РаДуГа

Г-Р-И-Ф-Е-Н-Р-Е-Р. Когти в железе. Это не твое имя. Тебе дал его Самуэль Непобедимый, местная звезда арены. Он тоже разглядел в тебе боевой потенциал, тоже возлагал на тебя большие надежды. Он был единственным, кто заступился за тебя. Кто спас тебя. Кто назвал тебя «другом». Ты обязан ему жизнью. Ты, несомненно, силен и выновлив, но ты — ребенок. Ты не понимаешь, почему ты должен сражаться, накапливать победы, почему ты не помнишь себя до арены. Почему ты до сих пор не умер из-за полученных от хозяина побоев или от голода. Своего спасителя ты называешь «Сэмми». Он позволил тебе это. Когда ты не можешь отразить удар, говорит на тебя «глупый комок шерсти», и заново учит вставать в стойку. Он — хороший. Чуткий. Добрый. Монстр. Раб. Чудовище, что так легко уложило противника наземь, перед этим вспоров ему брюхо. Ты восхищаешься им. Тебе уже не так страшно в Эслеймосе, но первый твой бой оканчивается грандиозным провалом. Хозяин, видимо, переоценил его физические возможности. Острая клешня гигантского краба мазнула по твоей груди и вперила тебя в стену. Тебе больно. Ты еле дышишь. Ты без сознания, поэтому ты не знаешь, что Сэмми согласился сразиться с «Тихой смертью» в обмен на твою жизнь. Он в который раз спасает тебя. Глупость с упрямством путая. Спустя сутки ты просыпаешься. Тебе плохо: кружиться голова и дышать тяжело. Просишь отвести тебя к «другу» и узнаешь обо всем. «Сэмми, хоть бы нет!..» Бежать ты не можешь, идешь быстрым шагом и… замираешь.

«Самуэль Непобедимый повержен! Вот же неудача! Ха-ха! Какая нелепость!»

Отравленное щупальце пробило ему грудь, он висел на нем, и дергался изредко.

«Ты придурок, Сэмми.»

Ты вышиб решетку — откуда только силы взялись? — с ноги ударяешь морское чудище. Самуэль мешком упал, судорожно хрипнул и затих. Ты тыкаешь в него пальцем, зовешь его, бессшумное «нет…» обреченно срывается с губ. Ты тоже срываешься. Глаза залили слезы. Бьешь, куда попадаешь, зарапаешь, вспарывая кожу, и кричишь-кричишь-кричишь… Твоя первая кровь попадает на руки, лицо, застывает на рыжей шерсти, в ярко-алый окрашивая. Тебя с трудом оттаскивают. Ты дышишь тяжело, изо рта идет пена. Рычишь по-звериному и убегаешь к себе. Бросаешь хозяину: «Нам нужно поговорить». В камере сыро, пахнет потом и бегают по холодной каменной плитке плесенью. Плакат с Сэмми висит высоко на стене, чтобы было видно с верхней кровати, он старый, потрескался по углам и выцвел. Зеленый плащ служил здесь единственным ярким пятном, оно притягивает тебя, как мотылька, ты касаешься его. Оно мягкое, недавно постиранное и зашитое посередине. Ты рвешь его когтями, оно испуганно трещит, комкаешь полуску ткани в мозолистых пальцах. Оборачиваешь вокруг пояса, чтобы Самуэль всегда был с тобой. Входит хозяин. Ты впервые не трясешься от страха в его присутствии. «Я отрекаюсь от свободы и своих побед, мастер Ментос. Я буду сражаться со всеми, с кем вы захотите, но взамен… — твое существо наполняется горечью, обращаясь в месть, что будет служить тебе верной подругой. -…когда я стану сильнее, я хочу сразиться с Десятис.» В желании отомстить ты проводишь около двадцати лет, они летят, больно бьют тебя по лицу, режут его в лоскутки. Ты вырос, хозяева монслэйвов бояться ставить своих рабов с тобой, ведь ты ни разу не проигрываешь, работаешь на износ, но становишься сильнее. Злее, агрессивнее. Сравни тебя в детстве и сейчас — отличий, кроме новых шрамов, и не сыщешь. Нескончаемый круг арена-смерть-арена рвет прелестная девушка, ошибочно принятая за ангела из-за нимба над головой. «Ты зря до сих пор здесь, — когда она говорила, совершенно бездумным голосом, ее фиалковые зрачки блестели золотом. — Твой дружок давно на свободе, а противница на службе у Даркелла». «Кто ты? Откуда ты знаешь?» До хруста в костяшках сжимаешь решетку. Она не отвечает, смотрит долго, оценивающе. И уходит. Испаряется. Дежа вю. Тебе нужны ответы. Замок умело вскрывая, рогатый научил, ты в самое мерзкое и отвратительное, но от этого не менее прибольное место — в мотель. Хозяин часто туда захаживает, и ты знаешь дорогу. Слепнешь на мгновение в полумраке и идешь, принюхиваясь, по запаху. Ярость берет свое, и ты поднимаешь руку на хозяина, кричишь: «Десятис мертва?!». Хриплое «да». Ложь продолжается. Весь смысл жизни, что в узел в груди превратился, не позволял вздохнуть полной грудью и забывать о прошлом, расспался. Ты остался один. Тебя здесь больше ничего не держит. Выпрыгиваешь из окна и теряешься в ночи. Ты все вспоминаешь, стоило лишь в снежные горы вернуться. Воздух холодный, свежий, аж легкие колит, никак не сравнимый с духотой в Эслеймосе. Снег скрипит по сандалями, ты подскальзываешься на нем и падаешь, держишься за затылок и шипишь.

«Держите его!»

Вокруг никого не было. Ты один здесь. Снег холодный, острыми льдинками оцарапывает твою спину. Ты уже лежал так. Видел свинцовое тяжелое небо, снежинки падают тебе на лицо, а ты убиваешь их горячим дыханием.

«Ягуарец, тебе некуда бежать!..»

«Постойте! Я-я… Среди вас есть лекарь? Мой отец умирает, ему нужна помощь…»

«Огонь!»

Ты вздрагиваешь и встаешь, отряхиваясь. Ты слышишь тяжелое дыхание мулов, стрельбу в спину и собственное сердце. Тогда ты впервые боялся за свою жизнь. Ты вспоминаешь… себя. Свое имя. Ты — наследный принц из далекой страны под магическим куполом. У тебя есть отец, брат, на которого ты так похож лицом. У тебя была счастливая жизнь, которую люди у тебя безжалостно отобрали. — Эй! Я здесь! — твое эхо разноситься эхом по ледяной долине. — Я вернулся. Но никто тебя не слышит. Ты около двух лет исследуешь горы, и все без результатно. Ты встречаешь Самуэль, но не успеваешь с ним заговорить, как он хватает тебя за горло и отбрасывает от себя, чтобы ногой пробить грудную клетку. «Из-за тебя я оказался здесь, выродок. Ты ответсвеннен за мое несчастье!» Сэмми изменился и не желал ничего слушать. В душе ты плачешь, но все же пытаешься не попадаться под удары. Пока ты затылком не пробиваешь стену древнего храма. Ты чувствуешь запахи, инородные, не людские, на твой схожи. Из-за них глаза заливает кровь и ты теряешь рассудок.

«Убей!»

Тебя находят люди спасенной недавно девушки. А с тобой встречаются «Легендарные». Зовут тебя к себе. Ты безумно устал и хочешь уснуть где-нибудь под снегом до следующей зимы. Но соглашаешься, в обмен на смерть Десятис. Ноги тебя не держат, ты бы упал, если бы золотоволосый блондин не подхватил бы тебя. Ты — свободен.