Иллюзия счастья

Браслет из золота сиял на моём запястье, я перебирала его, пытаясь хоть как-то убить время. Прошло минут двадцать, как мы сидели в уютном кафе. Людей здесь было не так много, хотя,кто пойдёт трапезничать в десять вечера, только слишком занятые люди и айдолы. Мы относились ко второму варианту. Чонгук сидел рядом, в небольшом коричневом бархатном кресле, всё его внимание было уделено телефону. Он сказал, что к нам должны присоединиться и разделить этот поздний ужин. Поэтому, я сидела, и облизывалась, на поедающего лапшу человека, за соседним столиком. Я не знаю, кто разделит наш ужин, но я его уже ненавижу, так как заставлять ждать голодных людей не культурно. На деревянном столике лежало меню, Чонгук предложил мне сделать заказ, но я отказалась, решив подождать всех, но похоже надо было соглашаться, так как я совсем не ужинала, из-за приглашения в кафе, кто бы мог подумать, что этот человек так поздно придёт, хотя… Чонгук похоже знал и поэтому предложил заказать, не дожидаясь гостя. В кафе было мрачновато, но это было плюсом для Чона, так как был бы скандал, заметь нас вместе. Пару лампочек свисали, освещая помещение жёлтым светом. Окна были завешены плотными тёмными шторами, и свет с улицы тоже не проникал. Одна из стен была выложена тёмно-серым камнем, другая стена была обклеена светло-коричневыми обоями. Тёмный пол с переливающимися на нём узорами тоже не давал зачахнуть помещению, на стенах висели чёрно-белые фотографии. Бедные и богатые люди, пейзажи, животные, здесь было всё. Если бы не интерьер и то, как всё сочеталось вместе, было бы похоже на нору крота. Взглянув на настенные часы, которые освещали дальний угол кафе, время…. Незнакомый парень встал около нашего столика и загородил часы. Я перевела взгляд на него. Чёрные порванные джинсы обтягивали плотные бёдра парня. Сверху светлая джинсовая куртка прятала тело, могло показаться, что она летняя и совсем не согревает в этот холодный осенний день, но если присмотреться, то внутри куртки был белый мех, что говорил об уютности, от одного взгляда хочется прикоснуться к нему. Внутри просматривалась обычная белая футболка. На голове парня была такая же белая кепка, которая совсем не скрывала чёрные волосы. Он явно гордился своим телом, так как не скрывал всё за вытянутыми вещами, а наоборот показывал все свои достоинства. Парень присел в кресло напротив и снял белую маску с лица, больше не скрывая свою личность. Его тёплая улыбка, и тёмные глаза, которые скрылись и превратились в полулунные щёлочки. Не помню, когда я могла видеть такую же искреннюю улыбку, сразу становится тепло, хочется доверять парню. Очарование было напротив меня. - Чимин, - он протянул руку и немного убрал улыбку, что его зрачки снова проглядывались. - Суён, - пожав руку напротив, мне захотелось узнать его ещё больше. Тёплые и мягкие пальчики, словно детское одеяло окутали мою руку. - Приятно познакомиться, - Чимин перевел взгляд на Чонгука. – Привет. Знаю что поздно, но Хосок Хён задержал меня. - Он явно сегодня не в настроении, - отложив телефон на стол, Чон улыбнулся Чимину и взял меню, приступая к выбору еды. - Я устал, поэтому хочу выпить, - выдохнув, сказал Чимин, перелистывая меню к концу. - А как же еда? – Чонгук усмехнулся, не отрываясь от изучения меню. - Ну-у, мне надо будет чем-то закусить. - Прирождённый алкаш, - Чонгук тихо посмеялся. – Суён не бери с него пример. - Не решай за девушку, - обратился он к Чону и переметнул свой улыбчивый взгляд на меня. – Никогда не позволяй решать за себя, ведь тогда ты не испытаешь никакого удовольствия от жизни. - Она не знает, что такое удовольствие, – Чонгук отложил меню и поднял руку вверх, чтобы сделать заказ. – Правда, Суён? – улыбнувшись, Чонгук мимолетно взглянул на меня. - Тогда тебе стоит научить девушку. - А ты думаешь, я не пытался? Она словно упрямый баран, знает, что такое драма и больше ничего, - я чувствовала раздражение в голосе Чона. - Хватит говорить, как будто меня здесь нет, - не выдержав этого диалога, я наконец остановила их. - Порой людям стоит услышать разговоры о себе, - сказал Чимин, прикусив нижнюю губу. - Я не хочу слушать, то, что говорят за моей спиной. - Суён, лучше это будет в открытую, чем за спиной, - Чимин тоже закрыл меню и, поставив локти на стол, положил в ладоши голову. – Поверь, насмешки о тебе, без тебя, делают человека слепым и наивным. - Меньше знаешь, крепче спишь, - я пыталась противостоять мнению парня. - И то верно, - Чимин выдохнул. – Но как тогда совершенствоваться? Кто если не враги, укажут тебе на ошибки? Я хотела ответить, но подошла официантка, чтобы принять заказ. Всё это время, я смотрела на этого улыбающегося человека напротив и не могла понять, как такой на вид очаровательный мальчик, может не скрывая обсуждать людей. Первое впечатление обманчиво… это был первый, и последний день, когда я поверила в милую мордочку напротив. - Так что? Суён, ты выпьешь со мной? - голос Чимина вывел меня от поедания дырки в стене. - Она не пьёт, - грубо выпалил Чонгук. - С удовольствием, - я улыбнулась Чимину, не обращая внимания на то, что было сказано Чоном. Мой благоверный лишь хмыкнул. - Ты никогда не пила, - сказал факт из моей жизни Чон. Да, именно факт. - Никогда не поздно начать. - А ты говорил, что она не знает, как получать от жизни удовольствие, - Чимин расплылся в улыбке. - Это для тебя выпить после работы удовольствие, а не для Суён. - Может быть, я тоже устала, - я перевела взгляд на Чонгука. - От чего? Дорогая, я тебя работать не заставляю, варить мне еду тоже, я даже не сплю с тобой, - откинулся на спинку кресла Чон и сложил руки на груди. - От твоего мрачного характера и от твоих уроков выживания, - я вновь отвернулась к Чимину. Хоть кто-то в этом мире может подарить мне искреннюю улыбку. Чонгук встал. - Ты куда? – забеспокоился Чимин. - Руки помою и свой характер заодно. - Забавно, - сказал Чимин, как только Чонгук отошёл. – Обидеться иногда очень приятно. Придумаешь сам себе обиду, налжёшь, преувеличишь, из маленького камня гору сделаешь и сидишь с тёплой душенькой, ощущаешь большое удовольствие. И ведь сам знаешь, что всё ложь, но продолжаешь злиться. - Чон всегда такой? – я уточнила у парня. Мне хотелось узнать,какой Чон в глазах друзей. - А я не о Чонгуке, - Чимин откинулся на спинку и вальяжно улыбнулся. – Я о тебе. - Я ничего не придумываю. - Я тебя не осуждаю, у каждого своё удовольствие. Чонгук конечно засранец, но он не станет обижаться на то, чего нет. Я знаю его достаточно, чтобы утверждать, что не права ты. - Меня тоже нужно узнать, чтобы делать виноватой меня. - Хватает порой одной, сказанной в ссоре, фразы, чтобы понять человека. Суён, Чонгук, он так проявляет заботу, просто расслабься и получай удовольствие. - Ты сам предлагал мне выпить. - А разве Чонгук не сказал, что я местный алкаш, а с такими, лучше не связываться, - Чимин засмеялся. Я смотрю на этого с виду милого человека и не понимаю, как в нём может укладываться столь детская улыбка и совсем не детский характер. Защищает он Чона только потому, что он его друг или же считает так сам. Скорее, второе будет более верно. Чимин не похож на того, кто будет поддакивать и соглашаться со всем, только потому, что вы лучшие друзья. Я не знаю его, но хватает порой одной,сказанной в ссоре фразы, чтобы понять человека. Неужели я начинаю цитировать новых знакомых… означает ли это, что я согласна с Чимином. Но тогда мне придётся согласиться и с Чонгуком. Хочу ли я жить по указанию Чона и быть его собачкой? Может быть, он был прав и пить с Чимином не лучший вариант, но быть послушной собачкой не лучше. - О чем задумалась? – Чонгук тыкнул пальцем в моё плечо. - О животных. Еду уже принесли и Чимин во всю уплетал сочный стейк, а я ковырялась в томатном супе, ложкой перебирая ингредиенты. Есть перехотелось, а уйти домой я не могла, так как мой хозяин крепко держал поводок. Чимин отвлёк моё внимание от супа, чокнувшись о мою тарелку рюмкой. Я поднял на него взгляд, и он вопросительно смотрел на меня, всё ещё протягивая рюмку с соджу. Я взяла её и Чимин тут же чокнулся со мной своей рюмкой и влил в себя эту отраву. Хотела ли я этого? Нет. Но я хочу отомстить Чону за его строгое отношение ко мне. Я поднесла рюмку к губам и тут же влила в себя прохладную жидкость. Горло тут же обожгло, а неприятный вкус соджу остался каплями на губах. - Это стоило того? – сказала Чонгук, даже не развернувшись ко мне. Он прекрасно знал, что пью я не от удовольствия, а от упрямства. - Нет, - честно признав его правоту, я приняла вторую рюмку от Чимина. – Но наблюдать, то, как тебя это напрягает, стоит, чтобы стерпеть этот ужасный вкус. - Вылив в себя вторую рюмку, я сморщилась от горечи и глубоко вдохнула. - Может быть супика? – Чимин приподнял одну бровь и кивнул на суп. - Не хочу есть. - На голодный желудок ты быстро опьянеешь. - Мой хозяин меня отнесёт, - я повернулась к Чонгуку и сложила лапки по собачьи. - Гаф. Чимин громко рассмеялся,тем самым привлекая к нам внимание. - А вы ребята смешные. Надо за это выпить, - он вновь протянл мне рюмку. Я приняла её и вновь жидкость влилась, уже в меньшей степени обжигая глотку. После третьей рюмки голова закружилась, а тело словно обмякло в кресле. Алкоголь довольно быстро подействовал на незакалённый организм, отключая здравый смысл. Ничего не поддавалось контролю… ни мои действия, ни слова. Всё слишком заспутанно и непонятно. Хочется делать то, чего нельзя, без лишнего страха, хочется смеяться и плакать. Все эмоции смешались в одну непонятную кашу. - Эй, - мутная рука была перед моим лицом, качаясь то вправо то влево. – Кажется тебе достаточно. - Такой знакомый грубый голос, в котором нет ни капли мягкости. - Ты можешь говорить не так грубо, - я развернулась к обладателю. Он смотрел на меня, но приглушенный свет и моё подкошенное состояние не давало разглядеть его выражение полностью. - Пошли домой, - тихо произнес Чон. – Я расплачусь и мы пойдём. – Он встал и исчез из моего поля зрения. - Похоже, твоё удовольствие всё же причинять боль этому парню. Но причиняя боль ему, ты причиняешь боль и себе. Счастлива, когда его нет рядом? Нет. Но в его присутствии, ты не испытываешь того удовольствия, которое испытываешь, страдая от его отсутствия. Признайся, что привыкла к нему и может быть страдать, совсем не придётся. Я развернулась к Чимину. Парень тепло смотрел на меня и улыбался уголками пышных губ. - Может быть, я боюсь. - Каждый идёт своей дорогой… все эти дороги идут в никуда. И то, ради чего мы жили, окажется таким бесполезным. Так может быть весь смысл в самой дороге, то как по ней идти. Суён иди по ней с удовольствием. - Уже поздно что-то менять. - Никогда не поздно сойти с пути, по которому тебе плохо, как бы далеко ты не зашёл. Это будет самое правильно решение. Я шла впереди, а Чонгук не торопясь шёл сзади. Больше он ничего не говорил, да и мне не хотелось разговаривать и ссориться с ним. Может быть, я и люблю злить его, так и хочется иногда задеть. Показать, что собачки кусаются и что на обращение со мной, словно я вешалка, он не имеет права. Злоба брала своё, и хотелось обернуться и треснуть по этому смазливому личику, но не было сил… сейчас, я не способна на действия и слова. Я вошла в квартиру, и тут же, увидев в темноте танкетку, села на неё и облокотившись о стенку, прикрыла глаза, наслаждаясь теплотой и отдыхом. - Вставай и иди спать, - сказал Чонгук. Он взял меня за локоть и потянул обратно в стойкое положение. - Доведи меня, - я попросила его, зная, что дойти самой будет трудно. Тепло после холодного ветра так приятно окутало меня, что сознание терялось с каждой секундой, а картинка перед глазами медленно покачивалась. Не отпуская локоть, Чон потащил меня в комнату. Сейчас мне плохо, очень плохо. Всё перед глазами плывёт, а от крепкой хватки парня становиться больно. Не хочу больше терпеть такое обращение, хочу, чтобы он отвёл меня не как веник, а как девушку. Я выдернула руку и от сильного размаха упала на пол. Глаза стали влажными, нет, мне не было больно от падения, было неприятно, что я сейчас в таком состоянии, что вновь выгляжу жалко. Больше не хочу быть жалкой, хочу быть желанной. Жалость порождает неприязнь, а желание любовь. Неужели я не могу выбрать второе и идти по своей дороге смирно, а не как убогая. Почему, я всегда выбирала первое, ставила гордость на первое место, почему для меня быть жалкой лучше, чем желанной? - Хватит плакать,- прошептал Чонгук и присел рядом. - Насколько я выгляжу жалко в твоих глазах? - Никогда, девушка, которая живёт здесь, не будет жалкой для меня. Я переместила свою ладонь на его шею и притянула ближе, оставляя никчёмное расстояние. - Избавь меня от этого ощущения. Я прикоснулась к его губам. Поцелуй получился сладким и невинным. Парень будто и не хотел заходить дальше, а я хотела. - Почему ты не хочешь поцеловать меня,как в прошлый раз? – я смотрела в его глаза, а он в мои. Мой слишком нуждающийся, в чём-то большем, просящий ещё, и его спокойный и холодноватый. Ответа не последовало, лишь его изучающий взгляд. Хочется узнать о чём он думает сейчас, он хочет того же или же нет? Чонгук остался неподвижным. Как же раздражает его бездействие. Он хочет, чтобы я сама целовала его? Слишком жестоко Чон Чонгук. Но мне так надоело всё это, все его игры, грубое обращение, колкие фразы. Я девочка, которая хочет почувствовать мужчину, а не кусок говна рядом. Приблизившись вновь и накрыв его губы, вовлекая в поцелуй, я почувствовала тёплую руку на спине, которая, буквально, слегка прикасалась, говоря, чтобы я встала. Мы поднялись вместе, не разрывая уже более углублённый поцелуй. Я запустила свои пальчики в его тёмные волосы. Словно по шёлку мои пальчики скользили по его волосам. Всё было как в самом банальном романтичном фильме. Хотелось остаться в моменте. Слишком сладко… пересилив себя, я отстранилась и, взяв его за руку, повела в его комнату. Дойдя до кровати, я остановилась и притянула Чона к себе. Он приобнял меня, а я обвила его шею руками. - Давай остановимся, - прошептав в губы Чонгук. - Я не хочу, - улыбнувшись, я хотела вновь накрыть его губы, но он отстранился и, выпустив меня из своих объятий отошёл, проведя пятерней по волосам, он улыбнулся и смех раздался по комнате. - Разве ты готова к дальнейшим действиям? – убрав руки в карманы, он приподнял брови, всматриваясь в меня. – Это всё алкоголь и переизбыток милого Чимина. - Ты всегда портишь романтичные моменты, - я возмутилась и присела на кровать, показывая, что уходить я не собираюсь. - Суён, я не мальчик, который кончает от одних поцелуев. - Я не такая глупая, чтобы этого не понимать, - Чонгук лишь усмехнулся и, развернувшись, направился к выходу комнаты. - Эй! Ты куда? Возбудим и не дадим, Чон Чонгук?! – я крикнула ему в след. - Не хочешь спать со мной?! – вновь он портит всё и мне приходится задевать его, показывая, что я живой человек, а не его личный предмет для полноты картины. Он остановился в дверном проёме. Изысканно развернувшись, Чонгук приподнял брови и вопросительно смотрел на меня. Мне стало не по себе. Он смотрит на меня, как на идиотку, усмешка придаёт ему ещё большей красоты и уверенности. Чонгук подошёл к кровати и его искорки из глаз так и посыпались на меня сверху вниз. Я медленно подняла голову на парня, что возвышался надо мной, и замерла только от одного взгляда, ведь вблизи, он казался мне устрашающим, а не смешным и задорным. Мне хотелось отсесть, но тело словно парализовало под его надменным взглядом. Чонгук наклонился, и я почувствовала его теплые губы около мочки уха. - Я бы давно трахнул тебя и без твоего согласия, только каким бы монстром ты меня потом считала? - я почувствовала, как кончики его губ приподнялись. – Ты и сейчас не готова, а меня зачем-то возбуждаешь. Глупышка. Алкоголь выветривался и, осознавая всю ситуацию более трезво, я понимала, что он был прав. Я может быть и хотела почувствовать его, но просто поцелуя было вполне достаточно. Я хотела уснуть с ним, чтобы он обнял меня и весь мир показался таким никчёмным. Но когда он ушёл, когда он не хотел всего этого, мне стало обидно. Это была его забота, он хотел подождать, но моя обида залегла слишком глубоко. Одна брошенная фраза в ссоре развела огонь, теперь мне было страшно. Он не был противен мне, и возможно,моя небольшая привязанность к этому парню давала о себе знать, но переспать с ним хотелось мне меньше всего. Чон прикоснулся своим лбом к моему, и наши глаза пересеклись, мой испуганный и его похотливый. Чонгук облизал свои губы и медленно прикоснулся к моим. Облизывая и покусывая мои губы, он переместил свою правую руку на мою спину и стал водить своими тонкими длинными пальцами от начала позвоночника до его конца. Он кусает нижнюю губу, несмотря на боль, я сжимаю её только больше. Снова укус, но он вновь не может проникнуть глубже. - Не сопротивляйся, будет только больнее, - отстранившись, Чон прошептал в губы. Я оттолкнула Чонгука и переползла на другую часть кровати. Только, я хотела встать и убежать, как мужская рука схватила моё запястье, и потянула на себя. Перетащив меня на середину кровати, Чонгук сел сверху и зажал мои ноги между своими крепкими бедрами. - Я не хочу! - я пыталась оттолкнуть Чонгука, упираясь в его грудь, но груда мышц, нависавшая надо мной, не далась так легко. - Пару минут назад, ты готова была отдаться мне, а что изменилось сейчас? – взгляд полный похоти, тёмный и властный. Он похож на садиста, не этого я хотела изначально. Чонгук наклонился ближе и вовлёк меня в новый поцелуй. От недостатка кислорода кружится голова, я оттолкнула парня, но он всего лишь воспользовался моментом и тут же прильнул к моим губам вновь, только придержав подбородок и проникая своим языком внутрь, углубляя поцелуй. Мокро, извращённо, вульгарно, слишком интимно. - Я не трону тебя, пока сама этого не попросишь, - он поцеловал меня в щеку и стал спускаться ниже. - Никогда, - сквозь зубы, прошипела я. Усмехнувшись, Чон целует мою шею, его руки скользят по моему телу вниз, к джинсам, он снимает их, опускается к трусикам, скользнув в них рукой. Пару поглаживающих движений, такой бесцеремонный жест. Дрожь пробирает тело от его прикосновений, дыхание усиливаться, в голове всего одно: «Что последует после этой ласки?». Просовывает в меня два пальца, и я издаю тихий и протяжный стон, откидывая голову назад. Эмоции становятся неподвластны, всё плывёт перед глазами, всё становится таким неявным и неважным. Надо взять себя в руки, не смей отдаваться первобытным инстинктам! Чонгук мокро целует мою шею, оставляя на ней красноватые синички, я пытаюсь вытащить его руку, освободив меня от этих искушений, но он лишь перехватывает мои руки своей свободной рукой и сжимает до боли в запястьях. Продолжая двигать пальцами он, наконец, навис над моими губами и дыша в них улыбается. - Не впутывай свои маленькие ручки, если только не хочешь помочь мне, - шепот раздаётся в самое ухо, проникая куда-то в глубины мозга и заседая там. - М-м, - я промычала прямо в шею Гука, как только почувствовала третий палец внутри. - Давай, сопротивляйся, - усмешкой произнёс соблазнитель и перевёл взгляд на меня. Как бы я не хотела избавиться от его пальцев, от жгучего дыхания, от невыносимого чувства внизу, я не могу. Слишком соблазнительно, хочется ещё, хочется больше ласки, хочется более жгучего чувства внизу. - Не могу, - протяжно,я с трудом выдаю слова. - Или не хочешь, - прошептав, Чонгук медленно проводит языком вниз по подбородку, нежно целуя местами, опускается ниже, целуя горло, призывая вновь запрокинуть голову. Он покусывает нежную кожу, оставляя следы, что так ноют уже сейчас, но эта боль приносит удовольствие. - Хочу, - стонами вырываются слова. Чонгук вынимает пальцы и внизу всё тянет от неудовлетворенности. - Проси, как следует, мы же не хотим насилия в нашей почти уютной семье, - он возвышается надо мной. Его ладонь медленно опускается на моё лицо, поглаживая щеку. - Мне сказать умоляю? – приподняв брови, я усмехнулась. - Ну, ты и сука. - Гаф. Мне плевать на гордость, на то, что он скотина, я хочу сейчас в полной мере почувствовать удовольствие и насладиться им. Чонгук снимает с себя толстовку, кидая ее куда-то во мрак комнаты, и вновь опускается ко мне, утаскивая меня в пучину сладких поцелуев. Я издаю тихий и протяжный стон в поцелуй. Чон прокрадывается под свитер и сжимает в ладони мою грудь с набухшими от возбуждения сосками, ласкает так, что я проваливаюсь под ним, всё моё сознание уходит в нирвану. Обвив его шею руками, я притягиваю его ещё ближе, хотя…мне кажется ближе для нас быть не может. Когда воздуха практически не осталось, Чонгук разорвав поцелуй, потянул за края свитера вверх и, стянув его с меня, бросил в след его толстовке. Не став томить,он следом расстегнул бюстгальтер и прильнул к моим соскам, лаская языком, Чон принялся посасывать и покусывать его… Отстранившись он начал целовать шею, ключицы, медленно и уверенно спускаясь вниз, он провел мокрую дорожку от груди к животу. Издавая громкие стоны, я металась под ним. Чон никак не мог остановиться не оставляя ни одного сантиметра без поцелуя или засоса, который болью отзывался от повторного прикосновения. Опустив руки на мои бёдра, он улыбнулся, и раздвинул мои ноги. Его улыбка обладала уверенностью, жестокостью, она не была успокаивающая, может быть это и манило меня… Чонгук всегда знал, что нужно делать, что сказать, он парень, который знает чего хочет от жизни, для него мечта, это его цель. Это покоряет до безумия, которое окутывало меня, доводило до дрожи. Я прикоснулась пальчиками к его губам, скулам, обводя каждый мускул на лице. Он взял мою руку в свою и поцеловал ладонь. - Будет больно, - немного охрипшим голосом сказал Чонгук. - Без боли мы не сможем оценить удовольствие, - я улыбнулась ему. Чонгук приподнялся и снял с себя остатки одежды. После горячих объятий парня, я оказываюсь на холодной кровати. Устроившись поудобнее, я поднимаюсь на локти, безмолвно смотря ему в глаза, тем временем, он опускается следом за мной, накрывая мои губы поцелуем. Стянув чёрные кружевные трусики, он отбросил их и устроился между моих согнутых и раздвинутых ног. Опустившись ко мне, Чон целовал меня с каждой секундой, углубляя его, что я проваливалась в неизбежную бездну, но он одним резким движением вывел меня из эйфории и я издала протяжный и мучительный стон в поцелуй. Толчок. И я разрываю поцелуй, мои стоны раздаются по все комнате. Он почти не двигался, давая привыкнуть к новым ощущениям. - Потерпи, - он успокаивающе произнёс, поглаживая мои волосы. Впиваясь короткими ногтями в спину парня, я откидываюсь назад от немного неприятного ощущения внизу. - Только без отметин, - Чон убирает руку со своей спины и впечатывает мои руки в матрас, переплетая наши пальцы. – Меня буду сильно ругать, если увидят твои прекрасные царапины. Даря один краткий поцелуй, он отстраняется и начинает двигаться. Ускоряясь, толчки становятся всё глубже, и я поддаюсь вперёд, переводя взгляд на него. Набирая темп и ещё более глубокими толчками, он входит в меня, доводя до самого безумного состояния. Стоны становятся громче и чаще, поэтому он оставляет нежный поцелуй на губах. Отстраняясь, он наблюдает за тем, как я понемногу утопаю, издавая тихие стоны и протяжное мычание. Вновь целует своими нежными губами. Чувствовать прикосновения мужского тела это невероятно… чувствовать его прикосновения это наваждение… Я закрыла глаза, тяжело дыша, тело пробирает дрожь, а из горла вырывается стон, смешанный с криком и тело мякнет в кровати, но он лишь ускоряется, уже во всю вонзаясь резкими и глубокими движениями в моё тело. Ещё толчок и ещё… и вот Чон издает стон, смешанный с рыком. Он падает на меня и его горячее дыхание обжигает мою кожу. Вновь целует и с чмоком отстраняется. Чонгук перекатился на спину, его грудь высоко вздымалась, я подняла взгляд и увидела, что он смотрит на меня. В этой тишине, слышно лишь наше дыхание. Я приподнялась и присела на кровать. - Ты куда? - В ванну, - я обернулась и улыбнувшись, чтобы успокоить, что всё хорошо, вышла из комнаты. Открыв кран с холодной водой, я набрала воду в ладони и плеснула на своё лицо. Подняв взгляд, я смотрела на своё тело, начиная с шеи и заканчивая животом, фиолетовые засосы красовались на коже. Опустив взгляд на руки… синяки на запястьях ныли, что каждый поворот руки отдавался болью. Глаза стали мокрыми, первая слеза упала на кисть руки, я закрыл глаза, опрокинув голову, больше не давая слезам падать. Всё, что было в спальне… желание? Я не хотела этого, но он сам довел меня до такого состояния, чтобы я просила его, умоляла. Но ведь игру начала не я… посмотрев на отражение в зеркале… самообман, сегодня впервые я лгала себе. Смотря в глаза напротив, я поняла, что не хочу этого. Жалкие оправдания… жалость, теперь я презираю это чувство. Честность к себе должна присутствовать. Выбрать дорогу, по которой идти будет легко, значит наплевать на чужие чувства и получать удовольствие. Эгоизм. Открыв заспанные глаза, я приподнялась на локтях. Смятое постельное бельё, наши вещи комком лежали на полу. Я упала на мягкую кровать и повернулась на сторону, где спал Чонгук. Ночью, он обнял меня, и я уснула, наслаждаясь теплом парня. Я не увидела его рядом сейчас и это не удивительно. Я привыкла к его непостоянству. Выдохнув, я встала и надев трусики и футболку Чона разлохмаченная пошла на кухню. Потирая глаза, я кое-как перебирала ногами по ламинату. Боль отдавалась по всему телу. - С добрым утром, - Голос Чонгука вывел меня из сонного состояния. – Что-то не так? Твой взгляд пугает меня, - он отпил из кружки и оперся рукой о столешницу. - Удивлена что ты здесь, - я подошла к нему ближе. - Это плохо? – он вскинул бровями и поставил кружку с недопитым кофе. - Нет, – Чонгук аккуратно убрал прядь волос и оголил часть шеи. - Красиво, - он победно улыбнулся, рассматривая синички. – Болит? – поглаживая оголенный участок шеи, спросил Чонгук. - Представь себе да. - Прости, - он притянул меня ближе и наши лбы соприкоснулись. Из-за его ровного дыхания, тело покрывалось мурашками. Чонгук опустил руки на бедра и медленно переместил их на мою спину, приподнял футболку он приобнял меня за талию. – Я надеюсь, что теперь у нас не будет скандалов? - Смотря, как будешь себя вести, - издав краткий смешок, я обвила его шею руками, и попыталась притянуть его к себе, чтобы обновить воспоминания о вкусе его губ, но он отстранился. Чон отошёл к столику. - Я? – он показал пальцем на себя, и усмешка заиграла на его губах. Я улыбнулась ему и отвернулась, чтобы достать чашку из верхнего шкафчика. - По-моему я идеально себя веду. - По-твоему всё здесь идеально, - я развернулась, чтобы видеть его лицо. - К сожалению не всё. Есть одна маленькая деталь, которая любит ебать мозги и знаешь… - Знаю, - я подошла к чайнику и налила кипяток в чашку. – Ты кстати, уходить собираешься? - А что? - сказал Чон уже привычным грубым тоном. - Надоел, - не разворачиваясь, я поставила чайник на плиту и потянулась за чайным пакетиком. Услышав усмешку сзади, я почувствовала, как ещё один чайник по имени Чон Чонгук закипел до предела. Чимин был прав, мне нравится причинять ему боль. С кружкой чая, я с поднято гордой головой направилась к столу, что стоял посредине кухни. - За твоё здоровье, а то подохнешь, а кому мне потом мозги ебать, - я подняла чашку и принялась пить. Чонгук уже стоял у прежнего места. Он взял свою чашку с недопитым, уже остывшим напитком, и швырнул её в стену напротив, чуть не задев меня. Я не пошевелилась и продолжила пить чай. Может быть он и засранец, но бить это не по его части. - В твоём случае пить надо зелёный чай, а не кофе, ты после него нервный, - спокойно проговорив, я взглянула на него. Чонгук подошёл ко мне и схватив за ещё ноющее запястье,прислонил к стенке в которую минуту назад полетела чашка. - Мне снова наказать тебя? – он приподнял мою голову за подбородок, чтобы наши глаза были на одном уровне. - Сможешь повторить? Мне кажется надо немного восстановиться, - я улыбнулась как можно нахальнее. - Суён, прекращай быть неудовлетворённой. - Я вполне удовлетворённая. Тебя же взбесила. Немного отстранившись, он облизал мою губу и прикусил её. Посмотрев на мои истерзанные губы, он усмехнулся и, отпустив меня, вышел из кухни. Последнее, что я услышала это хлопок двери. Дрожащей рукой, я дотронулась до своих онемевших губ, и почувствовав, что пальцы покрылись жидкостью. На моей руке была кровь. - Сволочь.