Несослагательное наклонение

Время действия - между третьей и четвертой частями (которые пишутся не смотря ни на что).

Я сердце оставил <...> Теперь бессердечный хожу по равнинам... Ю.И.Визбор

Проводы доктора Зильберга на пенсию проходили с южным размахом: ресторан, гости, тосты... - Вот провожаем мы Рудольфа Карловича на пенсию, - Я лечу усмехнулся, - и остаюсь я на нашем заповедном этаже единственным злым гением, - Юра поднял рюмку, - доктор Зильберг, шоб вы нам были! - Буду, Юра, обязательно буду, - Рудольф Карлович тоже поднял рюмку. - Не дождутся! - Правильно, Рудольф Карлович, - Майя Петровна улыбнулась, - пусть даже не ждут! - Кадры какие воспитали вы нам, Рудольф Карлович, - Вероника Антоновна отсалютовала бокалом вина. - Доктор Барский просто маг и волшебник! Как он нашего главного гаишника полечил! Говорят у "скорых" теперь нет проблем с проездом в час пик. - Рудольф Карлович, спасибо вам за все, - ученик Зильберга Герман Германович Барский, новоиспеченный заведующий кардиологией, с благодарностью выпил за учителя. - Рудольф Карлович, чтоб мы вот так могли посидеть еще сто раз по сто! - главврач уже собрался выпить, как рюмку водки у него аккуратно отобрали. - А вам минералочки, Владислав Андреевич, - прошипела на ухо главного Снежана. - Еще одна доктор, - вздохнул Воронцов, - вот, Рудольф Карлович, воспитал на мою голову! - И хорошо так воспитал, - Зильберг улыбнулся. Врачи гуляли во всю ширь южной души. Расходились то ли очень поздно, то ли очень рано... Красновский выложил на стол документы, и Воронцов от нетерпения аж привстал. - Евгений Кириллович, новости хорошие? - Да, - московский чиновник улыбнулся, - принято решение у вас в больнице выделить в отделение кардиохирургию, - Красновский подал Владиславу Андреевичу документы. - Кардиологию переведем на четвертый в заднее крыло, которое числится за неврологией, а на втором эту самую кардиохирургию и устроим. - Так, надо с заведующим подумать, - Воронцов потер переносицу. - Вероника Антоновна к вам подойдет с идеей по этому поводу, - Евгений Кириллович пролистал свой ежедневник, - новому заведующему кардиологией место под новое отделение очень понравилось. Я Герману Германовичу кое-что из оборудования туда подкину. Спонсора ремонта уже лечит ваш родственник. - Этот вылечит, - довольно кивнул Воронцов. - На втором мы недавно все помещения освежили, там надо только по оборудованию уточнить, и еще операционную одну оборудовать. - А об этом нам новый заведующий расскажет, - Красновский достал из папки еще один документ, - Владислав Андреевич, что можете мне сказать о центре "Здоровое сердце"? - Хороший центр, не дешевый, но там работают профессионалы, - поделился своим мнением Воронцов. - Рудольф Карлович хвалил этот центр. - Высокая оценка от доктора Зильберга - это ценно, - Красновский сделал пометку в своем ежедневнике. - Просто принято решение о госпомощи таким центрам, чтобы они могли оказывать помощь и тем, кто не в состоянии оплатить полностью их услуги. - Это хорошо, потому что в "Здоровом сердце" делают операции деткам, - Воронцов вздохнул, - а в наших детских больницах такие операции не делают. - А дети - это будущее, - Красновский улыбнулся, вспомнив свой веселый детский сад. Ремонт заднего крыла на четвертом этаже много времени не занял: неиспользуемые помещения неврологии подчиненные доктора Золотко содержали в полном порядке. Когда было принято решение о переводе кардиологии на четвертый этаж, Алена Игоревна порадовалась тому, что теперь на одну организационно-хозяйственную головную боль в отделении стало меньше. - Герман Германович, наконец-то я сдам эти помещения вам! - доктор Золотко вручила заведующему кардиологией огромную связку ключей и папку с техническими документами. - Спасибо, Алена Игоревна, - доктор Барский улыбнулся. - Нахождение сердечников рядом с неврологией и терапией очень логично. - Ну да, все специалисты под рукой, - заведующая неврологией согласно кивнула. - И нашим пациентам наличие рядом кардиологов совсем не помешает. - Будем дружить отделениями, - подвел итог Герман Германович. Вадим Шафранов, руководитель и ведущий специалист центра "Здоровое сердце" внимательно слушал московского гостя. Евгений Кириллович Красновский вот уже полчаса рассказывал о госпрограмме поддержки таких центров, как "Здоровое сердце". - ... Благодаря нашей программе в вашем центре можно будет оперировать, например, детей, чьи родители не в состоянии оплатить дорогостоящее лечение. - А взрослые, которые не могут оплатить лечение у нас? - Вадим вопросительно выгнул брови. - А взрослых в областной вылечат, - Красновский поправил очки. - Там отличные специалисты, и теперь есть свое отделение кардиохирургии, а это расширение возможностей для взрослого населения области. А в детских больницах города и области таких специалистов нет. Кардиохирурги есть, но они берутся далеко не за все случаи. - Тогда мне нужно строить еще один корпус, - Вадим достал из стола папку. - Вот проект, вот пустырь за нашей территорией. Красновский взял документы, посмотрел их и вернул папку Шафранову. - Решаемо, на днях к вам подойдет мой человек по этому вопросу. - Тогда я не против поучаствовать в вашей программе, - врач кивнул на папку. - Этот корпус позволит лечить больше платежеспособных взрослых, чтобы открыть полноценное детское отделение и помогать детям. - Я рад, что мы друг друга поняли, - Евгений Кириллович пожал руку Вадиму. Талант доктора Варшавского перевел кардиологию на четвертый этаж всего за две недели и две операции. Кардиохирурги еще переваривали новость о том, что теперь они отделение, а в бывшей кардиологии во всю шло переоборудование в кардиохирургию. Единственной загвоздкой в новом отделении была должность заведующего. Зимовая устало вздохнула и еще раз повторила Латынину: - У нас теперь есть свое отделение кардиохирургии, - она протянула Ланцету документы, - и вы его возглавите. В КЭР начальником будет ваш зам, а вы, Игорь Алексеевич, будьте любезны заняться новым отделением. - И как по вашему я буду руководить кардиохирургами с тремором? - огрызнулся Латынин. - Игорь Алексеевич, - Зимовая чуть повысила голос, - вы прекрасно знаете, как должно функционировать такое отделение, какая нужна аппаратура, инструментарий, как лечить и реабилитировать, и в этом деле тремор вам не помеха. - Я себе уже представляю отличных врачей, проводящих ежедневно операции, спасающих жизни, которым в начальники назначают бывшего врача, который сегодня не в состоянии поставить даже укол! - закипел Ланцет. Вероника Антоновна уже готова была жестко ответить Латынину, но их пикировку прервал стук в дверь. Не дожидаясь приглашения войти, в кабинет Зимовой влетел Варшавский. - Кажется, я вовремя, - он посмотрел на Ланцета, потом на Веронику Антоновну. - Не хочет? - Юра кивнул в сторону Игоря. - На тремор все списывает, - отмахнулась Зимовая. - Значит так, Латынин, - Варшавский в два шага подлетел к Ланцету и навис над ним, - я тут скакал, как олень, оперировал, старался, чтобы в заднем крыле на четвертом новую кардиологию сделали, а на втором кардиохирургию довели до ума. Если ты сейчас все мои старания обесценишь, отдам жене на диссертацию, - рявкнул Юра, - она твой тремор за сутки вылечит! Понял? - Не надо на меня орать, - нервно передернул плечами Ланцет. - Мой тремор не по зубам даже твоей Виктории. - Проверим, - прошипел Я лечу. - И я еще не отказался принять кардиохирургию, - Латынин закатил глаза, - просто несправедливо ставить над хорошими врачами недоврача. - Несправедливо, когда ты дурью маешься, - Юра пригрозил кулаком Игорю, - можешь же опытом поделиться, заняться бюрократией, пока тремор рукам работать не дает. А ты тут из себя бедолагу корчишь. Короче, болезный мой, принимай отделение, и завтра жду у себя в двенадцать ноль-ноль. Спущу на тебя двух веселых подружек, твой тремор сбежит сам. - Отделение приму, а с подружками сам воюй, - уперся Ланцет. - Ну, сам виноват, - Юра усмехнулся так, что Латынин поежился. - Я от своих идей просто так не отказываюсь. Вероника Антоновна, зав кардиохирургией у вас есть. А подлечить его нервишки... - Варшавский рассмеялся, махнул рукой и стремительно покинул кабинет Зимовой. Когда дверь за Варшавским закрылась, Зимовая вопросительно посмотрела на Латынина. - Ну да, да, я согласен! - Ланцет в защитном жесте выставил руки перед собой, пальцы предательски задрожали. - Игорь Алексеевич, - Зимовая вздохнула, - вы бы завтра к нашему Я лечу добровольно сходили, а вдруг у девушек милых все получится. - А если опять нет? - с горечью в голосе спросил Ланцет. - Попытка не пытка, - философски заметила Вероника Антоновна. - Попытка хуже пытки, - жестко огрызнулся Игорь. - Да схожу я к Варшавскому, проще сходить и убедиться, что опять мимо, чем доказать этому нашему Я лечу неизлечимость моей проблемы. Центр "Здоровое сердце" гудел, словно растревоженный улей: к руководителю центра Вадиму Шафранову снова пришла мама! Бывшая прима местной оперы последние пару лет была занята очень важным делом - она искала жену своему сыну. Вот и сегодня Софья Эдуардовна прибыла к сыну с фото очередной "милой девушки". - Скажите Вадиму Сергеевичу, что пришла мама! - выдала обычное приветствие на ресепшене Софья Эдуардовна. - Мама, что-то ты зачастила ко мне, - Вадим вышел из кабинета, услышав голос матери. - Я по делу, - Софья Эдуардовна расплылась в улыбке. - Я так и понял, - Вадим жестом подозвал свободную медсестру, - проводите маму в мой кабинет и сделайте ей... - он посмотрел на мать. - Кофе, - недовольно выдала Софья Эдуардовна, ей не понравилось, что сын не готов сию минуту выслушивать ее рассказы об очередной кандидатуре в жены. - Сделайте маме кофе и журналов принесите, чтоб она не скучала, - Шафранов уже хотел уйти, но Софья Эдуардовна задержала сына - Вадим, но мое дело не терпит отлагательства! - Мама, мои пациенты тоже не терпят отлагательства, особенно дети, - Вадим отцепил руку матери от своей, - я осмотрю пациентов и приду поговорить с тобой. В смотровой Шафранова уже ждали пациенты: мужчина лет шестидесяти и десятилетняя девочка. Осмотр девочки занял немного времени, плановый осмотр после проведенной год назад операции. А вот с мужчиной все было непросто. Опрос, осмотр, изучение анамнеза... - Василий Митрофанович, надо оперироваться, - подвел итог Вадим. - И сколько будет стоить операция? - осторожно поинтересовался пациент. - Вот, пожалуйста, - Шафранов протянул пациенту прайс и указал нужную позицию. - Приемлемо, - кивнул Василий Митрофанович. - Отлично, тогда, - Вадим сделал несколько записей в карту, - завтра в восемь ноль-ноль приходите к нам, девочки возьмут все необходимые анализы, еще раз снимем кардиограмму и назначим день операции. - Спасибо, Вадим Сергеевич, - мужчина пожал руку врачу. Алина Матвиенко, невропатолог отделения скорой помощи, принимала пациента, доставленного в областную, когда в приемное вплыла ярко накрашенная дама и, оглядевшись, направилась к Алине. - Салют, докторам, - поздоровалась она с Алиной. - Ого, с неба на землю? - Матвиенко посмотрела на визитершу. - Как вы тут, систер? - дамочка смерила Алину с ног до головы оценивающим взглядом. - Мы нормально, а ты каким ветром? - Алину напрягал визит сестры. - Проездом, - отмахнулась дамочка. - Не застала предков дома. - Они с Коленькой уехали на пару дней за город, - ответила Алина. - Алла, ты надолго к нам? - Нет, вечером улетаю, - сестра Алины поправила дорогие очки, - значит, не судьба увидеться с малым. - Коле не нужны стрессы, его только недавно выписали из больницы, - Матвиенко вздохнула. - Ты же знаешь, что у твоего сына проблемы с сердцем, зачем лишний раз бередишь раны в душе ребенка? - Да ладно меня воспитывать, - Алла скорчила недовольную гримасу. - Это ты и мама тогда заладили: рожай, вырастим. Чего теперь мне претензии предъявляешь? - Я не предъявляю претензий, просто прошу лишний раз не волновать ребенка, - Алина вздохнула. - Просто уезжай. - Вечером улечу, - Алла передернула плечами, посмотрела высокомерно на сестру и ушла. Проводив сестру взглядом, расстроенная неприятным разговором Алина вышла на крыльцо. Ранняя осень была теплой и мало отличалась от лета: разве что по вечерам прохладней, да дожди чаще. Такой же теплой и яркой осенью семь лет назад в семье Матвиенко родился малыш, которого назвали Николаем в честь деда. Коля рос жизнерадостным малышом, активным и веселым, но в пять лет у него обнаружились проблемы со здоровьем: сердечко мальчика не справлялось с нагрузками. Коленька Матвиенко стал постоянным пациентом кардиологов. Пока организм мальчика еще справлялся с консервативным лечением, но последний осмотр нарисовал не радужные перспективы развития недуга. ... Алина с мамой и племянником пришли на осмотр к доктору Зильбергу, легенде приморской кардиологии. Рудольф Карлович уходил на пенсию, но согласился на просьбу Алины посмотреть мальчика и посоветовать, как лучше бороться с проблемой. - Алина, вы врач, и я вам говорю прямо - нужна операция, - Зильберг вздохнул. - Скажу больше, в Приморске ребенку такую операцию не сделают. И дело не в квотах, нашли бы. Нет у нас в больницах города хороших детских кардиохирургов. - А наши? - с надеждой спросила Алина. - А наши - это не по правилам, во-первых, - Зильберг вздохнул. - Во-вторых, наши постоянно оперируют взрослых. Ребенок - это особый случай. И в-третьих, ребенка мы не имеем права госпитализировать в нашу больницу, потому что есть детская областная. И там есть свои кардиологи и кардиохирурги. Не дай Бог в операционной что-то пойдет не так, на столе ребенок, и это не просто ответственность. - Я понимаю, - Алина вздохнула. - И куда лучше прорываться? - Если найдете финансирование, пытайтесь в столицу, а если найдете хорошее финансирование, то лучше либо Израиль, либо Германия. Но это порядка ста тысяч евро. - А "Здоровое сердце"? - Алина очень надеялась, что все-таки удастся решить вопрос в Приморске. - Там детей оперируют, но к Шафранову в центр очередь больше, чем заграницу. - Я хотя бы попробую пробиться, - Алина была настроена решительно. Шафранов внимательно изучал карту пациента, когда в кабинет заглянул его друг и соратник Евгений Соломин. - Вадим, как ты смотришь на выходных пройтись по морю? - С удовольствием, - Шафранов улыбнулся. - В море не будет маминых протеже, только мы и парус. - Отлично, значит в субботу в восемь на причале, - довольный Евгений улыбнулся. Вопрос как пробиться в клинику "Здоровое сердце" стал для Алины главным. Следующим стоял вопрос о деньгах на операцию. Сестру этот вопрос не интересовал: мать один раз попросила на дорогущее лекарство, но Алла заявила, что это не ее проблемы. А операции в "Здоровом сердце" стоят ого-го. - Чего раскисла, Алинка? - на работу прибыла чета Воронцовых. - Да так, о своем о девичьем задумалась, - Матвиенко хотела уйти, но Снежана перехватила ее за руку. - Давай рассказывай, - она посмотрела в глаза Алины. - Племянник? Нервное напряжение последних недель взяло верх, и Алина расплакалась. По слову Воронцовы вытащили из коллеги суть проблемы. - Так, Снежинка, отпаивай эту тетю-мать-героиню, а я к родне на второй этаж, - Влад встал. - Доктор Зильберг сказал, что у нас нельзя оперировать Колю, - всхлипнула Алина. - Разберемся, - Воронцов отправился в вотчину Я лечу. Варшавский внимательно выслушал Влада и вздохнул. - У нас пацана оперировать нельзя, - Юра потер затылок, - а в "Здоровое сердце" прорвемся. И на операцию денег найдём, - Я лечу глянул в планировщик, - вы там девочку успокойте, что-то придумаем. - Спасибо, Михалыч, - Влад пожал руку родственнику. Когда Воронцов ушел, Юра тут же отправился в кардиохирургию. "По-моему, Ланцет с этим Шафрановым вместе учился, - размышлял на ходу Варшавский. - Сейчас все узнаем". Влетев в новое отделение, Юра тут же столкнулся с Латыниным. - На ловца и зверь бежит, - Я лечу ткнул Ланцета в грудь. - Колись, Шафранов Вадим Сергеевич, что, как, почему? - Вадим из нас всех был самым гениальным, - Игорь пожал плечами. - А потом у него случилась трагедия. - Стоп, мой друг Ланцет, - Юра усмехнулся, - с этого самого места подробно и в твоем новом кабинете. - Пошли, - Латынин приглашающе кивнул в сторону двери. История взлета Вадима Шафранова началась еще в ординатуре: золотые руки, талант и умение у стола биться до последнего. Несколько частных столичных клиник мечтали видеть этого врача у себя. Но Вадим вопреки ожиданиям пошел работать в больницу "скорой помощи". Там он познакомился с милой и красивой девушкой, женился на ней, а через год у них родился сынишка. - У сына Вадима были серьезные проблемы с сердцем, - Ланцет вздохнул. - Постоянный режим, контроль... В тот день в садике был детский праздник, на который Вадим решил сына не вести, за день до праздника мальчику купировали очередной приступ. - Жена пацана отвела на праздник? - Юра уже уловил суть трагедии. - Да, он там набегался, напрыгался, влез на шведскую стенку, стало плохо, упал. От удара повредилась селезенка. Его по "скорой" привезли в больницу, где работал Вадим. Паренхиматозное кровотечение, осложненное инфарктом на фоне болевого шока. Когда Вадим вошел в операционную... - Я все понял, - Юра на секунду прикрыл глаза. - Не дай Бог родителям над детьми произносить эти страшные слова : "время смерти..." - С тех пор Шафранов не оперирует детей, - Игорь вздохнул. - Его жена не смогла смириться со случившимся, винила себя, наглоталась таблеток. Не откачали. А он после всего вернулся в Приморск. Отец Вадима много лет был шишкой в минздраве. Помог ему открыть центр "Здоровое сердце". Он гениальный кардиохирург, но больше не оперирует детей. - С печальным разобрались, - Я лечу перешел к сути своего вопроса. - Как попасть в этот центр на консультацию? - Тебе наших орлов мало? - удивился Ланцет. - Мальчик, семь лет, проблемы с сердцем, Зильберг рекомендовал "Здоровое сердце", - Юра посмотрел Игорю в глаза. - Понял, прорвемся, - дрожащей рукой он сделал пометку у ежедневнике. - Отлично, - Я лечу подошел к двери, - не придешь ко мне в двенадцать, скажу доктору Альтман, чтоб на поводке тебя привела. - Да ну тебя, - отмахнулся Ланцет, - зайду я, зайду. Шафранов, откинувшись на спинку кресла, делал вид, что слушает пламенную речь мамы о хорошей девушке, оперной певице, дочке дирижера местной оперы. Очередная кандидатура в жены... Вадим вздохнул и улыбнулся: мама все уже рассказала и ждала реакцию сына. - Мама, спасибо за заботу, но я пас, - удерживая улыбку, выдал Вадим. - Эти выходные у меня заняты. - Вадим, ты должен... - Мама, - Шафранов перестал улыбаться, - я на этих выходных занят, - жестко повторил Вадим. - Если тебе очень хочется, можешь сама пообщаться с этой, как ты утверждаешь, милой девушкой. Вы обе служите прекрасному, вам есть о чем поболтать. - Но, Вадим, - попыталась надавить на сына Софья Эдуардовна, - ты так мало времени уделяешь мне! Можно для матери освободить выходные? - В этот раз - нет, - Шафранов был непреклонен. - Я на днях забегу на часок после работы, но на выходных я занят. Софья Эдуардовна уходила разочарованной: ей не удалось вытащить сына на знакомство с милой девушкой из хорошей семьи. А ведь Элина так нравилась самой Софье Эдуардовне! О, девушка, открыв рот, прислушивалась к профессиональным советам, могла составить компанию для прогулки в парке, сходить с Софьей Эдуардовной на выставку или на шоппинг. У Элины был прекрасный вкус, изысканные манеры, образование... Тяжело вздыхая, Софья Эдуардовна покинула центр сына. Ровно в полдень Ланцет вошел в кабинет Варшавского. Юра восседал в своем любимом кресле, а на диванчике устроились Виктория и Любовь. - Добрый день, - Игорь поздоровался с девушками. - Так, Ланцет, - Юра встал и подошел к Латынину, - оставляю тебя на растерзание девчонкам. А вы, террористки от милосердия, смотрите мне, обидите Игоря Алексеевича, уши откручу, - и Я лечу вылетел из кабинета. Опрос, осмотр, знакомство с талмудом, оказавшимся картой пациента, беседа по душам... Два с половиной часа пролетели как мгновение. - И что скажете? - обреченно спросил Латынин? - Упражнения подберем, - Вика прищурилась. - На пианино играть умеете? - поинтересовалась Люба. - А это тут при чем? - удивился Игорь. - А это при комплексном лечении, - Люба еще раз посмотрела в карту. - Анализы староваты, - она быстро настрочила направление. - И МРТ не мешало бы обновить, - Вика тоже черканула бумажку. - Итак, сдаете анализы, делаете МРТ, - подвела итог Любовь, - и послезавтра снова в полдень начинаем лечиться. Так вы играете на пианино? - переспросила Соколова Ланцета. - Нет, но у меня есть знакомая, которая играет, - неохотно ответил Игорь. - Отлично, - Вика улыбнулась, Люба потерла руки, Ланцет вздрогнул. - Я до послезавтра свободен? - нервно огрызнулся Ланцет. - Ага, - девушки синхронно кивнули. - Игорь Алексеевич, вы не волнуйтесь, - съязвила Вика, - от нас больным еще никто не смылся. - Это меня и пугает, - философски заметил Ланцет. Вернувшись в свое отделение, Игорь с удивлением обнаружил в своем кабинете Ингу. - Привет, - доктор Альтман улыбнулась, - земля слухами полнится. - Если ты о попытках местных террористок вылечить мой тремор, - Игорь присел рядом с Ингой, - то наш "милый и добрый" Я лечу натравил их на меня. - И как? - Посмотрим, - в голосе Латынина Инга не услышала надежды. - Пытали, умею ли я играть на пианино. - Если это необходимо для лечения, я тебя научу, - Инга хваталась даже за соломинку в надежде помочь любимому человеку. - Послезавтра расскажу, чем этот цирк закончится, - Латынин махнул рукой. Выставка современных молодых художников собрала под крышей Приморской картинной галереи все "сливки" общества. Софья Эдуардовна Шафранова прибыла на выставку в сопровождении очаровательной шатенки. Она раскланивалась со знакомыми, приветливо улыбаясь. Порция улыбок Софьи Эдуардовны досталась и супругам Соловьевым. - Марк Олегович, Тамила Павловна, - лёгкий кивок, улыбка, и Шафранова с сопровождающей проследовали дальше. - А прекрасная София прибыла с нашей молоденькой звездой, дочкой дирижера, - шепнул ведущий баритон местной оперы супруге. - Шафранова активно обхаживает девочку. - Как обычно ищет жену своему сыну? - Соловьева вопросительно выгнула брови. - Вот бы нашему Максиму такую. - Макс на своей докторше зациклен, - скривился Марк Олегович. - А ведь есть достойные, интеллигентные девушки. - Не говори, как только Максима угораздило, - Тамила Павловна вздохнула. Избранница сына чете Соловьевых не нравилась: девушка из простой небогатой семьи к местной театрально-художественной богеме отношения не имела. То, что Алина окончила медин и стала врачом, в глазах Соловьевых положения девушки не меняло. А еще в семье Матвиенко воспитывался больной ребенок старшей дочери. А это, по мнению Соловьевых, было хуже некуда. Им казалось, что Алина мечтает повесить больного племянника на шею их сына. Чувства Максима и Алины чету Соловьевых интересовали мало, да и о каких чувствах речь, если эта девчонка не их поля ягода. Максим посмотрел на часы и вздохнул: Алина опаздывала, а это означало, что на открытие выставки они не успевают. "Опять мама будет всем не довольна", - парень еще раз посмотрел на часы. - Привет, - Алина немного запыхалась от быстрой ходьбы. - Прости, наплыв пациентов сегодня был как раз по моему профилю: то несколько сотрясений подряд, то тетенька с инсультом, то дедушка с невропатией. - На открытие все равно опоздали, - Макс обнял Алину, - идем, хоть саму выставку посетим, - нахмурился Соловьев. - Идем, - Алина редко спорила со своим парнем. Современную живопись Алина для себя делила на две категории: к первой относились картины, авторы которых видели тот же мир, что и сама Алина, только они еще умели передать его красу и многогранность, а вот вторая категория... Картины этих авторов можно было спокойно весить хоть так, хоть этак, ибо где их верх, где низ не знали и сами авторы. Сегодняшняя выставка была представлена работами мастеров второй категории. Алина ходила за Максимом по залам, слушая его восхищения очередным шедевром, больше напоминающим мазню пятилетнего ребенка. - Дорогая, смотри, это произведение просто шедевр! - Макс восторженно смотрел на картину, напомнившую Алине мазню племянника. - Да, дорогой, - она не стала спорить с Максом. Тамила Павловна со стороны пристально наблюдала за сыном и его невестой. Девушка в простом платье, без украшений и вечернего макияжа терялась на фоне Максима, одетого в дорогой костюм. Мимо продефилировала Софья Эдуардовна со своей спутницей. Соловьева тут же оценила, как смотрелся бы ее сын с очаровательной Элиной. Спутница Шафрановой соответствовала представлениям Тамилы Павловны о достойной девушке для сына и одеждой, и украшениями, и даже шлейф ее духов произвел приятное впечатление на Соловьеву. А еще муж поведал, что отец Элины периодически работает заграницей. Значит, и дочку рано или поздно тоже пристроит. А Максима все считают отличным музыкантом, с тестем дирижером мог бы быстрее добиться отличных результатов в карьере. "Но нет, он только свою докторшу видит!" - Тамила Павловна передернула плечами и стала среди гостей выставки искать мужа. Новый день принес море новых забот и проблем. В кардиоцентр "Здоровое сердце" прибыл помощник Красновского с техническими документами для строительства корпуса на месте пустыря. Вадим внимательно изучил бумаги и очень удивился темпу. - Как-то не привычно, - Шафранов пожал плечами, - чтоб в столице вот так быстро и для пациентов порешали вопрос. - Считайте, что вам повезло побывать в Стране Чудес, - отшутился помощник Евгения Кирилловича. - Когда мой шеф что-то решает воплотить в жизнь, начинаются чудеса работы здравого смысла, - Павел хмыкнул. - Находится и решается все. - М-да, однако, - Шафранов потер затылок, - в двух словах - Страна Чудес. - Если вас устраивает проект, решите, когда будем начинать стройку, - Павел аккуратно сложил документы в папку. - Мне нужно будет связаться с банком для оформления кредита под строительство, - Вадим что-то быстро вносил в планировщик. - Когда я решу этот вопрос... - Простите, что перебиваю, - Павел усмехнулся, - так уж вышло, что я в курсе абсолютно всех ваших затруднений с этим проектом. Поэтому семьдесят процентов строительных затрат по этому проекту, - Павел постучал пальцем по папке, - берут на себя Фонд развития регионального здравоохранения и Благотворительная ассоциация "От сердца к сердцу". - Вы хорошо подготовились, - Шафранов пристально посмотрел на Павла. - Это моя работа, - развел руками помощник Красновского. - И залог успеха проектов, которые я курирую по просьбе Евгения Кирилловича. - Тогда я не вижу препятствий начать стройку с понедельника, - ожидая возражения по столь скорому началу строительства, Вадим посмотрел Павлу в глаза. - Отлично, - не стал возражать помощник Красновского, - я подъеду в субботу на пустырь с прорабом, и мы там все осмотрим и наметим фронт работ на ближайшее время, - Павел встал и протянул руку Вадиму, - а вы, доктор, лечите. - Спасибо, - Вадим пожал протянутую руку, и мысленно еще раз удивился тому, как вдруг может осуществиться мечта, давно взлелеянная, но казавшаяся в ближайшем будущем недостижимой. Первый сеанс с доктором Соколовой пролетел словно мгновение, Ланцет даже удивился, когда Люба сообщила, что теперь его ждёт в спортзале доктор Варшавская. - Как-то быстро вы меня сплавляете подруге, - недовольно буркнул Ланцет. - Это начало, Игорь Алексеевич, - Соколова улыбнулась, и Латынин непроизвольно вздрогнул. - Ну-ну, - пессимистично вздохнув, Ланцет попрощался с Любой и направился в спортзал. Виктория подошла к решению загадки тремора Ланцета с энтузиазмом и творческим вдохновением. Тренировка с доктором Варшавской пролетела так же быстро, как и сеанс с доктором Соколовой. - Завтра выполняете вот эти упражнения самостоятельно, - Вика вручила Латынину инструкции с рисунками. - Следующая тренировка у вас послезавтра. - Посмотрим, - Ланцет взял чуть дрогнувшей рукой методичку с упражнениями. - Не придете сами, приду за вами с санитарами, - Вика улыбнулась. - Приду, - отмахнулся Латынин и быстро покинул спортзал. В кабинете заведующего кардиохирургией Игоря ждала доктор Альтман. - И как первые занятия со "страшными" девицами? - подколола Ланцета Инга. - Понятия не имею, пока все по-старому, - Игорь обнял Ингу. - Если у этих девиц что-то получится... - Гоша, по-моему у тебя появилась надежда на то, что девчонки справятся, - Инга посмотрела в глаза любимого. - Когда ты переедешь ко мне? - сменил тему Латынин. - Я давно уже зову тебя, а ты постоянно обходишь эту тему. - Предлагаю тебе переехать ко мне, - Инга хитро улыбнулась. - Почему ты не хочешь переезжать ко мне? - Игорь крепче прижал к себе Ингу. - Потому что у тебя нет пианино, - серьезно ответила доктор Альтман. - А у меня есть, и это по мнению твоих лечащих докторов поможет в борьбе с тремором. - Я понял, вы сговорились! - Ланцет закатил глаза. - Но я согласен. Утро в творческой семье Соловьевых обычно начиналось к обеду. Тамила Павловна и Марк Олегович наслаждались кофе, когда в столовую вошел их сын и с порога озадачил родителей: - Мама, отец, я хочу на этих выходных сделать предложение Алине. - Максим, сынок, - родители заговорили разом от такой новости. - Подумай хорошо, это же такой шаг... - Я подумал, - Максим налил себе кофе и сел за стол. - Я люблю Алину и хочу на ней жениться. - Ты знаешь мое мнение, - Тамила Павловна поджала губы. - Она тебе не пара, - отец недовольно поморщился. - Или я женюсь на Алине, или я вообще никогда не женюсь! - Максим вскочил из-за стола. - Сядь, - прошипела Тамила Павловна. - Эта девица ищет, кому бы на шею своего племянника-калеку навесить. Вот тебя нашла, дурачка. - Никакой женитьбы на этой докторше не будет, - в голосе отца сквозили брезгливость и неприязнь. - Но я люблю Алину! - упрямо повторил Максим. - У тебя скоро поездка в Венскую Оперу, - мать подошла к сыну и обняла его. - Это перспективы, это рост, а эта девица тебя будет всю жизнь тянуть на дно. - Максим, если ты сделаешь предложение этой девице, - отец скривился, - я лично добьюсь того, чтобы в Вену вместо тебя послали Артемова. - Он бездарь! - взвился Максим. - Вот и докажи, что ты профессионал, - съязвил Марк Олегович, - сначала покажи себя, а потом думай о девицах. - Хорошо, я сначала съезжу в Вену, а потом женюсь на Алине! - выкрикнул Макс и выбежал из столовой. Родители переглянулись и довольно улыбнулись друг другу: в их семье не будет неподобающей невестки. Вадим делал вид, что внимательно слушал лекцию мамы об очередной "милой девушке, очень подходящей" ему по мнению Софьи Эдуардовны. Прима местной оперы соловьем заливалась, расписывая прелести своей протеже, но Шафранов уже несколько раз бросил взгляд на часы. - Вадим, в конце концов это невежливо с твоей стороны постоянно смотреть на часы, давая мне понять, что я отбираю твое драгоценное время! - возмутилась Софья Эдуардовна. - Мама, мне действительно пора, - Вадим подошел к маме и обнял ее. - Я заскочу к тебе на следующей неделе. - Вот так всегда! - Софья Эдуардовна закатила глаза. - Докторский визит! Пришел, обнял, ушел! - Но я всегда возвращаюсь, как Карлсон, - отшутился Шафранов и покинул родительский дом. Дорога домой была спокойной и быстрой. Вечер обещал быть спокойным, но уже на самом подъезде к дому его телефон зазвонил, грозя нарушить мирное течение вечера. - Алло, Шафранов слушает, - остановив машину, ответил Вадим. - Ланцет? - Шафранов искренне удивился, услышав голос бывшего соученика. - Какими судьбами?.. Ну я в курсе, что Варшавский здесь давно окопался... Например, в субботу я собираюсь пройтись по морю под парусом... Отчалим с рассветом, вернемся к обеду... Договорились, в два часа в баре яхт-клуба... Хорошо, мне будет приятно увидеть тебя, до встречи. Звонок Латынина озадачил Вадима: с Игорем они не виделись давно, ходили слухи, что Ланцет из-за каких-то проблем со здоровьем вынужден был променять кардиохирургию на клинико-экспертную работу. И вот старый знакомый объявился на юге и просит о встрече. "Ну что ж, я не прочь заполучить такого спеца, пусть даже просто консультантом. Ланцет считался одним из лучших". Суббота свалилась на голову как-то вдруг. Вроде бы еще вчера будни выводили ежеминутно нервную систему на пик возможностей, и вот она - долгожданная суббота со своими сюрпризами. По народному мнению один переезд двух ремонтов стоит, Ланцет вполне оценил эту народную мудрость, и облегченно выдохнул, когда Инга, бегло осмотрев вещи и общий хаос его берлоги, спросила: - Доктор Латынин, в котором часу вам надо быть в баре яхт-клуба? - В четырнадцать ноль-ноль, - Игорь вздохнул, следя за взглядом любимой девушки, изучавшей размах бедствия, в просторечии - объем работ по сбору вещей. - Тогда слушай меня, доктор, - Инга улыбнулась, - сейчас половина девятого, у тебя собран только ноутбук, поэтому ты готовишься к походу по своим делам на кухне с чашкой кофе и не мешаешь мне быстро и лаконично ликвидировать этот бардак с параллельным сбором твоих пожитков, - постановила Инга. - Нормально так, - Ланцет нервно передернул плечами и благоразумно ретировался в указанном направлении. Когда в начале второго Игорь заглянул в комнату, помещение он не узнал: захламленная холостяцкая берлога оказалась довольно просторной светлой комнатой, каковой и была года четыре назад, когда Латынин въехал в нее, перебравшись в Приморск. Под стенкой стояли аккуратно упакованные чемоданы, а Инга, стоя на табуретке, стирала остатки пыли с мебели. Ланцету она показалась похожей на волшебного эльфа: выбившиеся из косы кудряшки, рубашка, завязанная узлом, шорты, полосатые носочки... - Милая фея порядка, - Игорь подошел и обнял Ингу, - ты неотразима! - Я тебе верю, - рассмеялась доктор Альтман и спустилась с табуретки на пол. - Уже убегаешь? - Да, встреча в два, такси будет через десять минут. - Хорошо, я тут все закончу и буду тебя ждать, - Инга коснулась губами щеки Игоря. - Вернешься, загрузим вещи, и ко мне. - Договорились, - Латынин поцеловал любимую. Прогулка под парусом доставила Вадиму истинное удовольствие: море, ветер, надежный друг и никаких "милых дамочек" от мамы. Оказавшись на берегу, Шафранов попрощался с Евгением и направился в бар яхт-клуба на встречу с человеком из счастливого студенческого прошлого. Латынин сидел у окна, постукивая пальцами по столу. Заметив вошедшего Шафранова, Игорь помахал ему рукой. - Привет, сто лет не виделись, а ты все такой же, - подойдя к столику, поздоровался с Ланцетом Вадим. - Ты тоже почти не изменился, - Игорь пожал Шафранову руку. - Только глаза потухли, - бросил Вадим, присаживаясь. - Какими судьбами на юга занесло? - Зимовая меня пару лет назад сюда в областную вытащила, - руки Латынина предательски дрогнули. - Областная у нас здесь на высоте, - Шафранов уважительно отозвался о больнице. - Воронцов расширение и модернизацию вверенного учреждения здравоохранения считает делом своей жизни. - Что есть, то есть, - согласился Игорь. - А ко мне бы работать пошел? - Шафранов решил сразу озадачить Ланцета. - Вадим, я до недавнего времени почти семь лет занимался КЭР, - Игорь сжал кулаки, чтобы скрыть тремор. - Я не оперирую целую жизнь, я больше не кардиохирург. - Но ты ведь можешь быть отличным консультантом, - попытался обнадежить Латынина Шафранов. - Зимовая с Варшавским меня недавно заставили принять кардиохирургию, мотивируя это теми же словами, но я больше не хирург, я чиновник, - в голосе Игоря сквозили горечь и разочарование. - Если решишь попробовать поработать у меня в "Здоровом сердце", я всегда буду рад, - Вадим улыбнулся. - А... - махнул рукой Ланцет. Под кофе с коньяком Вадим и Игорь вспоминали студенческие годы, старых знакомых, аккуратно обходя болезненные для обоих темы. Наконец их разговор подошёл к теме, ради которой Ланцет пришел на встречу. - Вадим, скажи, к тебе в центр можно попасть в обход очереди? - Странный вопрос от заведующего кардиохирургией, - Шафранов пожал плечами. - Или ты своим коллегам не доверяешь? - Как раз им я доверяю от и до, - Латынин вздохнул. - Но речь о ребенке, мальчик, семь лет, племянник нашей коллеги. Был бы взрослый, уже давно бы решили вопрос, а тут дитё. Даже Варшавский, который берется и за невозможное, просил пробить вопрос у тебя. - Вообще-то мы не практикуем такое - в обход очереди, - Вадим на мгновение задумался. - Но можем сделать так: я в понедельник подскочу к тебе и на месте посмотрю пацана. А там жизнь покажет. - Отличный вариант, - кивнул Игорь. - Тогда так и решим, - Шафранов что-то быстро внес в свой планировщик. - Я буду у тебя в половине первого, удобно? - Я чиновник, все время в кабинете, - вздохнул Латынин. - А мальчика привезут к нам в любое время, там ситуация аховая, тетя и бабушка с дедушкой на все готовы. - А родители? - удивился Вадим. - Как я понял, это вся родня у мальчонки, - Ланцет развел руками. - Ладно, посмотрим, что можно будет сделать, - Вадим допил кофе. - Рад был встретиться, решишь у меня попробоваться, всегда жду. - Спасибо, но... - Игорь грустно усмехнулся. - Тогда до понедельника, - попрощался Шафранов. - До понедельника. - Дорогая, - Соловьев приобнял жену за плечи, - я, кажется, превзошел сам себя! - Марк Олегович сиял собственным светом. - И что заставляет тебя быть столь радостным на фоне бредовых идей нашего сына? - Тамила Павловна обреченно вздохнула. - А я сумел провернуть ма-аленькую такую штучку, - Соловьев усмехнулся, - наш сын улетает в Вену вместе с очаровательной Элиной, дочуркой нашего дирижера! - Отличная новость! - Тамила Павловна улыбнулась. - Как тебе это удалось? - А, - махнул рукой Марк Олегович, - шепнул нашему самому главному, что девочка достойна прокатиться в Европу. Глядишь, ее папа будет счастлив, а для театра это хорошо. - А кого она заменит в поездке? - любопытство было второй натурой Соловьевой. - Так вместо Шафрановой полетит в Вену девочка, - усмехнулся Марк Олегович. - И наша Софи не против, даже загордилась ученицей! - Какой ты у меня молодец! - Соловьева обняла мужа. Максим, опустив голову, рассказывал Алине о предстоящей поездке в Вену. - ... И я улетаю в понедельник на три месяца, - он вздохнул. - Буду звонить каждый день, - Максим наконец-то решился посмотреть в глаза Алине. - Я буду тебя ждать, - девушка улыбнулась. - Спасибо, - Максим обнял Алину. - А когда я вернусь... - он осекся на полуслове, но тут же продолжил, - мы отпразднуем мое возвращение. - Договорились. В маленький теплый мирок на двоих ворвался звонок мобильного. Алина, бросив взгляд на экран, тут же ответила. - Да... Правда? - с надеждой спросила она. - Спасибо... Конечно будем... я все поняла, еще раз огромное спасибо... А вот за это спасибо вдвойне! Максим с нескрываемой ревностью посмотрел на Алину: вздох облегчения, надежда в глазах... - Что случилось, - Соловьеву не нравилось происходящее. - Коллеги смогли договориться на счет консультации для племянника, - Алина счастливо улыбнулась. - В понедельник его осмотрит очень хороший врач. - Планируете всё-таки делать операцию? - Максим посмотрел в сияющие глаза Алины. - Если получится, для Коленьки это будет просто спасением, - она слегка покачала головой. - Я так надеюсь на это. - А деньги на операцию где возьмете, - Максиму показалось, что мать не ошиблась насчет его девушки и ее целей. - Мне в нашей больнице обещали помочь, а папе помощь пообещали их с мамой друзья, - Алина вздохнула, - мы обязательно спасем Колю. "Всё-таки мать, похоже, ошиблась", - с облегчением подумал Максим. Понедельник наступил для Алины как-то вдруг. До половины первого она то и дело поглядывала на часы. То ей казалось, что мама обязательно не успеет добраться к назначенному времени, и Колю доктор не сможет посмотреть, то она волновалась что сам Шафранов не приедет. Наконец-то в четверть первого приехала мама с Коленькой, а уже через четверть часа их принял доктор Шафранов. Осмотр прошел как обычно: кардиограмма, анализы, доктор опросил бабушку, послушал сердечко маленького пациента и стал внимательно рассматривать ленту кардиограммы. Заметив, что Вадим хмурится, Ланцет попросил медсестру занять мальчика, пока врач переговорит с бабушкой. - Я не буду вам сочинять сказку, - Вадим отложил кардиограмму, - мальчику нужна операция и вот прямо чем раньше, тем лучше. - Как скоро мы сможем попасть к вам в клинику и сколько будет стоить операция, - в дверях кабинета Ланцета стояла взволнованная Алина. - А вы - тетя мальчика? - Вадим чуть прищурился, разглядывая Алину. - Да, я - тетя, я - врач, я все понимаю, - Алина старалась скрыть волнение. - Я сегодня посмотрю операционные планы, и подумаю, кто в нашей клинике сможет сделать операцию мальчику, - Шафранов не мог отделаться от мысли, что с этой девушкой он раньше был знаком. - А пока обеспечьте ребенку полный покой и постельный режим. - Мы все сделаем, - мама Алины смотрела на доктора, как на Бога. - Вот и отлично, - Вадим встал из-за стола, - Игорь Алексеевич вам передаст, когда нужно будет подъехать к нам в "Здоровое сердце". - Спасибо, - Алина с трудом улыбнулась. Уже в коридоре Вадим, еще раз посмотрев на девушку, спросил: - А мы с вами раньше не встречались? - Нет, - Алина удивленно посмотрела на Шафранова. - Я вас раньше видела только на рекламных щитах и один раз по телевизору. - Странно, - Вадим пожал плечами. - До свидания, - он развернулся и быстро направился на выход. Алина удивленно смотрела вслед Шафранову, пытаясь понять, что это сейчас было: то ли она напомнила кого-то этому доктору, то ли он попытался так с ней познакомиться... Из мыслей Алину вернул голос мамы: - Доченька, мы с Колей уже идем, там такси подъехало. - Да, мам, я вас провожу. Вадим сел в машину и задумался. Тетя маленького пациента кого-то напоминала Шафранову, но вот кого... После потери семьи у талантливого кардиохирурга было много женщин, проходивших транзитом, не задерживающихся в его жизни. Возможно и эта девушка однажды так же промелькнула, словно видение. "Но почему тогда она сказала, что никогда не была знакома со мной?" - Шафранов завел машину. Очередные пытки протеже Варшавского Ланцет перенес вполне спокойно. Устроившись в своем кабинете, Игорь задумался. Если каким-то чудом этим двум террористкам в белых халатах удастся решить проблему тремора... на мгновение Ланцет испугался этой мысли, но тут же поймал себя на следующей: упертые девицы даже его заразили своим энтузиазмом. "Так вот, - вернулся к размышлениям Латынин, - когда я избавлюсь от этого чертова тремора, надо будет поговорить с моими докторами и возвращаться к столу. Ассом мне уже не быть, но окно зашить или стентирование провести я смогу." От размышлений о будущем Игоря оторвал телефонный звонок: - Латынин, слушаю... да, Вадим... замечательно, я передам доктору Матвиенко... спасибо... тем более спасибо, - отключив телефон, Ланцет отправился в приемное. Алина еще раз пересмотрела подготовленные для госпитализации пациента бумаги и передала их доктору Ольховскому. - Так, - пробежав глазами записи в карте, невролог позвал санитаров. - Давайте-ка этого товарища к нам на четвертый, - санитары помогли пациенту устроиться в кресле и увезли его в неврологию. - Доктор Матвиенко, вы, как всегда на высоте, - Лев Александрович похвалил Алину. - Я стараюсь, - улыбнулась девушка. - А грустная такая чего? - Ольховский достал из кармана конфету и протянул Алине. - Да так, все решаемо, - Алина взяла конфету. - Тогда чаще улыбайтесь, доктор Матвиенко, - подмигнул Лев Александрович и отбыл к себе в отделение. Как только Ольховский покинул отделение "скорой", к Алине тут же подошли Воронцовы. Влад без предисловий перешел к делу: - Ну, тетя-мать-героиня, что с малым? - Шафранов его осмотрел, - Алина вымученно улыбнулась. - Сказал, нужна операция. - Сколько? - задала самый важный вопрос Снежана. - Еще не знаю, доктор Латынин сообщит, когда нам надо будет на консультацию в "Здоровое сердце" съездить, - Матвиенко вздохнула. - Вот как только, - Воронцов потер затылок, - счет возьмешь и сюда, есть один фонд на примете, таким, как ваша семья, помогают. - Спасибо, - Алина расплакалась. - Так, Снежинка, это теперь по твоей части, - Влада немного пугали женские слезы. Звонок телефона заставил Алину взять себя в руки. Она вытерла глаза глубоко вздохнула и ответила: - Да, Игорь Алексеевич, есть новости?.. так быстро... спасибо вам огромное... спасибо. - Хорошие новости? - Воронцовы оценили улыбку Алины. - Да, нас примут в "Здоровом сердце" на следующей неделе, - с облегчением выдохнула Алина. Стройка нового корпуса радовала глаз Вадима: он до конца не верил в то, что его мечта вот так вдруг осуществится. Шафранов был хорошим врачом, даже очень хорошим. Он спас не одну жизнь, но в чудеса не верил. И вот за окном его кабинета сейчас реально творилось чудо - шла подготовка под фундамент нового корпуса его центра. Не первый год Вадим хотел построить этот самый корпус, даже проект давно был готов. Но все как всегда упиралось в деньги, а строительство - дело не дешевое, не говоря уже об оснащении будущего лечебного корпуса. А еще Шафранова так и не отпустила мысль о тете маленького пациента, сосватанного Ланцетом. Он так и не смог отделаться от чувства, что был когда-то знаком с этой девушкой, ну или с другой, но очень на нее похожей. От мыслей Вадима оторвал телефонный звонок. - Шафранов, слушаю... Что?... Отец, я все понял, в какую больницу ее везут?.. выезжаю, - быстро собравшись, Вадим вылетел в приемную, где столкнулся с Евгением. - Жень, отлично, что ты свободен, я срочно лечу в областную, маман туда везут с подозрением на аппендицит. - Понял, принял, все будет штатно, - кивнул Соломин. - Спасибо, - Шафранов пожал руку друга. Софью Эдуардовну в областную доставили прямо с репетиции, даже сценический костюм сменить не успели. Яркая дама "слегка за" произвела в отделении "скорой" фурор. Шафрановой повышенное внимание льстило. А уж как суетились вокруг нее заядлые театралы! Среди врачей Софья Эдуардовна обратила внимание на скромную девушку, что-то записывавшую в карты пациентов и не принимавшую участия в бурном почитании местной театральной примы. Шафранова всегда гордилась своей фотографической памятью, и сейчас она удивленно поглядывала на доктора, с которой, как показалось Софье Эдуардовне, она виделась лет восемь назад. Эта девушка выглядела скромной, милой, лишь слегка похожей на ту, яркую, дерзкую, испортившую километры нервных клеток Шафрановой. "Но та девица никак не смогла бы стать врачом!" - Софья Эдуардовна присмотрелась к девушке внимательнее. Слишком много общего было у этой девушки с давней знакомой Шафрановой. Уже по дороге в хирургию она осторожно поинтересовалась у санитара: - А та доктор, что сидела у окна, она всегда такая тихая и спокойная? - Алина Николаевна? Так она у нас невропатолог, ей по должности положено быть спокойной, - рассмеялся санитар, - доктор Матвиенко у нас всегда само спокойствие. - Красивое имя, - улыбнулась Софья Эдуардовна, успокоив свою паранойю - ту девицу из прошлого звали иначе. В хирургии Софью Эдуардовну уже ждал сын, переговоривший с врачами и выяснивший все по предстоящему лечению. - Вадим, сынок, - Шафранова пустила слезу. - Я так рада тебя видеть, теперь мне абсолютно спокойно. - Мама, все будет хорошо, - Вадим взял Софью Эдуардовну за руку. - Операция простейшая, через недельку будешь порхать и блистать. - Ох, сынок, - Шафранова покачала головой. - Софья Эдуардовна, вас сейчас устроят в палате, вы отдохнете, а завтра с утра мы вас прооперируем, - Майя Петровна указала санитару на ВИП-палату. - Спасибо, - Шафрановой, как личности творческой, были приятны всесторонние внимание и забота. Когда пациентку увезли в палату, Лаврова, глянув план операций на завтра, обратилась к Вадиму: - В десять прооперируем, я сама возьму Софью Эдуардовну. - В девять буду, спасибо, - поблагодарил Майю Петровну Шафранов. - Не волнуйтесь, все будет хорошо, - улыбнулась Лаврова. Занятия с Викой и Любой дали весьма интересный эффект: доктор Латынин перестал в разговорах огрызаться. Это заметили все. Первой этот эффект оценила Зимовая. - Игорь Алексеевич, поздравляю. За пятнадцать минут нашего диалога вы ни разу не огрызнулись со мной, и даже не смяли ни одной бумаги. - А я должен был огрызаться? - удивился зав кардиохирургией. - Да ты на всех рычал, как раненый тигренок, - рассмеялся Варшавский, - разве что не кусался. - Да ну вас, - отмахнулся Ланцет, покидая кабинет Зимовой. - Как-то даже без огонька! - бросил в след Латынину Я лечу. - А хорошо ему девчонки нервишки причесали, - довольный Варшавский подмигнул Веронике Антоновне. - Я бы сказала вполне так отлично, - поддержала Я лечу Зимовая. - Так, глядишь, не заметит, как тремор пройдет. - Дай Бог, - постучал по столу Варшавский, - дай Бог. Максим удивленно осматривал комнату отеля: разбросанные вещи, недопитое шампанское... Эффектная девица, яркая и раскрепощенная, лежала рядом, чему-то улыбаясь во сне. "Это как меня так занесло? - удивленно подумал музыкант. - Что я скажу Алине?.. - еще раз оглядевшись, парень встал с кровати, стараясь не шуметь. - Хотя я не собираюсь ничего рассказывать, - решил про себя он. - Я мужчина, я творческая личность, мне нужна разрядка! - оправдания рождались на ровном месте. - И откуда я знаю, что она там меня преданно ждет?" - последняя мысль задела самолюбие Соловьева. - Макс, я хочу шампанского! - мысли парня были прерваны. - Элина, дорогая, несу, - Максим наполнил два бокала и тут же оказался рядом с ночной гостьей. Софья Эдуардовна после операции чувствовала себя хорошо и быстро шла на поправку. Вадим, переговорив с Лавровой, зашел в палату к маме. - Сынок, как же я рада тебя видеть! - Шафранова улыбнулась. - Майя Петровна говорит, что ты молодец, - Вадим присел рядом с матерью и взял ее за руку. - Через пару дней заберу тебя домой, а там неделька, и вернешься на сцену. - Сынок, ты у меня такой умница, - Софья Эдуардовна прижала к щеке ладонь сына. - Я так хочу, чтобы ты был счастлив. - Обязательно буду, - Вадим улыбнулся. - Я знаю, что для тебя это очень больная тема, сынок, - Шафранова прикрыла на секунду глаза, - но я все-таки надеюсь, что однажды очаровательное создание назовет меня бабушкой. - Возможно, что однажды все отболит, - Вадим горько усмехнулся, решив не спорить и не конфликтовать. - Когда-нибудь, - он чуть крепче сжал руку матери. - Спасибо, сынок, что не лишаешь меня надежды. - Надежда, мама, умирает последней. - Я буду надеяться и верить, - Софья Эдуардовна обняла сына. Занятия на пианино в терапии девиц от Варшавского были самым приятным, ибо проходили дома и с любимой женщиной. Играть гаммы с Ингой Ланцету нравилось: доктор Альтман оказалась хорошим педагогом. Уже через неделю Игорь Алексеевич не просто перебирал пальцами по клавишам в терапевтических целях, он с азартом осваивал легендарный Собачий вальс. - Ну что, доктор Латынин, вы очень хорошо освоили фортепиано, - Виктория усмехнулась, - пора переходить к более весомым нагрузкам. - Вы хотите, чтобы я освоил еще и скрипку? - съязвил Ланцет. - Зачем скрипку? - удивилась Вика. - Мы переходим к пинг-понгу. - К пинг-понгу? - Латынин от удивления присел. - Да, я уже выяснила, - Варшавская что-то черкала в назначениях, - доктор Альтман прекрасно владеет ракеткой. - Это просто какой-то заговор, - совсем незлобно попытался возмутиться Ланцет. - Это комплексная терапия, - уточнила Вика, вручая Игорю назначение. - Здесь те упражнения, которые надо освоить у стола. - Как звучит, - горько усмехнулся Ланцет, - освоить у стола. - Ну, если вы хотите вернуться к столу, освоите, - Варшавская подмигнула Латынину. - Куда я денусь, - взяв назначения, Ланцет отправился договариваться с Ингой. Элина улыбалась закату, бросая взгляды на Максима. Этот молодой и перспективный музыкант нравился начинающей певице больше вечно занятого сына Софьи Эдуардовны. Какие перспективы были у нее с врачом? Постоянные ожидания, когда у него где-то между пациентами появится время на жену? Все говорят, что этот Вадим одержим своей работой. А Максим - это же совсем другое дело! Он из семьи музыкантов, такая же творческая личность, как и сама Элина. Они мыслят одинаково, им нравится одно и то же. Даже работают вместе! Его отец - ведущий баритон, ее - главный дирижер, мамы тоже найдут общий язык, гуляя по салонам и выставкам. С этим парнем ей будет хорошо! - Макс, предлагаю выпить шампанского за нас и наш успех! - Элиночка, открываю! Обследование Коли в "Здоровом сердце" подтвердило все неутешительные прогнозы: оперировать мальчика надо было чем раньше тем лучше. - Мальчика госпитализируем, - подвел итоги консилиума доктор Соломин. - Согласен, - Шафранов подписал заключение. - И уже госпитализируем, - согласился педиатр центра. Алина с родителями ожидали врачей в коридоре. По лицам вышедших врачей было понятно, что с мальчиком все мягко говоря не очень хорошо. - Николая сейчас определят в палату, - Шафранов подошел к родне мальчика. - Вот список вещей, которые надо привезти. - Спасибо, - бабушка маленького пациента смахнула слезу. - Вадим Сергеевич, - Алина тяжело вздохнула, переходя к материальному вопросу, - какую сумму мы должны оплатить? - Идемте, - Шафранов кивнул в сторону рецепции. - Нахождение в палате, обследование и подготовка к операции, - Вадим передал девушке за стойкой бланк. - Минутку, - она быстро ввела данные в компьютер и распечатала счет. - Вот пожалуйста. - А операция? - глянув на цифры в счете, Алина от волнения сглотнула. - Все будет зависеть от процесса подготовки, но в таких пределах, - Шафранов черкнул сумму на бумаге. - Я поняла, - тяжело вздохнув, Алина спрятала в сумку документы. - И все-таки, мы с вами точно никогда раньше не встречались? - Шафранов никак не мог отделаться от мысли, что эта девушка в его жизни уже была когда-то. - Нет, мы с вами, Вадим Сергеевич, точно никогда раньше не встречались, - уверенно ответила Алина. Явление Софьи Эдуардовны в "Здоровое сердце" дало понять Вадиму, что мама окончательно оправилась после операции. Шафранова привычно выносила мозг коллективу центра, когда сестричка везла на процедуры очаровательного мальчишку лет шести-семи. - Ой, а я вас знаю! - радостно воскликнул ребенок. - Вы в нашей опере Синюю Птицу поете! Я с бабушкой ходил и мне так понравилось! - восторг ребенка потряс Софью Эдуардовну. - Вы на сцене такая красивая! Прямо сказочная! - Правда, тебе понравилось? - на глазах примы блеснули слезы. Искренность этого мальчишки тронула сердце Шафрановой. - Конечно! Разве это может не понравиться? У вас просто волшебный голос! - А тебя как зовут? - Софья Эдуардовна присмотрелась к мальчику и невольно вздрогнула. - Меня зовут Коля, - мальчик сиял от счастья. - Коля, а давай я подожду, пока тебе сделают процедуру, а потом мы поговорим, может я тебе даже спою, - Шафранова нежно погладила мальчика по голове. - Ура! Это же такое чудо! - обрадовался мальчонка. - Я буду тебя ждать, - Софья Эдуардовна устроилась в кресле у рецепции. Когда сестричка увезла ребенка на процедуры, Софья Эдуардовна тяжело вздохнула, возвращаясь в прошлое: никто уже не помнил в строгом и одержимом работой Вадиме Сергеевиче Шафранове зеленоглазого маленького ангелочка. А этот мальчик так был похож на маленького Вадима, когда-то так же искренне восхищавшегося талантом матери. Когда-то очень давно маленький Вадик так же восторгался Синей Птицей в исполнении мамы. Алина сидела в кабинете Варшавского и слушала важного то ли господина, то ли товарища в дорогом костюме, рассказывающего, что Коленьке несказанно повезло с тетей, с доктором Варшавским, и вообще по жизни повезло, и теперь фонд "Здоровье для народа" Леонида Семеновича Маршала оплатит мальчишке лечение, "чтобы он был здоров, а тетя не плакала". - Спасибо, - смахивая слезы, поблагодарила за помощь Алина. - Та какое спасибо, - мужчина рассмеялся, - дети должны бегать, прыгать и шуметь, а такие тети должны смеяться, а не плакать. А деньги, так мы это заработаем, потратим и еще заработаем! А вы лечите, и все будем здоровы. - И все-таки спасибо вам, - Алина смяла платок. - Вы подарили моему племяннику жизнь. - Когда-то вот здесь мне вернули сына с того света, - Ледя Маршал вздохнул. - Теперь я по возможности тоже помогаю возвращать детей оттуда, - мужчина улыбнулся и быстро покинул кабинет Я лечу. - Ну что, успокоилась, тетя-мать-героиня, - Воронцов хлопнул Алину по плечу. - Когда будет счет на операцию сразу принесешь Михалычу. И не реви! - Спасибо, - все-таки расплакалась Алина. - Все, Снежинка, это уже твоя пациентка, - Влад ретировался, оставляя девушек. Снежана присела рядом с Алиной и обняла ее. Когда Матвиенко немного успокоилась и перестала всхлипывать, Воронцова подала ей стакан с каплями. - Давай залпом и к больным, а то без нас выздоровеют. - Не успеют, догоним, - усмехнулась окончательно успокоившаяся Алина, с плеч которой упал неподъемный груз. Когда Коля вернулся с процедур в палату, его ждала Софья Эдуардовна. Увидев ее, мальчик искренне обрадовался: - Вы все-таки меня дождались! - Ну я же обещала, - Шафранова улыбнулась. - Хочешь я тебе почитаю сказку? - Хочу! Я уже сам умею читать, но иногда мне тетя или бабушка читают перед сном, чтобы я не переутруждался. - Вот смотри, - Софья Эдуардовна показала мальчику книгу, - это сказка про Изумрудный город и про настоящие чудеса. - Здорово! Вадим с удивлением прислушивался к маминому голосу, доносившемуся из палаты маленького пациента, протеже Ланцета. Софья Эдуардовна читала ребенку сказку, периодически напевая песни из старого доброго мультика про Волшебника Изумрудного города. - Она там уже больше часа, - шепотом поведала проходящая мимо санитарка. - Надо же, - Вадим пожал плечами и не стал отвлекать маму. Занятия пинг-понгом по мнению окружающих очень хорошо сказывались на состоянии Ланцета. После очередной игры Игорь с удивлением обнаружил, что его перестали раздражать некоторые замечания тренера, который вел их с Ингой пару. - То есть, ты уже не хочешь оторвать ему голову или засунуть ракетку по самое не хочу, - доктор Альтман рассмеялась. - Снимаю шляпу перед милыми бестиями в белых халатах. - Инга, выходи за меня замуж, - Ланцет прижал к себе любимую. - Я справлюсь с этим чертовым тремором и вернусь к столу, я перестану кидаться на окружающих, огрызаться и хамить, но для этого ты должна быть рядом. Выходи за меня. - Я согласна, доктор Латынин, - прошептала Инга крепче прижимаясь к любимому. - Когда едем к папе? - Завтра, сегодня они с Верной подругой посвятили себя друг другу. - Договорились, тогда сегодня мы тоже посвятим себя друг другу. - Домой? - Домой. Алина шла домой, улыбаясь. Эта осень наконец-то принесла в семью Матвиенко надежду на то, что Коленька всё-таки будет здоров. Мама перестанет по ночам плакать, отец не будет работать на износ, чтобы собрать денег на операцию, да и сама Алина выдохнет, в отличие от сестры, за здоровье племянника она искренне переживала. Задумавшись, она не заметила идущего впереди мужчину, и они столкнулись. - Простите, - Алина подняла глаза, перед ней стоял Шафранов. - Добрый вечер, - Вадим улыбнулся. - Вы всегда думаете о чем-то на ходу? - Сегодня я могу позволить себе немного рассеянности, - в ответ улыбнулась Алина. - Мои коллеги вышли на фонд "Здоровье для народа". Для моей семьи это маленькое чудо. Нам больше не надо переживать об оплате за операцию. - Ну что ж, это действительно чудо, - Вадим снова пытался вспомнить, где же он встречал эту девушку раньше. - Теперь наша очередь сотворить чудо - успешно прооперировать вашего племянника. - Я верю в то, что теперь все будет хорошо, - Алина снова улыбнулась. - Коля будет здоров, родители и я выдохнем с облегчением. - А могу я пригласить вас на чашечку кофе? - Вадим указал в сторону ближайшего кафе. - Ну раз уж сегодня вы можете ненадолго отвлечься. - Почему бы и нет, - Алина пожала плечами. За чашкой восхитительно пахнущего кофе Вадим честно признался девушке, что никак не может вспомнить, где мог ее встретить раньше. - Понимаете, Алина, у моей мамы фотографическая память на лица, и я унаследовал эту самую память, - Вадим отпил глоток горячего кофе. - С первой нашей встречи в областной я постоянно пытаюсь вспомнить, где я мог вас видеть раньше и никак не могу вспомнить. - Мы действительно с вами раньше не встречались, - Алина развела руками. - Вас я видела по телевизору, ну и на фото в рекламе "Здорового сердца". - Странно, а меня не отпускает чувство, что раньше мы были знакомы. Женщина, сидевшая за столиком у окна с интересом следила за общением Шафранова и Алины. Она даже сделала несколько фото на телефон. ""Недолго эта докторша скучала по Максиму. Ну так даже лучше, вышлю ему красивые вечерние фото его Золушки", - Тамила Павловна скривила губы в улыбке. О такой удаче она и не мечтала. Эта глупая девчонка сама дала ей козыри в руки. Соловьева была бесконечно рада тому, что теперь сможет отвадить эту нищебродку от своей семьи. В этот момент тренькнул телефон, Тамила Павловна посмотрела полученное сообщение и тут же подозвала официанта: - Молодой человек, принесите мне бокал шампанского! - Соловьева сияла от счастья. Когда официант отошел, она еще раз глянула пришедшее сообщение: сын прислал ей фото, на котором он и Элина в Вене встречают рассвет. И подпись под фото: "Мы с Элиночкой". Тамила Павловна быстро написала сыну ответ: "Не упусти свое счастье! Твоя знакомая не скучает", - и выслала только что сделанную фотографию. Ответ пришел, когда Соловьева уже пила шампанское: "Мама, ты была права". - Ну вот и конец истории с бедной врачихой, - тихо прошипела Тамила Павловна, допивая шампанское. Алина слушала рассказы Вадима из медицинской практики в больнице скорой помощи, когда на ее телефон пришло сообщение. - Простите, - Алина быстро просмотрела полученное сообщение и нахмурилась. - Что-то случилось? - Вадим кивнул на телефон в дрожащих руках девушки. - Не знаю, - отложив телефон, Алина огляделась по сторонам и заметила сияющую мать своего парня. - И все-таки? - Шафранову показалась странной такая резкая смена настроения Алины. - Только что близкий мне человек стал чужим и очень далеким, поверив сплетне, - девушка вздохнула. - Возможно, близким он был исключительно по вашему мнению? - Вадим пожал плечами. - Обычно по-настоящему близкие люди внезапно чужими не становятся, - Шафранов сжал салфетку, которую держал в руке, - даже когда между ними становится смерть, - его голос стал тихим и хриплым. - Может, вы и правы, Вадим Сергеевич, - в глазах Алины блеснула слеза, - вот только терять близких людей очень больно. - А давайте с вами прогуляемся на морском трамвайчике, - Вадим решил сменить тяжелую и крайне болезненную тему. - А давайте, - согласилась Алина. Ей очень не хотелось сейчас оставаться одной. Прогулка по морю, разговоры ни о чем... Крики чаек... С Вадимом Шафрановым Алине было спокойно и просто. Даже не верилось, что этот кормящий чаек и смеющийся над очередной историей о специфических пациентах мужчина тот самый Шафранов: небожитель и гениальный врач, вытаскивающий людей с того света. Катер подошел к причалу. Вадим и Алина выходили почти последними. Шафранов подал руку, помогая девушке преодолеть трап. - Какие люди! - ярко накрашенная дама неопределенного возраста подошла к Вадиму. - Сам Вадим Сергеевич с очередной девочкой! - от женщины чувствовался запах ранее выпитого. - Все никак не сложишь себе цену! Деточка, Вадим Сергеевич у нас бессердечный и бесценный! Шафранов приобнял Алину за плечи и увел ее подальше от несдержанной бывшей пассии. Когда они отошли достаточно далеко, Вадим посмотрел Алине в глаза и тихо сказал: - Алина, я прошу прощения за эту безобразную сцену, - он опустил глаза. - Так уж случилось, что... Вадим Сергеевич - вдовец. - Не извиняйтесь, - Алина сжала ладонь Шафранова. - В жизни встречаются и такие люди. - Спасибо за понимание и прекрасный вечер, - Вадим поцеловал руку Алины. - Я могу вас как-нибудь пригласить еще раз на прогулку? - Почему бы и нет, - Алина улыбнулась. Утро в областной началось неординарно. Один из пациентов, пришедших сдавать анализы, напал на медсестру, угрожая ножом и требуя выдать ему наркотики. Охрана справилась на отлично, спеленав нападавшего, но он успел нанести медсестричке-лаборантке ранение в плечо. Кровь, крики, суета... - Молчать! - резкий окрик, перекрывший панику, принадлежал новому заву кардиохирургии. - Салфетки, жгут, обезболивающее! - четко отдавал команды Ланцет. - Да не трясись ты, - огрызнулся он на молоденькую перепуганную медсестру, отобрал у нее шприц и быстро сделал укол пострадавшей. - В хирургию девочку, быстро. Когда лаборантку увезли в хирургию, к Игорю подошла Зимовая и молча пожала руку. К слову рука Ланцета даже не дрогнула. - А говорил, что мои девчонки не справятся, - съязвил появившийся рядом Я лечу. - С тебя теперь причитается, - Юра похлопал по плечу Ланцета. Доктор Альтман просто обняла Игоря и слегка коснулась губами его виска: - Остальное дома, - шепнула Инга. Латынин сидел в своем кабинете и удивленно смотрел на руки, которые не дрожали. Он взял в руки ножницы и разрезал несколько листов бумаги - руки не дрожали. Глянув на стопку скопившихся бумаг, Ланцет посвятил им целых сорок минут, разбирая и заполняя - ручка не падала, руки не дрожали. В дверь постучали. - Войдите, - как-то беззлобно и несколько устало бросил Игорь. - Здрасте! - в кабинет впорхнули протеже Варшавского. - Какие люди, - Ланцет кивнул девушкам на диван. - Кофе будете? - Будем, - Люба с интересом рассматривала "пациента". - Я без сахара, - улыбнулась Вика. Кофе в электрокофеварке получился ароматным и вкусным. Ланцет поймал себя на том, что при варке кофе руки тоже не дрожат. - Игорь Алексеевич, - насладившись кофе, девицы перешли к делу, - а вы умеете вязать? - А надо? - Латынин уже не спорил, он готов был и вязать и строчить на машинке: слишком уж четко нарисовалась перспектива вернуться к столу. - Надо, - уверенно кивнула Вика. - Очень надо, - поддержала ее Люба. - Хорошо, я научусь вязать, - согласился Ланцет. - Здорово, - Вика протянула ему небольшой пакет. - Здесь крючок и моток ниток, а еще схема, как вязать. В качестве терапии надо вязать по минут сорок в день. - Это хорошо пальцы разрабатывает, - поддержала Вику Люба. - Чуть позже перейдем к вышивке, надо восстановить навыки, утраченные за годы тремора. - И да, это не отменяет продолжения наших занятий, - Виктория что-то быстро начеркала. - Вот направления, надо посмотреть, что к чему на нашем фронте. - Хорошо, - Ланцет сунул направления в карман. - Тогда до завтра, - подружки улыбнулись и синхронно упорхнули из кабинета. "Где вы были все эти годы... Мда, вопрос риторический", - подумал Игорь и еще раз глянул на руки: они не дрожали. Общение с маленьким Колей для Софьи Эдуардовны стало отдушиной: после трагической смерти внука она очень болезненно реагировала на детей, но этот мальчонка тронул сердце Шафрановой, а еще он был очень похож на маленького Вадима. - Добрый день! - Софья Эдуардовна вошла в палату Коли. - Ой, это вы! - обрадовался мальчик. - Тетя, смотри, это моя Синяя Птица! - Коля радостно представил Алине свою новую знакомую. - Добрый день, - Алина улыбнулась Софье Эдуардовне. - Коленька нам уже рассказал о вас, большое спасибо за такое внимание к нему. - Ой, что вы, милочка, - Шафранова улыбнулась в ответ, узнав в тете своего маленького подопечного доктора-невропатолога из областной больницы, которая была похожа на давнюю знакомую, - Коля просто замечательный ребенок, и ему нравится опера! Это такая редкость сегодня среди столь юных. - Коля у нас большой молодец, - Алина растрепала племяннику волосы. - А вы мне сегодня что-нибудь споете? - Коля смотрел на Шафранову с надеждой. - Конечно, а еще я тебе почитаю историю про Маленького принца, - Софья Эдуардовна протянула Коле книжку. - Здорово! - обрадовался мальчик. - Коля, ты посмотри книжку, а я поговорю с твоей тетей, - Софья Эдуардовна погладила мальчика по голове. - Договорились! Алина вышла в коридор вслед за колиной "Синей Птицей". Когда дверь в палату закрылась, Шафранова осторожно поинтересовалась: - Простите, если сочтете мой вопрос бестактным, но Коля все время говорит только о вас и о бабушке с дедушкой, - Софья Эдуардовна подбирала слова для продолжения, - простите еще раз, но он никогда не говорит о родителях. Это мне показалось странным. - Понимаете, - Алина вздохнула, - его мама живет в столице и приезжает к нам очень-очень редко. - А отец? - Шафранова приобняла Алину, выражая поддержку. - А отец... - Алине очень захотелось хоть с кем-то еще поделиться своими переживаниями, а эта женщина была как милая тетушка-крестная, которой у Алины никогда не было. - А отца Коленьки мы даже не знаем, сестра не удосужилась нам рассказать, кто он. Алле было всегда все равно, что с сыном. Для мальчика родители придумали удобную историю, что отец очень много работает, а работает он далеко. Информация о родителях мальчика заставила Софью Эдуардовну задуматься. Но тетя мальчика была такой милой и открытой, что Шафранова тоже поделилась с ней своей болью: - Мой внук умер совсем маленьким, он был младше Коленьки, - Софья Эдуардовна смахнула слезу. - Но мы живы, - взяла себя в руки Шафранова, - и можем сделать жизнь Коленьки яркой, как сказка. - Спасибо вам, - Алина искренне поблагодарила Шафранову. Обменявшись еще парой фраз, они уже собирались разойтись, Алина - на работу, Софья Эдуардовна - к Коленьке, когда услышали знакомый голос: - О! Мама, ты снова к своему маленькому другу? - Вадим подошел к палате мальчика. - Алина, добрый день. - Добрый, Вадим Сергеевич, - Алина улыбнулась доктору. - У вас просто замечательная мама! - Ох, Алиночка, вы меня засмущали, - Софья Эдуардовна расплылась в улыбке. - Мама у меня действительно замечательная, - Вадим обнял маму за плечи. - Мы сегодня еще раз обследуем Колю и, думаю, на следующей неделе прооперируем мальчика. - Спасибо, Вадим Сергеевич, - Алина поблагодарила врача. - Мне пора на работу, я вечером забегу к Коле. - Хорошего дня, - Шафранов улыбнулся. Когда Алина ушла, Софья Эдуардовна устроила сыну допрос: - Тебе нравится это милое создание? - Мама, я не ослышался, милое создание? - Вадим удивленно выгнул брови. - Не ослышался, - Шафранова усмехнулась. - Я тут получила информацию к размышлению, обдумаю все, поделюсь с тобой мыслями о будущем. - Ты меня пугаешь, мама, - Вадим потер затылок. - Я сама себя пугаю иногда, - Софья Эдуардовна гордо вскинула голову. - Я к Коленьке, у нас сегодня "Маленький принц". Когда мама скрылась за дверью палаты Вадим покачал головой, махнул рукой и отправился к своим пациентам. Варшавский влетел в кабинет Ланцета без стука и резко затормозил от увиденного: Латынин пытался что-то вывязать крючком. Удивленный Я лечу еле сдержал рвущийся смех. - И тебе добрый день, - не отрываясь от вязания буркнул Игорь на невысказанное Юрой. - Так, друг Ланцет, чур первый шарфик мой! - Я лечу присел рядом с Латыниным. - Фиг тебе, - усмехнулся Игорь. - Первые три шарфика дамам. - Справедливо, - Юра потер затылок. - Вика с Любой те еще террористки в белых халатах, - Я лечу усмехнулся, - а доктор Альтман просто святая - терпеть такого, как ты, великое искусство. - Можно подумать, ты подарок, - разговаривая с Варшавским, Ланцет ни на минуту не отвлекся от вязания. - Я, если верить местным злым языкам, целый сериал, - рассмеялся Юра. - Да, нервишки тебе девицы лихо так причесали, вот прям волосок к волоску. - Встреть я тебя раньше, - упорно вывязывая петли, поведал Я лечу Ланцет, - я бы все эти годы стоял у стола. - Так не поздно вернуться, - Я лечу в упор посмотрел на Игоря. - Так я вот и вяжу, пальцы разрабатываю, - Игорь внимательно посмотрел на связанное, - там меня грозились научить вышивать. - Если грозились - научат, - усмехнулся Юра. - Знаешь, - довязав свое нечто, Игорь отложил крючок, - никому другому это не скажу, а вот тебе... - Латынин вздохнул, - сейчас, когда руки реально не дрожат, а тремор отошел в страшные сны, я готов и на рояле играть, и вязать-вышивать, и даже танцевать, только бы вернуться к столу. Эти годы для меня были не просто кошмаром наяву, я был неполноценным человеком, человеком без сердца, потому что мое сердце осталось у стола. - Ланцет, я рад, что ты вернул себе свое сердце, - на секунду Я лечу задумался, но тут же продолжил с очень серьезным видом, - только теперь по-быстрому вручай это сердце Инге Васильевне, - Я лечу заговорщицки подмигнул Латынину, - пока моя Вика не решила вас поженить, - в конце рассмеялся Варшавский. - Да ну тебя, - отмахнулся Игорь, - мы с Ингой без твоей Вики разберемся. - Не тяните, а то даже я не помогу, - Юра встал и подошел к двери кабинета. - С возвращением сердца, Ланцет. Обследование Коли показало, что тянуть с операцией нельзя. Вадим еще раз посмотрел данные обследования, и обвел взглядом врачей. - Тянуть нельзя, - педиатр покачал головой. - Оперировать надо чем раньше тем лучше, - Евгений посмотрел в глаза друга. - Вадим, без вариантов, консервативно поддержать можем максимум день-два, - кардиолог развел руками, - потом криз, вплоть до остановки. - Я понял, - Шафранов достал телефон и быстро набрал номер. - Алло... Алина, это Шафранов, с Колей все нормально, но с операцией тянуть больше нельзя... Вы можете с родителями подъехать к нам желательно уже... Хорошо, я вас жду. Софья Эдуардовна достала старую деревянную шкатулку, к которой не прикасалась много лет. В ней она хранила "свидетельства неосмотрительности в связях" своего сына: письма бывших пассий, угрожавших Софье Эдуардовне внебрачными подкидышами. Сколько было таких... Молодые интересные девушки, надеявшиеся заполучить ее сына. Шафранова перебирала письма, вспоминая, как та или иная девчонка, обломав зубки на Вадиме, прибегали к ней. Сначала ругались, потом слали письма, а потом исчезали навсегда. Отыскав нужное письмо, Софья Эдуардовна посмотрела внимательно дату на почтовом штемпеле и что-то прикинула в уме. Вытащив из конверта старую фотографию, Шафранова горько усмехнулась: - Аллочка, ты так и не доросла до моего сына, так и осталась низкопробной шалавой и безответственной проходимкой. А вот милое создание Алина обогнала тебя во всем: она красива, но не вульгарна, она умна, она врач, как и мой сын, у них тем для разговоров хоть отбавляй. Хватит и на снежные зимние вечера, и на дождливые осенне-весенние, а я им помогу найти друг друга, - Софья Эдуардовна вложила старую фотографию в конверт, - но за внука мерси. Алина с родителями прибыли в "Здоровое сердце". Шафранов лично их встретил и сразу же обрисовал ситуацию: - Колю надо оперировать как можно скорее, - Вадим вручил Алине счет на операцию. - Я поняла, - она достала телефон, отошла чуть в сторону и набрала номер Варшавского. Пока Алина общалась с Юрием Михайловичем, Вадим объяснял ее родителям, почему затягивать с операцией уже нельзя. Алина вернулась к общему разговору через несколько минут. - Ну что, Алиночка, - мама очень переживала. - Все хорошо, я отправила фото счета доктору Варшавскому, он мне пообещал, что в фонде Леонида Семеновича операцию оплатят как можно быстрее. - Отлично, - Вадим подошел к рецепции и набрал номер. - Лидия Олеговна, как только поступят деньги за пациента Матвиенко Николая, сразу мне сообщите, - вернувшись к Алине и ее родителям, Шафранов успокоил их, - Колю прооперируем завтра утром. Даже если деньги поступят позже. Инга удивленно рассматривала свою маленькую квартирку, заваленную цветами. Они были везде, даже на маленьком балкончике умостились несколько букетов. Посреди цветочного безумия стоял ее любимый с кольцом. - Ты уже согласилась, но мне захотелось для тебя сделать это маленькое чудо, - Ланцет улыбнулся, когда сияющая Инга подошла к нему. - И чудо свершилось, - она протянула руку, Игорь надел ей кольцо и нежно поцеловал пальчики. - Вот теперь я готов ко встрече с твоим папой на все сто. - Я договорилась с Верной подругой на пятничный вечер, - Инга прижалась к любимому. - Мадам Кац это тяжелая артиллерия, - усмехнулся Ланцет. - Руфь Соломоновна это надежно! С утра в "Здоровое сердце" приехали родители Алины и Софья Эдуардовна, которая от сына узнала, что Коленьку уже будут оперировать. Алина подъехала перед самой операцией. - Ну что? - с тревогой спросила Вера Ивановна. - Мама, я на работе отпросилась на сегодня и оригинал счета за операцию передала, - девушка заметно нервничала. - Алиночка, поверьте, все будет хорошо, - Шафранова пыталась успокоить Алину, хотя сама заметно переживала. - Ой, врачи идут, - Вера Ивановна смяла платок. В палату Коли вошли врачи, мальчика еще раз осмотрели, а потом появились санитары с каталкой... - Как же долго тянется время, - Алина ходила по коридору возле операционной. - Все будет хорошо, - попытался всех успокоить отец Алины. - Коля он у нас боец! Вдруг из операционной выбежала медсестра, а через пару минут туда влетели Шафранов и еще один врач. Софья Эдуардовна медленно опустилась на стул, Алина молча заплакала, Вера Ивановна схватилась за сердце. И только Николай Андреевич стоял как скала, пытаясь своей пусть показной, но уверенностью поддержать женщин. Сколько прошло времени, никто из них не знал, ожидающим результат операции оно показалось вечностью. Врачи вышли из операционной уставшие. Вадим, сорвав перчатки, улыбнулся: - Коля молодец, справился. - Это Вадим Сергеевич у нас молодец, - подошел доктор Соломин, - не отпустил мальчонку. Практически сотворил невозможное. - А когда к Коленьке можно будет? - Вера Ивановна пыталась унять слезы. - Сегодня Коля побудет в реанимации, а завтра с утра, часикам к десяти приходите, - Вадим стер пот со лба. - А можно я посижу возле реанимации? - Алина с мольбой в глазах смотрела на Шафранова. - Вам можно, - Вадим позвал медсестру, - устройте девушку возле реанимации. Софья Эдуардовна вошла в кабинет сына и устроилась в кресле у окна. Вадим удивленно посмотрел на мать. Шафранова несколько минут молча сидела, глядя на падающие за окном листья, а потом тихо спросила сына: - Вадим, ты снова оперируешь детей? - Оперирую, - горько усмехнулся Шафранов, - столько лет не мог, а тут... - он махнул рукой, - а тут так звезды сошлись, пришлось встать к столу и сделать то, что могу и умею. - Ты помнишь, лет восемь назад у тебя была девица по имени Алла? - Софья Эдуардовна встала и подошла к столу сына. - Такая вульгарно красивая, очень яркая и невоспитанная. - Мам, я не запоминаю всех своих бывших, - отмахнулся Вадим. - Эту ты точно помнишь, - настаивала Шафранова. - Она с Алиной одно лицо. - Боже, - Вадим усмехнулся, - так Алина просто похожа на какую-то бывшую. А все голову ломаю, где я ее раньше видел. - Алину ты не видел нигде раньше, а вот ее сестру Аллу... - Софья Эдуардовна покачала головой. - Алла не удосужилась поставить свою родню в известность о личности отца ее сына. Ты в состоянии сложить теперь два плюс два? - Софья Эдуардовна положила на стол перед Вадимом его детское фото. - Не может быть... - Шафранов рассматривал свою фотографию: с черно-белого снимка на него смотрел Коля Матвиенко. - Может, - Софья Эдуардовна промокнула платком глаза. - Я очень привязалась к этому мальчику и решила разговорить его тетю. От нее я узнала, что та самая Алла - мать Коленьки. Она безответственно бросила ребенка на родителей и сестру, даже не сказала, кто его отец. - Знаешь, мама, наверное так должно было случиться, - Вадим сглотнул подкативший к горлу ком, - я не знал, что Коля мой сын, вошел в операционную и спас ему жизнь. Я перестал оперировать детей, потеряв на столе сына, и я вернулся в детскую кардиохирургию, спасая своего сына. Я вернул свое сердце, мама, - Вадим больше не сдерживал скупые мужские слезы. - Мам, без сердца жить очень больно. Переговоры с семьей Матвиенко взяла на себя Софья Эдуардовна. Сначала Шафранова и Матвиенко дружно рыдали, потом радовались, потом опять рыдали и снова радовались. Когда чувства немного успокоились, взрослые стали решать, как лучше рассказать Коле о том, что теперь у него есть папа. - А что рассказывать, - Николай Андреевич кивнул в сторону Алины и Вадима сидевших чуть в стороне от остальных. - Там по-моему все как надо, сами и расскажут Коле. - Наверное это будет правильно, - Вера Ивановна вздохнула. - Алина Коленьке и так все время маму заменяла. - Они будут очень красивой парой! - Софья Эдуардовна сияла от счастья. Прошло полгода Дом Софьи Эдуардовны снова наполнился таким долгожданным детским смехом. После операции Коля прошел реабилитационный курс и врачи с радостью сообщили родне, что мальчик практически здоров. Да, за сердечком надо понаблюдать, но это скорее профилактически, теперь Коля мог жить полноценно. - Бабуля, а ты мне споешь Синюю Птицу, - маленький ураган влетел в гостиную. - Пожалуйста, у тебя это так волшебно выходит!