою руку. - Прости, - только и смог сказать я, склоняя голову вниз. - Нет, это ты прости, - внезапно пробормотала она, а затем, сократив между нами расстояние, оставила практически невесомый поцелуй на моей щеке. – Прощай, Адриан. А затем быстро развернулась и скрылась за воротами. Я приложил руку к щеке и слабо улыбнулся. Я надеялся на более тяжелый разговор. *** Утром Плагг едва ли не бегом нёсся в парк, у меня с большим трудом выходило не упасть где-нибудь на льду. Да, не он один соскучился по Рин. После небольшого потепления вновь наступил мороз, поэтому теперь ходить по улицам стало намного тяжелее. Зачем я вообще купил себе собаку… Я увидел Рин сквозь прутья забора ещё задолго до входа в парк. Она играла с Тикки в мяч, и весело смеялась, когда собака приносила ей его. Вот кто всегда находит хотя бы что-то хорошее во всём. Хотел бы я взять с собой хотя бы капельку её позитива. - Адриан! – крикнула она, когда мы с Плаггом уже почти подошли к ним, и помахала мне рукой, второй поправляя сползшую на глаза шапку, а затем присела на корточки и потрепала моего чёрного негодяя по голове. – Привет, мальчик. Да, я тоже так соскучилась по тебе. - Привет, - поздоровался я, подходя к ней и первым делом кладя руку ей на лоб. – Ты неплохо справилась с болезнью, я смотрю. - Ну, у меня был хороший врач, - с улыбкой сказала она, поднимаясь с корточек. – Ты занимался дома с Плаггом? Мне кажется, он стал слушаться тебя хуже. - Он просто соскучился по тебе, - сказал я, взглядом провожая Плагга в сторону только что кинутой Рин игрушкой. Так, соберись. – Рин, послушай… Она наклонилась и попыталась отобрать у Плагга мяч, но он потянул её назад, из-за чего Рин, потеряв точку опоры, поехала вслед за тащившим её негодяям по замёрзшему снегу, а она звонко рассмеялась и сделала ему замечание. Подоспевшей к хозяйке Тикки хватило одного взгляда, чтобы мой чёрный оболтус виновато прижал уши к голове и тут же выпустил из зубов игрушку. Рин похвалила его, дала кусочек сыра, который мы оба теперь постоянно носили на прогулки, и вновь бросила мяч. - Ты что-то говорил? – спросила она, поворачиваясь ко мне и вновь поправляя шапку на голове. Сейчас или никогда. - Да, я хотел позвать тебя куда-нибудь погулять без Тикки и Плагга, - стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, предложил я. – Если ты хочешь, конечно. Она улыбнулась и чуть закусила нижнюю губу. - Да, почему бы и нет, - сказала она и вновь наклонилась вниз, в этот раз вначале предлагая Плаггу сыр в обмен на мяч. – Только мне надо будет зайти переодеться. А то я буду чувствовать себя неловко рядом с тобой, одетым в пальто. - А мне надо будет отвести Плагга домой, - пробормотал я, показывая рукой на весело скачущего по сугробам чёрного пожирателя сыра. Купил крысу, а не собаку. Хотя даже у крысы разнообразие в еде больше, чем у него. – Может быть, встретимся здесь же через, скажем, минут сорок? - Договорились, - согласилась Рин и кивнула головой. – Только надо будет получше выгулять собак, а то это единственный выходной, когда в парке в это время практически никого нет, и можно спокойно опустить Плагга, не боясь, что он опять убежит. *** Я ждал Рин у входа в парк, засунув руки в карманы пальто и украдкой наблюдая за входной дверью. Зачем я позвал её прогуляться я не понял ещё сам. И о чём с ней говорить? Может, я всё же зря это сделал? Да, определённо зря. Вот только у меня не было возможности отмотать время назад. А жаль. Так, Адриан, сосредоточься. Придумать темы для разговора никогда не было особо сложно. Осталось только не опозориться. Входная дверь внезапно открылась, и из неё, в своём пальто песочного цвета, вышла Рин, обернулась в дом, что-то сказала, послала воздушный поцелуй и закрыла дверь. Обернувшись в мою сторону, она улыбнулась и, поправив на плече маленькую чёрную сумочку, направилась в мою сторону. - Прости, что так долго, - извинилась она и виновато улыбнулась. – Чен Сифу отказывался отпускать меня без завтрака. - Наверное, это хорошо, когда твой родственник повар, - с улыбкой заметил я, начиная медленно идти вдоль парка. Рин заправила за ухо волосы и слабо улыбнулась. - На самом деле это ужасно, - чуть сморщив носик, отозвалась она и повернула голову в мою сторону. – Тебе постоянно приходится питаться бутербродами, потому что он настолько устаёт за постоянной готовкой на кухне в ресторане, что на обычную готовку старается не тратить сил. А, ну или приходится доедать излишки с кухни. Из крайности в крайность, так сказать. - А твои родители? – спросил я, внезапно осознав, что не знаю, ну, или не помню, о них совершенно ничего. - Ох, я уверена, что ты хотя бы раз в жизни пробовал их хлеб, пока жил в Париже, - точно так же с улыбкой продолжила она. – Или тебя должен был угостить Лука. Родители постоянно давали ему его любимый пирог с вишней. Конечно, он тот ещё сладкоежка, но, уверена, должен был поделиться хотя бы одним куском со своим лучшим другом. Лука. Её парень. Возможно, всё ещё нынешний. - Да, он когда-то угощал меня им, - вспоминая самый вкусный пирог в моей жизни, который я всегда украдкой от Натали или отца ел, мой рот наполнился слюнями. – А как вчера всё прошло с Лукой? Она вновь улыбнулась и поправила так и не выбившуюся прядь волос, убирая её за ухо. Прекрасно, хотел подвести к этому мягко, а в итоге въехал на бульдозере. Теряю чувство такта. - Хорошо, - просто пробормотала она и пожала плечами, вновь возвращая свой взгляд на моё лицо. – Он проводил меня до дома, мы поговорили… Я с нетерпением ждал того, что она скажет дальше. Ведь всё же есть вероятность, что она всё же вновь начала встречаться с ним. И я приму это. Пусть и будет немного больно. Правда, я пока и сам не понимал, почему мне будет больно. Эти отношения вообще не должны выходить за пределы системы «ученик-учитель», вот только они с самого начала не являлись такими. И с каждой прогулкой, каждой её улыбкой и случайным взглядом я раз за разом узнавал её лучше. И что-то с невероятной мощью тянуло меня к ней. И дело было вовсе даже не в том вечере, когда я пришёл к ней, а потом едва сумел сдержать контроль. Дело было в ней самой. Она была… обычной. Да, обычной, с виду ничем не примечательной девушкой. И лишь немногие знали, что на самом деле она не огранённый алмаз. Серьёзно, я ещё ни разу не встречал такую девушку. Да хотя бы эти её не слишком тёплые чувства к Парижу. Где ещё можно встретить девушку, которая бы так отзывалась о Париже? Все эти её мелкие жесты и мимика, её умение с первые секунд притягивать к себе взгляд или просто поддерживать разговор. Всё в Рин выдавало её уникальность. И мне хотелось узнать насколько ещё она уникальна. - Я наконец смогла сказать ему в лицо, что больше ничего не чувствую к нему, - закончила Рин, а я почувствовал, как моментально расслабился и улыбка появилась у меня на лице. – А как твоя прогулка с Кагами? Ты так не хотел идти с ней. - Примерно так же, - подмигнув ей, ответил я, а затем рукой обнял её за шею и слабо потрепал по волосам, что заставило её рассмеяться. – Так где ты хочешь позавтракать?