Мамочка

      «В Мафии не место слабакам», — так говорит Мори-сама.       «Не позволяй жестокости захватить свою душу», — так говорит сестрица Коё.       Малыш Чуя не понимал, как два таких разных взрослых работают вместе. Они оба сильные. Оба властные и умные. Однако хорошей в глазах мальчика была лишь Озаки. Она была очень красивой.       — Ты принцесса, — улыбаясь, говорит Чуя. Коё лишь улыбается в ответ.       — Нет, Чуя-кун.       Глаза мальчика расширяются.       — Тогда королева!       Щеки девушки розовеют, она умиляется, глядя на подопечного.       — Не бывает одиноких королев, Чуя-кун. У любой королевы всегда есть король.       — Хочешь, я буду твоим королем? — рыжик невинно смотрит на наставницу. — Я буду защищать тебя от Мори-сама!       Взгляд Коё мрачнеет.       — Малыш, не говори так. Мори-сенсей — великий человек. Если бы не он, мы с тобой были бы убиты. Я точно.       И Накахара послушно кивает.       — Хорошо. Мори-сенсей… А почему сенсей?       Озаки вновь улыбается, заправляя рыжую прядь волос за ушко мальчика.       — В Японии учителей и врачей принято так называть. Мори-сан раньше был врачом.       Голубые глазки Чуи расширяются.       — Правда?

***

      «Бери пример с Дазая», — так говорит Мори-сан.       «Никогда никому не подражай», — так говорит сестрица Коё.       Накахара, будучи подростком, так и не мог понять, что связывает этих взрослых. Совершенно разные. Сильные и властные. Влиятельные люди.       — Этот псих в любимчиках у Мори-сана! — возмущается рыжик, пока сестрица заклеивает ему ссадины на лбу.       — Может быть. — кивает Озаки. — Но постарайся не думать об этом.       — Почему? — не выдерживает Чуя.-Как ты можешь быть так спокойна? Представь, что на твое место в Мафии пришла другая женщина! И что её тебе ставят в пример! Что ты сделаешь?       Коё молча берет в руки йод и кисточкой выводит на лбу мальчишки иероглиф «терпение».       — Эй!       — Что сделаю я, ты спрашивал? Я заберу тебя и уйду из организации. Ведь кроме тебя, мой маленький паршивец, меня ничто здесь не держит. А Мори-сан пускай разбирается со своей сотрудницей сам. — Озаки улыбалась. — Не кипятись, Чуя. Рисунки, сделанные йодом, быстро проходят.

***

      «Ты сильный сотрудник», — так говорит Мори-сан.       «Моя гордость», — так говорит сестрица Коё.       На одном из заданий Чую серьезно ранили. Пока Огай оказывал подчиненному помощь, Коё молилась всем Богам, мыслимым и немыслимым. Озаки жутко лихорадило. Плакать не было сил. Отсутствие сна, сказывалось на внешнем виде. Заламывая пальцы, женщина стояла возле двери в ожидании.       Внезапно дверь отворилась и серьезный, как всегда, Мори произнёс:       — Жить будет.       Господи! Сердце мафиози сжалось и пропустило несколько ударов. От неведомой радости спёрло дыхание. Едва дыша, утирая слезы рукавом кимоно, Коё ворвалась в комнату. Там на кровати лежал Чуя. Весь в бинтах. Едва не теряя сознание, Озаки подбежала к подопечному. Тот тяжело, но все же дышал! Судорожно вздохнув, Коё наклонилась и поцеловала Накахару в горячий лоб.       Юноша медленно нахмурился и заторможено произнес       — Мама.