Уточка

— Ей, говна кусок, слезь с меня уже. Башка у Маццуна гудит так, как будто вчера он методично забивал гвозди головой, а не всего-то отметил день рождения Куроо. Бля. Точно же. День рождения. Куроо. Пиво с вином. Никогда не мешайте пиво с вином. А ещё он, кажется, танцевал на столе. Наверняка по сети уже гуляют фото. — Ты оглох, Маццун? Вставай, говорю. И, кажется, вот это вот недовольное и шебуршашееся под ним — это Макки. — Ну чё ты пристал, Макки, давай ещё поспим. — Ты отлежал мне всё тело, когда мы спали — ну вот зачем так орать-то, ну. — Признавайся, ты любовался мной когда я спал, хитрюшка. Но ладно, я знаю, что прекрасен во сне, поэтому не буду злится, — нахально не сдвигаясь и на миллиметр заявляет Мацукава-мастер-фломастер-менять-тему-Иссей. — Вообще-то, ты был весь в слюнях и бухой. А ещё храпел. — мстительно отвечает Макки, злобно отбирая одеяло. — Я не храплю! — А я прима балетного театра. И если ты не слезешь с меня наконец, я запихаю пуанты тебе в глотку. — Злой ты с утра какой-то, — всё-таки отодвигаясь, замечает Маццун. — Ага, особенно с утра в два дня. Маццун слишком хочет пить, чтобы препираться дальше. На самом деле, Макки только с похмелья такой ворчун, так-то он обычно ржёт с Мацукавой надо всем. Эту его особенность он узнал не сразу, просто начал замечать систематическое ворчание и зашкаливающий уровень сарказма именно после грандиозных попоек. По пути к воде Иссей трижды пытается войти в стену, но таки натыкается на дверной проем и благополучно (почти) попадает на кухню. На какую-то подозрительно незнакомую кухню. Не поймите неправильно. Мацукава любит неожиданности и сюрпризы. Но только не с похмелья, и только не с утра. И плевать Маццун хотел на то, что уже два дня, солнышко садистски палит по глазам, и вообще, просыпайся красавица — когда проснулся, тогда и утро. На этой кухне есть стол, и это уже говорит о том, что это не их с Макки кухня. У них дома столов нет вообще. Как и — Иссей искренне надеется что всё-таки нет — имеющегося здесь какого-то, спящего на этом самом столе, парня. Парень признаков жизни не подаёт, поэтому Маццун благоразумно решает парня не будить, и просто тихонько наливает себе и Ханамаки воды. — Слышь, Макки, — говорит вернувшись в комнату и подметив по пути всё больше отличий от их квартиры Маццун –, где мы вообще? — У Терушимы, — осторожно выдаёт Такахиро. Ещё одна особенность прогрессирующего алкоголизма Макки — он помнит всё. Ну то есть, помнит всё так, будто и не напивался вовсе, так что если у кого что и спрашивать после вечеринки, так это у Ханамаки. Минусом этой суперспособности является то, что Макки помнит не только город где проснулся, но и всеобщие пьяные выходки, так что компромат у него в связи с этим есть на любого. — А, ну тогда фигня, — облегчённо выдыхает Маццун –, это же в том же городе, где мы живём, так что срать. Мне ж просто к восьми на работу, помнишь? Да, Маццуну на работу к восьми и после прошлого раза его настоятельно просили не опаздывать. — Да помню я, помню, — прыскает Макки –, тебя ж в прошлый раз чуть не уволили. — Ну хватит ржать, я всего-то на пару дней опоздал то, ну. — Действительно. Мацукава работает барменом в ночную и в начальниках у него очень нервный менеджер, который видимо не любит людей вообще и Иссея в частности. И вообще. Виноват был Куроо. Он наглым образом споил его и посадил в синкансен до Нагоя. Маццун, между прочим, ещё день с пьяну не мог понять где он, а во второй заблудился и полчаса пытался выяснить у какого-то старичка где здесь вокзал, но его невнятный японский и путаные объяснения понять было невозможно, так что станцию он искал долго. Так что да, на работу он опоздал. И, знаете Если честно Повторения ему не хотелось. — Слушай, как ты думаешь, в этом доме есть что-нибудь съедобное, кроме парня на кухне? — На кухне есть какой-то парень? — Да, спящий и похоже без задних ног. — Это же как в сказке! — Макки машет руками. Наверно ему в голову ударило вчерашнее вино, раз он смог углядеть какие-то сходства с какой-то сказкой в бухом теле пускающем слюни на столешницу. — Чего-то не помню я сказок про пьяных парней на столах. — Да бля, я не про это, ну помнишь сказка была такая, мы ещё ржали с неё на зарубежной литературе. — Во-первых, ты уже видимо отошёл от вечеринки, раз можешь выговорить слово "зарубежная литература", а во-вторых ты можешь назвать хоть одну вещь с которой мы не ржали? — Ладно, не важно. Ты вот про еду сказал и мне захотелось крабовых палочек, уже чувствуешь себя виноватым? — Чувствую себя пиздатым. — Нам надо обследовать этот дом —  внезапно загорается какой-то очередной глупостью Макки. — Это квартира. — Нам надо обследовать эту квартиру! — Что за идиотская идея, принимай меня в команду исследований! Ханамаки воодушивленно размахивает руками, вскакивает с кровати и, не удержав равновесия, падает. Мацукава думает, что они оба такие прекрасные идиоты и прячет улыбку.

***

— Ты только посмотри, Макки, он же застрял! Боже, это лучший момент в моей жалкой жизни, — давясь смехом сообщил Маццун. Нет, ну действительно, это ведь… — Голубь, застрявший в заборе? Точнее жопа голубя. Да Маццун, я примерно так и представлял тебе цель твоей жизни. — Как он туда только залез? И ладно бы он просто застрял, так нет же. Этот несчастный голубь пытался высвободиться и активно вертел вышеозначенной частью тела. Сфотографировав, теперь знаменитого, голубя и отправив Куроо с подписью "Это ты", Макки помог бедной птице и та, испуганно шарахнувшись в сторону, улетела. Короче, итоги ревизии оказались неутешительные: еды, как и хозяина квартиры, не оказалось. Там вообще было сложно найти что-то, кроме бутылок из-под алкоголя и того парня, который честное слово, если бы не всхрапнул когда они с Макки рисовали ему неприличную картинку на лбу перманентным маркером, то они решили бы, что он мертв. — Слушай, Маццун, я всё-таки хочу есть. Крабовых палочек там, или типа того. О, и ещё чупа-чупс! Может зайдём в магазин? — А ты не беременен случайно, а? — наигранно озабочен Мацукава. Макки ржёт и сворачивает за угол в сторону магазина. Так вышло, что крабовых палочек не было и они решили взять что-то другое. Ну и взяли. Банан, мороженое, мелки ("Макки, а давай нарисуем под окнами Ойкавы что-нибудь неприличное?" "Шикарная идея, берём"), мочалку в виде уточки ("Маццун, я хотел себе это всю жизнь!") и, конечно же, чупа-чупс. Мацукава думает, что их стипендия ушла на уточку и мелки, и они очень взрослые, да.