Ядовитые цветы умирают в кровавом закате

Молодой человек, слишком худой на вид, с больной, желчной кожей лица, острым носом и диковатым, слегка сумасшедшим взглядом, стоял под шквалом ледяного ночного ветра, дрожал, вжимаясь в тонкую одежду. Он нервничал, тихо то ли рыча, то ли взвизгивая, ходил туда-сюда, ломая пальцы и зевая от усталости. — Черт возьми, где ты ходишь? – процедил парень сквозь зубы, – Я весь насквозь продрог! Фигура в черном подошла к нему в плотную, лица было не разглядеть – медицинская маска и бейсболка надвинута на глаза. — Уж извините, Граф, но у меня своих дел невпроворот. – язвительно ответил женский голос, – К тому же груз прибывает лишь через десять минут, для чего вы пришли так рано – непонятно. — Я пунктуальный, в отличие от некоторых, что здесь непонятного? Неизвестная устало вздохнула и пошла по причалу вперёд, оставляя собеседника позади. — На нас копают со всех сторон, в курсе? Если не предпримем что-то, мы окажемся за бортом. Я не могу действовать открыто, так что придется вам... Слышали что-то о некой "Ведьме"? Женщина посмотрела на Графа, который к этому моменту уже догнал её. — Лишь слухи, ничего более. – ответил он, стуча зубами, – В городе много кто появился, слишком тяжело выуживать необходимую и важную информацию. — Сейчас вся информация будет необходимой и важной. – раздался грубый голос из-под маски, – Пожалуйста, не упускай ничего, и сразу доноси мне. Иначе мы оглянуться не успеем, а нам уже к горлу нож подставили... Ветер свистел в ушах, раскачивал прибрежные воды. Вдалеке показалась небольшая моторная лодка, приближающаяся к причалу. Женщина и Граф остановились, ожидая ее. Ящики и коробки на борту суденышка были вскрыты для проверки. Женщина и Граф тщательно осмотрели, дабы убедиться, что все необходимое на месте, подписали документы. Пока груз перемещали с лодки в машину, неизвестная перебрасывалась короткими фразами с поставщиком. — Я заплачу, но мне необходима информация. – она сверкающим взглядом из-под тьмы капюшона изучала собеседника. — Какая информация вам от меня нужна, я не знаю, я всего лишь перевозчик, от меня мало что требуется. – пожал плечами высокий мужчина с некрасивым лицом. — Именно это мне от вас и нужно. Сколько новых заказчиков и какие появились за последнее время? Мужчина, явно ошарашенный такими вопросами, вскинул брови и презрительно ухмыльнулся. — Нам по правилам запрещено трепаться о заказчиках, особенно с другими заказчиками. Дурака нашла? Он переменился в лице, когда услышал звук снятого предохранителя, тут же инстинктивно схватившись за холодную рукоять пистолета, покоившегося в кобуре на поясе. Женщина и бровью не повела, она направляла ствол через карман своей куртки на собеседника. — Если ты сейчас же не скажешь мне то, что я хочу услышать, останешься без мошонки. — Совсем поехавшая? – мужчина оскалился, выпрямившись в полный рост, – Не с теми ты свои игры затеяла, Принцесса. Проблем потом не оберешься. Принцесса скрипнула зубами, собираясь выдать очередную угрозу, но ее остановил Граф, подошедший со спины и положивший руку ей на плечо. — Товар принят, джентельмены, спасибо за работу, вы можете быть свободны. – постная мина молодого человека и интонация его голоса непроизвольно вызывали у собеседников спазмы лицевых мышц, будто бы они отведали здоровенный кусок лимона. — Доброй ночи, господа. – мужчина гордой походкой спустился на палубу лодки, – Не забывайте, с кем имеете дело, Принцесса. Это будет вам стоить дороже всего того, что вы могли бы мне предложить. Лодка отчалила. Принцесса со злостью скинула руку Графа со своего плеча и направилась прочь с пристани. Она и сама прекрасно осознавала то, что не была достаточно хладнокровна, поступила глупо и дала волю эмоциям, но никак не могла справиться с клокочущей внутри злобой. "Это вы не забывайте, с кем имеете дело..." - пробормотала женщина себе под нос, ветер подхватил её слова и понёс далеко от этого места, к выглянувшему из-за горизонта солнцу.

***

Стук в дверь прервал тяжелые размышления Боннибелл, которая корпела над бумагами, сидя за столом в своем кабинете. Она подняла уставший взгляд на незванного гостя и вопросительно подняла бровь. — Прошу прощения, шеф, я пытался объяснить этой женщине, что вы заняты и не можете сейчас принимать посетителей, но она слишком настаивает и совсем не собирается отступать... – офицер Мёртенс посчитал уместным просунуть в дверной проем одну лишь голову с виноватым выражением лица. Боннибелл кивнула, давая добро. Так или иначе, подобное периодически случалось, но ту "женщину", которая вальяжной походкой завалилась в ее кабинет, она видеть совершенно не хотела, по крайней мере сегодня. Марселин, в широкополой шляпе, облаченная в черное пальто, прошлась по помещению, осматриваясь и цокая каблуками. — У тебя невероятно упертые сотрудники, дорогая. В какой-то момент я даже начала сомневаться, что попаду к тебе сегодня... – женщина улыбнулась, взглянув на детектива. — Что тебе нужно, Марселин? – Боннибелл устало вздохнула, – Прекращай свои детские игры, дай мне спокойно поработать. Мадам Абадир замерла на секунду, проглатывая ком обиды, застрявший попрек горла, тут же снова нацепив надменно-усмешливое выражение лица. Она села в кресло для посетителей, сняла шляпу и закинула ногу на ногу. — Ты меня совсем ни во что не ставишь? – Марселин прищурила глаза, – Думаешь, я просто так сюда пришла? — И для чего же ты пришла? — Почему у тебя такой измученный вид? Ты достаточно рано от меня ушла, чтобы успеть выспаться, так где же ты была всю ночь? Работала? — Не твоего ума дело. – процедила Боннибелл сквозь зубы, – Я попросила тебя – заканчивай с этим. Для чего ты пришла? — Боже, неужели в тебе не осталось ни капли терпимости? Я настолько неприятна тебе? — Марселин... — Так сладко пела мне в уши: люблю, не могу жить без тебя! — Марселин! — Ты просто лживая сука, Боннибелл, вот кто ты! — Замолчи! – детектив обрушила на стол стиснутый кулак. На какое-то время воцарилось молчание. Боннибелл встала из-за стола и закурила, подойдя к окну. Эмоции душили и стягивали все внутренности, она прекрасно понимала, что Марселин тоже тяжело, поэтому поддавалась на провокации и не могла сохранять хладнокровие. Женщина привела мысли в порядок и развернулась к собеседнице, с целью объясниться, но мадам Абадир её опередила. — Я пришла к тебе, потому что в документах, которыми я с тобой так любезно поделилась, есть важная информация, которая наверняка пригодится. И я надеюсь на твою любезную помощь, потому что моих людей тоже убивают. – Марселин подняла глаза на Боннибелл, – Мой визит никак не относиться к нашим "отношениям". Они ведь ничего для тебя не значат, верно? — Верно. – Боннибелл вежливо улыбнулась, однако в глазах не было ни намека на улыбку, – Я рада, что ты это поняла. Что по поводу вежливо предоставленной тобой помощи – спасибо. Пока это единственное, чем я могу тебе отплатить, но разберусь я со всем сама и закрою это дело в ближайшее время, можешь не беспокоиться. Детектив заметила, что мадам Абадир била мелкая дрожь, но женщина быстро взяла себя в руки, твердым голосом парируя заявление Боннибелл тем, что имеет право хотя бы знать, какой достигнут прогресс, потому что она тоже имеет к этому всему прямое отношение. — Полагаю, что рассказать некоторые факты я все же могу. – детектив села за свой стол, поклацала что-то в компьютере и развернула экран к собеседнице, – Узнаешь? Фото миниатюрной девушки с высоко стянутым на голове пучком темных волос и слегка больным цветом лица. Марселин отрицательно качнула головой. — "Небесная Ведьма", как её сейчас называют. Это Майя, наша старая соперница. – Боннибелл снова развернула экран к себе. — О боже... – спустя недолгое молчание ответила мадам Абадир, – Не думала, что она еще жива. Что ж... Женщина сама для себя сопоставила некоторые факты и, в принципе, без дальнейших объяснений ей стало все понятно. Она поднялась, надела шляпу, и, бросив небрежное: "До свидания, детектив", направилась к выходу. — Марси, я... – подорвалась было Боннибелл, но Марселин остановила её жестом руки. — Ничего не хочу слышать, Бонни. Ты сказала достаточно. – женщина посмотрела на детектива через плечо, – Знаешь, что меня больше всего поражает? Ты ведешь себя так, будто бы это и правда я во всем виновата... Мадам Абадир покинула кабинет, оставив после себя лишь запах терпких духов и удручающую тучу отчаяния, нависшую над Боннибелл.