Глава 4
3 апреля 2019 г., 19:03
— Рэйван, я не... — женщина осеклась, когда увидела сидящего на диване в гостиной мужчину с прикрытыми глазами. Он глубоко дышал, его рука закрывала ноющую рану. На рубашке в том месте Джейн заметила небольшое красное пятно. — Послушайте, если не хотите осложнений, то вам лучше обратиться в клинику.
— Я в порядке. Заживет, — тихо ответил Рэйван, не открывая глаз. — Вы же сами знаете, что я не могу этого сделать.
«Черт бы его побрал!» — выругалась про себя детектив и ушла в комнату за чистым полотенцем.
— Держите. Остановите кровь.
— Спасибо, Джейн.
Рэйван взял из рук женщины полотенце и приложил к ране. Детектив лишь с укором на него посмотрела, поняв, что больше никакой помощи ему от нее не требуется.
Мужчина появился на кухне спустя минут тридцать, когда Джейн пила кофе и курила сигару. Заметив своего гостя на пороге, она сразу же ее потушила. Вот... Она уже прогибается под его желания.
— Надеюсь не помешал вашим серьезным думам? — поинтересовался Рэйван и присел за стол напротив женщины.
— А у меня есть выбор с некоторых пор?
— Вообще-то есть. Например, вы могли бы пить кофе в своей спальне с запертой на ключ дверью и далее предаваться одиночеству. Вы же к этому привыкли?
— А к чему вы привыкли, Рэйван? К убийствам?
Мужчина лукаво улыбнулся. Уголки его глаз тронули морщины. Но он и не думал обижаться на Джейн. Она стойкая. И размышляет обо всем в пределах своей полицейской жизни. Ей надо расслабиться. Ей надо выбросить из головы всю эту работу и вспомнить, что она, прежде всего, женщина, а не машина или робот, специализирующийся исключительно на раскрытии преступлений. Это же ведь так прекрасно осознавать, кем она по природе является.
— А вы за мной не поухаживаете? Я бы тоже не отказался от кофеечка...
«Не успело полегчать, как снова взялся за свое», — подумала Джейн.
— А с ложечки, случаем, не надо покормить?
— Не откажусь. Правда, не думаю, что мне это придется по душе. Все-таки я уже не младенец.
— Тогда не вижу проблемы! — Джейн особенно выделила эту фразу и довольным взглядом посмотрела в глаза Рэйвану. Не удастся ему в этот раз использовать ее доброту в своих целях. Мужчина посчитал, что этот раунд она выиграла и налил горячий напиток себе сам.
— Знаете, кофе ведь вредно пить по ночам. Плохо усваивается. Да и заснуть от него сложно.
— Вам ничего из этого не грозит! Уверенна, — без особого желания ответила Джейн, отвернув голову в сторону. Не было никакого желания вести с ним какую-либо беседу.
— Зря вы пытаетесь выглядеть бездушным существом. Признайтесь, ведь я вам не безразличен. Вы думаете, что совершили нечто ужасное? Это далеко не так. Чего вы боитесь?
— Пейте кофе молча, а то подавитесь!
Джейн резко встала из-за стола и подошла к окну. Ее нервы снова начали брать над ней самой власть. Она боялась последствий, ответственности за то, что совершила. Ее добрые намерения могут слишком дорого ей обойтись и тогда уже никто ей не поможет. Никакие деньги и связи. Она начала игру по очень жестоким правилам.
«Нет, это никуда не годится, — спокойно начал размышлять Рэйван. — Пожалуй, пора. Сейчас самое время».
Мужчина медленно встал и подошел к стене. Рука потянулась к выключателю. Теперь кухню освещали всего две лампы из пяти. Но тусклый свет ни коем образом не смутил Джейн. На ее душе и так было тоскливее некуда, что она даже была рада некому полумраку. Женщина продолжала размышлять о том, как ей быть, как верно поступить, что вообще нужно делать в следующую секунду, и даже не заметила, как Рэйван едва слышно подошел к ней со спины и очень осторожно, словно опасаясь причинить боль, коснулся ладонью ее плеча. Одновременно с этим женщина ощутила его дыхание на своей шее и вздрогнула. Быстро развернулась к нему лицом и наградила мужчину вызывающим взглядом.
— Что вы делаете?
Легкая волна беспокойства прошлась по телу Джейн, но она не выдала своего состояния.
— Вы разве не хотите этого? — вполголоса спросил Рэйван, медленно изучая взглядом свою собеседницу. Она пленила его, желание прикоснуться к ее телу, изучить его полностью, каждый сантиметр, каждую его клеточку возросло еще сильнее, чем сегодня утром.
Мужчина загадочно улыбнулся и нащупал своими пальцами верхние пуговицы рубашки...
— Чего именно? — только успела спросить Джейн, одновременно следя за каждой манипуляцией Рэйвана. Вот он неторопливо, пуговица за пуговицей, расстегнул рубашку и сделал резкое движение навстречу женщине, оказавшись в нескольких сантиметрах от ее лица: от таких манящих губ, нежной и гладкой кожи, ее густых и мягких волос.
И Джейн осенило! Если еще секундой ранее она и мысли не допускала об этой тесной связи, то теперь, кажется, отчетливо осознала, что избежать близости у нее не выйдет. Такой человек как Рэйван просто этого не позволит. Ведь если он что-то задумал, то непременно это осуществит. Уж женщина успела в этом убедиться!
— Не надо, Рэйван! — Джейн все же приняла слабую попытку образумить своего недавнего гостя. Но ее слова мужчина пропустил мимо ушей. Он хотел получить эту женщину! И почти любыми путями. Словно в глубине души знал, что она все равно сдастся ему и подчинится. Рано или поздно. — Отойдите от меня! Сейчас же!
— А если не сделаю? Что тогда?
— Вы сделаете! — уверенно произнесла Джейн, не отрываясь от лица Рэйвана. Глаза в глаза, дыхание сбилось у обоих, оба в напряжении.
— Конечно! Я всегда делаю то, что хочу, — вполголоса сказал мужчина и тут же обхватил Джейн за талию и жадно припал к ее губам, пробуя на вкус. Да! Эти губы — само совершенство! Такие мягкие, слегка солоноватые, но совсем чуть-чуть, и что-то в них еще было такое особенное, но, к сожалению, Рэйван не сумел это понять. Джейн со всей силы оттолкнула его и сделала резкий шаг в сторону.
— Не смейте ко мне прикасаться! И не приближайтесь!
— А мне нравится поступать плохо, — мужчина усмехнулся и сделал широкий шаг к Джейн. Схватил ее за плечи и грубо приставил к ближайшей стене. Женщина несильно стукнулась затылком о цемент и в следующую секунду ощутила у себя на губах губы Рэйвана. Она попыталась стиснуть свои, чтобы вражеские не смогли проникнуть внутрь, глубже, коснуться ее языка, но эти жалкие попытки обезвредить себя только еще сильнее разжигали огонь страсти и желания внутри мужчины. Он прижал ее к стене настолько сильно, что Джейн едва успела сделать следующий вдох. Она попыталась отпихнуть ненавистного ей Рэйвана, но в этот раз ничего не вышло. Даже малейший звук и то умер внутри нее, не успев вырваться наружу. Его заглушил жадный и страстный поцелуй мужчины.
О чем-то подобном он мог мечтать. Когда-то... Но по большому счету он хотел взаимности, и был уверен, что ее получит. Сегодня. Сегодня он будет властвовать над ней. Сегодня она будет принадлежать только ему! И плевать на то, что будет потом. Главное сейчас ее сломать и тогда можно праздновать очередную победу.
Джейн вскрикнула, когда мужчина на несколько мгновений отстранился от ее рта. Она хотела избавить себя от этой мучительной пытки, но была слишком слаба и беспомощна. Она чувствовала как его руки быстро развязали узел на ее теплом халате и быстро вернулись к плечам, чтобы избавить ее от скрывающей тело ткани.
— Нет! Нет! — сорвались два жалких слова с ее уст.
Рэйван улыбнулся краешком губ и резко сдернул с женщины этот мешающий его желаниям халат. Теперь она предстала перед ним в одном нижнем белоснежном белье. Джейн чувствовала, как грубые руки мужчины коснулись ее спины и стали внимательно ее изучать, губы снова покрыли ее и она уже не смогла стиснуть свои.
Это уже был промах с ее стороны. То мгновение, когда она позволила Рэйвану себя коснуться, перейти эту черту дозволенного.
Женщине пришлось ответить. Пришлось вдохнуть его запах. Это была смесь запаха лаванды (им пахнет гель для душа) и какого-то еще, ранее никогда не встречающегося, нового. Поэтому Джейн не знала, с чем можно было его сравнить. Но определенно этот запах мужчины был не так уж ей и противен. Он не был мерзким, как она почему-то считала. Но и приятного в нем было мало.
Потом Рэйван все-таки заставил ее ответить на его поцелуй. И она сдалась. Их губы слились в нечто единое и целое. И это новое ощущение затмило всю физическую боль мужчины после ранения. Его возбуждение начало расти и накрывать с головой, одни лишь только поцелуи уже сводили Рэйвана с ума. Они получались глубокими и долгими, что казалось пройдет еще полминуты и он больше не выдержит. Терпеть, пока фрукт в лице Джейн созреет и упадет, уже будет не в силах.
Он продолжал изучать ладонями ее спину, пока его пальцы не нащупали застежку на бюстгальтере и не решили, что с ней просто необходимо справиться.
Джейн сморщила лицо, ее дыхание снова участилось, сердце забилось быстрее, мозг лихорадочно стал выдавать в сознании не слишком приятные последствия. Но эти поцелуи уже не приносили ей столько неприязни и боли, наоборот, ей хотелось дарить их Рэйвану. В один момент на несколько секунд она закрыла глаза и отдалась... Джейн растворились в его объятиях, осознав, как находиться в них чертовски приятно. Пусть это дико, непривычно, но ей этого хотелось, лишь бы только он не отпускал ее, прижимался своим телом к ее, лишь бы только она и дальше вдыхала аромат его кожи, этот новый запах.
После развода с мужем у нее не было никаких тесных связей с мужчинами. Никому она не позволяла притронуться к своему телу. А Рэйвану дала такую возможность, сама не зная, почему именно ему.
Его поцелуи уже переходили к подбородку, губы спускалась ниже, к шее, ключице, плечам, постепенно изучая ее горящую кожу.
Только сейчас Джейн буквально распробовала этот подарок судьбы. Она сама нашла губы Рэйвана и страстно поцеловала его, забыв в эти секунды обо всем и всех на свете. Сейчас существовали только они вдвоем.
Женщина сдернула с него рубашку и замерла. На правой части груди и плече красовались самые различные узоры татуировок, начиная от всевозможных орнаментов и кончая рисунками морд диких животных. Смятение постигло Джейн на несколько секунд, но ведь она еще помнила, кто перед ней. Так что не стоило ей удивляться.
Она начала изучать ладонями спину Рэйвана, отвечая на жаркие поцелуи, и медленно начинала уходить в какой-то особенный мир, улетать в бездну, где нет никаких проблем и обязательств. Есть только он, его великолепное тело, его губы...
Потом ее пальцы переместились к его груди. Очень нежно и осторожно она изучала ими каждый сантиметр его прекрасного тела.
Наконец Рэйван избавился от уже лишнего белья, именуемого бюстгальтером, и замер на какое-то время. Джейн могла слышать только его тяжелое дыхание, видеть, как поднимается и опускается его грудь и мечтать, чтобы в ближайшую ночь он наполнил ее собой. До самого конца. До самой вершины.
Ее тело было слишком идеально, чтобы не насладиться им. Это грех не запечатлеть в памяти все, что открылось перед Рэйваном. А грехов на его веку и так предостаточно. Насытив легкие большой порцией воздуха, мужчина приник одновременно губами и ладонями к груди Джейн, желая получить максимум безграничного удовольствия. Женщина, не ожидая такого внезапного порыва, издала немного жалобный стон. О, для Рэйвана он стал бальзамом на душу. Да, это то, к чему он шел, чего медленно сейчас добивается. Мимолетную боль с одновременным наслаждением почувствовала Джейн, когда ладони мужчины осторожно начали ласкать ее полушария, а губы тем временем дразнить ее шею. Когда его пальцы коснулись ее сосков, женщина едва не задохнулась от волны удовольствия. Ее ноги уже не слушались, тело хотело принять горизонтальное положение, но мужчина не позволил этому случиться. Нет, еще рано. Еще не пик.
Джейн довольно вздохнула, а потом возбуждено всхлипнула. Руки Рэйвана все еще массировали ее грудь, твердые соски. Ее тело горело от дикого желания отдаться всей ему. При этом сама она была похожа на живую куклу и позволяла Рэйвану делать с ней все, что он пожелает, сама при этом наслаждаясь его безграничной, но немного грубой лаской. Губы мужчины дорожкой влажных, неторопливых поцелуев постепенно спустились ниже, к груди. Он слегка прикусил сначала один розовый сосок, потом чуть сильнее — второй и затем почувствовал, как руки Джейн легли на его шею, как ее пальцы стали непроизвольно рисовать какие-то немыслимые абстракции.
Какое-то недолгое время Рэйван еще поиграл с ее грудью, испытывая небывалые ощущения наслаждения, и затем начал спускаться ниже, легко покусывать ее живот, каждый сантиметр бархатистой кожи, причем чередуя поцелуи с легким прикосновением языка. У Джейн перехватило дыхание, внутри вспыхнул огонь наслаждения.
А в следующую секунду он коснулся границы ее трусиков. Джейн схватила его за запястья и немного тревожным взглядом посмотрела на него сверху. Какая-то клеточка ее сознания не была еще готова к таким кардинальным мерам. Но неужели она думала, что Рэйван просто так возьмет и остановится? А сможет ли она сама прекратить эти сладостные пытки? Точно не сейчас.
— Рэйван... — застонала Джейн. — Прошу...
— Ты не хочешь?
— Я... — она томно выдохнула. — Хочу...
Лицо мужчины расплылась в довольной улыбке. Он одним движением рук стянул с нее последнюю деталь одежды и обхватил ладонями бедра Джейн. Она уже еле держалась на ногах, переполненная новыми ощущениями, и Рэйван это заметил. Решил, что достаточно с него прекрасного на кухне и не мешает бы переместиться в более удобное местечко. Сильными руками он подхватил Джейн и отнес в спальню. Аккуратно усадил на застланную пледом постель, а сам тут же потянулся к ремню своих джинс.
Испытав небывалое чувство облегчения, женщина тут же опустилась на одну из подушек и расслабилась. Посмотрела в сторону Рэйвана. Ее гость тоже быстро избавился от одежды и, не теряя лишних секунд, сел на постель, а в следующее мгновение лег на нее сверху, продолжая целовать и ласкать ее обнаженное тело. Джейн снова начала впитывать его ласку, его нежные прикосновения, она слышала как бешено стучит ее сердце, как из ее горла начинают выходить какие бессвязные звуки и громкие стоны. И все это божественные ощущения, которые ей дарит Рэйван — убийца не одного десятка жертв. И это все он, теперь уже только ее Рэйван.
Изучая языком ее рот, чередуя свои короткие поцелуи с нежными укусами ее мочки уха и шеи, он одновременно поглаживал ее меж бедер. Довольно осторожно и достаточно медленно, заставляя Джейн выгибаться и ловить ртом воздух. Она не старалась сдерживать себя, а желала получить от мужчины уже абсолютно все, что он постепенно ей дает.
— Рэйван... пожалуйста! — едва слышно произнесла она в перерыве между тем, когда он на секунду убрал руку и как коснулся губами ее нежного места. Ее сердце стучало с бешеной скоростью, она хотела, чтобы он наконец осуществил и свое желание, таким образом они оба помогут друг другу стать единым целым.
— Не так быстро...
— Прошу! Пожалуйста! — она отчаянно, но протяжно застонала.
— Какая же ты нетерпеливая, — Рэйван усмехнулся и раздвинул ее ноги еще шире и разместился между ними. Довольно вздохнув, он вновь покрыл ее губы глубоким поцелуем, одновременно лаская ладонями грудь. Волны наслаждения накатывали на Джейн одна за другой, каждая последующая была сильнее предыдущей, дыхание с каждой минутой учащалось у обоих, из груди вырывались глубокие стоны.
Рэйван уже не мог сдерживать себя и оторвавшись от изучения губами тела Джейн, резко вошел в нее. Слишком резко, что на глазах женщины выступили слезы. Потом он обхватил ее за талию и быстро начал двигаться. Женщина едва не лишилась рассудка от безумной страсти, накрывшей ее.
Его резкие толчки чередовались с низкими стонами и тяжелыми вздохами, темп ускорялся, позволяя наполнить собой Джейн до самых глубинных клеточек.
Взяв паузу на какое-то недолгое время, Рэйван выдохнул и вновь принялся ласкать тело Джейн. На этот раз уже не так грубо, наоборот, его движения были плавными, поцелуи нежными, долгими и глубокими, которые горячо ложились на ее теплую кожу. Ее тело с огромным желанием принимало каждое его движение, каждый поцелуй. Ей уже казалось, что она медленно сходит с ума.
Однако всего этого Джейн было недостаточно. Ей хотелось большего без всяких перерывов. Ей хотелось заполучить Рэйвана всего, чтобы она сама стала его частью.
— Рэйван! — услышал над ухом мужчина ее требовательный стон. Она еще больше выгнула спину, желая, чтобы он снова вошел в нее, чтобы ее организм достиг наконец-таки этого сладостного пика. — Не останавливайся!
Мужчина широко улыбнулся и растянулся на ней, затрудняя ее дыхание, словно оттягивая сладостный миг, дразня ее. Затем запрокинул ее руки за ее голову и немного приподнялся, а потом резко, но мощно и глубоко погрузился в нее. Джейн вскрикнула от неземного наслаждения, ее сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди от бешенного темпа.
Секунду погодя — еще один толчок и плавный медленный выход. Потом еще и еще толчок. Снова и снова. Они все сильнее и сильнее. Все глубже. Мужчина и сам больше не мог сдерживать себя. Его низкий стон и ее крики тесно переплетались, тела горели от возбуждения.
Вдруг Рэйван захотел, чтобы она кричала так сильно, как только может. Ее стоны невероятно возбуждали его, и он чувствовал, что еще полон сил, как никогда ранее.
Она извивалась под ним, то тихо шепча что-то бессвязное, то громко повторяя его имя, наслаждаясь его дерзкими движениями.
Рэйван снова остановился и услышал ее стон отчаяния. Джейн это совсем не понравилось.
— Какая же ты ненасытная, — пролепетал он, глубоко дыша. В конце концов он и сам хотел продолжения. Снова опустившись на нее, он начал горячо покусывать ее живот, заставляя тело слегка вздрагивать, ладони одновременно ласкали ее грудь, а потом Джейн почувствовала несколько сильных ударов. Ее организм требовал все больше и Рэйван это чувствовал, эту отдачу. Он знал, как женщина нуждалась в нем и полностью отдавался ей сейчас. Без остатка. Все для нее. До каждой молекулы.
Пик удовольствия приближался с каждой секундой. Крики смешались с едва ощутимой болью, но одновременной нуждой и наслаждением друг от друга. Темп все увеличивался. Джейн изгибалась под ним, металась, уже неосознанно царапала ногтями его руки, спину, все, до чего могла дотянуться. И вот последний толчок. Последний рывок. Самый резкий и самый сильный. Его глухой стон и ее громкий крик, который Рэйван успел погасить своим жарким поцелуем.
— Соседи сбегутся... — прошептал он, отстранившись от нее на мгновение.
Но Джейн была уже не в состоянии что-либо ответить. Ее переполняли ощущения удовлетворенности, наполненности, завершенности. Она очень тяжело дышала, ее тело было невероятно горячим, по лбу стекал пот, она едва могла даже моргать, насколько была обессилена.
Рэйван медленно приподнялся и лег рядом с Джейн за ее спину. Прижал ее к своей груди и обхватил рукой за талию, лицом уткнулся в ее мягкие волосы и закрыл на несколько секунд глаза, постепенно отходя от сладостных минут рая. Их рая. Джейн была восхитительна. И в очередной раз он понял, что не ошибся в ней. Она была особенной. Заниматься с ней любовью — это космическое наслаждение.
— Ты прекрасна... — прошептал он, нащупав ладонью ее грудь.
Джейн лениво перевернулась на спину и одарила теплым взглядом мужчину. В ее глазах было столько нежности, целое море, безграничный океан и все только для него одного. Он наклонился к ее лицу и накрыл ее губы горячим поцелуем, долгим, глубоким. Оторвавшись на мгновение, он снова посмотрел на нее, а потом так же нежно снова поцеловал. Потом еще и еще. Ощущая вкус только ее губ. Они целовалась еще какое-то время до тех пор, пока Джейн уже не могла противостоять естественной потребности организма — сну. Ее глаза уже слипались, но она еще какое-то время старалась отвечать Рэйвану, уже не так охотно, но это мужчину не тревожило.
Джейн не помнила, как забылась чутким сном в объятиях сильных рук Рэйвана, но это случилось уже ранним утром, когда первые лучи солнца вот-вот показались из плена наплывших за ночь облаков.
* * *
Джейн едва разлепила глаза под теплые лучи солнца, которые нагло пробрались в ее спальню. На улице щебетали птички, слышался шум автомобилей и радостные крики детей — жизнь текла полным ходом. Женщина глубоко вздохнула, отметив про себя, что комнату не помешает бы проветрить, а потом сладко потянулась. Ее тело было совершено расслаблено, сейчас она не чувствовала никакую тревогу в душе, никакие заботы не могли заполнить собой ее сознание. Казалось, что она будто освободилась от того груза, который лег вчерашним днем на ее плечи, который изматывал ее душу и разум. Рэйван был прав. Сейчас она чувствовала себя настоящей женщиной без каких-либо обязательств перед честным народом. Ей почти что было все равно, что она сделала... Да, ей было все равно на это. Назад ведь ничего не вернешь, да и жалеть уже поздно и не имело смысла. Ночь была прекрасной. Джейн уже и не помнила, какого это осознавать, что твоим телом может кто-то восхищаться. Может быть, с возрастом и уходят на дальний план какие-то вещи, притупляются естественные желания, но только не в ее случае. Женщину даже не испугал тот факт близости с Рэйваном. Сейчас для нее было уже не важно, кто он. Пускай нарушил закон, пускай сотворил ужасные вещи, но она ведь тоже не чиста. Все мы в чем-то виноваты в этом мире. Но о случившемся она точно жалеть не станет. Джейн перевернулась на бок и нащупала на прикроватной тумбочке начатую пачку с сигаретами. Сделать хоть одну затяжку сейчас для нее окажется раем. — И когда ты успела обзавестись такой мерзкой привычкой? — услышала Джейн сонный голос Рэйвана, лежащего рядом с ней на боку. Глаза он еще не открыл, но уже чувствовал первую порцию неприятного дыма. — Тогда же, когда и ты совершил свое первое убийство, — ответила Джейн и тонкой струйкой выдохнула дым, затем слегка улыбнулась. Нет, сейчас у нее не было цели осудить мужчину в его гнилых поступках, просто она все еще думала о работе. Вся ее жизнь — это полиция. Она всегда себя полностью отдавала работе, поэтому первое, что часто приходило ей в голову, — это уголовный кодекс США. — Дуешься все? Прекрати курить! — прошипел Рэйван. Еще не хватало, чтобы какой-то никотин испортил его блаженное утро. — Не дуюсь. Я не могу. — А ты через «не могу». Иначе найду все пачки в доме и сожгу! Лицо Джейн тронула светлая улыбка. Хорошее настроение Рэйвана ей определенно нравилось. — М-м, да кто же тебе позволит? — А я спрашивать что ли кого стану? Уж точно не тебя. Выброси эту дрянь изо рта и не зли меня! — Отвернись. И зажми нос. И вообще, это моя квартира. Так что нечего мне указывать. — Какая же ты вредная! Рэйван не поленился и приподнялся на локтях, а потом извлек двумя пальцами сигарету из ее рта, потушил о высокую вазу, стоящую на тумбочке с его стороны кровати, и довольный, плюхнулся обратно на подушку. Джейн только с досадой посмотрела на все действия мужчины, ощутив, как внутри заныла каждая клеточка, желающая получить свою положенную дозу табака. — В следующий раз спихну тебя с кровати, если увижу с этой дрянью. Так и знай! Джейн перевернулась на бок и нежным взглядом одарила Рэйвана. Положила ладони под голову и с удовольствием начала изучать его лицо. Ей казалось, что мужчина в эти мгновения выглядел естественным, без всяких масок. Ей нравилась в нем какая-то открытость и даже искренность с ней в такие минуты. Хотя этот человек покрыт тайной и мраком, но сейчас он ее не отталкивал. Джейн почему-то хотелось узнать его немного ближе. — А у нас будет следующий раз? — тихо спросила женщина. Она сама толком еще не знала, готова ли к повтору? Одна часть Джейн была бы не против, но вот вторая сильно протестовала и явно перевешивала на свою сторону. Хоть и Рэйван порой был груб с ней, но его ласки сводили ее с ума. Заставляли терять последние капли рассудка. Именно поэтому она еще только-только отходит от сладостных минут их рая. — А тебе не понравился этот? Ты жалеешь? — Нет, — искренне ответила женщина. — Ни капельки не жалею. — Тогда, что нам может помешать? Его лукавый и хитрый взгляд встретился с ее немного тревожным. Рэйван ждал ответа, но получил его в вопросительной форме и на другую тему: — А ты спишь со всеми детективами города? — Нет. Только с тобой. Ты же знаешь, я ни разу не был у вас даже в гостях. — Ну да... Джейн выдержала паузу. Постепенно ее спокойствие и наслаждение начали потихоньку уходить на дальний план, растворяться. Возвращалось к работе затуманенное новыми ощущениями сознание. — После того, что я сделала, я не имею права работать в полиции. Детектив едва ли не начала жалеть о случившемся. Как она теперь посмотрит в глаза коллегам и будет искусно врать, что за два дня ее отгулов ничего серьезного не произошло? Придется ведь смотреть и врать. — Перестань. Ты ничего плохого не сделала. Просто удовлетворила свои биологические потребности. Я ведь знал, что тебе это нужно. Мужчина вообще не видел во всем этом никакой проблемы. Кто узнает их маленькую тайну? Им обоим невыгодно открывать ее на всеобщее обозрение. — То есть, тебя заботят мои потребности? Наверное, я должна быть счастлива этому. Джейн глубоко вздохнула. На душе стало неприятно. В Рэйване ее что-то привлекало, но то, кем он являлся, затмевало все хорошее, что женщина пыталась найти для себя. — Но уж точно не выглядеть такой, как жабу проглотила. Что наша связь меняет? М? Ничего. Все ведь останется, как прежде: для тебя и для меня. — Почему ты так уверен во мне? — Я просто знаю, что ты меня не сдашь и все. Для этого не нужно заканчивать университет. Ведь Джейн для него такой же посторонний человек, как и все другие незнакомые люди. Однако он знал ее намного лучше, чем женщина могла себе представить. Он был точно уверен в том, что, если и придется где-то пересидеть, то только у Джейн Брукс. Здесь тихо и безопасно. Здесь Рэйвана искать никто не станет. — Не сдам... — женщина еще раз подтвердила его слова. — Но почему я? Ведь есть масса других детективов, кто тоже хочет удовлетворить свои потребности. Почему ты не обратился к ним? — Потому что никто иной не знает мое дело, как ты. И вообще, зря я столько лет изучал твое досье? — То есть, я уже долгие годы была твоей целью? — Не совсем. Затащить тебя в постель не входило в мои планы до вчерашнего дня. — Серьезно? — Джейн изумилась. Ей думалось, что у преступника спланирован каждый шаг, каждое следующее действие. В его жизни не должно быть проколов. А недавняя осечка Рэйвана скорее исключение из правил. — Тогда почему они изменились? — Ты слишком нервничала в моем присутствии. А меня это бесило. Мне бы не принесло счастья, если бы ты вдруг ночью сорвалась. Джейн улыбнулась краешком губ, а потом провела кончиками пальцев по его грубоватой коже щеки. Вспомнила мужа. Еще когда-то она так же любовалась им, мечтала о прекрасном будущем, о счастливой семье. В итоге получила лишь одиночество, а все розовые желания так и остались несбыточными мечтами. — Почему ты все это делаешь? — вполголоса спросила женщина. — Что делаю? — Убиваешь. Ведь этому есть объяснение. Рэйван перевернулся на спину и сложил руки под голову. Посмотрел на белый потолок. У него не такое мерзкое прошлое, хоть завидуй. Но раз Джейн хочет правды, то он ее расскажет. Сейчас можно. — Я ненавижу детей. Я был восьмым ребенком в семье. Мать плодилась, как крыса, без остановки. Она и дальше бы рожала, но все зародыши, что были после меня, подыхали у нее на ранних сроках. Отец бросил нас, когда мне было два. Понял, что выжал из матери все соки, вот она одна и тянула нас всех на своей шее. Я никогда не носил новые вещи, мне никогда не покупали новые игрушки, из еды доставались какие-то остатки. Все, что братья не доели, — все мне, из каких лоскутьев выросли — я донашивал, разболтанные игрушки — мне сойдут, изрисованные книги — я буду любоваться этими рожами. Однажды она открыто мне заявила, что никогда не любила меня, ведь это я, оказывается, виноват в уходе отца. Лет в восемнадцать я узнал, что он обзавелся еще пятью отпрысками от одной девицы и тремя от другой. И тогда я уже задумал свое первое убийство. Джейн лежала молча и переваривала в сознании услышанное. Возникшее чувство жалости к Рэйвану хотелось задушить где-то в глубине своей души, его жестокость и месть не подлежат оправданию. Но в связи с этим женщина очень понимала его. Его с самого младшего возраста лишили материнской ласки и любви. Он не знал, какого это чувствовать, что нужен родителю, что мама им дорожит, что оберегает. Возможно, у него не было этого всего. О какой нежности может идти речь, когда необходимо каждый день кормить такую ораву? — Почему именно девочки? — тихо спросила Джейн. — У них кожа нежнее. Впрочем, Рэйвана они больше привлекали. — Ну... А твоя дочь ведь тоже не избалована материнской любовью. Джейн стало еще тоскливее на душе. В отличие от матери Рэйвана, Лика была ее единственным ребенком, в которого она вкладывала в свое время все свои силы, отдавала всю себя, чтобы малышка с самых первых лет знала, как мама ее любит. В отличие от отца. — Мы с Люком недолго были счастливы. Несколько месяцев. Как только он узнал о моей беременности, ушел на следующий день, — тихим голосом начала рассказывать Джейн. Вспоминать ее не светлое прошлое — тоже дело не из приятных. — Собрал вещи и ушел, ничего не объяснив. С концами. Тяжело поначалу было: и работать, и еще время себе хоть как-то уделять, но я свыклась постепенно. Пропадала на работе и на больших сроках. Потом с рождением Анжелики начальство сделало мне подарок — дало отпуск на год. Но я раньше вышла. На половину дня. Деньги нужны были. Приходилось нянек нанимать, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Лике еще трех не было, как одним днем в своем дворе я встретила мужа. Говорит, мол, страшно было, струсил, не пришло время становиться ему отцом. Я поверила. И простила. Джейн остановилась. В ее блестящих глазах Рэйван заметил набухшие слезы. Невольно вспомнил свои мимолетные связи с молодыми особами женского пола. Их прошлое точно не может похвастаться такой насыщенностью с тяжелыми событиями. — Мне очень нужна была помощь. Хоть элементарная. Он с Ликой возился, я на работе допоздна, зато выходные вместе проводили. Мне снова казалось, что... Что все хорошо, что я счастлива, но... Это была лишь иллюзия. Полгода не прошло, как Люк обвинил меня во всех смертных грехах, высказал мне в лицо, какая я отвратительная мать, что мне плевать на ребенка и тому подобное. И подал на развод. Дело выиграл и Лику у меня забрали. С тех пор мы видимся с ней только по праздникам и то, если ее отец соизволит. Вот и вся история. Рэйван пододвинулся к женщине еще ближе и коснулся кончиками пальцев ее мокрой щеки, ругая себя за то, что дал Джейн возможность все это еще раз вспомнить. Женские слезы он не переносил и уж тем более не хотел их видеть на лице детектива. — Почему ты не подала жалобу? Ты ведь коп! У тебя же наверняка были связи. Деньги бы все решили. — На тот момент таких связей у меня не имелось. Видимо, Люк тогда основательно подготовился. — Ты любила его? Джейн с ответом не поспешила. — Я не знаю... Наверное, вначале были какие-то чувства, а потом умерло все с его отношением ко мне и дочери. — И ты после него не хотела никаких связей? — Нет. Да и какой нормальный мужик обратит внимание на такую пьянь в моем лице? Рэйван нахмурился. Сейчас он не сразу сообразил, что имеет в виду Джейн. — Тогда я и начала пить. Сильно пить, — пояснила женщина. — И курить тоже по несколько пачек в день. По утрам открывала глаза, а передо мной чертики бегали. Умоешься — вроде убежали. А снова принимала на грудь — так вообще казалось, что в раю. Том мне тогда очень помог. На работе меня прикрывал и хлопотал. В общем, окончательно спиться мне не дали. Но и мужики тоже не интересовали. — Значит, мне есть, чем гордиться! — Дурак, — Джейн грустно улыбнулась. — Ты нагло пользуешься моей слабостью. — Мне нравится тобой пользоваться. В разумных, конечно, пределах. Ты другая, Джейн, в тебе все другое в отличие от всех моих бывших подстилок на ночь, — признался Рэйван. Ему хотелось быть откровеннее с женщиной. С кем еще он так же может поделиться событиями прошлого, как только с детективом? Только Джейн сумеет его понять. Женщина не была похожа на его бывших молодых девиц, с которыми порой он проводил время. У них не было мозгов. За приличные деньги они готовы были сделать все, что угодно, даже сдать копам, если те припугнут. Они не умели чувствовать, переживать. А Джейн не нужны эти зеленые бумажки, ей нужна справедливость. У нее за плечами огромный период жизни и она умела ценить ее. Она знала свое предназначение. — У тебя были такие подстилки? Только в следующую секунду Джейн осознала, что вопрос получился из ряда глуповатых. Естественно, что у такого чертовски привлекательного мужчины были девушки. И хотя бы просто для того, чтобы расслабиться. И, скорее всего, имеются и сейчас не в единственном числе. — Были. Но зачем мне нужны свидетели? Эта фраза уколола женщину почти в самое сердце. Вот так Рэйван поступает с теми, кто отслужил для него свой срок. Значит, и саму Джейн ждет такая же участь? Значит ли это, что и с ней он поступит аналогично, ведь ничего более, кроме секса, их не связывает на данный момент. Джейн и не сомневалась, что не свяжет. Они совершенно разные люди, полярные. У них нет ничего общего. Жизнь изначально их развела по разным концам и ниточке суждено рано или поздно оборваться. Рэйван всегда останется для нее убийцей со всем его багажом только его отличительных черт, сумевших затронуть ее душу. Она перевернулась на другой бок и затаила на несколько секунд дыхание, снова прислушиваясь к повышенному сердцебиению. Женщина поймала себя на мысли, что так не должно быть. Это неправильно. Неправильно все, что она натворила и что может еще совершить. И если она не остановится, будет поздно.* * *
В довольно просторной ванной комнате, обложенной бледно-голубым кафелем с темно-синим цветочным бордюром Джейн позволила себе немного расслабиться и вновь перемотать в голове все произошедшее. Безумие началось еще с того момента, когда она впустила Рэйвана в свой дом и продолжилось в ее спальне этой ночью. Джейн не отрицала, что ей было хорошо и легко с мужчиной, что она словно голову потеряла от всех его горячих ласк. Но туман развеялся, постепенно сознание начало возвращаться из мира грез в реальный. Ведь ее ночное наслаждение может очень дорого ей обернуться. Она, конечно, уверенна в том, что доктор Миллер будет молчать, но чем черт не шутит? Джейн могла не сомневаться только в Рэйване. Полиции его не поймать. Но если за ним проследили те, кто стрелял? Тогда вычистить его местонахождение не составит никакого труда. Но все это тоже фон и Джейн задумалась, прежде всего, о самой себе, о своих поступках и желаниях. Неужели она сама смогла опуститься до таких низин, чтобы провести ночь в одной постели с преступником? Почему нельзя было сделать тоже самое, но с нормальным человеком, не нарушившим закон? Джейн стало невыносимо больно. Утреннее спокойствие обернулось для нее теперь дикими мучениями. Рэйвана не должно быть в ее жизни. Никогда. Она вышла из ванной минут через сорок в своем белом халате с туго завязанным поясом и пушистых тапочках. Рэйван уже стоял возле плиты и что-то пытался сотворить мало-мальски приличное на сковородке. Джейн постаралась взять себя в руки и выглядеть как можно спокойнее, и прошла мимо мужчины к окну, захватив со столешницы пачку сигарет. Открыла настежь маленькую половинку окна и закурила сигару. В эти минуты Рэйван даже не думал сердиться на нее. Он бросил свою затею с завтраком, поняв, что все равно ничего приличного из-под его кривых рук не выйдет, и медленно подошел к Джейн со спины, приобнял ее за талию и коснулся губами ее шеи. Женщина почувствовала его жаркое дыхание, обжигающее ее кожу. Его манящие и легкие поцелуи снова дали возможность ей напомнить, какое наслаждение она испытала этой ночью. Но надо уметь вовремя остановиться. — Не надо, Рэйван, — натянуто произнесла Джейн и высвободилась из его объятий. Бросила недокуренную сигару в пепельницу на подоконнике и выдохнула из легких весь оставшийся дым. — Все, хватит. — Да что с тобой в ванной случилось? Мыло с мочалками тоже покушались на твою честность? — широко улыбнулся мужчина, отметив про себя, что Джейн — самая прекрасная женщина из всех, которые попадались на его пути. Она такая непредсказуемая, такая желанная и естественная. Про ее внешние данные он даже заикаться не хотел. Они волновали его куда меньше, чем ее душа и характер. Нет, он еще не признался себе, что детектив его задела, но все-таки она успела оставить самую маленькую, крошечную частичку себя в его сердце. — В следующий раз я пойду в душ с тобой. — Следующего раза не будет, — твердо произнесла Джейн и серьезным взглядом посмотрела на Рэйвана. На ее душе царапали кошки. И в целом она чувствовала себя предельно погано. — В спальне часом ранее ты думала иначе. — Я не собираюсь становиться для тебя... — она остановилась на пару секунд. — Женщиной на одну ночь. Хочешь секса — найди себе ту, которой будет плевать на жизнь и себя в том числе. Мне не двадцать лет и... Это ниже моего достоинства... Спать с убийцей. — Последнюю фразу она произнесла намного тише, будто бы ей самой было стыдно называть мужчину преступником. Но как в ее случае иначе? Она привыкла называть вещи своими именами. — Сделай одолжение — уберись из моей квартиры и больше никогда не возвращайся. Я ничего о тебе знать не хочу: ни где ты, ни что ты, ни как... И с кем. Меня это не волнует! А если попадешься, я лично прослежу твое отправление за решетку! Высказалась. Но легче не стало вопреки ожиданию. Думала ли Джейн, что, сказав правду в лицо Рэйвану, сможет проще перенести этот остаток дня? Пожалуй, это очередная ее иллюзия. — Прекрати истерить! — приказал Рэйван и словом, и взглядом. — Слышала бы ты себя со стороны. Несет какую-то ересь и считает, что я должен ее слушать! Джейн решила, что сейчас самое время расставить все точки на «i». Если быть откровенной, то до конца. — Ты будешь меня слушать. Я помогла тебе только потому, чтобы ты концы не отдал! В тюремной больнице никто так церемониться с тобой бы не стал. Таблетку в рот — и делай, что хочешь. Хочешь — живи, хочешь — подыхай! Вы все на одно лицо. Все подонки, все сволочи. И им наплевать, что даже в такой мрази, как ты, есть что-то человеческое. А в тебе есть... — женщина снова остановилась на несколько секунд, чтобы перевести дух, собраться с мыслями. Ей необходимо донести до Рэйвана все так, чтобы он окончательно понял, какая Джейн на самом деле. Ведь если она раз позволила себе слабину, это не значит, она такая по жизни. И проводит ночи со всеми подозреваемыми. — Но стоит только перешагнуть черту и все. Назад дороги нет. Это как табак. Попробовал один раз и все. Уже зависим. Как героин и «травка». Вдохнул раз яду — больше не можешь удержаться. Организм требует еще и еще дозы. Еще больше заразы, этой дряни, чтобы заполнить ею каждую молекулу своей крови. А твоя кровь уже отравлена. И я не хочу впускать яд и дальше в свой организм. Не хочу. Не хочу опуститься до таких низин и выглядеть ничтожеством перед дочерью. Мне уже стыдно сейчас посмотреть ей в глаза! Стыдно! — Все сказала? Или что-то осталось? — А это имеет значение? Я не такая, какой ты меня считаешь, Рэйван! Я дала тебе шанс и больше ничего не хочу взамен. Уходи! — Ты ведешь себя, как базарная баба! Неудивительно, что все мужики обходили тебя стороной. И как на работе то тебя еще терпят? Казалось, что Рэйвана не сильно трогали пылкие речи детектива, и внешне он старался выглядеть спокойным и невозмутимым, но на его душе все было не так гладко. Он не понимал, отчего Джейн так сходит с ума? Но помогла она ему, но переспали, что в этом плохого, когда все пошло обоим на пользу? — Оставь меня и мою работу на мой суд, ладно? Тебя это не касается! Ты получил свое — теперь убирайся! — Что ты ноешь, хуже маленького ребенка? Ты что такая правильная? Такая идеальная? Кому нужен твой идеал, если за ним стоит гора проблем? — У меня не было никаких проблем, пока ты не появился в моей жизни! Пока ты не показал свое истинное лицо. Какого черта? Какого черта тебе все это нужно? Тебя потянуло на экзотику? Адреналина захотел? Или решил, что раз переспал со мной, значит, имеешь полную власть? Никогда этого не будет! — Заткнись! — Рэйван повысил голос и с презрением посмотрел на женщину. Не любил он доводить дела до таких базаров. — Слушать твой бред уже тошно! Идиотизм! — Не смей затыкать мне рот! Если я захочу, то подниму всю полицию города на уши, и ты окажешься там, где твое место! И мне будет плевать на весь твой хваленый героизм! Нашу связь посчитают бредом, а вот ты окажешься за решеткой! И уж, поверь, я не стану об этом жалеть! На мгновение внутри Рэйвана что-то екнуло, затрепетало. Джейн, вне сомнений, он доверял и на все двести процентов был уверен, что с ее стороны его свободной жизни ничего не угрожает. Но сейчас он подумал: «А вдруг? Вдруг от своего безумия Джейн сорвется?» — Ты не посмеешь этого сделать! — Еще как посмею, если ты не оставишь меня в покое! Я не нанималась к тебе в спасители и мне не нужны твои жертвы! Я по-хорошему говорю тебе убраться! Потом будут другие меры. — Это что сейчас было? Угроза? — Нет. Всего лишь предупреждение. Рэйван хитро улыбнулся и сузил глаза. Джейн решила испытать его терпение? Что же, пусть даже не надеется на положительный финал. Он грубо взял ее за руку и тут же впечатал спиной в стену. Вытащил оружие и приставил дуло к ее виску. Женщина замерла и прислушалась к сбившемуся дыханию. Как бы она не была уверенна в Рэйване после ночи, мужчина по-прежнему оставался для нее непредсказуем. — А теперь закрой свой рот и послушай меня. Мне не стоит никакого труда прихлопнуть тебя, как муху, — шепотом начал Рэйван медленно произносить каждое слово, чтобы до Джейн лучше дошло. А то она слишком нервная. — Расправиться с тобой будет так же элементарно, как и с моей последней шлюшкой. Закопаю под забором, и никто даже узнает. Собаки нагадят и будет прекрасное удобрение. Думаешь, ты такая особенная? Да ни черта! Если я захочу, то грохну тебя прямо здесь, в твоей же квартире. А захочу — поиздеваюсь и еще попью из тебя соков так, что и пикнуть не сможешь. Ты забыла, милочка, с кем имеешь дело? Так я тебе напомню, кто я и откуда я. Я не прощаю ни малейшей оплошности. Никто не имеет права мне указывать, куда иди и как жить. Ты в том числе! Ты в особенности. Ты будешь делать все, что я захочу и когда захочу! Иначе слегка не поздоровится твоей милой девочке, — при упоминании Лики Рэйван заулыбался. Ему приносило удовольствие шантажировать Джейн через нее. Девушка была идеальным вариантом в качестве случайной жертвы, через которую можно слегка припугнуть ее мать. — Ты же не хочешь, чтобы твоя дочурка лишилась пары пальчиков на ручке? Или чего-нибудь посерьезнее? — Не смей ее трогать! Даже на метр приближаться к ней! — пригрозила женщина. — Какая же ты примитивная, — мужчина во весь голос рассмеялся. — Как одноклеточная амеба. Неужели я сам буду марать свои чистые ручки? Я смотрю на вещи в ином свете. Так что, дорогая Джейн Брукс, не огорчай меня своим плохим поведением. Будь послушной девочкой. И мы отлично поладим. Не капризничай по пустякам. И тогда все останутся довольны. Помни об этом. И учти, если снова будешь ныть, то получишь очередного мазурика. А уж, кто им станет: кто-то посторонний или из твоего окружения — решать мне. На сим воспитательная беседа закончена! Рэйван отпустил ее и заулыбался. Он остался вполне доволен сложившейся ситуацией. Чего не скажешь о Джейн. Она хотела провалиться на том месте, где стояла. Никогда ранее ей не доводилось чувствовать себя настолько униженной и раздавленной. Ей сейчас ясно указали на ее место в этой борьбе за спокойную жизнь. Все, с появлением Рэйвана ее больше не существует. Только сейчас Джейн осознала, что наступил конец. Пришел финал ее нормальной и размеренной жизни. С появлением Рэйвана все пошло наперекосяк, все пошло не так, как она планировала. Теперь она уже не детектив, она стала жертвой. Теперь она у него на крючке и любые попытки с него сорваться, будут стоить ей очень дорого. Женщине впервые за долгие годы хотелось выплеснуть наружу скопившуюся боль через слезы. Сейчас ей было слишком отвратительно. Она чувствовала себя загнанным зверем, она попалась в ловушку браконьеров. Джейн сама ступила в капкан страсти и безумия во главе с Рэйваном. Несмотря на ее прекрасные утренние ощущения, сейчас женщина ненавидела саму себя. Она безумно жалела о том, что проявила слабость, что отдала себя ему без остатка. Хотя есть ли смысл в том, чтобы жалеть себя? Она сама дала разрешение на многие вещи. Сама впустила его в дом, сама раскрылась перед ним, сама разожгла этот огонь. И она не имела права жертвовать кем-то из ее близких ради своего спокойствия. Но и идти на поводу у Рэйвана тоже не в ее принципах. Джейн не раз справлялась в одиночку в самыми трудными проблемами и серьезными вопросами. И в этот раз она тоже сама обязана поправить положение. Женщина слышала, как захлопнулась дверь. Рэйван ушел, чему она была безумно рада. Но долго испытывать счастье ей не придется. Она же знала, что он еще вернется к ней. И он будет к ней возвращаться, чтобы в очередной раз показать власть над ней. Но Джейн дала себе слово, что и близко его к себе не подпустит. Достаточно с нее безрассудства. И это было ее окончательным решением.
