Последний умер на нулевом меридиане

2038 год.

В результате атомной войны между северными и южными континентами Земли, была сброшена самая сильная атомная бомба в истории человечества, ставшая причиной её окончания. Миллионы людей погибли, ещё миллионы были облучены, умирая один за другим, исчезая с лица земли, как палочки связи на экране телефона. Заражение росло так же быстро, как и смертность. В самых населенных городах Земли люди умирали быстрее, так как из-за количества проживающих отравленный воздух обжигал лёгкие двойной дозой. Самые процветающие нации были истреблены фактически по щелчку, те, что развивались медленнее, так же скоропостижно из-за недостаточной медицинской осведомленности и недостатка нужных препаратов. Везунчикам, что жили в районах между эпицентрами взрывов, оставалось только ждать своей очереди на свободное место в морге. Пытаясь сбежать от участи, что на самом деле всегда в подобной схватке выигрывала, они бежали за границы стран, встречались лицом к лицу с дикостью и непониманием, в конечном итоге сдаваясь судьбе покорно. Самый лучший, последний умер на нулевом меридиане, не дойдя до такого желанного счастья всего несколько метров. Судьба всегда быстрее, разница лишь в том, какое время она будет разрешать тебе вести в этой схватке, конец которой, предопределен с самого начала. Однако такая лёгкая смерть — выход лишь для слабаков, что не в состоянии за себя постоять. При создании проекта по выживанию в зоне менее заражённого участка Земли, оставшейся группой учёных, что не были заражены, или имели в своей крови лишь безопасную дозу радиации, было принято решение о перенесении цивилизации на более благоприятное место. В мир, который больше напоминал инкубатор, но в котором бы никто не имел контакта с заражённой атмосферой. Звезда SC201. Одна из самых отдаленных от Земли и менее опасных звёзд во всей вселенной. Жизнь на ней, ранее, не практиковалась. Более того, никаких признаков её (жизни) как таковой там не наблюдалось. Эксперимент длился долго. Только месяц по всей планете искали людей, что могли бы пополнить число тех, кто уже согласился на переселение. Многие остались тогда на Земле, ошибочно предполагая, что радиация, средняя продолжительность действия которой больше трёх десятков тысяч лет, испарится как страшный сон. Единицы остались лишь потому, что не видели смысла покидать дома, не понимали всей серьезности происходящего. 17 августа 2038 года с последнего воздушного корабля, на владения SC201 сошли одиннадцать сотен человек, последний корабль, прибывший на станцию, носил маркировку сто семьдесят четвертого судна, совершившего посадку на данной местности, а в документациях научных деятелей был записан как завершающий. В зависимости от возраста, физических качеств и происхождения переселенцы были поделены на группы, по которым и были отправлены в разные пункты сбора.

По возрасту:

E — Дети, находящиеся в состоянии полной невозможности нести службу. (Раненные, сироты, инвалиды) D — возрастная группа от 10 до 20 лет, имеющая отклонения от развития или психические расстройства + мужчины и женщины до 60 лет не имеющие возможности для службы. C — Пенсионеры. B — Люди в возрасте от 21 до 60 лет не имеющие кардинальных отклонений от идеала, обладающие качествами средних рабочих. Так называемый средний класс. A — Возрастная категория обозначенная лишь в рамках от восемнадцати лет. Работники научных организаций, лучшие бойцы, обладающие запредельными для людей категории B качествами, такими как: излишняя выносливость, сила, смелость, неуязвимость.

По качествам: Категория В (до 10 баллов)

0 — не имеющие никаких выдающихся качеств (группы E-В) 1 — Сдавшие проверку на 11 баллов. 2 — Сдавшие проверку на 12-15 баллов. 3 — Сдавшие проверку более чем на 5 баллов отклонения от нормы. (15+) 4 — Сдавшие проверку на оригинальное количество баллов, при подсчёте которых общее число перешло в категорию 20+ 5 — Оригинальные экземпляры, имеющие отклонение от каждого вида качества на 3 или более баллов при проверке.

По происхождению:

G — Чистокровные земляне. (Вымерший тип) V — 1 поколение после G. (Вымерший тип) Z — 2 поколение после G. (Вымерший тип) J — 3 поколение после G. (Вымерший тип) L — 4 поколение после G. (4% населения) O — 5 поколение после G. (34% населения) Q — 6 поколение после G. (47% населения) W — 7 поколение после G. (15% населения)

2247 год.

Пак смотрит на таблицы, что листаются перед глазами со скоростью света с помощью специальной программы.  — Ваш запрос пробит по базе. Похожие люди были найдены на сто десятой, восемьсот тринадцатой и одна тысяча девятьсот шестой странице, — говорит ему металлический, неживой голос, от звучания которого даже уши готовы свернуться в трубочку.  — Покажи мне сто десятую страницу, Мири, — обращается он к электронной девушке, чье лицо отображается в углу монитора.  — Так точно, Господин Пак, — кивает она и на мониторе перед глазами снова начинают мелькать картинки, через мгновение все останавливается, — Чхве Хви Ён, тридцатипятилетний работник завода на котором производятся цветные металлы для обработки корпусов суден. Порядковый номер В0О. Дважды привлекался полицией по мелкому грабежу.  — Отлично, — Чимин записывает все услышанное в блокнот, кивая девушке не глядя. — Давай дальше. Картинка снова приходит в действие, через несколько секунд замирая на восемьсот тринадцатой странице.  — Как Вы сами видите, Он ДжиХён двадцатидевятилетний сторож, работающий на складе остатков воздушных суден. Привлекался больше пяти раз за разбой. Порядковый номер В0Q, — рассказывает электронная голограмма. Пак зевает, прикрывая рот рукой, а потом устремляет глаза, покрасневшие от недостатка сна, на экран. Девушка хмурится.  — Если бы вы думали о своем здоровье, то давно бы уже легли спать, вместо того чтобы гробить здоровье, — ругается она на командира, — Нельзя так поступать с двадцатилетним организмом.  — Листай дальше, пожалуйста, — перебивает ее Чимин, отворачиваясь к картотеке. — Мое дело найти того, кто украл эту долбанную капсулу времени со склада, а уже потом можно и выспаться. — А мое дело говорить вам порядковые номера заключённых в тюрьмах, но я же для чего-то ложусь спать. «Спать? Если бы это только можно было назвать словом «спать» — думает про себя Чимин, разглядывая девушку на экране, лишь тихо похмыкивая на её замечания. Кто она ему вообще такая? Мири то появляется, то исчезает, то перестраивается под рябь, что даёт сигнал к тому, что связь очень плохая. Молодой командир нажимает на кнопку на клавиатуре, тем самым сворачивая окно где показывается голограмма. Он нажимает на знак поиска ещё раз, безрезультатно надеясь на продвижение, но когда загрузка заканчивается, на экране появляются все те же числа.

110, 813, 1906.

И если Пак скажет, что у него плохое предчувствие, смотря на эти числа, то те, кто находятся выше него по званию, его просто засмеют, потому что в такой среде обитания нужно уметь думать мозгом, а не чем-либо другим, включая и пятую точку, и сердце, и предчувствие, будь оно неладно. Парень нажимает на последнюю страницу, всматриваясь в лицо на фотографии. Нет, это точно не тот человек, которого описывала женщина ставшая очевидцем, но никого нельзя списывать со счетов. Он читает о нем подробную информацию, останавливаясь на количестве сроков. Насилие, изнасилование, причинение тяжкого физического вреда… Пак скалит зубы, подобно волку, что готов напасть на свою добычу. Последний срок заключения пробит под штампом «Пожизненно», а рядом с датой рождения стоит прочерк. Взгляд Чимина скользит вниз, на графу даты смерти, где жирным шрифтом выделено вчерашнее число. Арифметика проста. Кража была осуществлена три дня назад, по официальным сведениям подозреваемый умер вчера, то есть на третий день после кражи. Даже если эта сволочь и была виновна, то ее уже не покарать. Парень сосредоточенно уставляется в записи в блокноте, пытаясь провести хоть какие-то параллели между оставшимися подозреваемыми и кражей, но ни намерений, ни причин делать это у тех нет. И что же это значит? Снова тупик?  — Ты собираешься там жить, верно? — позади слышится мягкий голос одного из товарищей Чимина, на что младший улыбается, поворачиваясь на секунду лицом к старшему для приветствия, а потом снова оборачиваясь к своей работе. Хосок проходит дальше, опирается руками о плечи друга и смотрит на монитор.  — Ты снова отключил Мири, — замечает он, присаживаясь на кресло рядом. Хосок умён, красив и очень хорош собой как боец, именно поэтому Пак часто восхищается способностями старшего, взамен на это получает тонну любви и заботы, которая его окружает. Чон носит ему стаканчики с кофе, когда младший, пребывая в своем собственном мире, забывает даже просто ходить в столовую. Он отдает Чимину все свои вещи, когда тот просит, готовит ему завтраки лично, протирает пыль на его части их общей комнаты и ещё много разных мелочей, которые, при сложении в одну картинку выдают конечный результат: Дружба до гроба.  — Что, снова учила тебя жить? — усмехается старший, продолжая разговор о Мири. Пак сконфуженно улыбается.  — Ведёт себя так, будто она воспитательница с сорокалетним опытом в детском садике, а я воспитанник ясельной группы, — рассказывает парень. — Все мозги мне уже высосала, как смузи через трубочку. «Командир Пак, вам нужно выспаться», «Командир Пак, завтра у вас выходной, не забудьте здесь курточку уходя», «Не простудитесь, Командир Пак», «Не курите, это вредно для вашего молодого организма…»  — Но ведь это и правда вредно, — улыбается младшему Хосок.  — А то я не знаю, — хмыкает двадцатилетний, подскакивая на месте. — Только не до здоровья мне сейчас. Ты представляешь что со мной сделает госпожа Ций если узнает что я за три дня так ничего и не сделал? Да она меня в лучшем случае на кол посадит.  — Именно из-за таких мыслей, — вздыхает старший, опираясь подбородком о руку, — ты и начинаешь курить. Просто признайся, Чимин, — вдруг просит Хосок, — что ты не принимаешь ее заботу из-за недоверия.  — А какого черта я вообще должен ей доверять? — безразлично хмыкает Чимин.  — Того самого черта, что она уже второй год каждый день даёт тебе рекомендации связанные с твоим здоровьем. Или, ты хочешь сказать, что девушка из компьютера против тебя заговор строит и ты ей поэтому не доверяешь? Абсурд, Чимин, просто задумайся, — старший разводит руками в разные стороны, устало улыбаясь другу. — Пойдём в общежитие, пожалуйста. Тэхен меня чуть не съел сегодня ночью за то, что ты не пришел ночевать.  — Разве ты ему не сказал что я был на задании?  — Разве ему должно было стать легче? — таким же тоном удивляется Чон, вытаскивая Пака из комнаты и закрывая ее на ключ. Они проходят по металлическому коридору, время от времени останавливаясь перед закодированным дверьми, чтобы ввести код, а потом снова приходят в движение. В общежитие все тихо. Как только Чимин заходит внутрь, то не сразу замечает Тэхена, стоящего у двери их общего холодильника и смотрящего на содержимое.  — Сок-а, у нас закончилась еда! — кричит Ким, прежде чем повернуться к дверям. Тэхён смотрит на Чимина пару секунд без реакции, потом роняет из руки тарелку с хлебом и надвигается вперёд.  — Где ты был, мать твою?! — Ким набрасывается на Пака с кулаками, которые не бьют, а буквально щекочут парня сквозь униформу.  — Только не убивай, пожалуйста. Я от этого и пытался себя спасти все это время, — просит Чимин, прижимая к себе друга. — Успокойся, все хорошо, твой герой тут.  — Придурок ты, вот ты кто, — обиженно вырывается Ким. Чимин оглядывается вокруг, понимая на периферии своего сознания, что что-то изменилось, но что именно, он не чувствует. Ответом отзывается Хосок.  — К нам же тут подселили одного, — рассказывает он Чимину, когда все трое садятся за стол, — новичок, недавно закончил училище для бойцов, теперь вот будет с нами жить.  — Новичок? — заинтересованно спрашивает Пак. — Ну и как он вам?  — Потрясающий, честное слово, — подхватывает Тэхен. — У него такая же маркировка как и у тебя, Чонгуком зовут.  — Такая же? — Пак смотрит на A5Q, выжженое на своем запястье, хмыкает и прикрывает татуировку кофтой. — Здорово.  — Серьезно? Ты говоришь что это все здорово? — с усмешкой спрашивает Хосок, — Даже рвать и метать не будешь, в честь того, что нам дали такое достойное пополнение?  — Если он действительно достоин, то с чего бы мне рвать и метать? — Чимин складывает руки в замок, задумываясь над услышанным. — В самом деле, если как ты говоришь, Тэхен, этот Чонгук такая находка, то это даже хорошо. Находка, к слову, появляется в комнате лишь после полуночи. Чонгук залетает внутрь словно вихрь, весь в какой-то грязи, но ужасно уверенный в своем виде. На его лбу красуется отпечаток, что быстро и стремительно краснеет, становясь все заметнее. Тэхен тут же взрывается смехом, давясь при этом куском ненастоящего яблока, выращенного в местном саду для искусственных овощей и фруктов. Чимин спешит на помощь, пытаясь друга от смерти спасти, но замирает на полпути, уставляясь на вошедшего широко раскрытыми глазами. Чонгук смотрит в ответ, открыто, фактически не стесняясь. Тушуется, только когда Пак издает первый смешок, и отворачивается в сторону. Стоя лицом к лицу, Чимин понимает с чего это Тэхен так неожиданно начал смеяться, и давиться смехом тоже, давая себе секундную слабость. Он правда старался не смеяться, честно, но смех как-то поборол его чувство такта. Да, начинать знакомство вот так, через одно место — его конёк.  — Да ладно вам, чего издеваетесь над мелким, — вмешивается Хосок, отважно пихающий Тэхена в бок и подталкивающий Чимина отойти в сторону тоже. — Как будто ты так же ни разу не приходил, — говорит он Паку, отряхивая с одежды младшего пыль.  — Но я и не приходил, Хосок-а, — разводит руки в стороны Чимин, наконец подавляя смех и тоже отвлекаясь на Чонгука. Брюнет отворачивается от него сразу же, как только их взгляды пересекаются. Пак отпечатывает в своем сознании краснеющие щеки Чонгука, Чонгуку отпечатывается лишь одно слово. И как бы теперь не хотелось что-то изменить, первое впечатление уже сохранено в головах обоих парней и даже при крайней необходимости его стереть не удастся. Чимину стыдно, за то, что он не смог сдержать смех, поэтому он стыдливо улыбается, кивая Чонгуку, чтобы он проходил внутрь. «Нормально» они знакомятся только следующим утром, когда Чонгук, коротко бросив свое имя и пожав руку старшего, скрывается за дверью общей ванной, оставляя разочарованного Пака в коридоре. Чимин надеется на полноценное знакомство, а не на секунду разговора и быстрые попытки скрыться. Он пытается поговорить нормально с Чоном хоть раз, но он постоянно убегает. У него, кажется, имеется миллион отговорок, чтобы сбежать от знакомства с Паком, но какого черта он это делает, Чимин не знает.  — Бегает от тебя, говоришь? — усмехается Хосок, подсаживаясь за стол к Паку на обеде.  — Как горная лань, — поддакивает парень, направляя ложку абсолютно пресного супа в рот. — У него то дела, то встречи, то ещё что-то.  — И ты думаешь что он делает так, потому что ты ему не нравишься, да? — Чон продолжает издеваться, это Пак видит по его глазам, в которых сверкает усмешка, с каждым словом все глубже.  — Нет конечно, он от меня просто так бегает, спортсмен, наверное, — возмущённо подскакивает младший, устало опираясь лбом о стол. — А ты что думаешь, по этому поводу? — уже спокойнее спрашивает он щекой ложась на холодную железную поверхность.  — Думаю что вы два идиота, вот что я думаю, — Хосок делает глоток неоднородной голубой жидкости из стакана, а потом продолжает, — Скорее всего, ты наоборот ему нравишься, вот он от тебя и бегает.  — Ну да, все же от тем кто им нравится бегают как козлы по горам, — Пак шмыгает носом, втягивая сопли, — может это потому что я болею, а у него боязнь микробов?  — Не неси чушь, — смеётся Чон, кусая какую-то зачерствевшую лепёшку, — Люди, которые бояться микробов ходят с перчатками на руках и пыль протирают каждые полчаса. А ты сам видел, что Чонгуку никакого дела до микробов нет.  — Тогда я вообще не знаю, — Пак отмахивается рукой, типа: «Ну и пошло оно все», но все равно продолжает думать о том, как с младшим сладить. Вечером, когда Тэхён сваливает на какую-то вечеринку, одну из тех которые проводятся на скрытом корпусе, Пак решает устроить себе отдых, зачитываясь какой-то скучной книгой, смысл которой им был удачно потерян примерно на пятом предложении. Хосок, которого Чимин так ждал, зашёл буквально на минуту, чтобы рассказать о том, что в общежитии ночевать не будет, и удачно смылся в неизвестном Паку направлении. Чонгук приходит когда Пак уже засыпает, не найдя в холодильнике ничего, что хотя бы близко напоминало бы еду. Чимин вздрагивает от резкого хлопка и почти что подлетает с кровати, уже хватаясь за своё штатное оружие, лежащее под подушкой. Чонгук от неожиданности тоже хватается за пистолет, направляя прямо на Чимина. Он смотрит полминуты широко раскрытыми глазами, потом его дыхание приходит в норму, а глаза возвращаются в стандартную форму.  — О, — произносит он на выдохе, — извини, Хён. Я не думал что тут кто-то есть. Чимин хмыкает, откидывая оружие на кровать, наклоняясь за книжкой, что упала на пол, когда он подпрыгивал. На разговоры он не настроен, к тому же, странно даже то, что Чонгук вообще запомнил что Пак ему хён. «Кто вообще разрешил этому ребенку пистолет в руках держать?» — думает он про себя, заваливаясь обратно на нагретое место  — А где Тэхен Хён и Хосок Хён? — интересуется младший, садясь на свою кровать напротив Чимина.  — Ушли по делам, — вещает старший, пытаясь отвлечься на сюжет. — Хосок сегодня не готовил, поэтому есть нечего, мелкий. А я до магазина бы физически не доплёлся. «А как же 3 балла за выносливость?» — хочет съязвить Чонгук, но удерживает себя от колкости в чужой адрес.  — Зато я доплёлся, — пожимает плечами Чон, и только тогда старший замечает пакет, что тот поставил на стол. — Денег, правда, не на все хватило, но вы же не каждый день яблоки уничтожаете.  — Если бы это можно было назвать яблоками, — усмехается Чимин.  — Но ты никогда не пробовал настоящих яблок, так откуда тебе знать что эти не такие? — ответно усмехается Чонгук, выкладывая из пакета продукты. Пак не отвечает, наконец погружаясь в смысл книги. Он замечает пару раз как младший смотрит на него, пытается, возможно, что-то сказать, но не придает этому значения. Чонгук гремит посудой, что-то режет и постоянно шуршит упаковками, а когда через несколько минут с самодельно отгороженной части комнаты, что называется «кухня» доносится сладкий запах еды, старший не выдерживает, отправляясь по нему.  — Хён, ты будешь есть? — спрашивает Чонгук сразу же, как только Чимин появляется в дверях «кухни», сверкая своими глазами. — Что такое? Пак смотрит на него странно, будто пытается что-то разглядеть и младший уже хочет увернуться от его взгляда. Чимин делает шаг вперёд, чтобы посмотреть на содержимое тарелок, а потом назад.  — Это сладко? — спрашивает он. — Ох, я не ем сладкое.  — Тогда что насчёт бутербродов, с ненастоящей колбасой? — приподнимает бровь Чон, чтобы посмотреть на старшего сверху вниз. Он только тогда замечает, что Чимин на самом деле ниже, чем он сам.  — Тебя что, подменили? — недоверчиво косится Пак. — То ты бегаешь от меня как ошпаренный, то…  — Пак Чимин! — дверь снова хлопает и внутрь врывается уже девушка. Ее красные волосы собраны в пучок, в руках находится папка, а на плечи накинут белый халат, небрежно перевязанный поясом.  — Что случилось? — отвлекается старший, хмуря брови. Главный врач их общежития так просто в комнаты не врывается, поэтому волноваться есть за что.  — Держи, — девушка достает из маленькой сумочки упаковку таблеток в капсулах, заталкивает Паку в ладонь какую-то белую бумажку, исписанную чернилами, быстро диктует сколько раз в день их надо принимать и уже хочет скрыться.  — Сон Ли, но это же всего лишь простуда, — хихикает старший, пытаясь отделаться от всяческой заботы со стороны достаточно симпатичной девушки. Любой другой бы на его мести был бы счастлив, только вот, кажется, не нравятся Паку девушки, что в его корпусе, да и у Сон Ли есть жених, которым девушка хвалится, не переставая, вторую неделю.  — Принимаешь одну сразу после того, как только хорошо поешь, запьешь двумя стаканами воды, ляжешь в кровать и, — девушка серьезно смотрит на молодого командира, — чтоб лежал и выздоравливал! Я все сказала. Красноволосая бьёт дверью, улетая по своим делам. Чимин смеётся ей в след, откидывает таблетки на край обеденного стола и собирается уже вернуться на нагретое место.  — Ты болеешь? — доносится со стороны Чонгука.  — А ты не замечал? — шикает старший, — Третий день уже ночью с ума схожу, уснуть никак не могу. Ах да, ты же приходишь под утро, откуда тебе знать. Младший недоверчиво смотрит на таблетки, потом на Чимина, который надувает нижнюю губу.  — Я был на подработке, а не бегал от тебя как ты говоришь, хён. И никого я не избегал, боялся что ты сам говорить не захочешь после нашей первой встречи, — Чонгук показывает себя максимально серьёзно, призывая старшего вести себя подобающе. — Я всего лишь работаю, у меня нет мотивов от тебя носится по всему общежитию, мне не десять лет, пропеллера на спине не растет, как видишь. Он показательно поворачивается к старшему спиной. Чимин меняется в лице, но все равно кидает нечто язвительно.  — Строгие родители отдали тебя в самостоятельную жизнь, чтобы ты умирал на подработках? Умно.  — У них, в общем то, и выбора не было, — Чонгук отвечает, но выдержав длинную паузу, из-за чего Чимину даже становится не по себе.  — Отлично, тогда я пойду спать, а то сам слышал тон Сон Ли, мало ли что она со мной сделает, — отмахивается старший, пытаясь отогнать от себя неудобные мысли.  — А еда? — растерянно удивляется Чон, показывая на кастрюлю. — Все почти готово, дождись немного и сделай все правильно, пожалуйста. Чимин останавливается, но все равно уходит, оставив висеть в воздухе тихое:  — Приятного аппетита, Чонгук. Спокойной ночи.  — Спокойной ночи? — как-то слишком взвинченно реагирует младший, и быстро спешит поправиться, отворачиваясь к столу. — Да. Спокойной ночи, Хён. Экран телефона, если его можно так назвать, загорается. Надпись на нем гласит следующее: «Хей, Пак Чимин, ходят слухи, что в той краже замешан ваш новый сосед. Будь осторожен, я бы рекомендовал его проверить. [Номер скрыт настройками приватности]»