Цветение сакуры

«Пора вставать» — первая мысль, закравшаяся в голову Второго Нефрита Лань, который и не думал засыпать со вчерашней ночи, будучи поглощенным изучением древнейших трактатов, один из которых повествовал о возможности встретить предназначенного судьбой человека после реинкарнации душ. «Сутра Белого Лотоса высшего учения» являла собой сборник легенд, рассказывающих о всевозможных испытаниях влюбленных. Священная буддистская сутра ничем особым не отличалась от таких же трактатов мыслителей, хранившихся в библиотеке Гусу Лань, но одно лишь упоминание о редком цветке призраков, паучьей лилии, привлекло внимание Лань Ванцзи. Будучи не в состоянии ощущать какие-либо запахи, молодой господин Лань был погружен в чтение книг, чтобы найти описание единственному, постоянно окружавшему его аромату цветов, который так резко изменился с того самого дня…       — Гора Луанцзан, известная как пристанище Старейшины Илин, и впрямь проклятое место, — двое рыбаков делились главной новостью, охватившей большое число деревень, мирно попивая вино на верхней террасе постоялого дома. — Я слышал, что многие кланы заклинателей пытаются призвать душу Старейшины. — Действительно, но никому пока не удалось, да и удастся ли? — Сила этого старейшины была ужасающей, неудивительно, что его подвергли-таки суду. Проходивший мимо господин в белоснежных одеждах с развевающейся лентой, словно статуя из нефрита, явно привлек внимание рыбаков, что те перевели разговор на не менее загадочную тему. — Поговаривают, что Старейшина Илин соблазнил Второго Господина Лань и, заманив его в ловушку, передал ему крайне странный недуг. — Не поверю, что найдется болезнь, лечение которой не поддастся ни одному из заклинателей Ордена Лань. — А чего ты ожидал от Вэй Усяня? Он наверняка придумал новую заразу. Как раз из-за нее Второй Господин не может различать запахи. — Какое бесстыдство! Этот Вэй Усянь получил по заслугам! Следующую часть разговора Лань Ванцзи был не в состоянии слушать. Встав из-за стола, он направился к отдаленному столу, располагавшемуся в углу комнаты. Лань Чжань не мог чувствовать и различать запахи с 7 лет. Причиной этого недуга в детстве считалась ранняя потеря близкого человека, так пагубно повлиявшая на степенное развитие чувств ребенка. Однако, спустя несколько месяцев Лань Ванцзи начал чувствовать еле ощутимый аромат цветущего лотоса. Он никогда не видел живых лотосов, но представлял их нежные лепестки и благоухание, разносящее по ветру. Эти мысли зародились благодаря саду матери, где росла сакура. В воспоминаниях сохранились слова матушки, обещание, что следующей весной они вместе будут наблюдать за цветением сливы. Но тогда все сложилось совсем иначе...

***

День, который был таким же как и сотни до него. Все шло с привычным темпом: раннее утреннее пробуждение, медитация, завтрак, состоящий из легких и простых блюд, практика игры на гуцине. День близился к полудню, когда для Второго Наследника было отведено некоторое время на встречу с его матерью. Лань Ванцзи очень любил свою матушку, хотя они виделись довольно редко, но эти встречи приносили небывалую радость как для старшего наследника, так и для младшего, который может и не умел показывать свои чувства, но твердо знал о крепкой материнской связи, защищающей его с братом. Поднимаясь вверх по каменным ступеням, Лань Чжань уже готовился рассказать о своих успехах игры на гуцине, полюбоваться небольшим садом и вдохнуть нежный аромат цветов. В Облачных Глубинах не разрешалась посадка растений со слишком резким запахом, ссылаясь на отвлечение от спокойной медитации, поэтому в садах можно было встретить только хвойные, сандаловые деревья, лекарственные травы и пахнущие свежестью кусты можжевельника. Однако в отдаленной части Гусу, небольшой дворик заполняли душистые ароматы посаженных цветов. Орхидеи были любимыми цветами матери Лань Чжаня. Глубоко задумавшийся юноша и не заметил, как оказался перед деревянным домиком, окна которого были плотно занавешены. Увидев брата, Лань Ванцзи подошел к нему. Взгляд Лань Хуаня был затуманенный, словно он находился не в уютном садике матери, что-то непременно случилось, волнение закралось в сердце Второго Наследника. «Брат?» - одного взгляда хватило, чтобы передать свое волнение. Лань Хуань встрепенулся, явно не ожидая видеть кого-то: «Да? Лань Чжань…» - по интонации брата стало ясно, что произошло нечто, выведшее его из колеи. А ведь Ван Цзи тогда впервые увидел слабость, даже беспомощность, отражающаяся в глазах старшего брата. То, что он услышал позже стало причиной его замкнутости и холода к окружающим. Поначалу он не верил. Нет. Такого быть не может. Нет…нет… Сердце Второго юного господина словно закрылось ото всех, сам он был глубоко погружен в себя. Не прошло и года, как Лань Ванцзи исполнилось 7 лет и он перестал ощущать какие-либо запахи. Не чувствовалась утренняя свежесть, не ощущался теплый аромат от приготовленных рисовых маньтоу, от благовоний не шел успокаивающий душистый запах, ничего. Об этой тайне знали только самые близкие люди: брат Лань Хуань и дядя Лань Цижэнь. Осведомлять Главу Ордена о потере способности младшего сына чувствовать запахи после смерти супруги они не решились. В тот день каменная дорожка, ведущая в дом госпожи Лань, была устлана множеством лепестков цветущей сакуры. Дул прохладный ветерок, поднимающий нежные лепестки с земли. Весенний сад благоухал пахучими цветами, вот только это воспоминание запечатлелось в сердцах обоих Нефритов, как день скорби. Сакура все цвела, но ни один из них был в силах насладиться весенним спокойствием. Может гибель матери настолько задела юного мальчика, чей разум и сознание все еще крепнут, что он лишился способности различать запахи? Кто же мог предвидеть, что спустя несколько месяцев появившийся аромат лотоса станет предвестником урагана чувств...

***