Несослагательное наклонение

***

Петр отошел от окна и устало посмотрел на Николая. — Вот скажи мне, друг мой, почему все что мы делаем с тобой, в итоге приписывают другим? — А у них по жизни виноваты будут то Главный, то майоры Петров и Боширов, то снег, то дождь, то русские хакеры, — Игрок усмехнулся. — И это, Ваше светлейшество, потому, что мы с тобой работу нашу делаем от души. Они же еще к нам и прибегут на вышеперечисленную рать жаловаться. Потому что не понимают всей глубины русской души. — Завтра Сахару затопит, — Бестужев вздохнул, — и кого виноватым назначат? — Петь, ты чего задумал? — Николай вздрогнул. — Да я гипотетически, — рассмеялся Граф. — Ну не Сахару затопит, а Гольфстрим замерзнет, или Антарктида растает. — Ты, Светлейшество, так не шути, — Коля покачал головой, — а то я знаю твои способности, сегодня пошутишь гипотетически, а завтра и наводнение в Сахаре, и Гольфстрим в спячке, и пингвины без континента. А виноваты опять майоры, ну или Главный. — И так всегда, — развел руками Бестужев.

***

Петр вошел в «соточку», Николай устало тер глаза, но появление друга тут же отогнало усталость. — Сделал? — А как же! Ты, Петь вообще в разнос пошел, а виноваты опять майоры. — Я почти не причем, — Граф даже не улыбнулся. — Сказал же президент, что наши меры будут ассиметричными. — Ну я так и понял твой юмор, а вот субъекту было не до веселья. Ладно, — Николай махнул рукой, — смотри. На экране ноутбука развернулось следующее действо: симпатичная дама сначала очень мило разговаривала по-чешски с седовласым мужчиной не первой свежести, рассказывая ему о ночной грозе с ураганным ветром, занесшим во двор соседнего особняка белье ее собеседника. Мужчина искренне был удивлен размахом и последствиями ночной стихии, но тут дама задала ему один единственный вопрос: откуда жительница соседнего особняка знает, как выглядит его исподнее? В глазах мужчины вспыхнул ужас, а в руках дамы появилась бейсбольная бита. — И как тебе это шоу? — Игрок усмехнулся. — Очень жаль, что она его всего один раз приласкала той деревяшкой, — Граф улыбнулся. — Хотя расстроился, по-моему, он больше за деньги: дамочка лихо вскрыла его на почти что лям за неразборчивость в связях с общественностью. — Вы безжалостны к врагам, Ваше светлейшество, — Николай изобразил шуточный поклон и рассмеялся.

***

Петр наслаждался кофе, когда в кабинет заглянул Николай. — Свободны, Ваше светлейшество? — Заходи, кофе будешь? — Лучше спирта, — Игрок выложил на стол флешку, — это запись пресс-конференции милейшей Джен Псаки. Я понимаю, что ты очень любишь троллить наших заокеанских, но совесть поимей, с девочки и так полмира лежит со смеху. — Да ладно, что она еще отморозила, что виноват аж я сам? — Петр усмехнулся. — После ростовских гор и Шестого флота у берегов Беларуси… — Тогда ты просто об этих географических аномалиях по секрету поведал Астории, — голос Игрока сочился ядом. — Асти почила в бозе. Кому ты по секрету поведал, что Мертвое море замочили лично Петров и Боширов? — С новым «куратором» знакомился, Коль, веришь, просто пошутил, рассказал болезному анекдот, — Бестужев рассмеялся. — И чего, реально на прессухе Псаки об этом вещала? — Даже обещала, что Россия за это заплатит высокую цену, — Коля пододвинул флешку Петру. — Там самое интересное на втором плане, когда журналюг показали: евреи с каменными лицами сдерживали эмоции лошадей Пржевальского. Петь, я понимаю, ответ должен быть ассиметричным, но неужели эти «партнеры» вообще в школе не учились? — Понятия не имею, я просто рассказал анекдот. — А майоры опять виноваты, — вздохнул Николай и, друзья рассмеялись.

***

Крапивин укоризненно смотрел на Бестужева. Граф молча пил кофе. — Петь, не молчи, — Николай потер переносицу. — Я понимаю, что тут ты точно не при чем, но обвиняют опять Петрова и Боширова. — Коля, — Петр отставил в сторону чашку с кофе, — Ни я, ни майоры здесь не при чем, но последние теперь всегда будут крайними. — Но Юлия Скрипаль не была в отношениях ни с Петровым, ни с Бошировым! — Заметь, ни я, ни ты тоже с ней не были, — Петр рассмеялся, — и я никому не рассказывал анекдотов о том, что у майоров с Юлей был тройничок, но ее поездку в роддом накрепко связали с майорами. Хотя они из России уже несколько лет ни ногой. А почему? Репутация!!! — Наверное наши западные считают, что у нас других деятелей нет, — Игрок вздохнул. — Петь, а если завтра забеременет Меркель, ну гипотетически, — махнул на удивленный взгляд друга Николай, — они тоже ребят обвинят? — Даже если забеременеет Байден, обвинят пацанов! — Мда…

***

— Граф, — Игрок расположился прямо на столе для совещаний: водка, закуска и несколько распечаток из интернет-версий известных мировых СМИ, — ну и с кем вы опять шутили, Ваше светлейшество? Вот заявления прокуратур заокеанских и французских. Теперь взрывы 11 сентября и поджог собора Нотр-Дам тоже возложили на угадай кого. Типа раскрыли преступления века. — Коль, — Петр взял стакан с водкой и выпил, — давай поставим эксперимент: я свяжусь с Лорен Рочестер и расскажу ей о том, что взрыв, в результате которого возникла Вселенная, тоже устроили товарищи П и Б. И если это где-то напечатают и обвинят во взрыве майоров и Россию, даю слово офицера — с альтернативно одаренными шутить не буду. — Ну-ну, — Игрок усмехнулся, — лично я в них верю. — А я в глубине души, где-то ооооочень глубоко, — Петр попытался жестами изобразить всю глубину глубины, — надеюсь на наличие остатков зачатков разума в некоторых головах. На утро все западные СМИ пестрели сообщением о том, что НАТО заставит Россию заплатить высокую цену за Большой взрыв, организованный Петровым и Бошировым и приведший к образованию Вселенной.

***

Граф тяжелым взглядом вот уже минут пять сверлил Игрока. Николай с каменным выражением на морде лица пытался не заржать. Наконец он не выдержал и рассмеялся: — Ну да, это я выложил в сеть коллажик с П и Б в роли пилотов, угнавших самолёт в Минск! Петь, я проверял теорию прогрессирующего идиотизма западных партнеров, — оправдывался Крапивин. — Проверил, — Бестужев махнул рукой. — Теория прогрессирующего маразма западных партнеров подтвердилась: на основании этого коллажа их лимитрофные шавки требуют закрыть строительство СП-2. — Дай бог слепцам глаза вернуть и спины выпрямить горбатым… — процитировав стихи, Николай вздохнул. — Попроси майоров, им и это по силам, — рассмеялся Петр. — По крайней мере, Запад в них верит безмерно.

***

Бестужев курил, усевшись на широкий подоконник в кабинете Игрока. Николай что-то изучал во всемирной паутине, периодически выдавая ругательства. — Коль, чего материшься? — Да вот кое-кто в Лондон скатался на свидание, — он посмотрел на друга, — а я теперь изучаю последствия этого вояжа и просчитываю последствие последствия. — И что выходит? — Граф усмехнулся, затянувшись. — А выходит, твое бесстыжее Светлейшество, что это снова дело рук двух давно невыездных майоров, — Крапивин вздохнул. — Оказывается, это они виноваты в том, что какой-то олень из минобороны ее Величества посеял секретные документы на автобусной остановке. — Пора ребятам полковников дать за бесконтактную работу на таких расстояниях! — рассмеялся Петр. — Пора тебе по шее дать за такие эскапады, — в кабинет влетел Шеф. — У тебя совесть есть? — Где-то была, — Петр затушил сигарету и слез и подоконника. — Шеф, ну весело же получилось! — Очень весело, — Шеф промокнул вспотевший лоб платком. — Ребят сутки допрашивали, пытаясь понять, как удалось это провернуть. — Да ладно, что там было проворачивать, — Бестужев пожал плечами, — взял почитать, ничего интересного не нашел, оставил на первой попавшейся лавочке. — Вот ты взял, а виноваты Петров и Боширов! — Шеф, так получилось, — развел руками Граф.

***

— Наши ученые доказали, что Петров один не бывает, — усмехнулся Бестужев, — Петров и Васечкин, Ильф и Петров… — Петров и Боширов, — Игрок вздохнул. — Старая шутка, Граф. — Ну так скоро новую цитировать будут. — Я в тебе не сомневаюсь, — в кабинет вошел Шеф и бросил на стол распечатку. — Ты кому сочинил анекдот про дрессированных майорами медуз, у которых флаг России на шапке, а вместо своего яда — «новичок»? Петр, ты вообще где эти идеи откапываешь? — Ну кому и как я анекдоты рассказываю, — Граф потер переносицу, — оставим за скобками, товарищ генерал-лейтенант. А вот идеи лежат на поверхности: берем сезонную миграцию помноженную на экологические отклонения, добавляем сезонные обострения и дни открытых дверей в дурдоме, и смотрим кино «Как Петров и Боширов медуз-камикадзе на Азов снаряжали». — Завтра стая аистов нагадит… — начал философствовать Шеф, но его перебил Крапивин: — Давайте еще вы нашему Гоголю местного разлива идей подкиньте. Завтра любой голубь будет объявлен подручным майоров. — Идея богатая, — Петр прикрыл глаза. — Помните салютующего голубя? — Приказываю забыть! — рявкнул шеф и покинул кабинет.

***

— Ну ты, Граф, даешь! — Игрок с восхищением взирал на друга. — Собрать экстренное заседание Конгресса «западных партнеров» — это ты лихо загнул! Вот за что ты так со старым поляком, мирно жившим в Австралии? — Не поверишь, квартету имени Вальхаллы проспорил желание, — усмехнулся Петр. — Развели меня пионеры. — И теперь старый таксист с твоей подачи развел аж целый Конгресс? — Игрок присвистнул. — Осталось рассказать анекдот альтернативно одаренным о том, что это именно небезызвестные майоры П и Б в далеком тысяча девятьсот шестьдесят затертом году подготовили покушение на Кеннеди. — Машины времени не существует, — пожал плечами Николай. — Это слишком даже для наших «партнеров». — А я им сначала «Гостью из будущего» покажу, пошучу о новых технологиях управления временем, — Бестужев рассмеялся. На утро мировые СМИ обвинили Россию в покушении на Кеннеди и изобретении машины времени.

***

Шеф вошел в кабинет Бестужева и молча выложил на стол перед Графом пакет с мандаринами. — Я так понимаю, что теперь я и мистер Ли Джу будем играть вместе? — Петр кивнул на «презент» начальника. — Мандарин теперь работает с тобой в связке, — Шеф протянул Бестужеву тонкую папку. — Ваш японский вояж всех впечатлил. — Отлично, соседи по сопкам Маньчжурии будут защищать безопасность в мире на основе консенсуса великих Пу и Си, а некоторых майоров придется переименовать под ситуацию в Пе Ти Ро и Бо Ши Ро. — Петр, ты опять за старое? — прошипел Шеф. — Твои шуточки не одни километр нервных клеток попортили хорошим людям. Еще с китайцами пошути. — Да ладно, — усмехнулся Граф, — у хороших людей нервы отсутствуют как ненужное. И это будет вовсе не старое, концепция новая, восточная, да и Мандаринчик хорош, — Граф подкинул один из мандаринов. — Он тоже любит шутить, только вот юмор у него несколько прикладной, в отличие от моего образного. — Я до пенсии не доживу, — Шеф тяжело вздохнул и потер переносицу. — Если твой образный юмор станет еще и прикладным… — Шеф, запасайтесь мандаринками, — рассмеялся Граф, — представление мы вам обеспечим!