Supermassive Black Hole

      Веревки болезненно впиваются в бледную девичью кожу. Как же это все похабно, развратно. Девочка кричит, девочка стонет. Ее хрупкое нежное тело изгибается под грубыми руками в пульсирующем удовольствии. Слегка шершавые мужские губы ласкают ее шею грубо, оставляя болезненные засосы, укусы, заставляя девочку сладко вскрикивать. Тонкие мужские пальцы впились в небольшую упругую грудь. Ни намека на нежность. — Есть какие-нибудь пожелания? — чуть хриплый низкий голос прозвучал возле уха девушки. — Поцелуй меня, — отозвалась розоволосая. Волосы прилипли к ее чуть вспотевшему лицу, дыхание совсем сбилось.       Парень ухмыльнулся. Все эти ее пошлые стоны, милое раскрасневшееся личико, тело, что так податливо извивается в его руках. Черт возьми, как же она его заводит. И эти ее глаза. Эти блядские глаза, что смотрят на него с такой детской невинностью и наивностью. Саске нервно сглотнул, отгоняя от себя лишние мысли. Одной рукой он впился рукой в копну розовых волос, запрокидывая ее голову назад, а другую положил на тонкую искусанную шею и слегка сдавил. Он накрыл своими губами ее губы, перекрыв ей доступ к кислороду. Он умело орудовал своим языком у нее во рту, проникая все глубже, изучая каждый сантиметр. Девушка неумело отвечала на его поцелуй, издавая тихие звуки, похожие на стоны. Его холодная рука скользила по разгоряченному телу, спускаясь все ниже. Сакура хрипло дышала. Как же всё это пошло и... неправильно? Саске довольно ухмыльнулся, отметив, что трусики девушки намокли. Нежными движениями парень стимулировал клитор девушки сквозь ткань, чувствуя, как под действиям его пальцев он набухает. От всех этих манипуляций его давно вставший член начал еще болезненнее упираться в ширинку джинс. Решив, что этого достаточно, не отпуская копну розовых волос, он одной рукой начал медленно стягивать белье со стройных бедер девушки. В её взгляде появилась некая уверенность. — Не думал, что ты так быстро намокнешь, — ядовито улыбнулся парень. Не отрывая взгляда от ее лица, он слизал ее смазку, оставшуюся на пальцах, заставляя девушку покраснеть еще сильнее, — Ты такая вкусная, Сакура-чан. — Да? — ухмыльнувшись, девушка приподняла бровь, не отводя глаз от его взгляда. — Вот же... Сучка! — все так же не убирая руки с волос, он схватил ее за шею, чуть болезненно сдавливая. Сакура широко распахнула глаза и приоткрыла ротик. Черт! От этого выражения лица по телу Саске будто бы прошелся удар молнии. Резким толчком он повалил ее на кровать. Девушка слегка ошарашенно смотрела на него. Ему это нравилось. Его это забавляло. Он медленными движениями стягивал с себя футболку, расстёгивал ремень, спускал джинсы, он делал все, чтобы девушка почувствовала сильную дрожь в коленях. Он делал все, чтобы она молила его не останавливаться, — ты знаешь, что я хочу с тобой сделать? Хах, — Саске в своей типичной манере ухмыльнулся, — Ты даже не представляешь, — парень наклонился к уху девушки, — я хочу иметь тебя жестко и грубо. — Смущаешь, — уверенно вырвалось из девушки, но Саске будто бы не заметил и продолжил: — Хочу выбить из тебя всю дурь. Чтобы все твоё чертово тело было покрыто моими засосами и укусами. Я хочу слышать, как ты кричишь мое имя так сильно, чтоб какой-нибудь соседский ребёнок разбудил родителей со словами: «Мама, там тётя плачет», на что бы ему ответили, что «тетя не плачет», «тётя» радуется. Я хочу, чтобы ты стонала подо мной как последняя шлюха, хочу, чтобы ты умоляла меня. Я хочу драть тебя так, как никто никогда до этого не драл, потому что ты моя сучка... и только моя, — он отстранился от Сакуры и взглянул на ее лицо. Глаза розоволосой горели каким-то странным огнём, коего он не замечал прежде. — Я? Твоя сучка? Правда? — игриво произнесла девушка, — Забавно. — Чертовка! — в один момент парень сел на край кровати, схватил Сакуру за плечи и перекинул через свои колени так, что она находилась в максимально невыгодном для неё положении: животом лёжа на его коленях. Первый шлепок оказался звонким, заставил розоволосую вскрикнуть, но скорее от неожиданности, нежели от боли. Поскольку вся верхняя часть ее тела была связана замысловатыми узорами из красных верёвок, она совершенно не могла пошевелиться. Ладонь нежно то сжимала, то поглаживала саднящую ягодицу, давая привыкнуть к новым острым ощущениям. Сакура лишь усмехнулась, следом последовал второй, более сильный шлёпок. Третий. Четвёртый. Пятый. Ягодицы девушки покрылись парой небольших кровоподтёков и огромными сильными красными следами, которые позже перерастут в синяки. Решив, что этого достаточно, Саске поставил девушку на колени перед собой. — Я надеюсь ты догадываешься, что нужно делать. — Может хоть руки развяжешь? — Думаю, ты и без них справишься.       Девушка дразнила его, водя языком от основания до головки, обводила ее, слегка посасывала, но не брала в рот полностью. Она чувствовала как его ноги напряглись, дыхание замерло, а взгляд был прикован к ее действиям. Он ждал большего. Он хотел большего. Сакура не намерена прекращать эту сладкую пытку. Со всем самодовольством на лице она ласкала его языком, проходилась губами по стволу члена, невесомо чмокала, брала наполовину, замечая его невыносимое напряжение, тут же останавливалась. Он не выдержал, когда она вновь начала легко посасывать головку его члена: схватив ее за волосы, он надавил ей на голову, заставив взять полностью. На глазах Сакуры выступили слезы, в глотке ощущался дискомфорт. Но она знала, что так будет, ведь это уже не в первый раз. Она знала о его нетерпеливости и желанию получить все сразу, и была готова. Саске издал звук, больше походивший на рык, и начал задавать девушке нужный темп. Она плотно обхватывала его член, одновременно с этим работая языком, заставляя парня слететь с катушек. Его дыхание совсем сбилось, он издавал звуки сравнимые невесомым стонам. Саске на пике. — О, детка, ты слышишь как я стону? — он остановил девушку и в один миг положил ее на кровать, — Сколько еще ты будешь меня сдерживать?       Не дождавшись ответа, он жадно впился в ее губы. Его рука добралась до влажного лона девушки. Он проник в неё сначала одним пальцем, начал ощупывать переднюю стенку влагалища. В тот момент, когда девушка прогнулась и громко застонала, он улыбнулся, он нашёл. Не прекращая стимулировать точку G, он наблюдал за ее реакцией: она совершенно не сдерживала стонов, внутри неё стало ещё более горячо и влажно, чем прежде. Саске был доволен. Саске был рад. Ноги девушки сильно тряслись, подтверждая то, что она была дико возбуждена. — Тебе всего-то нужно сказать, чего ты хочешь, — прошептал Саске, обдавая шею девушки горячим дыханием. Сакура молчала, — Хах. А если так? — он чуть сильнее надавил на точку, заставляя девушку молебно заскулить. — Я-я.... хочу чтобы т-ты... трахнул м-меня, П... Папочка! — зажмурившись, пролепетала розоволосая. — Хорошая девочка, — Саске чмокнул Сакуру в лоб и сел перед ней, — Знала бы, как ты сейчас развратно выглядишь. Лежишь, стонешь, в такой непристойной позе...       Он склонился над раскрасневшейся девушкой, рукой направляя член в ее лоно и резким движением вошёл в неё на половину, заставив девушку вскрикнуть от удовольствия. Он начал двигался в ней медленно и размеренно, прекрасно понимая, что ей этого недостаточно. Веревки сильнее впивались в ее кожу, отравляя красные потертости. Ей хотелось большего, хотелось принять его в себя полностью, до самого основания, хотелось ощутить легкую приятную боль внизу живота от его длины, но сейчас настало его время играться с ней.       Саске сам еле сдерживается, его тело начало покрываться небольшими бисеринками пота, он плотно сжал зубы, осознавая, что если сейчас он сорвётся, то проиграет. Его рука нежно сжала небольшое полушарие аккуратной красивой груди. Он сжал сосок девушки между большим и указательным пальцем, на что Сакура изогнулась и громко простонала. Саске понял, что назад дороги нет. Он понял, что ему окончательно снесло крышу и терпеть дальше будет выше его сил. Он грубо схватил ее за шею, сильно сдавливая, оборвав доступ к кислороду, заставив розоволосую расплыться в легкой невесомой улыбке. Саске грубо и жёстко начал вколачиваться в хрупкое дрожащее тело девушки, все так же сжимая ее горло одной рукой, а другой осторожно массируя клитор, заставляя Сакуру кричать и извиваться сильнее прежнего. Хриплым голосом она кричала его имя, впиваясь аккуратными ноготками в собственные ладони. Ей было плевать на затёкшие руки и впивающиеся верёвки, здесь и сейчас она хотела его, хотела полностью, до конца, чтоб он имел ее так, как никогда до этого. Жёстко. Грубо. Дико. Пошло. Её хриплые стоны стали музыкой для его ушей, он стал сильнее и глубже входить в неё, доходя до самой матки, отчего Сакура начала стонать и кричать сильнее. Грубым движением он перевернул девушку на живот, заставляя прогнуться в пояснице. Схватив Сакуру за волосы, он запрокинул ее голову, и другой рукой принялся наносить удары по саднящей заднице девушки, не сбавляя темпа, все так же вдалбливаясь в ее влажное лоно. Его дыхание совсем сбилось, разум затуманился. Он двигался в ней жёстко, рвано, сильно, принося себе и ей неимоверное удовольствие. Саске чувствовал, как мышцы ее влагалища начали сокращаться. Она плотно сжала его член внутри. — Хах, уже кончила? — З-заткнись...       Парень чувствовал, что сам был почти на пике — долгая сладкая пытка дает о себе знать. Мышцы всего тело напряглись, тягучее тепло разлилось по низу живота. Сделав пару сильных рваных фрикций он излил своё семя на спину девушки.       Пытаясь привести дыхание в норму, Саске встал с кровати, взял упаковку салфеток и вытер «следы любви» со спины девушки. Он развязывал узлы на ее теле, покрывая лицо, шею и плечи невесомыми поцелуями, нежно касался пальцами отметин в виде засосов и укусов, отмечая как вздрагивают ее худые плечи. Развязанная Сакура, все так же трясясь, забралась под одеяло. Улыбнувшись и потрепав девушку по голове, он сходил на кухню и принёс ей стакан воды. — Спокойной ночи, любимая, — тихо сказал он, забравшись под одеяло, чмокнув ее в макушку, обвивая ее тело руками. — Сладких...