О некоторых особенностях взаимодействия волшебников и заклинателей

Хогвартс содрогается. Давайте будем честны, за последнее время замок, и, соответственно, все его обитатели уже пережили множество эксцентричных и даже странных преподавателей защиты от тёмных искусств. Но это был уже откровенный перебор. Говорят, на должность было принято сразу трое. Это по факту. В документах же это значилось как принятие профессора с ассистентом и наглядным пособием. Хогвартс гудит. Шепотки ходят по большому залу, студенты пытаются высмотреть среди преподавателей новые лица. Кажется, уже открылся тотализатор на степень безумия преподавателей в этом году. Только при Гарри Поттере они пережили четырех профессоров со странностями. Времена до Гарри Поттера никто особо и не вспоминал - это были "тёмные" времена, когда в замке было довольно уныло, и никто даже не пытался никого убить. У них уже преподавал одержимый Тем-Кого-Нельзя-Называть, в народе нежно называемый "злодеем для бедных", потому что ну вы его вообще видели - этого заику, боящегося всего и вся, который умудрился умереть от рук одиннадцатилетки? Они страдали целый год под присмотром Локонса. Точнее, мужская половина страдала, а женская пускала на него метафорические "слюни". Этого профессора пытались вообще не поминать всуе - а вдруг вернётся ещё? - и, максимум, обозначали его "Роковой Валентинкой" или "Павлином", но даже так о нем пытались особо не вспоминать, следуя заветам про солнца, лучи и менее приятные субстанции. Люпин был получше. Он хотя бы пытался преподавать, причём иногда даже увлекательно. Правда на поверку оборотнем оказался, но кто из нас без греха. А ещё замок с ним выглядел филиалом съёмочной площадки бразильских сериалов - правда то, что вообще такое "филиал съёмочной площадки бразильских сериалов" знали только очень тесно знакомые с маггловским миром ученики. Так вот, обитатели Хогвартса целый год наблюдали сюжет, как Люпин избегает Снейпа, что огрызается на весь свет, а на профессора ЗОТИ особенно, и тут, в самый трагичный момент, появляется Сириус Блэк, который вроде хочет убить все и вся (и национального героя, о боже!), а вроде и "Гарри, ты как Джейми, и теперь мы будем лучшими подружками" и "Я лично знаком с этим мальчиком всего три минуты, но если с ним что-то случится - я убью всех в этой комнате, а потом себя". Сериал тогда закончился на самом интересном моменте, где Сириус пропадает, Люпин уходит от горя с должности (потому что все всё знают), а Клювокрыла убили? или не убили? Куда вообще делся этот гиппогриф? И конечно, следующего сезона не будет, живите с этим. Вместо продолжения им подсунули беглого преступника, который учил их непростительным, кричал о "постоянной бдительности" и устраивал контактный зоопарк в школе (прости, Драко, мы помним твою жертву). Как это водилось всегда в этом замке, все в курсе всего, но делают вид, что знают примерно ничего. И жить вроде можно. И даже "зрелища" подкатили на драконах, русалках и ой, кажется, кто-то опять умер на турнире. Директор, ну вы же обещали! Дамблдор на этот счёт только печально покачал головой, показывая всю свою скорбь по поводу смерти Седрика. Но все всё ещё всё знали. И вот. Приехали. Кажется, за столом показались новые лица. И они очень смутно напоминают волшебников в принципе. /// Это в каком-то роде культурный обмен, убеждает себя Дамблдор за два месяца до нового учебного года, приглашая эту странную компанию, кажется, родом откуда-то из Китая, преподавать. Выбора у него, впрочем, нет. Министерство хочет посадить в школу своего человека, и либо Дамблдор наймет этих людей, либо, за неимением вариантов, кого-то предоставит Фадж лично. Из двух зол, как говорится... И приглашает необычных иностранцев на чай с лимонными дольками. /// Гробовая тишина охватывает большой зал, когда директор представляет новых преподавателей защиты от тёмных искусств. Для начала, их вид очень необычен для обитателей замка. Азиатский тип лица имеет свое очарование, но для начала к нему нужно привыкнуть, а этой возможности у студентов пока не было. Одежда тоже странная, что для чистокровных волшебников, что для магглорожденных. Один из них в черно-красном, второй - в бело-голубом. Верх состоит из чего-то среднего между халатом и мантией, а низ - между юбкой и штанами. И волосы. Кто вообще в двадцатом веке так сильно отпускает волосы? И ладно бы только внешность. Один из этих двоих, тот, что в черно-красных одеждах, оперативно растягивается в улыбке и начинает говорить. Он говорит за всех: за директора, назвавшись ещё раз и сказав, чем он тут будет заниматься; за своего спутника, на лице которого нет ничего, кроме холодного равнодушия, представив и его; за учеников, сам себе отвечая на вопросы для зала. Он, оказывается, очень любит поговорить. Минут через пять бессмысленного трепа, такого энергичного, что прервать его, вставив слово, кажется нереальным, второй новый профессор касается рукой плеча энергичного напарника и произносит: - Вэй Ин. Тот сразу замолкает. - Прости Эр-гэгэ, - усмехается болтун. - Увлёкся, - оборачивается к залу. - Увидимся на занятиях, детишки! - садится, всё ещё нахально улыбаясь. Зал все ещё немного так в шоке. Только Гриффиндор уже содрогается, потому что глаза близнецов Уизли подозрительно сверкают, что происходит обычно перед воплощением их самых безумных идей. /// Под конец лета, после первой встречи с директором местной школы заклинателей, Лань Чжань хмуро окидывает взглядом Вэй Ина. Вздыхает. - Зачем нам это? - спрашивает тихо и немного устало. Вэй Ин смотрит на него сначала немного непонимающе, потом усмехается и растягивается в улыбке. Глаза его сверкают весельем и предвкушением. - Конечно же потому, что здесь намечается хорошая заварушка! - тараторит он и подхватывает Лань Чжаня под руку, прижимаясь. - Давай вновь будем там, где хаос, хорошо? Я люблю нашу мирную жизнь и знаю, что ты её тоже любишь. Но, скажи, разве плохо это - скучать по приключениям? - Мгм, - отвечает Лань Чжань, и Вэй Ин понимает без слов, лишь по легкому движению головы и приподнявшимся в подобии улыбки уголкам губ. И тут не просто "да" или "нет", тут - целый спектр от "развеяться и правда не помешает" до "я люблю тебя". Целый маленький мир на двоих. Маленький мир, существующий для них вне пространства и времени.