Bread and circus

Тонкое лезвие меча загорелось в ту же секунду, когда он отдал мысленную команду. Огонь объял сталь так же быстро, словно оружие состояло из сухой травы. Это было потрясающе, но Мидория понял, что нет ничего страшнее широкой улыбки Мэй и отражения языков пламени в ее глазах. Изуку содрогнулся, но решил обратить внимание подруги на себя, позвав ее по имени. - Мэй, давай уже начнем, - Мидория указал острием меча на планшет у нее в руках. Девушка опомнилась и тряхнула головой, отводя взгляд от пламени к экрану устройства. - Да, точно. Тесты. После пары нажатий кнопок и подгона настроек под будущий тест перед ними появилась голограмма, похожая на простой манекен. - Так, пока мы только будем тестировать мощность электричества, чтобы ты мог быстро определять, насколько мощный поток тебе понадобится, - Изуку кивнул на ее слова, считая это логичным. – Огонь будет только на крайние случаи, так как орудовать им и не поджечь себя будет сложнее, чем если ты будешь использовать электричество. Девушка откинула розовые дреды за спину и нажала кнопку “Старт” на планшете. - Ситуация #1. Злодей с телепортирующим квирком и ножом. Развлекайся, - она махнула рукой, и манекен понесся на Мидорию. Изуку отключил все дополнения в своем оружии, решив сначала размяться по старинке. Он помнил все ситуации наизусть, ведь именно они с Мэй разрабатывали их, изучая старые дела, которые когда-то вел Айзава. Каждая ситуация, как и злодей, всегда сложнее предыдущей, и у каждого злодея есть туз в рукаве, что делает его опаснее, чем он кажется. Иногда им с этим помогал Тсукаучи, когда он наведывался, чтобы поговорить с Айзавой о каком-либо деле или новой зацепке. Некоторые ситуации были смешением нескольких старых дел, а какие-то их точной копией. Предел квирка этого злодея – шесть метров, и он должен видеть то, куда он телепортируется. Но на открытой местности Изуку уязвим, и слабость квирка ему вряд ли поможет в схватке с ним. Нож разрезал воздух через секунду, как Мидория пригнулся и сбил того с ног. Но тело злодея не успело достигнуть земли, как тот оказался позади подростка, занося руку над головой. Подросток резко развернулся и заблокировал мечом атаку, выбив нож из рук манекена. Главная проблема квирка телепортации была его перезарядка – она составляла 4 секунды между скачками, и она была почти не заметна, если внимательно не следить за противником. Если бы это был первый раз, когда Изуку сражался с ним, то ему бы потребовалось больше времени, чтобы это просчитать, и как минимум 3 скачка от злодея. Но подросток был подготовлен, и когда манекен был готов телепортироваться к ножу, Мидория активировал электричество в мече и пронзил тому ногу. Манекен упал на землю и исчез. - Вау, я уже и не думала, что ты применишь новую фишку, Изу! – воскликнула Мэй.- Теперь можно усложнить ситуацию. - Как насчет шестой? – предложил он. - Пусть будет шестая, - согласилась Мэй, меняя настройки. – Квирк мутационного типа и контроль масштаба. Ситуация #6 была одной из самых нелюбимых для Мидории, потому что она хорошо показывала то, почему некоторые злодеи работают парами, несмотря на их различия. И хоть манекены специально были сделаны без лиц, но в точности повторяли квирки реальных людей, Изуку хорошо помнил, как выглядел на фото злодей, с которого списали квирк мутантного типа. Он был похож на ящера из той видеоигры. С рогами на голове, хвостом с колючками и огромными когтистыми лапами, из-за которых он ходил ссутулившись. Его кожа была покрыта серой чешуей, а на спине выступали острые кости. Главной и единственной проблемой этого квирка была потеря рассудка его носителя. Это было совсем не веселое дело, когда отец и детектив Тсукаучи углубились в него. Напарник того злодея по сути приручил его и использовал для своих целей, а взамен на заботу, ящер был для него послушным питомцем. Вместо того, чтобы броситься атаковать ящера, как самого сильного из группы, Изуку развернулся ко второму с квирком изменения масштабов. Почувствовав угрозу, он направил ящера на Мидорию, и зверь развернулся, атакуя подростка шипастым хвостом. Перекатившись под ним, Изуку прыгнул на второго, сбивая того с ног. Второй злодей был без опыта в схватках, и он отбивался руками, пока сосредотачивал свой квирк на напарнике. Изменение масштаба действовало только на одной части тела, и Мидория не мог знать, какой именно, пока вокруг его тела не обвился длинный язык и не поднял в воздух. - Ч-черт, Мэй, могла бы выбрать что-то приятнее, - выдохнул Изуку. - Никаких сожалений, мой друг! – прокричала она. – Ты же знаешь, что тут хороши все средства. Мидория ухмыльнулся, когда у него возникла идея. - Все средства, говоришь. Сосредоточиться, когда тебя сжимает огромный язык с каждым твоим выдохом, было тяжко, но он активировал огонь в мече, обжигая ящера. - Ауч, - произнесла Мэй. Оказавшись на ногах, Изуку снова рванул ко второму манекену и переместил меч в левую руку, а правую сжал в кулак. Когда железная перчатка пришлась по челюсти, злодей сразу же отключился. Игнорируя Мидорию, ящер сразу же оказался у хозяина и в качестве защиты обвил своим телом. После этого манекены исчезли. - Ну вот, - расстроилась Мэй. – Эта парочка была моей любимой. - Ты всегда можешь увеличить сложность в этой ситуации, - предложил Изуку, вытирая пот со лба. Девушка подала ему воду, и Мидория благодарно ее принял. - Не, - она потрясла головой и вернула страницу к списку ситуаций. – Мы пока просто тестируем оружие, а не твои навыки. Во время следующей тренировки я точно прибавлю сложности. Ее улыбка была бы милой, если бы не угроза в ее голосе. Изуку знал о сложностях в этой программе: заложники, которые пытаются помочь и делают ситуацию хуже, обвал зданий, внезапное отключение света в здании, где проходит сражение, и многое другое. Стоит ли говорить, что Изуку больше нравились старые добрые битвы один-на-один? Немного отдохнув, подросток поднялся и перекинул оружие в правую руку. Он думал некоторое время над следующей ситуацией, и его мозг не хочет предлагать ничего кроме одной единственной. - Давай ситуацию #13, - Изуку смотрел прямо на Мэй. Розоволосая замерла на месте и удивленно смотрела на Изуку, прежде чем нахмуриться. - Ты уверен? Мы никогда не пробовали ее снова после того раза? – обеспокоенно спросила девушка, сжимая крепче планшет, но открыла нужную вкладку. Изуку правда хотел сказать “нет” и выбрать что-то проще, что не имело бы личного характера, но тогда он не сможет стать сильнее и пересилить тот страх, что врос в него и пустил корни. - Да, я хочу попытаться, - уверенно ответил зеленоволосый. Мэй неуверенно кивнула и нажала на кнопку старта, и возникший манекен мгновенно сменил стойку, пригнувшись и расставив ноги шире, разведя руки в сторону. И моргнув, Изуку снова оказался в том дне. Такая же угрожающая стойка, готовность кинуться на тебя в любой момент, безумная улыбка и шальные глаза, в которых пляшут черти и воет Ад. Это все обещало мучительную смерть. Изуку смотрел на безликий манекен, но все равно видел Его. Руки у манекена были мокрыми, словно с них постоянно стекала вода. Но Изуку знал, что это были химикаты, которые при соприкасании с кожей оставляли химический ожог, но не травмировали носителя квирка. Его оппонент не дал шанса решить, когда начать бой, и манекен подался вперед, выставив руку перед собой, целясь в лицо. Изуку остановил ее, хватая за запястье, и перекинул его через себя, бросая меч на землю. Манекен сразу же поднялся на ноги с прыжком, но пригнулся, когда воздух разрезал меч. Для Мидории это было больше, чем тест или тренировка, потому что он слышал тот маниакальный смех, видел, как химикаты расплавляют плитку на полу в торговом центре. Он не знал, когда манекен оказался сзади, но у Изуку не было времени, прежде чем упасть на руки и отпружинить на них вперед, ударяя ногами при этом противника. Когда он обернулся, манекен провел кулаком там, где должен был быть нос – слишком хорошая копия поведения. Они стояли так долгие несколько секунд, и подросток не мог понять, почему тот не атакует, пока кукла не рванула в другую сторону от него. К Мэй. Девушка сама этого не ожидала, когда манекен не был слишком близко, когда его рука не остановилась возле ее лица. Мэй смотрела, как по ним стекала жидкость, превращаясь в пиксели в полете, не достигая земли. Она дрожала, и сама этого не понимала. Из транса ее вывел только звук растворения манекена, и она перевела глаза с пустого места, где была рука, на Изуку, который двумя руками держал меч в таком положении, что если бы манекен не исчез, то там находилось бы его тело. - Чересчур хорошая копия поведения, - прошептал Изуку, тяжело дыша. Подросток невольно разжал меч, и тот со стуком упал на траву, а за ним и подростки. Они смотрели друг на друга неопределенное количество времени, пока не подняли взгляд, когда услышали шаги. - Вы в порядке? - голос Айзавы был как никогда успокаивающим. Он опустился рядом с ними и положил руки на их плечи, крепко сжимая. Это был слабый жест комфорта, никак не сравнимый с Хизаши, но для подростков это значило всё. Они отрицательно помахали головами, и он вздохнул. - Хотите поговорить об этом? Снова “нет” и пустые взгляды. - Отвести вас в медпункт к Исцеляющей леди? “Нет”. - Останетесь тут до конца занятия? На это они кивнули. - Хорошо, - он поднялся. Когда Айзава обернулся, он увидел множества пораженных взглядов, направленных на его детей, и в этот момент у него не было желания больше, чем заслонить их собой, но ему надо было еще закончить занятие. По угрозе в его воспаленных глазах, 1-А понял, что если они не вернутся к работе, они горько пожалеют.

=

Когда Шинсо оказался на спортивном поле, ожидая урок с Айзавой, он не ожидал снова увидеть того зеленоволосого парня с прошлой тренировки. Но в этот раз он был с девушкой, которую он никогда не видел, и они разговаривали с Ураракой. Вернее, розоволосая девушка в основном говорила, перетягивая на себя одеяло разговора. Шинсо видел, насколько неуютно тому парню – Мидории – было говорить, когда обращались лично к нему, и Хитоши не мог не сочувствовать. Он себя чувствовал точно так же, когда с ним говорил кто-либо еще. Мидория ни капли не был похож на того себя с прошлого занятия. Словно от него осталась только неловкая оболочка, которая сосет в социализации. Но у него была та девушка с дредами, что поддерживала его, держа за руку, и Шинсо словил себя на мысли, что он бы хотел оказаться на ее месте хотя бы на секунду. И потом он чувствовал, как его лицо пылает лишь об одной мысли, и он пытался переключить себя на что-либо еще, не понимая причину этого желания. Во время упражнений с Айзавой-сенсеем его глаза все время возвращались к двум подросткам, которые не должны были там находиться, и когда Шинсо впервые увидел, как Мидория двигается во время настоящего сражения, в уме было всего лишь одно слово, которое описывало то, что он видел. Невероятный. Изуку Мидория был невероятным. Но потом случилось странное: видимо, последний бой пошел не так, как надо, потому что оба подростка резко замкнулись в себе, привлекая внимание их учителя, который одну секунду был рядом с ними, и в другую он уже был рядом с этой странной парочкой. Когда он вернулся, он запугал всех, и они вернулись к тренировке, но Шинсо лишь задавался вопросом о том, что произошло во время последнего сражения Мидории?