Дитя Магии

Сегодня платформа девять и три четверти была наполнена шумом и снующими туда сюда людьми. Множество взрослых магов пришли проводить своих чад на очень долгое время в самостоятельное плавание. Они смахивают слезы, кричат в общем гаме, толкаются, дают последние наставления. Первое сентября — волнующее событие. Но думаю, можно оставить эту толпу, предавающуюся суете и общему возбужденному состоянию. Через стену, в которой размещался проход из мира людей, не наделенных магическими силами, в мир волшебников, на платформу прошла маленькая, хрупкая фигурка. Девочка, со светло-русыми длинными волосами, в сером клетчатом платье, цвет которого подчеркивал очень бледную кожу и почти болезненную худобу ребенка, с небольшим ручным чемоданчикоми рюкзачком за спиной, видимо была немного дезориентирована происходящим, поскольку встала, не двигаясь с места и изумленно оглядываясь по сторонам. В реальность ее вернул ощутимый толчок, которым ее наградила полная рыжая женщина, следом за ней прошедшая на платформу, и от которого ребенок чуть не упал. — Не загораживай проход! — крикнула ей рыжая особа и пошла дальше, даже не взглянув на фигурку, занятая поучением своего большого выводка обладателей таких же рыжих волос. Восстановив равновесие, девочка огляделась по сторонам и, видимо решив, что здесь очень много народу, отправилась искать свободное купе в поезде.

***

Довольно странный день получается сегодня. Из-за волнения от ожидания надвигающихся перемен в моей жизни, я плохо спала этой ночью. Точнее, совсем не спала. Поскольку в глазах не было даже намека на легкую дрему, я решила занять себя чем-нибудь полезным. Довольно давно я у старьевщика нашла книгу, с названием «Сто способов защитить свой дом, если вы почти сквиб». Книга была очень старой, а большинство советов откровенно бредовые. Вот как может защитить дом стоящая напротив входа кадка с заговоренной водой? Причем с водой надо было именно поговорить, объяснить всю ситуацию и попросить защиты. Или вот еще. Нужно поставить солонку на каждое окно, а за часы положить пучок базилика. По-моему, чистое надувательство. Но был один совет, который, модифицировав, я решила использовать. Вышивка. Как было написано, вышитый собственными руками красный петух не дает сглазить дом. И была приведена схема. Так вот, когда я только начинала практиковаться в магии, Джей предложил вместе с обычной нитью вплетать нити моей магии. А еще в вышивке использовался бисер. Немного, на некоторые детали. Но когда я буду его пришивать, нитью магии должна делать маленький защитный узелок. Это было как упражнение на концентрацию внимания и сосредоточенность. Так вот, я всю ночь просидела за этим петухом и довольно много уже вышила. Осталось только гребешок и лапы. Этот будет вторым, и я подарю его Джессике. Пусть повесит в своей лаборатории. А первый в рамочке стоит на столе у Джея в комнате. Когда встало солнышко, я уже носилась по дому и проверяла все ли в порядке. В девять часов за мной приехал знакомый Джессики и отвез на вокзал. Ехать было не близко, так что мы приехали в десять тридцать. Попрощавшись с ним и поблагодарив, я отправилась искать платформу. Девять и три четверти. С ума сойти. Не понимаю, почему так сложно? Найдя нужный барьер между платформами девять и десять, я прошла сквозь него. Хотя я и видела магию вокруг стены, но психологически просто шагнуть в нее было сложно. Но справилась с этим первым испытанием, закрыв глаза. Нужно будет себя поздравить и похвалить. Когда я открыла глаза с другой стороны, меня ненадолго вырвало из реальности обилие нитей магии, людей и общего шума. Наверно, я выглядела очень комично, когда изумленно озиралась по сторонам. Но зрелище было таким пестрым, а все люди такими суетящимися и озабоченными, что невольно закрадывалась мысль о каком-то восточном базаре. В действительность меня вернул ощутимый толчок и грубый совет не загораживать проход. Я все еще была в немного заторможенном состоянии и не обратила внимание, кто его мне дал. Да и женщина, судя по голосу, быстро затерялась в толпе. Но доля истины в ее совете прослеживалась, так что я быстренько отошла от барьера и решила поискать свободное купе. Что удивительно, но при таком количестве народу на платформе, еще не занятых купе было довольно много. И мне не пришлось долго и нудно засовывать голову во все двери. На третий раз мне уже попалось свободное, где я быстренько обосновалась. Далее не происходило ничего интересного. Понаблюдала за постоянно меняющейся толпой, которая уже скоро начала расходиться. Пару раз заходили в купе, но видя, что оно занято, шли искать дальше. Скучно. Поэтому я достала интересную книгу и погрузилась в чтение. Поезд тронулся. Целых полчаса я наблюдала пейзаж за окном, а потом поняла, что ничего занимательного там все равно не будет. И дальше стала читать. Вдруг, в дверь отодвинулась и в проеме показалась голова с очень густыми и пребывающими в беспорядке волосами. — Ты не видела жабу? Мальчик по имени Невилл потерял ее. — Извини, но не видела. Довольно странный питомец, как по и мне, — я усмехнулась. — Жабы очень полезны, — менторским тоном ответила девочка, — У некоторых видов кожа выделяет слизь, нужную в зельеварении, а у других — яд. Я в книге читала и мне в магазине так сказали. — Мм, не знала. Спасибо, — улыбнулась я ей. Девочка важно кивнула и пошла дальше. Вот больше, чем на девяносто процентов уверена, что она была круглой отличницей в школе, которую ставили в пример учителя и хвалили перед родителями. У таких людей психологически устанавливается определенная модель поведения. И у всех идентичная. Их легко узнать. Кстати, я сама не стала заводить фамильяра из-за одной идеи. Скорее всего немного наивная, но именно она прочно засела в моей голове. Я посчитала, что фамильяра нельзя просто купить в магазине. Маг и он сами найдут друг друга, когда придет время. А когда я пришла в «Волшебный зверинец», то не почувствовала отклика ни от одного животного, и поэтому не стала никого покупать. Скоро пошел дождь. Я не люблю мелкую и моросящую серость. Мне нравится гроза. Когда слышится шум падающих потоков воды, звенят раскаты грома, а небо освещается вспышками молний. В этом есть своя прелесть. А вот этот мелкий дождь, капающий из серого неба терпеть не могу. Я под него начинаю или дремать, или просто хуже соображать. А иногда и голова может заболеть. Поскольку до прибытия еще очень много времени, то я решила вздремнуть.

***

— Скоро подъезжаем к Хогвартсу. Оставьте свои вещи в купе и переоденьтесь в мантии, — раздался по громкой связи голос машиниста, вырвавший меня из царства Морфея. Я потянулась и стала переодеваться в форму. Точнее, как стала. Просто сверху накинула мантию. Поезд остановился. Сразу весь вагон засуетился, послышались возбужденные разговоры в коридоре и топот снующих людей. Чуть-чуть подождав, когда рассосется толпа, я вышла из вагона на платформу. — Первокурсники! Первокурсники! Все сюда! — грохотал огромный и косматый человек, которого я уже видела в Косом переулке во время похода за покупками. Я подошла к толпе моих одногодок, столпившихся возле него. Реакция на происходящее у всех была разной. Кто-то был напуган, кто-то восторгался происходящим, кто-то пребывал в предвкушающем расположении духа. Были ребята, которые старались не показывать свои эмоции и держать маску. Но даже их затрагивало всеобщее настроение. — Так, все собрались? Отлично! Тогда, айда за мной, — раздавался над нашими головами громоподобный голос Мы подошли к большому водоему. Там, на берегу стояли ветхие и старые лодки, в которые нам сказали забираться. Это был ужас! Мантии длинные, а лодки в воде и подозрительно покачивались. В общем, кто отличился? Правильно, я. Впрочем, в свое оправдание, могу сказать, что не одна я. Приподняв мантию и повесив ее на одной руке, как римскую тогу, я героически стала залезать в лодку. Но кто сказал, что я грациозно опустилась внутрь посудины? Зацепившись за край борта носком ботинка, я выпустила конец своей мантии, и даже могла рухнуть в лодку, если бы меня не поддержал беловолосый парень, которого, кстати, я тоже уже встречала. Но конец мантии все же намочила. — Спасибо, — поблагодарила я спасшего меня от неминуемых новых синяков. Он лишь безразлично кивнул. Когда все уселись, лодки отплыли от берега. Честно сказать, было не по себе. Они скрипели, наклонялись, а еще снова стал моросить дождь. Волны в водоеме, точнее в озере, были высокими и ударялись о борта. — Смотрите! Кто-то восхищенно воскликнул, и перед нами во всем великолепии предстал замок Хогвартс. В темноте он переливался яркими огнями, отражаясь в воде и создавая небольшое зарево в черном небе. Сказочное зрелище. Если руководство школы специально решило нам показать именно этот вид, то, так уж и быть, я прощу им эти мучения с лодками. Вскоре, мы прибыли в замок. При вылезании из посудин многие снова натерпелись различных неприятностей, вроде намоченной мантии или падения в грязь. Нас встретила та самая женщина, которая принесла мне пригласительное письмо. После нашего продолжительного путешествия и ожидания в холле (Там из стены появились настоящие призраки! Надо будет Джессике написать об этом. Она уж точно заинтересуется!) нас построили возле закрытого входа в главный зал. И вот, двери отворились. Мы пошли внутрь под прицелом множества глаз, сидящих за столами под знаменами своих факультетов учеников. Огромный зал Хогвартса был в стиле средневековой архитектуры, впрочем, как и сам замок. — Посмотрите на потолок, — кто-то восхищенно воскликнул. Я подняла голову и изумленно присвистнула. Настоящее небо! Казалось, что потолка нет вообще! Надо будет узнать эти чары и попробовать придумать, как сделать также моей магией. Вот, мы подошли к небольшому возвышению перед преподавательским столом, на котором стояла высокая табуретка и лежала шляпа. Она была такой старой и потрепанной, но на ней ясно виднелись магические переплетения, и это говорило о том, что передо мной сильный артефакт. Вдруг, этот головной убор начал петь. Скрипучим голосом она исполнила песню о факультетах. По-моему, не сильно удачно. — Когда я назову ваше имя, вы должны сесть на табуретку и надеть шляпу. Началось распределение. Кого-то распределяли долго, кого-то сразу. Например мальчика, который помог мне не упасть в лодке, распределили на Слизерин сразу. А вот того, который потерял жабу, очень долго не отправляли на Гриффиндор. — Сондер, Серина. Ну все, моя очередь. Ой, блин, как волнительно! Кажется, у меня ноги не гнуться. Так, все. Спокойствие, только спокойствие, Серина. Шляпа опустилась мне на голову и закрыла своими полями глаза. — Ну, кто тут у нас? Ох, непросто, тебе девочка будет учиться. С такой-то направленностью. — Уважаемая шляпа, — я решила озвучить свою просьбу, — Можете меня отправить туда, где на мою плохую успеваемость никто не будет сильно обращать внимание. Ну или, по крайней мере, не ополчатся на меня за это. — Хм, хм… Тогда Хаффлпафф. Хотя есть качества присущие Рейвенкло. Но да, лучше Хаффлпафф! Последнее слово она выкрикнула на весь зал. — Спасибо! — успела я шепнуть ей, прежде чем снять. Стол под черно-желтым знаменем зааплодировал. Сердце колотилось как бешеное. Мне казалось, что оно выпрыгнет из груди. Я дошла до свободного места за столом барсуков и как-то неуклюже села за него на лавку. — Добро пожаловать в Дом барсуков, — приветливо улыбнулся мне высокий парень, — меня зовут Альфред Мур, староста факультета. Я улыбнулась и кивнула на приветствие. Мне даже очень понравился староста. Открытое лицо, мягкая улыбка и ясный взгляд. Густые пшеничного цвета волосы были собраны в небольшой низкий хвостик. Он приветствовал всех первокурсников, пришедших за наш стол. А я продолжила смотреть за распределением. — Поттер, Гарри! Внутри все натянулось. Сейчас я тебя увижу, мой младший брат. Низенький худенький мальчик с растрепанными черными волосами и наивными зелеными глазами взгромоздился на табурет. Да что он так долго сидит? — Гриффиндор! — наконец огласила шляпа свой вердикт. Ало-золотой факультет взорвался аплодисментами. Еще бы! Герой магического мира поступил к ним! Гарри радостный спустился и пошел к своему Дому. Надо будет как-нибудь выяснить, почему он такой худой. К концу распределения на мой факультет поступило шесть первокурсников, включая меня. Три девочки и три мальчика. Когда Шляпу унесли, со своего места поднялся директор Хогвартса. Откуда я знаю, что это был именно он? Этого человека не спутаешь ни с кем! Он везде. Абсолютно везде! И на карточках от шоколадных лягушек, и в книгах посвященным истории, трансфигурации, Истории Хогвартса, Взлет и падение Темных искусств. Он в газетных статьях. О нем постоянно говорят. Ассоциация: Хогвартс равно Альбус Дамблдор. Эксцентричный старец, победитель Гриндевальда, великий волшебник и бла, бла, бла. Нет, я нисколько не умаляю его волшебную силу и вклад в магическое сообщество. Просто его повсеместное восхваление напоминает какой-то культ личности. Короче, встал директор со своего места для приветственной речи. Но и в ней он очень оригинально выразился. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо! Вот как хочешь, так и понимай! То ли это зашифрованное послание, то ли так завуалированно обозвал, то ли просто сказал первые пришедшие на ум слова. Но в любом случае, когда он сел на свое место, то на столах появились разные яства. От такого обилия нездоровой пищи Джессика бы раньше времени поседела. Представив ее лицо в тот момент, когда бы она увидела блюда на столе, у меня непроизвольно вырвался смешок. Я набрала себе в тарелку немного еды и принялась за трапезу. Оглядевшись по сторонам, я заметила, что у каждого стола за едой свое характерное поведение. Стол Слизерина ел неспешно. И либо полностью соответствуя правилам этикета, либо, если малыши его не знали, просто аккуратно. Причем старшие сразу стали показывать как надо правильно держать в руках приборы и управляться с ними тем, кто этого не умел. Разговоры были или тихие и спокойные, или их вообще не было. Стол Рейвенкло был более оживленным. Они тоже старались соблюдать приличия за столом, но, по большому счету, создавалось впечатление, что им вообще наплевать на еду. В тарелки все наложили достаточно, но мало кто к ней притронулся. Зато тихие рассуждения, споры и обсуждения чего-то нового велись не переставая. Впрочем, очень шумными они не были, и до нас долетали только обрывки разговоров. Стол Гриффиндора был самым шумным. Они кричали, спорили и обменивались впечатлениями довольно бурно. За их поведением старосты почти не следили, поэтому мало-помалу там просто образовался беспорядок. А наш стол наверно казался самым нормальным. Строго этикет никто не соблюдал, но вели себя прилично. Нам тихо рассказывали о преподавателях, спрашивали о наших увлечениях и объясняли, какая сейчас обстановка между факультетами. Старосты делились смешными историями и некоторыми советами. В общем, самая благодушная атмосфера. После пира нас повели в гостиную. Аааа! Как же мне захотелось сесть на каменный пол и покричать! Я ничего не запомнила! Все эти переходы, лестницы ни капельки не отложились в моем сознании. Ну ладно, что-нибудь придумаю. Сяду на хвост кому-нибудь из одноклассников и буду ходить за ним следом до тех пор, пока не запомню дорогу. Мы остановились возле большого натюрморта. — Посмотрите внимательно, — сказала миленькая девушка, имени которой я пока не узнала, но она являлась старостой факультета, — Этот натюрморт является входом в помещение, где расположены большие бочки. По правую сторону коридора — вторая бочка снизу в середине второго ряда откроется, если постучать по ней в ритме Пенелопы Пуффендуй. Вот так, — она показала несложный ритм, — В качестве охранных мер, дабы отвадить учеников других факультетов, стук по неправильной бочке или не верное количество ударов приведет к тому, что нарушителя обольёт уксусом из одной крышки. Не сильно приятно, особенно если он попадет на слизистые оболочки человека. Нестерпимое жжение, химические ожоги, сильная боль… Произнося последние слова, девушка мягко улыбнулась. — Меган Лист, не пугай детей, — чуть нахмурился Альфред и обратился к нам, — Не волнуйтесь, ритм несложный. Сейчас вы все научитесь его выстукивать, а только потом мы пройдем в гостиную. И нас стали учить. У кого был музыкальный слух, те быстро его освоили, а остальные пришлось возиться дольше. Но спустя полчаса все уже могли без ошибок сыграть ритмическую последовательность. — Отлично! А теперь… — Меган сделала эффектную паузу, —Добро пожаловать в гостиную нашего Дома! И мы прошли внутрь. — Вау! — невольно вырвалось у меня при виде комнаты, в которой мы оказались. Стоящая рядом Меган хихикнула, глядя на мою восхищенную мордашку. — У меня было такое же выражение лица, — весело сказала она, — Наша гостиная самая уютная и живая. Это я точно могу сказать, поскольку была у всех факультетов. Что? Можно посещать и остальные гостиные? Видимо удивление тоже отразилось на моем лице, потому что староста наклонилась и прошептала на ухо. — Чуть позже узнаете, как обходить правила, — и подмигнула. О, что же меня так восхитило? Я бы назвала это «домашней» атмосферой. Гостиная не была очень красивой, но она была именно уютной, светлой и теплой. Комната с низким потолком, напоминающей нору барсука. Она вся была декорирована в радостных пчёлоподобных цветах — чёрном и жёлтом. Столы и круглые двери, видимо ведущие к комнатам, были изготовлены из дерева медового цвета. А еще было множество растений. Они стояли на полочках и были очень необычными, например танцевали или ерошили волосы проходящих мимо. Нас усадили на мягкие диванчики. В помещение зашла полненькая и маленькая Помона Стебль, которая, как нам сообщили, была нашим деканом. — Поздравляю с поступлением на факультет Хаффлпафф! — сказала она, — Меня зовут Помона Стебль и я являюсь деканом этого Дома. Наш герб — барсук, животное, которое часто недооценивают, так как он живет спокойно до тех пор, пока его не трогают. Но знаете, — декан усмехнулась, — Это животное даст отпор другим зверям намного крупнее себя. — Также, — продолжала она, — У наших учеников больше всего ценятся надежность и верность. Мы не болтаем по пустякам, но поддержим вас в трудной ситуации. Поскольку наш герб барсук, мы будем защищать себя, наших друзей и семьи от кого бы то ни было. Нас не испугает никто. Также, наш факультет выпустил наименьшее количество тёмных волшебников и, в какой-то мере, мы можем гордиться этим фактом. Помона Стебль обвела нас взглядом и странно улыбнулась. — Но хочу обратить внимание. Наименьшее количество, — она выделила голосом последние два слова, — Вы понимаете, что это значит? И еще. Просто напишите на лбу. Дом — семья. Из него никакой сор на всеобщее обозрение не выносится. Она строго посмотрела на и, видимо оценив эффект произведенный своей речью, улыбнулась. — Ну, а теперь по комнатам! Вы должно быть устали, и я не буду больше произносить длинные речи. Завтра старосты расскажут вам все, что необходимо. А сейчас, отдыхать!