Ядовитые цветы умирают в кровавом закате

- Принцесса. - нежно-вкрадчивым голосом прошептала девушка. - Я же просила прекратить называть меня так, Марселин. - Боннибелл, нахмурив брови, обратила взгляд на подругу. Марселин хихикнула, обнимая Боннибелл со спины и кладя голову на её плечо. - Прости-прости. Но ты ведь такая красивая, холодная, непреступная, правда выглядишь как принцесса, я не могу сдержаться... - она потерлась щекой о чужую щеку, - Чем ты занимаешься? Боннибелл, стояла над разложенными по столу бумагами и чертежами, нервно крутила в руке простой карандаш. - Это для завтра. Не мешай, Марси. Я если ошибусь, ничего не выйдет. Марселин надулась. - Все будет хорошо, чего ты такая серьёзная? Обычно же все проходит гладко. Удели мне немного времени. Мне одиноко без тебя... Боннибелл вздохнула, почувствовав, как холодные руки нагло заползли ей под футболку. Она с раздражением развернулась лицом к Марселин. Та состроила ей глазки, виновато, но при этом игриво улыбнувшись. Боннибелл, приподняв уголок губ, погладила её по волосам. - Давай прогуляемся. Купим завтрак и будем заниматься делами. - она выскользнула из объятий Марселин. Марселин расстроенным взглядом проводила удаляющуюся в другую комнату красивую спину девушки. У Боннибелл было много связей. Неизвестно, конечно, откуда, но она знала много влиятельных, обычных, и помогающих другим людей. Она никому не доверяла, но из всех извлекала выгоду. Когда они сбежали из приюта, Боннибелл достала им поддельные паспорта, нашла транспорт, чтобы переехать в другой город, нашла дом. Откуда у неё были деньги Марселин не спрашивала. Да и не хотела, может. Лишняя морока, тем более, она полностью доверяла подруге, что бы та не запланировала и не придумала. Слепо следовала за ней, ведь кроме неё у Марселин не было ничего. – Марси. – окликнула подругу Боннибелл, пока та раскладывала по холодильнику продукты, которые они купили. Марселин откликнулась, замерев на одном месте с болгарским перцем в руке. Боннибелл стояла в дверях, прислонившись к косяку, слегка понурив голову, ее глаза мерцали серьезным блеском. Марси подошла к девушке и положила свою ладонь на ее скрещенные руки. – Эй, милая, что случилось, скажи мне. Девушка отстранилась, крепче обняв себя за плечи и подняла взгляд на подругу. – Я... Я так сильно боюсь. Что делаю всё не то и всё не так. Марси, мы преступницы. Я преступница и тебя влеку за собой. Нам приходится скрываться, постоянно озираться, быть начеку, но... Это ведь не та жизнь, которую я хотела для тебя!.. Боннибелл мелко дрожала, ее глаза за мгновение покраснели, наполнились слезами. У Марселин дрогнуло сердце, она почувствовала укол вины за то, что так много взвалила на девушку. Брюнетка притянула ее к себе и обняла, успокаивающе поглаживая по спине. – Нет, нет, нет, всё не так. Все совершенно не так, Бонни, понимаешь? Да и это не важно, абсолютно не важно. Самое главное это то, что ты рядом со мной, и я рядом с тобой. Но если тебя это угнетает, мы можем все изменить, ведь правда? Ты же знаешь, я все сделаю для тебя, все сделаю так, как ты захочешь. Я в этом мире не вижу ничего и никого, кроме тебя. Марселин взяла в ладони лицо Боннибелл, ласково коснулась губами щеки девушки, и глаз, и нежно смяла ее губы в поцелуе. Боннибелл тихо всхлипнула, обнимая подругу в ответ, словно цепляясь за нее, сжала в руках черные волосы.

***

На мгновение Боннибелл показалось, что у нее перестало биться сердце. Она не дышала, в ушах стоял звон. Женщина едва сдержала внутренний порыв броситься на шею подошедшей и разразиться горькими слезами, но ни один мускул на ее лице не дрогнул, глаза не выдали смущения и ступора. Боннибелл отвернулась, поднесла стакан к губам и ответила: – Действительно давно, мадам Абадир, полагаю, теперь мне так стоит вас называть? Марселин раздражённо повела бровью и села на барный стул рядом с женщиной, попутно заказав выпивку у бармена. На самом деле, ей было так же невыносимо сложно держаться невозмутимо, как и ее старой подруге. Она чувствовала, как дрожит все внутри, взрывается фейерверками и так часто колотиться сердце, что трудно было сделать глоток воздуха. – Ты постарела. – сказала Марселин с глупой (как ей показалось) усмешкой, после утомительной паузы молчания. – Всякое бывает... Много лет прошло... – Боннибелл опустила взгляд в свой стакан, не в силах взглянуть на собеседницу. Марселин взяла себя в руки и наконец вспомнила о том, что стоило бы отдать команду своим людям убрать оружие. Она вынула бумажный конверт из внутреннего кармана своей шубы, положила его на столешницу рядом с Боннибелл. – Я пришла по делу. – Что внутри конверта? – Откроешь и узнаешь. – Это взятка? – Откроешь и узнаешь. Будь так добра соблюсти все указанные условия. Мы с тобой уже взрослые люди, ты должна понимать. Марселин одним глотком опустошила свой стакан с алкоголем, тут же расплатилась и встала. Боннибелл посмотрела на нее исподлобья. – И все? Ты пришла лишь для того, чтобы отдать мне это? – А ты надеялась на что-то большее? Они пересеклись взглядами и долго смотрели друг на друга, словно изучали, пытаясь угадать, что думает каждая из них. Но ничего, кроме холода и отстраненности так и не разглядели. Марселин развернулась, накидывая шубу на плечи, бросила короткое: "Ещё увидимся.", ушла, все так же громко цокая каблуками, стараясь унять дрожащие ладони и оставив Боннибелл одну сидеть за барной стойкой с пустым стаканом и тяжёлым сердцем.