Ее последнее дело

      Джейн очнулась от дикой головной боли. Ей казалось, что еще мгновение, и она не выдержит этой непосильной нагрузки. Еще бы! Какое-то неведомое ей время назад она имела возможность вдохнуть самый мерзкий запах из всех, что когда-либо ей приходилось нюхать. После того, что приложили к ее лицу, кожа заметно покраснела, и ощущалось неприятное жжение. Но нет, жалеть себя она будет потом, когда поймет, где находится, и осознает, что с ней вообще случилось. Детектив Брукс огляделась по сторонам: она в каком-то небольшом, очень грязном и вонючем сарае или гараже. Здесь очень сыро и весь пол покрыт плесенью и битыми бутылками из-под спиртного. Эта четырехстенная камера не имела ни единого окошка, а одинокая лампочка сверху лишь слабо подавала желтый тусклый свет. На полках стояли ржавые небольшие банки, рядом на стене висели несколько толстых железных цепей с навесными замками, у противоположной стены стоял обшарпанный шкафчик с разбитой дверью.       В следующую секунду Джейн ощутила и острую боль в плечах и суставах. Ее руки были крепко связаны за спиной толстой и жесткой веревкой, как и ноги, да и сама она сидела на этом мокром полу.       Женщина предприняла попытку подняться, но она оказалась провальной. Лишь только жалобный стон вырвался из ее груди. Она снова осмотрелась, пытаясь сообразить, как ей освободиться из этого плена, но ее мысли прервал скрип тонкой железной двери старого заброшенного гаража. Вошел какой-то незнакомый ей мужчина довольно высокого роста с выпирающим лбом и морщинистым лицом, и очень редкими темными волосами. Из одежды на нем была темная толстовка и черные джинсы. Он неторопливо подошел к Джейн и горящими глазами посмотрел на нее сверху. Женщине едва не стало дурно в следующее мгновение, когда он резко наклонился к ее лицу и одной рукой грубо схватил ее за горло.       — Где Рэйван?! — произнес мужчина хриплым голосом, сверля детектива холодным взглядом.       Если еще секундой ранее у нее и имелись какие-то вопросы, то сейчас на половину из них нашлись ответы.       — Пусти меня! — слабо потребовала Джейн. — Мне больно.       Рука чужака еще сильнее сдавила ее шею. Женщина только успела жадно схватить ртом затхлый воздух, однако он так и не попал в ее легкие.       — Где Рэйван, отвечай, сука!       — Я не знаю, — сдавленным голосом вымолвила детектив, мысленно желая сделать такой необходимый вдох.       — Врешь, тварь! Захотела получить еще один труп — будет! Не сомневайся! Я выполняю свои обещания!       В Джейн мгновенно родилось второе дыхание, как только она поняла, что речь зашла о дочери. Нет, ее девочка не должна быть впутана в эти грязные игры, в эту мерзкую историю, в которую сама попала детектив Брукс. И не важно уже, что ступила добровольно.       А еще она осознала, кто перед ней находится — убийца Кейси. У женщины не возникло никаких сомнений на этот счет. Убийца, который напрямую связан с Рэйваном или тот с ним. Не важно. Возможно, даже он — один из тех, кто стрелял в тот вечер в ресторане. Предположить Джейн сейчас могла многое.       — Не смей приближаться к ней! Давай поговорим без... Нее. По-человечески...       — Конечно, поговорим, но сначала ты скажешь, где Рэйван, иначе твоя девочка получит пулю в висок.       — Я не знаю, где он! Отпусти меня!       Джейн задергалась, пытаясь освободиться, желая сделать полноценный вдох, но в ту же секунду хватка на шее ослабла и Джейн грубо сначала пихнули коленом в живот, а потом сразу же резко удалили кулаком по лицу. Еще и еще, с каждым разом все сильнее и сильнее. Мужчина остановился лишь только на несколько секунд, чтобы процедить сквозь желтые зубы:       — Еще раз вякнешь, сука, от ебальника живого места не оставлю! Будешь умолять, блядь, о пощаде!       Мужчина быстро распрямился, а потом отхаркнул и сделал плевок в ее волосы.       Колкая боль сдавила виски Джейн, из разбитого носа засочилась алая кровь. Несколько секунд погодя, она услышала, как захлопнулась дверь и щелкнула снаружи щеколда.       Женщина сморщила лицо, поняв, что не может сделать даже простой вдох после сильного удара, не то, чтобы найти в себе силы позвать на помощь. Воздуха катастрофически начало ей не хватать, ее губы почувствовали первые капли ее собственной крови, а вспомнив про дочь, упомянутую мучителем, Джейн жадно схватила ртом воздух, превозмогая боль внутри своего тела. Мозг подал важный сигнал: «Борись! Ты обязана отсюда выйти!»       Детектив сплюнула капли крови, просочившиеся в ее рот, и окинула взглядом тусклое помещение. Ей необходимо было освободиться от тугих веревок, намертво сковывающих ее безрезультатные попытки к освобождению. К счастью, она нащупала пальцами холодный острый осколок позади себя. Но схватить его в таком положении было слишком трудно. Джейн снова осмотрела окружающую обстановку в надежде найти что-то более подходящее, чтобы освободить свои руки от жестких оков веревки, но, похоже, тот осколок был сейчас ее единственным шансом.       Собравшись с силами, Джейн подцепила его пальцами правой руки, не нарочно порезав себе мягкие подушечки. Но боли она даже не почувствовала, тело и лицо горело сильнее. Нащупав ими жесткие волокна веревки, она коснулась их острым концом осколка и попыталась перерезать плотное волокно. Это оказалось в два раза сложнее, чем она могла себе представить. Острое стекло то и дело резало ее тонкую кожу запястья, на пальцах Джейн уже чувствовала свою кровь. Вот осколок порвал тонкое плетение ее браслета, к которому сегодня было столько внимания, а женщина так дорожила этим подарком, затем поцарапал ремешок ее именных часов, которые она тоже никогда не забывала надеть на руку, прежде чем выйти из дома. Но ее свобода дороже всех этих вещей. Она в очередной раз сильнее надавила на жесткое волокно веревки, но не удержала осколок — острое стекло ребром прошлось по ее запястью, оставив после себя широкий порез, едва не задев голубую вену.       — Черт! — выругалась Джейн и сплюнула неприятную слизь, образовавшуюся во рту. — Черт!       Но толку упоминать нечистую силу? Когда у самой силы кончались.       В следующую секунду Джейн снова услышала знакомый скрип. В гараж вошел тот самый ее мучитель с еще каким-то мужчиной. Второй был ростом пониже, но с все такой же неприятной внешностью.       — Ну что? Как ты тут, не скучала? Смотри, какого друга я тебе привел! — в хриплом голосе первого мучителя Джейн слышала столько неподдельной радости, что была бы ее воля, она заткнула уши.       — Епт твою мать! — воскликнул второй. — Блэк, какая же бабенка! Я уже хочу ее трахнуть!       «Блэк!» — подал мозг Джейн сигнал. Имя ли, кличка — она это прозвище уже запомнила.       — Завали ебало, кретин! — Блэк косо посмотрел на своего брата и перевел яростный взгляд на Джейн. Она тем временем старалась запомнить абсолютно каждую черту их лиц ― это было сделать достаточно проблематично при тусклом свете. — Позже получишь свое.       Браун расплылся в довольной улыбке. Одна мысль, что совсем скоро овладеет этой очередной Рэйванской подстилкой уже зародила в нем первый огонек возбуждения. Он подошел к полке, сгреб рукой в сторону несколько банок, которые с грохотом опустились на мокрый пол, и облокотился локтями на деревянную поверхность. Извлек из кармана джинс белый пакетик и, разорвав его, высыпал содержимое на полку.       — Какого хуя? Иди курить за ворота, идиот!       — Да, брось, Блэк! Здесь все свои!       — Я сказал за ворота, кретин!       — Иди в жопу, Блэк! — сквозь зубы процедил Браун и после быстрых привычных манипуляций с белым порошком, вдохнул его носом, почувствовав небывалую эйфорию от героина.       — Съебись отсюда, пока я не свернул тебе шею! — еще раз приказал Блэк.       — Да ухожу, ухожу! Но вернусь!       Без особого желания мужчина медленно надвинул свои стопы к выходу.       Джейн мысленно приготовилась к не самому приятному разговору, оставшись наедине со своим мучителем.       — Ну что, детектив, ты хорошо пораскинула своими извилинами и прикинула, что тебя ждет в случае твоего дальнейшего молчания?       — Когда я выйду отсюда, тебе не поздоровится. Я это гарантирую.       — Да что ты? — Блэк сделал откровенно милое выражение лица. — Думаешь, нам нужен живой коп? Тогда ты глубоко заблуждаешься. Говори, где он! И твои косточки останутся при тебе.       — Я понятия не имею. Он не отчитывается передо мной. Ты плохо слышишь?       — Это твой окончательный ответ?       Джейн бросила на мужчину равнодушный и сухой взгляд, не желая ни слова произнести. И позже поняла, что поступила зря. Блэк сжал руку в кулак и резко ударил ее по лицу по тому же больному месту, на этот раз разбив еще края губ. А потом пнул в бок; Джейн приложилась лицом об мокрый пол. Но свои издевательства над бедной женщиной тот не закончил и подключил теперь еще и битье ногами. После трех ударов ей казалось, что ее ребра вот-вот треснут. Боль пронизывала абсолютно все тело: сначала брала в свои оковы, а потом будто бы разрывала на части, мешая сделать вдох.       — Подумай, прежде чем решишь, говорить тебе или нет, — прошипел Блэк и вышел за дверь.       Джейн прерывисто дышала, едва сдерживая себя от стонов, далеких от наслаждения или удовольствия. Ей уже казалось, что ее мучитель сломал ей пару ребер. Ее глаза наполнились слезами, первые капнули на вонючий пол, но женщина даже не предприняла попытки подняться. Не могла. Тугие узлы от веревок еще сильнее впились ей в кожу так, что Джейн готова была дать руки на отсечение, лишь бы остановить ноющую боль. Она сплюнула кровь и полуоткрытыми глазами посмотрела вперед. Темнота, лишь слышны, как где-то в углах скребутся крысы. В бок снова резко кольнуло, и женщина крепко зажмурилась, затаив дыхание. Ей еще никогда не было так больно. Она уже не желала бороться. Над ней давно все взяли власть. Одной ей все равно не справиться.       Браун ворвался в гараж слишком неожиданно для Джейн, его глаза сверкали от предвкушения получить от женщины все и абсолютно любыми путями. Первым делом он освободил женщину от оков веревок, но разве по доброте душевной? Детектив даже не успела почувствовать облегчение, как ей приказали встать. Но она уже мало понимала, что от нее хотят.       — Вставай, сука! — снова потребовал Браун, но Джейн лишь только закатила глаза, пытаясь посмотреть в бесстыжие глаза второго мучителя.       Не получив никакого ответа, Браун обошел женщину сзади и схватил ее за волосы, одним рывком поднял ее на ноги и протащил пару метров, с силой снова толкнул. Прежде чем приложиться лицом об пол, Джейн ударилась затылком об стену и это стало последней каплей терпения ее мук. Перед глазами мгновенно все помутнело, и она сразу погрузилась в приятную темноту.       Детектив Брукс пришла в себя, когда поняла, что с нее сдирают одежду, грубо, без каких-либо колебаний, она слышит, как ее кофта трещит по швам, ощущает, как резко стягивают брюки, как грязные руки мучителя исследуют ее тело, оставляя после себя красноватые пятна. Джейн с ужасом представила, что с ней хотят сделать, и собралась с остатком последних сил, попыталась вырваться и отбиться от мужчины, но ему будто бы нравилось наблюдать за ее жалкими попытками освободиться. Браун только усмехнулся и навалился на нее сверху, крепко сжал оба ее запястья в своей руке. А потом его вторая холодная рука грубо сжала ее грудь, сорвав с Джейн хриплый стон. Его тут же погасили настойчивым поцелуем. Женщина попыталась ударить мучителя ногами, чем ее сильнее разозлила его. В одно мгновение его глаза налились кровью, и Браун резко сжал шею женщины, сильнее и сильнее сжимая свои пальцы, лишая ее необходимого воздуха и показывая свою естественную над ней власть. Джейн чувствовала, что еще секунда — и она задохнется, плевать, что смерть ее двум насильникам не выгодна, по крайней мере сейчас, но в неравном бою за жизнь и смерть бывают и самые непредсказуемые ситуации.       От боли перед глазами Джейн начало туманиться и в это мгновение Браун ослабил хватку и снова припал губами к ее рту, прикусил до крови и так ноющую нижнюю губу, а потом резко поднялся. Женщина отчаянно вскрикнула и позвала на помощь, но в ответ получила лишь очередной хлопок по щеке.       Браун полностью избавился от одежды и снова навалился на нее сверху, довольно улыбнулся, уже получая удовольствие от происходящего, и сорвал с Джейн нижнее белье, оставив ее совершенно беззащитной перед всеми его дикими похотями. Из груди женщины вырвался отчаянный стон, она почувствовала, как сильно пульсирует его плоть. Однако мучителю было все равно на ее крики, пускай, ее никто не услышит, пока Браун сам этого не захочет. Раздвинув ее ноги, он разместился между ними и без всяких церемоний резко вошел в нее, заставив забыть о всей доселе боли, потому что родилась новая волна, еще сильнее и острее прежней. Джейн вскрикнула от резкого толчка внутри ее тела, оно противилось инородному вторжению, но все попытки избавить себя от мучителя пересекались им на корню. Он знал, куда бить сильными ударами, в самые уязвимые места — живот, потом шею и основание глотки — чем едва не вызвал удушье. Но этого ему хватило, чтобы немного затормозить попытки женщины освободиться от него самого.       Он перевел свое внимание на покрасневшее лицо Джейн и довольно улыбнулся, не прекращая своих движений. Холодными руками сильно сжал ее грудь и прикусил соски. Женщина вскрикнула от невыносимой боли, чем вызвала новую волну негодования.       — Заткнись, блядь! — прошипел Браун и слегка поднялся.       Джейн была уже не в состоянии сопротивляться, силы ее окончательно покинули, чем мужчина охотно и воспользовался. Его грязные и липкие руки активно сжимали ее плечи, переходили к покрасневшей шее, спускались ниже, снова сжимали грудь, на этот раз еще жестче, острая боль доходила до самых кончиков пальцев. Женщина слышала его стоны и тяжелые вдохи, а потом ощутила, что ее будто еще сильнее вдавили в пол, резкие и мощные толчки заставили ее отчаянно кричать из самых последних сил и задыхаться от собственных слез. Темп увеличивался с каждой секундой, ритмичные движения с одновременными низкими стонами становились все сильнее. Он уже не слышал ее криков, а только удовлетворял свои безумные желания. Ей казалось, что пройдет еще секунда и Браун порвет ее, разорвет на куски и лишит разом всех ее страданий. Наверное, это было бы лучшее из всего того, что может быть в финале ее жизни. Ведь дальше тьма, пропасть. Все, что случится потом, уже не будет иметь никакого смысла.       Браун остановился и перевел дыхание, по его лицу стекал пот, капельки нашли свое место и на лице Джейн. А потом он вновь двинул бедрами и одним резким ударом проник внутрь, не позволив женщине даже пошевельнуться. Мужчина продолжал свои мощные толчки с одновременными животными стонами и в какой-то момент Джейн обмякла и больше не стала сопротивляться. Она совершенно не чувствовала своего тела, которое горело от боли во всех оставшихся живых местах. Из-за пелены слез женщина уже не видела своего насильника, но ей было уже все равно. Ее разум отказывался воспринимать все, что происходило дальше: раздирающая боль от очередного резкого толчка, вкуса крови на ее языке, грубых пальцев внутри ее рта. Собственно, имело ли это все значение? Внутри Джейн с некоторых пор все умерло. Впрочем, как и весь окружающий мир. Ее сознание медленно отключилось и через несколько секунд она погрузилась в обволакивающую тьму.

* * *

      Сколько времени детектив Брукс находилась в потустороннем мире понять было сложно. Когда она едва раскрыла глаза, то ничего нового не увидела. Она находилась во все том же гараже на мокром полу, прислонившись спиной к одной из стен. В нем теперь немного пахло бензином и было достаточно прохладно. Правда рядом никого из ее мучителей не наблюдалось. Но она в гараже не одна. Женщина почувствовала, как что-то непонятное коснулось ее ладони, но не придала этому значение, а потом ощутила что-то тяжелое на своем голом животе. Присмотрелась. На нем сидела толстая и крупная серая крыса с длинными усами и смотрела своими мерзкими черными глазами на Джейн, думая о чем-то своем, крысином. Женщине стало вдвойне противно, и она резко дернулась в сторону, но в следующую секунду отчаянно застонала от острой боли, поселившейся во всем ее теле: от затылка до пяток. Оно ныло со страшной силой, не давая сделать лишний вдох, между ног все горело огнем, колкая боль в боках лишала возможности даже пошевелиться, а алая кровь на лице успела засохнуть, стягивая мягкую кожу лица. Крыса даже не подумала убежать в свое потайное убежище, тогда Джейн прогнала ее рукой и с низкими стонами кое-как перевернулась на бок и откашлялась. Пол под ней был испачкан в ее крови, но женщина не обратила на это никакого внимания. Ей больно пошевелить даже рукой, сделать такой необходимый вдох. Внутри все горело и Джейн слишком плохо осознавала всю ситуацию. Ее сознание снова было на верном пути к отключке и, прежде чем полностью потерять связь с миром, она услышала несколько громких выстрелов где-то за стенами гаража.