Моя? Твоя!

Срочно скорую! Да, да, к Бизону!

      В ушах до сих пор стоит крик Сармата, а сердце никак не хочет биться в привычном ритме. Господи, как же она испугалась. Кажется, так страшно еще не было. А еще эта чертова неизвестность!

Ну, как всегда — молодцы!

      Леся вышагивает перед ребятами и даже не замечает, что копирует Его. Та же поза, так же убраны за спину руки и та же интонация…

— На беседу в ФСБ вызывали!

— На счет Бизона?

— Угу. Помоги.

      Она слушает Дану, а мысли где-то далеко. С Ним. Глаза, которые всегда были цвета шоколада, теперь имеют цвет…темной печали. В них нет того озорного огонька. Ума с силой сжимает пальцы у себя за спиной, пока ребята не видят. Отсутствующий взгляд и плотно сжатые губы. Она изгибает бровь и включается в разговор.

Слушай, я ему конкретный вопрос в лоб задаю: «Что с Бизоном?» Знаешь, что он ответил?

      Девушка поочередно переводит взгляд с Даны на Опера и вдруг замирает. «Что с Бизоном?». Сердце екнуло, она смотрит на Дану и ждет ответа.

А что он может ответить? У него же на лице написано, что они сами ничего не знают.

      Уманова опускает взгляд в пол и еще плотнее сжимает губы. Черт! В дальнейший диалог она уже и не вслушивается. Лишь поочередно смотрит потухшими глазами на ребят и изредка вставляет короткое «угу».

Ну что? К барьеру?!

      Надо отвлечься. Она со злостью одевает очки и наушники. Надо выместить злость.

Здравствуйте! Простите, пожалуйста, это местное телевидение…

      Олеся проходит мимо, не удостоив журналюг даже взгляда. Все обошлось. Живой. А это все — игра. Дурацкая, но игра. Осталось потерпеть совсем чуть чуть. Взгляд цепляется за фотографию с траурной лентой. По спине пробежал холодок… Она пару раз моргнула, отгоняя от себя дурные мысли и отвела взгляд. Это все игра! Не дождетесь!

Вы — отряд, которого нет.

      Все еще долго что-то говорят, а ее мысли заняты лишь одним человеком. Боря. Как он? Что с ним? Чертова изоляция!

Как Бизон?

      Дана задает вопрос, который она сама так и не решилась озвучить. В этот момент, сердце сделало пару ударов и замерло в ожидании. Кажется, даже ноги перестали слушаться. Хорошо, что разговор происходит в сидячем положении.

Ну, с Тарасовым все в порядке. Идет на поправку. Скоро он к вам присоединится.

      С губ срывается вздох облегчения. И, первый раз за все это время, появляется легкая полуулыбка.