Я у тебя за спиной ...

Sam Tinnesz — Bloodshot       С погодой сегодня было что-то неладное. То солнце припекает, норовя прожарить тебя до корочки, то небо обволакивают тяжёлые, массивные тучи, то ветер налетает и сносит все вещи, которые стояли на столику, за котором сидел Мин Юнги, размышляя. Да, что-то неладное с ней, как и с его людьми.       Мин думал, что они надёжные и знают, что такое приказ, но ошибся. Они слишком своевольные. В одну минуту кивают головой, а в следующую идут делать, то, что им заблагорассудиться. Парню интересно, кем они были в реальной жизни, где-то там на материке. Когда ещё помнили себя и то, что сделали.       Возможно кто-то оказал им услугу — стерев память. Разве так не лучше? Ты начинаешь новую жизнь с самого начала, и за тобой нет шлейфа из сожалений, боли и вины. Возможно так лучше. Но возможно ли стереть и суть человека? Воспоминания — да. Но суть… Если кто-то был убийцей, им он и останется несмотря на то, что он этого не помнит.       Мин смотрит на Лидо и До Кинсу, они точно были хладнокровными убийцами. Иначе как объяснить, что они без его ведома напали на лагерь зелёных и убили главного и ещё какого-то бойца. Мин зол на них за то, что сделали это без его ведома, а с другой стороны, их теперь осталось трое, что им мешает пойти и закончить то, что начали его люди.       Тогда останется только группа черных. С ней будет труднее, Мин не знает точно, кем они были, но знает, кем они являются сейчас. Они умны, осторожны, принципиальны и верны друг другу. А с такими людьми тяжело придётся. Мин возможно даже завидует группе черных. У них так точно знают, что такое приказ. — Ну и зачем вы это сделали? — спокойно спрашивает главный. — Это давно нужно было сделать. Теперь нам осталось только довести дело до конца, — ухмыляется Лидо. — Следующими будут черные. Уже не терпится убить того мудака, Пак Чимина, — скалиться До Кинсу.       Юнги сжимает кулаки, надо успокоиться. Но с другой стороны, если он сейчас не проучить их, не поставит на место, то Мин может прощаться с должностью командира. Тем более, что Пак Чимин должен остаться жив, он должен быть его. Только его. Вот Чонгука точно стоит убить. Бесит гад.       Мин вытаскивает Глок, подходит к Кенсу, и бьёт его рукояткой пистолета по голове. Тот вскрикивает и падает на колени, держась за голову. Лидо медленно отходит. — Вы, наверное, не знаете, что такое приказ, но не беспокойтесь, я вам покажу, — ровно отвечает Мин.       Он подходит к Лидо и со всей силы бьёт его с ноги в голень. Тот падает на колени, сцепив зубы. — Приказ — это мое слово. Если я сказал мы не нападаем сейчас, то вы сидите тихо и ждёте, а не под покровом ночи идете убивать самых слабых на этом острове. У меня был план, и они в нем участвовали, но вы все испоганили, — рычит Юнги. — Простите, — сдавленно шипит Лидо, держась за ногу. — Простите, — опустив голову говорит До. — А теперь я даю приказ, пойти и закончить то, что вы начали. Собирайтесь. И Пак Чимина не трогать, он мой. Всем ясно? — спрашивает командир у всех. — Да. — Хорошо.

***

      Чимин, Шиу и Сонхва возвращаются в лагерь зелёных после того, как похоронили тело девушки. Не думал Пак, что до такого дойдет. Он не знает, с какой целью их сюда притащили, но почему-то он думает, что точно не с этой. Хоронить тело оказалось не так страшно. Чимин не чувствовал отвращения, как будто он это делал не впервые. И вот это уже пугает. Да кем он был вообще?       Они подходят к лагерю и их оглушает звук выстрела. Парни переглядываются и начинают бежать. Лёгкие горят, но никто не останавливаться. Когда они оказываются в лагере, то видят «изумительную» картину. Бойцы Мина целятся в людей зелёных и людей Чимина.       Пак видит как перепугано держит в дрожащих руках пистолет Бонсу. Видит, как Джин целиться в голову Мина. Тэхён стоит слегка впереди Сону, защищая. Чжухон весь дрожит, но не от страха, а от злости. Чимин вытаскивает оружие, то же делают и Шиу с Сонхва. — Какие люди и не в Голливуде, — ухмыляется Мин, но выглядит он растерянным.       Кажется, он не ждал увидеть их здесь. И зачем они пришли снова? Если хотели зачистить лагерь зелёных, то почему не сделали это в первый раз как приходили? Зачем было убивать девушку и ранить главного, а затем убегать. Разве что их было мало, а это подводит Пака к мысли, что Мин не знал о нападение.       Но теперь знает, и пришел довести дело до конца. Они не в выгодной позиции. Людей мало, оружия тоже. Чонгук с Джуном ещё не вернулись. Есть большая вероятность того, что, когда они вернутся тут уже никого не будет в живых. Прекрасно просто. — Пришел зачищать после своих людей? — ровно спрашивает Чимин.       Юнги с непроницаемым лицом, сжал зубы. В яблочко. Но это ничего им не даёт. Нужно потянуть время. — Знаешь, ты меня разочаровал, я думал у тебя великий план, подождать, пока нападем мы, и тогда перетянуть зелёных на свою сторону, — равнодушно говорит Пак.       А Юнги побагровел от злости. О, да. Кажется, у кого-то действительно был план, но он пошел коту под пушистый зад. — Ну и какой у вас план? Ну, убьете вы зелёных и нас. Дальше что? Будете жить здесь долго и счастливо? — поднимает бровь брюнет. — Да, только ты будешь жить вместе со мной, долго и счастливо, — ухмыляется Мин, а Чимину рвать хочется. Фи, мерзость. — Как мило? Ты что, влюбился? — улыбается Чимин, сжимая рукоять пистолета. — Возможно. Примешь мои чувства? — ровно спрашивает Мин. — Он что, на больного похож? — морщиться Тэхён. — Тем более у него уже есть парень, — рычит Чонгук подходя к Чимину.       Пак с таким облегчением вздохнул, что, кажется, его на материке услышали. Джун становиться возле Джина. Мин опять побагровел, он сейчас похож на вулкан, который может в любую минуту взорваться. — Нуу, парня можно и убить, — наигранно спокойно отвечает Мин. — А ты попробуй, кусок дерьма, — скалиться Чон.       Кажется, ещё секунда и начнется ад. Пак сомневался, что кто-то останется в живых. Все вздрогнули, когда услышали, как где-то далеко захрустели ветки, а затем кто-то начал приближаться. Все почти в унисон повернули пушки в лес. — Что за… — в шоке прошептал Хосок.       К ним медленно и хищно шла стая волков, выходя из леса. Все затаили дыхание. — Не двигайтесь, — тихо сказал Пак.       Минхёк дрожащими руками нажал на спусковой механизм и начал стрелять по животным. Как оказалось, стрелок из него не важный, или же он просто перепугался до усрачки. Потому что он ни разу не попал. Волк взвыл и прыгнул на него, кусая за руку. Парень повалился на землю и начал истошно кричать.       В этот момент все остальное волки начали нападать. Хонджун прицелился и убил одного, но это только разозлило животных. Они начали скалить зубы. Два волка кинулись на Сохён. Тэхён поморщился смотря на то, как они вгрызаются в ее лицо, но при этом чувствовал удовольствие. Она с самого первого дня ненавидела Сону. Так ей и надо.       Люди Чимина и зелёные, начали медленно отступать, как разумные существа. А красные только больше производили шум, как бы приглашая волков. Один волк все же заприметил Сонхва, который был ближе всех к ним, и прыгнул. Пак не думая ни секунды, бросился к нему. Вместо парня, он набросился на Чимина, вгрызаясь в его руку.       Чимин истошно закричал от боли, Чонгук бросился к нему, но ему перекрыл дорогу самый большой волк — вожак стаи. Волков становилось все больше. Теперь даже люди Чимина отстреливались. Пак пытался достать пистолет, но, к несчастью, он выпал. Сонхва пытался помочь, но на него зарычал серый волк и тот начал отступать.       Пак чувствовал, как клыки волка царапают кость. Боль была адская. Не о такой смерти он мечтал. Кровь вытекала из вены слишком быстро, кажется, волк прокусил артерию. Сознание начало покидать его, а затем громкий выстрел, и кто-то оттащил животное от него. Брюнет медленно открывает глаза и смотрит на Юнги. — Только не засыпай, — кричит Юнги, как будто из дна океана. — Слышишь меня? — Да, — вяло прошептал Чимин. Но не сдержал обещание, темнота накрыла его.