bring me the horizon - deathbeds
оконные стекла сотрясаются, держась из последних сил – то ветер бросает на гладкую поверхность крупные тяжелые капли. небо нагнетает тучи, смешивая их в водоворот. близится лето.
под небольшим старым диваном скрипят половицы – джено садится, обнимая пледом плечи, аккуратно загибает уголок странички и откладывает “робинзона крузо” на одну из подушек. из форточки сквозит мягким ветерком, откидывая с лица отросшие пряди волос. джено застывает и, словно зачарованный, глядит на мокрые полосы по ту сторону окна, за которыми темно-серой дымкой сердится погода. нет ничего приятнее, чем греться под крышей в моменты гнева стихий. собранные утром сети и ловушки брошены в углу прихожей, где они, кажется, останутся пылиться навсегда. так джено думает, отрекаясь от прежней беззаботной деятельности. рыбная ловля давно перестала быть для него подходящим вариантом, но джено только-только осмелился все прекратить.
рассветные лучи пробираются сквозь сумрак массивных туч, комната вмиг наполняется ослепительной желтизной, блики от посуды отскакивают на стены и мебель, некоторые выстреливают прямо в лицо. джено жмурится и нехотя поднимается с дивана, хватая со спинки растянутый полосатый свитер. в отражении стеллажной дверцы замечает мешки под глазами и долго всматривается в картинку: заплывший бессонницей взгляд, методично расширяющиеся и сужающиеся зрачки, а за ними глубокая непроглядная темень.
почтовый ящик гордо приветствует джено поднятым красным флажком – по всей видимости, почтальон уже наведывался к одинокому домику на утесе этим утром. натянув на кисти рукава свитера, джено зябко ежится и достает маленький бирюзовый конверт, застывшие пальцы мельком пробегают по имени адресанта.
~~~
дружище!
как же я рад, что ты написал мне, я уж и не знал, как ты и жив ли вообще хочешь ли еще иметь со мной дело. честно признаться, я не ожидал, что, спустя столькие месяцы затишья, ты вдруг первый отправишь мне письмо. больше не смей так внезапно и необъяснимо пропадать! в противном случае я отыщу тебя, и тогда тебе точно не поздоровится, так и знай!
кстати о твоем наказании… скоро я приеду в твою крошечную хижину, так что жди меня! хочу сам взглянуть, как ты поживаешь.
до скорого,
джемин
~~~
джено томно расправляет плечи, словно что-то неподъемное никак не дает спокойно вздохнуть. сложив поперек ранних сгибов письмо, он сует его в карман широких брюк и прикрывает глаза, прощая себе крошечную заминку. оглядывается на море, непроизвольно задерживая взгляд на скалах, омываемых волнами со всех сторон, будто бы извиняясь, но легче отчего-то не становится.
тропка, выстланная гладкими серебристыми камешками плитняка, постепенно перерастает в заасфальтированную дорожную полосу, ведущую к рынку. на выходе из леса уже слышатся звуки мирной сельской рутины. по ту сторону дороги – ряды крошечных палаток, снующие потоки людей и обилие голосов, смешивающихся в один неразборчивый гул. позади всего мельтешащего раздолья возвышаются двухэтажные домики, украшенные разноцветными вывесками и объявлениями.
джено с минуту топчется на месте, вычерчивая ботинком вдоль границы света и тени невидимую линию, прежде чем шагает, ныряя в потоки солнечных лучей. шоссейная дорога совсем пустует, останавливая для него время, лишь редкие автомобильные скрежетания проносятся где-то на горизонте. шаг, другой, и вот стоптанные замшевые ботинки звучат мягче и приветливее, ступая на землю, местами поросшую сорняками.
- доброе утро, бабушка, - произносит он сдержанно, цепляясь за брюки кончиками пальцев.
- здравствуй, дорогой мальчик, ты что-то сегодня рано. я вот даже таблички разложить не успела, - старушка, отвлеченная от своих дел, задорно щурится, посмеиваясь, - совсем стала неповоротлива.
парень молниеносно подхватывает едва не свалившуюся вазу с ландышами, которую женщина неосторожно задевает рукой.
- ох! как же это я, вот растяпа! – она вскидывает руки и приземляет их на ноги, хлопая по фартуку. – спасибо тебе, милый, ловко ты ее поймал.
- ничего страшного, бабушка, главное – она цела, - джено совершенно очаровательно озаряется улыбкой, и его хмурое лицо на мгновение расцветает добротой.
однако уже через секунду джено сжимает досадно губы, и нежная эмоция тут же вянет, погасая.
- бабушка, я должен вам признаться, - медлит он, подбирая нужные слова, - не знаю, как бы все это сказать…
- что-то ты совсем побледнел, мальчик, - старушка чуть наклоняется вперед, облокотившись на витринную полку, в попытке рассмотреть джено внимательнее.
юноша опускает напряженные плечи, разжимая кулаки.
- я больше не смогу привозить вам рыбу, пожалуйста, не сердитесь на меня, - он мозолит взглядом божью коровку, карабкающуюся по подолу женщины, и не может собраться с силами поднять глаза, - мне необходимо остановиться и все кардинально изменить, кажется, я должен все исправить. простите, что подвожу вас!
насекомое, ловко забравшись на колено, расправляет крылышки и взлетает, миновав миниатюрные белые колокольчики ландышей. джено пролетает взглядом вслед за ним.
- что ты, родной! тебе совершенно не нужно извиняться, - бабушка осторожно встает с сиденья и, подойдя ближе к нему, понимающе гладит по плечу, - погляди-ка на себя, золотце, ты умный красивый парень, на все руки мастер, тебе бы в город, да на хорошую работу. негоже до старости торговать рыбой да жизнь упускать в такой замученной деревушке! а я уж как-нибудь тут выкручусь, соображу, чем бы рыбку твою подменить.
позади доносится глухое стрекотание. кажется, цикады нынче начинают петь раньше обычного. джено кланяется старушке, роняя несколько капель с ресниц на еще не прогретый солнцем песок, и убегает, не оглядываясь. женщина, поджав губы, долго глядит, как его силуэт постепенно растворяется в воздухе, пока и вовсе не исчезает вдали, в гуще леса.
между стволов деревьев клубится ветер, кружа по спирали крошечные листочки, упавшие с ветвей. джено несется, разрезая воздух и поднимая с земли клубы пыли, топот ботинок по тропке эхом разносится по округе. выбежав на утес, он замедляется, шоркая по траве, а возле домика уже и вовсе переходит на шаг. падает на крыльцо в попытке отдышаться, вытирая рукавами лицо. ткань моментально намокает, стирая со щек соленые полосы, словно кто-то может уличить его в этой слабости. но чайкам, парящим над волнами, нечего ему предъявить, лишь море волнительно то бросается на берег, то осторожно отползает обратно.
на пороге джено запинается и едва не путается в сети, которой некогда сам ловил морских обитателей. выуживает ногу из плена и для вида чуть отодвигает ловушку в угол. крепость из картонных коробок возвышается чуть ли не к самому потолку, перекрывая проход в гостиную с камином чуть дальше лестницы на второй этаж. ну и пусть, джено уже давно стер следы проживания с большей части комнат. второй этаж существует для него лишь в пределах ванной комнаты, а первый – только в районе кухни и смежной с ней столовой. дом по большей части преобразился в необитаемые пространства, затонувшие в недосягаемости и поросшие паутиной.
смятый конверт, выуженный из кармана, приземляется на кухонную тумбу рядом с раковиной. джено устало падает на диван, вытягивает из-под спины пушистый плед и накрывается с головой, желая спрятаться от самого себя под его мягким ворсом. он тонет в синеве сновидения, пока море еще спокойно пускает волны мелкой рябью.
дребезжание форточки, распахнувшейся под напором ветра, будит его, когда вечер уже поедает краски неба. джено старается игнорировать назойливый треск стекла, сильнее кутаясь в плед, но полупрозрачная дымка сна растворяется бесследно. пытаясь поймать секунды, джено сбивается со счета в начале четвертой сотни, испуганно выныривая из кокона после стука во входную дверь. он замирает, задержав дыхание, пытаясь убедиться, что ему послышалось, но стук повторяется – кто-то настойчиво начинает колотить с удвоенной силой. тогда джено тихонько прокрадывается в прихожую, обогнув разбросанные сети, и, прищурившись, заглядывает в глазок. затем - два щелчка в замке, скрежет цепочки и скрип дверных петель.
- джемин? – остановившись на пороге, джено пробует удостовериться в реальности его друга, но тот хихикает в ответ на его реакцию и бесцеремонно заходит в дом, шоркая по чужому плечу рукавом. серая ткань джинсовой куртки шуршит, соприкасаясь с вязаным свитером.
- собственной персоной! ну, и видок у тебя. неужели не получил мое письмо? – доносится уже с кухни.
джено мотает головой, приходя в себя, и плетется следом.
– ага, вижу, что получил, - джемин стаскивает куртку и бросает на диван, прихлопывая “робинзона крузо”, как комара газетой.
- я просто… не ожидал, что ты приедешь так скоро, - уставившись на чужую спину, джено окончательно очухивается от дремоты, - как добрался, хорошо?
- мы правда начнем разговор о комфорте поездки? тебе со всеми подробностями или вкратце? – джемин неотразимо вскидывает бровь, растягивая губы в ухмылке, отчего у джено на мгновение будто бы останавливается сердце.
джемин выглядит сногсшибательно: светлые джинсы с завышенной талией, заправленная в них хлопковая футболка, волосы симпатично разворошены ветром – джено вдруг ловит себя на мысли, что он страшно соскучился по нему. сглатывает нервное смущение, отводя взгляд на полку с пластинками слева от окна, где будто нарочно читается белым по черному:
“the beatles - i want to tell you”. и кто сказал, что мертвые не общаются с живыми?
- ну, так что? выкладывай, - окинув взглядом крошечную кухоньку в древнем интерьере, джемин плюхается на диван и тут же чихает от пыли, - фу, какой кошмар! джено, и как ты только здесь живешь?
джено потирает шею, стеснительно сутулясь.
- как-то живется, знаешь, - он замолкает, уставившись на попытки джемина устроиться в подушках удобнее, и непроизвольно хмыкает.
- оно и видно, - джемин показушно вздыхает, закатывая глаза, наконец, находит удобное положение и, навалившись на подушку локтями, стреляет в джено пронзительным взглядом, - у тебя что-то случилось? сначала ты пропадаешь без вести, ни звонка, ни письма, а потом внезапно воскресаешь, да еще и с такими угрюмыми текстами, что на слезу пробивает!
джено неторопливо присаживается на другой край диванчика, словно это он здесь в гостях, а вовсе не джемин. через форточку проскальзывает ветер, принося запах надвигающейся грозы.
- какую такую ошибку ты хочешь исправить? - осторожно начинает джемин, перебирая пальцами складки наволочки.
- я подумал, - джено смыкает руки в замок, поглаживая косточки на левой руке, - что хочу переехать в город.
не находись джемин в сидячем положении, он бы сейчас точно потерял равновесие.
- так я не ошибся! - он звонко хлопает в ладоши. - с ума сойти... а я тебе уж и предложить боялся! ты же только и делал, что постоянно мечтал о своем домике возле моря и ни о чем другом не заикался, - его губы едва заметно сжимаются, а руки вздрагивают, вцепившись в подушку со всей силы.
джено узнает в этом жесте досаду и виновато опускает голову.
- знаешь, джено, - джемин смахивает упавшую на глаза прядку, - я ужасно хотел, чтобы ты остался, - он запинается, оглядываясь на высказанное откровение с опаской, - но это уже неважно! ведь ты возвращаешься, верно?
джено ловит его теплый взгляд и не может себе позволить отвернуться. джемин, по всей видимости, тоже: улыбается и блестит глазами, и в них читается гораздо больше, чем можно было бы потрудиться выразить словесно.
- к слову, все вещи я собрал, поэтому осталось только решить, куда переселиться, - джено по привычке стягивает рукава длинными пальцами, отчего поношенный свитер на нем выглядит еще забавнее.
- у меня есть свободная комната, на первое время, думаю, сгодится, - у джемина розовеют щеки, а плечи вздрагивают от неожиданности собственных фраз.
джено ловит момент, продвинувшись ближе, джемин в ответ скидывает ноги с сиденья и выпрямляет спину. выдыхает рвано, опуская длинные ресницы. джено вмиг слетает с катушек: целует мягко, приобнимая его за плечи, а тот обвивает руками его шею, зарываясь пальцами в густые волосы.
кажется, скрипят ступени. кто-то осторожно забирается на второй этаж, шурша чем-то, отдаленно напоминающим мокрую кожу. отворяется дверь ванной комнаты, что-то громоздкое приземляется в ванну, звонко шлепая по стене. открывается кран и гремит струя воды, разбиваясь о гладкое эмалированное покрытие.
джено гонит прочь призраки воспоминаний, сильнее вцепившись в мягкую ткань футболки. старается утонуть в потоке впечатлений, будто вырывая себя из кошмара.
словно не было пары лет разлуки, им снова девятнадцать, сердца беспокойные, а голова совсем не учебой забита. и в мыслях только юношеская драма, недосказанность и такая воздушная наивная нежность. то, от чего джено сбежал, и что джемин пытался похоронить.
не вышло. джено вдруг складывает одно с другим и все осознает. джемин горит ярче полярной звезды, мерцая в холодной гуще темноты, обещая служить путеводителем, направлять на верный курс и всегда быть надеждой.
но увы, небо кажется невозможно далеким, когда захлебываешься в толще воды.
syml - fear of the water
вечером море несказанно огорчается. с воплями бросается на скалы, разбиваясь пеной вдребезги. тучи кружатся, смазывая с неба остатки света. темнеет неожиданно быстро, не успеваешь и глазом моргнуть. вдали горизонт захватывает линию воды, отчего не видно границы небосвода.
- пожалуйста, подожди меня здесь, - джено ставит сумку в багажник, напряженно сдвинув брови, - я... должен попрощаться.
- какой же ты сентиментальный, - джемин заботливо хлопает джено по плечу, - давай, в темпе вальса. так уж и быть, дождусь тебя. только возвращайся скорее!
джено кивает, на мгновение накрывает его пальцы своей ладонью, натянув миловидную ухмылку, и спешит вернуться на утес. джемин провожает его взглядом, пока он не скрывается за деревьями.
возле крыльца джено застывает, не решаясь даже обнять кистью дверную ручку. у него в груди - сплошная рваная рана, что никак не заживает. ему вынули сердце и выпотрошили душу, оставив голые кости. джено хватает свитер будто не своими руками и стаскивает с себя, вывернув наизнанку, как хотелось бы поступить с собственной кожей. бросает его не глядя куда-то под ноги, оставшись в одной легкой рубашке. не развязав шнурки, подцепляет носком поочередно один ботинок, затем другой, и они валятся с гулким шлепком на ступени.
высокая трава шелестит под его ступнями, щекоча кожу острыми краями листов. потоки ветра подталкивают джено в спину, подхватывая ткань рубашки и пряди волос. джено ступает наугад, взор заслоняют размывающая картинку пелена и полосы взлохмаченной прически.
черная галька блестит и переливается мерцающими бликами, джено крадется по ней, проваливаясь в ямки между камешками, вскоре встречая голой кожей густую молочную пену. ступает в воду отреченно, вглядываясь в тревожные движения танцующих волн. облака несдержанно проливают слезы, зашумев водопадами по поверхности моря. до жутких темных скал, где однажды началась его сказочная история, уже рукой подать. джено медленно разрезает толщу воды, выуживая из памяти ту роковую бурю, навсегда нарушившую его внутренний покой.
не пытайся укротить шторм
ты упадешь за борт
надвигается жуткая волна величиной с необъятного исполинского кита, закрывающая собой почти все небо перед глазами. джено, не оборачиваясь, прощается с прошлым, как и обещал. зажмуривается, раскидывая в стороны руки.
и как призрак в тишине, я исчезаю
