Звёзды над Парижем

Кто-то там на небе за тебя сильно топит, Кто

-то держит за руку, когда засыпаешь,

Думала до старости, но это лишь опыт —

Тебя снова топят, ты опять выплываешь…

Кто же там на небе сильно так тебя любит?

Кто же там отважно так тебя защищает?

Бог раздал вам карты, значит, он и рассудит —

Ты получишь втрое, ну а он потеряет…

(ASTI)

Колетт абсолютно не знала, что делать: то ли ехать домой, и организовать Розенкранцу «сюрприз», то ли — шляться по городу ещё черт знает сколько. А это весьма небезопасное занятие. Но называть водителю какой-то адрес нужно было. И тут мелькнула идея, что лучше всего поехать в «Рататуй» и побыть там. Хотя, после последних событий отношение к этому месту у неё несколько поменялось. — …мда, не слишком хорошо посидели… — подал голос Альфредо. — Но кто ж знал, блин… Колетт, ты как? — …ну, если не заострять внимание на всех тех гадостях, что я услышала, то терпимо. Но зато теперь я точно знаю, что они думают обо мне. И поверь, если бы они не выпили, то большинство не вякнули бы даже. Мило улыбались бы, как идиоты. И делали вид, что рады увидеться… — сказала Колетт, стараясь не поддаваться одолевшим её мрачным мыслям. — Хотя, я не ожидала, что всё будет именно так — в лоб. И, с одной стороны, мои ожидания, не совпавшие с реальностью — это мои проблемы. А с другой — нужно ли мне было ещё раз убедиться в том, что… прошлое осталось в прошлом? Наверное, да. И, причем, срочно. — …а мне кажется, что… они ещё одумаются… — Лингвини, видимо, чувствовал себя виноватым, и старался всеми способами сгладить углы. — Извинятся. Вот увидишь. Вы же проработали вместе столько времени… И ведь я, едва познакомившись с вами, думал, что ваши связи — нечто прочное… Колетт кисло улыбнулась. — …нельзя привязываться к кому-либо, особенно в рабочем коллективе, Альф. Сейчас я, как никогда, понимаю это. Нельзя. Обязательно произойдет что-то, что поставит между вами жирную точку. И вообще — на работе надо работать. А не дружбу дружить. — …хочешь сказать, что даже наши с тобой отношения… начинались не с дружбы? — Лингвини решил задать тему, которая могла вылиться в ещё один не самый приятный разговор. — …мда, скорее уж, с конкуренции… — сказала Колетт. — Я тогда не слишком хотела потерять место и свой авторитет. Впрочем, это всё равно рано или поздно случилось бы — Живодэр же спал и видел, как бы меня вышвырнуть. Но сделать это он мог, только незаметно подставив меня. А когда появился ты — это стало сделать куда проще. Как ему показалось. Он всегда трясся, как бы я не посмела занять трон Гюсто. — …значит, это правда? — Лингвини прикусил губу. — Мне говорили, что именно тебе предлагали занять место отца. Но ты… отказалась. Колетт кивнула. — …а сейчас? Жалеешь? — …ну, трудно сказать… — Колетт вздохнула. — Но, скорее всего, нет. Ведь тогда это ничем бы путным не закончилось. Уж точно. Я тогда была неопытна ещё больше, чем сейчас. А в бизнесе нельзя зевать. Сразу башку откусят. — …ну, брось, откуда ты знаешь наверняка? Может, всё сошлось бы удачно. И ты… стала бы звездой наравне с этой… Адсорбт, скажем? Представляешь? — …нет, не хочу представлять… — поморщилась она. — Всё сложилось так, как должно было. И вообще — сравнивать кого-то из приличных людей с этой стервой — дурной тон, Альф. Запомни. — …ладно, а как считаешь, возглавь ты «Гюсто» тогда, сразу после смерти моего отца, Эго бы сильно удивился? — Лингвини всё пытался заглянуть ей в глаза, которые Колетт предпочитала не поднимать, изучая свои обтянутые чёрным капроном коленки. — Может, начал бы и с тобой бодаться? М? — …хм, почему-то, не сомневаюсь — начал бы. — усмехнулась тут Колетт. — Учитывая, что я, как никто, могла скопировать блюда Гюсто… у него, у Антуана, подгорело бы знатно. Я уверена! — …а если бы он пришел и разнес уже твои блюда ещё раз? Отнял бы своими рецензиями все Звезды, например? Что бы ты сделала? — …ты о чем? — Колетт повернулась к Лингвини, с прищуром глянув на него. — …да так… имею в виду, возможны ли были тогда между вами какие-то чувства, кроме… взаимной ненависти? — …о-о-о, Альф, я благодарна всем небесным силам за то, что мы с ним сошлись не на почве готовки! И не на почве разваленного ресторана. Это всё уже потом приложилось… — …а если бы не Микро-Шеф, и его рататуй, считаешь, были бы у него шансы? — …ну, а это вряд ли. — Колетт качнула головой. — Тогда бы и нашей с тобой истории, наверное, не было… угу? — …скажи, только честно, Колетт… — поерзал на сиденье Альфредо. — Ты рассталась со мной из-за… Микро-Шефа? Из-за того, что я… не сказал тебе сразу всей правды? Да? — …знаешь, сперва я тоже так думала… — чуть помолчав, сказала Тату. — Но теперь понимаю — нет. Не только из-за этого, во всяком случае. А вообще — всё ж до смешного просто, Альф… — …не продолжай. Я понял. — тихо вставил Лингвини, опуская голову. — Ты ко мне ничего не чувствовала. В смысле — того, что чувствуешь сейчас, к Эго. Любовь. Так ведь это называется? Причем, такая, о которой пишут стихи и поют серенады под окнами. Такая, от которой тебя потряхивает и кружится башка как после американских горок. Которая одна и на всю жизнь. Мда. Всё действительно очень просто. — …точнее и я бы не сказала. — Колетт сглотнула тугой ком в горле. Кажется, зря они вышли на такую «извилистую» тему. — И настоящими счастливчиками являются лишь те, кому повезло встретить своего человека. А ведь говорят, что, вроде, каждого ждёт где-то эта самая «половинка», но вот… по статистике… — …да, по статистике… — прочистив горло, сказал Альфредо. — Процентов семьдесят пять в мире живут с теми, с кем лучше. Удобнее. И богаче. Остальных, их где-то процентов двадцать с лишним, подобный расчет мало волнует — они вообще, как бабочки — летят на свет, и не задумываются о том, что будет завтра. А вот тех, кто создаёт эти самые связи на всю жизнь — пара процентов! И я не только про влюбленных. — …знаешь, походы к психологу пошли тебе на пользу! — заметила Тату, попытавшись увести разговор куда-нибудь подальше от подобного. — Ты будто лучше соображать стал. Мудрее рассуждаешь. Может, и мне записаться? Авось, в башке чего прояснится! Дашь адресок? — …мне тут Бонни рассказала, что… ты распереживалась после того, как вы… поговорили тогда… когда принесли мне Микро-Шефа. Помнишь? Колетт, чуть кивнув, плотно закрыла глаза — только об этом не хватало сейчас начать разговаривать. Скорей бы они уже приехали. — …может, скажешь, почему? — принялся лезть дальше Лингвини. — Если у нас с тобой все кончено, то… — …угу, ты сперва скажи — тебя прикалывает обсуждать с нынешней девушкой бывшую? Заводишься так быстрее, или что? — …да я просто поделился с Бонни кое-какими моментами… — залепетал Альфредо. — Прости, если тебя задело… — …а нахрена?! — резко бросила Колетт и тут же почувствовала, что если сейчас не остановиться, то они и с Лингвини разругаются. — Альф! Черт! — …говорю же — прости, не подумал…! — …просто ответь, и закроем тему, ладно? — …да я и не думал даже, что Бонни найдет момент, чтобы тебе это передать. Блин! — снова пробормотал Альфредо. — Честно. Я никакого подвоха не держал в мыслях и близко. Колетт. Просто психолог начал задавать мне вопросы… я когда пришёл впервые — он сразу сказал, что… всё паршиво. Начали копать… накопали столько, что мне ещё несколько лет не расхлебать. Ага. Но это не важно. Про тебя же я вообще не хотел ничего узнавать — он сам сделал выводы и озвучил их… — …как-как там он определил мой психотип? Женщина-мать? Интересно. — фыркнула Колетт. — Он ведь меня даже не видел! И уже диагнозы ставит! Капец! Знаешь, Альф, я о своих больных и проседающих местах в башке и сама в курсе. Не надо мне мнения никакого психолога. К черту. — …а, между прочим, он сразу дал совет, как выйти из этого состояния. И мне, и тебе. Вот это я понимаю — профи. — …ух, ещё интереснее! — она, наконец, заметила, что они почти приехали. И принялась искать карту, чтобы расплатиться. — Расскажешь? У тебя пара минут, пока идем! — …погоди! — Альфредо остановил её. — У меня наличка — быстрее будет! — …да сиди уже, джентльмен! — фыркнула Колетт. — Оставь себе на мороженку. — …ну, вот-вот… — также фыркая, ответил Альфредо. — Типичное поведение для своего психотипа сейчас демонстрируете, мадмуазель Тату! Колетт бросила на парня уничтожающий взгляд. Он послушно убрал бумажник и отстегнул ремень безопасности, когда таксист свернул и встал на парковке напротив «Рататуй». — …так что там за суперсовет дал тебе твой психолог? — всё же решила спросить Тату. — Мне вовсе не столь интересно, но раз уж ты начал, то… — …мне он посоветовал срочно найти то, чем я буду гореть… — Лингвини чуть пожал плечами и скривил губы, будто не до конца и сам понимал смыл сказанных слов. — Ну, знаешь, мол, ищите себя, устроитесь на работу туда, где вам не придется работать ни дня в своей жизни! — …то есть — он видит тебя не в кулинарной среде? — Колетт такого поворота не ожидала. — А ты сам как? Собираешься следовать этому совету? — …да я и не знаю… — Лингвини снова пожал плечами, спуская голову в свой большугнаский капюшон. — Меня ж без образования вряд ли куда возьмут. А заканчивать строительный… такое себе. Я уж всё забыл. И раньше-то не особенно хотел… — …значит, найди то, чего хочешь… — …легко сказать! — …ладно, я кое-что скажу тебе… только не смейся, ладно? — Колетт остановилась, заставляя парня глянуть на неё через плечо. — Может, тебе пойти с животными работать? Ну, в смысле… ты же подрабатываешь в приюте, кажется? Устройся туда на полную ставку… есть такая возможность? Или — может, тебе в цирк обратиться? — …хе-хе… — неловко улыбнулся Лингвини. — Ты дрессировщиком меня хочешь сделать? — …ну, ты же поладил с Микро-шефом. И с собаками, вроде, неплохо. Почему не попробовать что-то в этом роде? — …ага-ага, работать в цирке… тем более — в старом, с животными, это всё равно что мишень себе на брюхо повесить. Сама, думаю, знаешь, как нынче относятся к тем, кто обижает животных. И к тому же — я никак не хочу ломать кого-то на потеху публике. Правда. — …мда, наверное, только… мы, люди, — ещё более страшные и обиженные жизнью существа! Хуже животных иногда. — Колетт вставила ключи в замочную скважину. — …а тебе не интересно, что он про тебя сказал? — …ну, не знаю… а, кстати, у него что — экстрасенсорные способности есть? — выгнула брови Колетт, по правде говоря, боясь того, что услышит. — Если ты говоришь, что ничего обо мне не рассказывал… — …ну так… — Альфредо сказал это себе под нос, но она всё услышала. — Прости! — …говори, пока я тебя не прибила! — Колетт щелкнула одним из выключателей — неяркий свет осветил половину обеденного зала. — И учти — если мне не понравится — мы, нахрен, пойдём к нему вместе, и я потребую повторного сканирования! Понял?! — …ну, он сказал, что у нас почти одинаковые проблемы, но в твоём случае все будет легче… Тату, однако, нахмурилась больше. — …мне не хватает и не хватало любви и внимания, и надо его добирать откуда-то сейчас… а тебе не хватает… ещё одного человека, на которого ты сможешь растратить свою любовь… которой с лихвой… ну, ты же, вроде, как женщина, и потому очень важно… — …а конкретно можешь? Альф, просто говори, как есть! — …да всё элементарно… — Лингвини посмотрел на неё несколько оценивающе, но потом на лбу его залегла морщина. — Ну, может, не совсем… учитывая, с кем ты… строишь отношения… Колетт поняла, что он собирается ей сказать. И решила опередить, но Лингвини качнул головой, не давая ей рта раскрыть, произнес: — …он посоветовал тебе срочно родить ребенка, короче. И если звезды удачно сойдутся, и ты родишь от надёжного, любимого человека, то… в общем, ты поняла, думаю? Проблема рассосётся сама. Колетт закатила глаза — ей очень хотелось сказать, что это клише, в которое действительно многие женщины слишком сильно верят: мол, роди ребёнка, и все проблемы исчезнут. — …угу-угу, хорошо, что твой психолог не знает всей картины… иначе бы он советовал что-нибудь другое. А не срочно рожать ребёнка, при этом рискуя завтра-послезавтра просто не проснуться, Альф! — …да сплюнь ты уже! — парень сморщился. — …ну, подставляй башку, тогда — постучу по дереву! — пошутила Колетт, вздыхая. — …ха-ха, я и так не сильно умный — оставь последние извилины целыми! — простонал Лингвини. — Блин… теперь у меня ещё и нос отваливается! — …иди, умойся… и лед приложим…! — …кстати, прости за вопрос… — сказал Лингвини, едва они расположились на кухне — по сути единственном месте, которое хоть как-то напоминало о прежнем виде этого помещения. — Что вы с Эго собираетесь делать с рестораном? Колетт ещё тяжелее вздохнула. И ткнула в лицо Альфредо пакетом со льдом. Так, что тот сморщился и громко ойкнул. — …а у нас теперь нет вариантов, Альф… ни единого. Кроме самого паршивого. — …мда? — он посмотрел на неё очень внимательно, будто собирался с мыслями. — …мда. Ле-Клер давненько уже спала и видела, как отобрать ресторан у Антуана. Теперь у неё есть поддержка в виде её сестрички. И ещё — Идальго… А у нас с Антуаном есть острая потребность в том, чтобы с ними договориться. Нам крайне нужна кое-какая информация. Им — ресторан. Поэтому — все останутся в плюсе. Правда, какой ценой… но это же мелочи, верно? — …да-да, я слышал, что здесь будет хозяйничать мэр нашего города — Идальго… — …откуда знаешь? Ты видел рекламу с её участием? — скривив губы, спросила она. — …ну, да, пару раз видел. Да и вообще — судя по тому, что Эго с ней так часто появляется где бы то ни было… — …всё-всё-всё, сменим тему, ладно? — Колетт фыркнула и всем своим видом попыталась показать, что упоминать Идальго ей неприятно. — …ладно, но… я правильно понимаю, что в обоих случаях, ничего хорошего из этого не выйдет? — наморщив лоб, спросил Лингвини. — Ресторану правда конец? — …боюсь, что да. — Колетт отвела глаза. — И я чувствую себя виноватой в этом… — …а теперь представьте, — вдруг в дверях показался хмурый Леонард, убирающий уже вытащенный пистолет, ибо — они, похоже, опять не заперли двери, — каким виноватым я бы себя чувствовал, если бы с вами что-то случилось, черт возьми! Мадмуазель Тату! Что. Вы. Здесь. Делаете. Колетт, ошалело открыв рот, уставилась на него. — …позвольте и у вас спросить: куда вы соизволили свалить? — …я отъехал по делам… — Леонард качнул головой. И едва заметно напрягся, едва увидел, что у Лингвини расквашена физиономия. — Не думал, что вы так быстро освободитесь. Елки-палки. — …предупредить могли бы! — буркнула Колетт. — Я ваши мысли не читаю! — …аналогично, знаете ли! — усмехнулся телохранитель, опять смотря на Лингвини. — Так, что это ещё? Вы успели куда-то… — …это неважно. — Колетт помотала головой. — Что вы здесь делаете, вот что меня больше всего интересует! — …мы договорились здесь встретиться с мсье Эго… И Колетт подпрыгнула на стуле. — …а потом бы поехали за вами… — договорил Леонард, и тут за дверями кухни послышались шаги. Колетт хотела броситься Эго на шею, но в последний момент остановилась. Оставшись на месте. Вдруг вспомнились их последние разговоры. Причины и следствия. И то, как он, оказывается, считал её наивной «дурой», которая думает о Байо больше, чем о нем и вообще — сама заварила всю эту кашу. — …мсье Эго, вы вовремя… — Леонард поприветствовал его рукопожатием. Антуан же сразу увидел её, и чуть изменился в лице. Но, в общем и целом, Тату поняла по глазам — он крайне рад её видеть. Не меньше, чем она его. — Колетт, привет… Она слегка кивнула. Стараясь не выглядеть взволнованной. — …ты же должна быть… — Эго сделал шаг по направлению к ней, — в другом месте… — …ну, просто вечер закончился чуть раньше… — она натянула на лицо улыбку. — …и как там поживают… твои бывшие коллеги? — …всё в норме, спасибо, что спросил! — буркнула она, и тут же глянула на Леонарда, который покачал головой, мол, я ничего лишнего не говорил. — …я с Розенкранцем переговорил… — пояснил Эго, продолжая рассматривать её так, что хотелось спрятаться. — Ещё днем. Колетт опять кивнула, стараясь не смотреть прямо ему в глаза. — …эм, надеюсь, я не помешал, у вас тут… похоже, собрание… по крайне важным вопросам? — Эго чуть наклонил голову, зацепив взглядом и Лингвини, который продолжал прикладывать лед к распухшему носу. — Что-то ещё случилось? Кто его так? — …да никто, — ответила Тату, снова успев послать сигнал глазами телохранителю, уже собиравшемуся раскрыть рот, — прошлое, двери в которое слишком неожиданно закрылись. Вот и всё. — …угу, ясно… а ты злишься, что я попросил Леонарда глаз с тебя не спускать? — спросил тут Эго, мягко кладя свою руку на её. — …нет, не злюсь. — Колетт, я… — тут она, подняв глаза, увидела в его взгляде обеспокоенность — судя по её выражению лица, Эго подумал, будто она на самом деле не рада ему, — понимаю, что… наверное, наговорил тогда лишнего и… — Антуан, давай не сейчас, ладно? — ей очень захотелось отказаться от подобного выяснения отношений. — …да, разумеется… — он кивнул. — Но мне правда жаль, что всё вышло так. Колетт тяжело вздохнула. — …прости меня. Слышишь? — Эго наклонился, пытаясь посмотреть ей прямо в глаза. — Так я, хотя бы, был за тебя спокоен. Колетт собиралась или отшутиться, или — вообще не реагировать, но внутренний голос вдруг пристыдил её: нечего строить из себя обиженку. Антуан переживал искренне. И просто не знает, сколько раз она нарушила запреты, и сколько раз чуть не подставила бедного Леонарда, который сейчас, слава богу, молчал. — …нет-нет, прекрати. Я не злюсь… — и почувствовала, как Эго потянул её на себя. Тут она уже была совсем не против. И, оказавшись в его объятиях, смогла наконец полностью выдохнуть. — Когда ты рядом, я тоже спокойна… Колетт подняла глаза, замечая, что за пару суток в камере Антуан, похоже, вообще не отдыхал. Естественно, там особо не курорт, но всё же то, что он точно не спал, бросалось в глаза сразу. — …слава богу, что всё быстро разрешилось… ты как? Устал? — …мда, есть такое… — прикрыл глаза Эго. — Леонард обмолвился, что ушлепок-Марс доставил вам… хлопот…? Колетт тревожно сглотнула — неужели он и её приплел? — и замотала головой. — …не будем о нем — главное, что с тебя сняли обвинения. Сняли ведь? Эго чуть улыбнулся, снова утыкаясь носом в её макушку. — …нам хлопот больше доставила чертова полиция… они с самого начала не должны были тебя забирать…! Без всяких доказательств! — тут Колетт почувствовала, как начало щипать в носу — не хватало ещё снова переживать всю эту ситуацию и реветь. Она до боли прикусила губу. — …мсье Эго, я бы хотел поделиться информацией… — Леонард, кашлянув, перетянул внимание на себя. — Если вы не против…? — …да-да, пока нет мсье Катрена… — засуетился Эго. — Пойдемте. — …и кто этот мсье…? — Колетт сразу прищурилась. — …это адвокат Смита… — сказал Антуан, уводя Леонарда в кабинет. — Не волнуйся так! И Колетт поняла, что волноваться придется. Вся эта история с подставой Смита и кровавыми купюрами, ещё не прожевана. Она почему-то надеялась, что Антуан пошутил, когда сказал, что будет вытаскивать копа. Похоже, не пошутил. А, значит, он точно не собирается бежать из страны, пока не поквитается с Адсорбт. Мысли о старухе отдались в затылке тупой болью. Колетт понимала, что не может открыто рассказать Эго о том, к каким выводам пришла, и что ей сказал Розенкранц, иначе он поймет, что она ввязывалась в разборки с Марсом. — …мда, кругом сплошные заговоры и тайны… — Альфредо, смешно скосив глаза, ощупал свой нос, с которого стекала вода. — Ты, кстати, хотела мне всё рассказать, помнишь? — …нет, не помню! — попыталась увильнуть Тату. — …ну, как — я же спросил тебя вчера. Не помнишь? Если всё пройдет нормально, то ты… — …а зачем тебе лишние проблемы, м? — …да чтоб тебе полегче было…! Колетт! — Альф, завязывай… — предупреждающе рыкнула Тату. — С чего ты вообще решил, что… — …ну, нет! Раз уж я теперь почетный член в вашей компашке… — улыбнулся тут Альфредо, вышвыривая пакет со льдом в раковину. — Имею право знать, в чем дело! — …кхм, в нашей компашке? — прокашлявшись, уточнила Колетт. — Повторяю. С чего ты… — …я из-за тебя и твоего Эго сегодня по роже получил! — перебил её Лингвини. — И вчера лишился дома! И с Бонни теперь черт знает сколько не увижусь! Так что — компенсируйте! И тогда Тату подумала о том, что теперь ехать домой — втроем, черт побери, — будет вообще странно. Она понятия не имела как объяснить Антуану факт того, что его притащил в квартиру Фрай. Впрочем, наверное, старый коп уже связался с Эго, и хоть как-то обрисовал ситуацию. — …ты извини, Альф, но это не только мои тайны, чтоб я с тобой сейчас тут откровенничала! — Колетт постаралась выбрать золотую середину, чтобы не сильно обидеть, но дать понять — лезть, куда не просили, парню не стоит. — Если нужно будет — Антуан тебе всё расскажет. — …а тебе он много рассказывает? — вдруг задел её за больное Лингвини. — …угу-угу, тебя спросить забыли, а! — и Колетт рванула в кабинет, решив, что хватит уже Эго секретничать с Леонардом. Перед дверью она ненадолго замерла. Не знала — войти сразу или — попробовать что-то подслушать. Хотя, поступать так ей совсем не хотелось. — …как там Ле-Клер? Что говорят врачи? — …говорят, что должна выкарабкаться. Лекарства я все купил и передал. — …никаких лишних вопросов не было? — …ну так — слегка. — чуть замялся Леонард. — Пришлось подмаслить кое-кому. Но препараты хорошие. Должны помочь. — …что ж, хорошо… — сказал Эго. — Сейчас главное — поставить старушку на ноги. А дальше — разберемся. Как другие дела? Колетт не поверила своим ушам — оказывает Эго передал препараты для лечения Ле-Клер? Она старалась не думать о том, что он сделал это только ради выгоды. — …вроде, ничего… прошло неплохо. Знаю, вы просили не светиться, и надеюсь, что… я всё сделал нормально… — объяснял Леонард. — Как выяснилось, мадам Брант, она же — Ле-Клер в прошлом, имела связь с вашим… дворецким, Розенкранцем… в детали я не совался, но… понял достаточно, чтобы… — …даже так? Это, скорее, хорошо, чем плохо. — …насколько я понял — Розенкранц обратился к ней за помощью… — …угу, это ведь она принесла вам яд? — спросил Антуан. — …да-да, она принесла пузырёк, куда был подсыпан яд… ваш дворецкий сумел её убедить… — Розенкранц теперь кого хочешь сможет убедить… — хмыкнул Эго. — Что ж, спасибо громадное, Леонард, за информацию. Я всё понял. И за номер телефона тоже спасибо. Я разберусь дальше. — …с ума сойти! Ты отправлял Леонарда следить за сестрой Ле-Клер?! — Колетт не могла больше оставаться в тени. — Антуан! Эго лихо обернулся на неё, сжимая в пальцах карандаш. И едва не сломал его. — …а постучаться прежде, чем войти, моя дорогая мадмуазель Тату не хочет? — …нет, не хочет! — нахмурилась она. — Мадмуазель Тату здесь пока ещё хозяйка, вообще-то! С вашей подачи, мой дорогой мсье Эго! — …ну, извини! Я просто хотел подстраховаться… — …что значит… — …откуда я знал, что все ниточки на Розенкранце сойдутся? Я попросил Леонарда просто дать мне немного больше информации. Телохранитель уже вышел, оставляя их наедине. — …да неужели? И что ты хотел от этой информации? — выгнула брови Тату. — Собирался шантажировать её, может? Антуан! — …ты так плохо про меня думаешь? — …я сейчас серьезно! — …нет, успокойся. Не собирался… — чуть потупив взгляд, сказал Эго. По его глазам она прочла обратное. — Я просто прощупывал почву. На всякий случай. Неизвестно, что могло бы случится… — …если бы не Розенкранц! — добавила она. — …да, если бы не Розенкранц… — повторил он. — …у-у-у, помнится, ещё недавно ты обвинял его во всем на свете. И говорил мне не верить ему. — Колетт качнула головой. — А сейчас? — …сейчас я готов взять свои слова обратно! — примирительно выдал Эго. — Слышишь? — Розенкранц тебе не сказал, кстати, чего она хочет? — …а она чего-то хочет? — напрягся Эго. — …ну, мне он сказал, что ты будешь знать об этом. — …он только упомянул, что она хочет со мной встретиться. — сказал Эго. — И я с ней тоже. — …о да! — Колетт кивнула. — Ещё бы. Но, знаешь, я очень боюсь, что она недалеко ушла от сумасшедшего желания своей сестрички! — …она хочет, чтобы я отдал им ресторан? — сразу попал в цель Эго. — Черт бы их! — …а каков шанс, что она действительно убедит Ле-Клер отдать тебе компромат? Антуан нахмурился. — …ну, если они хотят поставить мне такое условие — то я должен их опередить. Колетт подумала, что ослышалась. — …и ты согласишься отдать… ресторан? — …выхода нет… — дёрнув уголком губы, ответил Эго. — Но можно сделать кое-что… составить договор на временное пользование или как он там называется? Заверить у нотариуса. И дать им поиграть в эту игрушку, если уж так хочется. — …если ты… согласишься отдавать ресторан Ле-Клер… это значит, что ты… пошлешь Идальго? — с надеждой заглянув ему в глаза, спросила Колетт. — А? — …вообще-то, я и говорю сейчас про Идальго… — ошарашил её Эго. — В смысле — они же девочки. Сами разберутся. Кто и как будет тут править. Нас это уже не будет касаться. На время, пока мы будем в Нью-Йорке. — …стой-стой… — Колетт не могла уложить его план в голову. — Ты хочешь… отдать ресторан Идальго, а Ле-Клер… обмануть? — …ну, не обмануть, а… отдать на откуп мэру, скажем так. Всё-таки, Идальго вложилась финансово. И я ей обещал… — Антуан, погоди… — …захочет — возьмет её в долю. Нет — пусть так и будет, — продолжил Эго совершенно спокойно, — зато Ле-Клер это послужит хорошим уроком. Да, жестоким. Но всё же. — Антуан… а если я… — сглотнув, вставила Колетт, — буду не согласна отдавать ресторан ни Идальго, ни тем более — Ле-Клер? Что тогда? — …а я думал, что ты… первая захочешь от него избавиться… — удивился Эго. — Нет, разве? — …с чего ты так думал? — …ну-у-у, учитывая, какое дерьмо здесь творилось… — Эго прикусил губу, будто не хотел произносить последнего. — В смысле — с тобой, да и не только… в общем, ты поняла меня. Колетт знала, что он об этом скажет. Она и сама считала, что теперь, после произошедшего, ей будет невыносимо здесь находиться. Но сейчас, когда она ясно представила, как они идут на поклон к Ле-Клер, — отдавая то, что Антуан строил буквально с нуля, на обломках своего так бережно оберегаемого прошлого, вкладывая всего себя, — её буквально вывернуло наизнанку от отвращения к подобной слабости. И ведь, не вина Эго, что всё рухнуло — нет, конечно, определенные его решения поспособствовали этому, но… Сегодня, после встречи с бывшими коллегами, Тату вдруг поняла — ей второй раз в жизни выпадает такой шанс, отказываться от которого просто нельзя. Да, она отказалась от «Гюсто», но в данной ситуации уступить «свой» ресторан из-за каких-то паршивых обстоятельств, а не из-за страха не справиться, будет слишком большой роскошью. — …знаешь, я всё ещё хочу последовать совету Эдж… — произнесла она, наконец собравшись с мыслями. — Перепрофилироваться. Набрать новый штат. Ничего, если не сразу. Полностью обновить меню. Оставить прошлое в прошлом. Но оставить ресторан себе. В смысле — нам. В смысле — ты меня понял! — Колетт. — вздохнул Эго, сняв очки и потирая глаза. — Я ведь уже объяснял тебе, почему это невозможно. Во всяком случае, сейчас. — …да-да, потому что ты должен Идальго, верно? — она не нашла ничего лучше, чем завести эту пластинку. — …нет, не только… — губы Эго сжались в линию — она увидела, что он совсем не настроен на подобный разговор. — …кстати, деньги в сейфе. Марс до него не добрался. Только каким-то чудом. Представляешь? — Колетт хотела усмехнуться, но не стала. — Те самые два миллиона. Это ведь её? — …да, это её… — Эго надел очки, буквально прожигая теперь её взглядом темных глаз. — Но откуда ты знаешь, чьи деньги в этом сейфе? — …тут только дурак не догадается! — …и все-таки, я тебе не говорил. — продолжал Эго. — Ле-Клер — тоже сомнительно. Так откуда ты узнала? — …от Розенкранца. — Колетт поняла, что едва не посыпалась. — Ему, если ты помнишь, я рассказывала о… ситуации, устроенной Марсом. Он согласился мне помочь. Только и всего. — …угу, прекрасно просто! — фыркнул Эго, вставая с места. — Напомни мне, как придем домой, благодарность Розенкранцу зачитать! — …конечно, напомню: ты же собирался перед ним извиниться! — вернула ему фразу Колетт. — Ага? Развить эту тему не вышло — приехал адвокат Смита. И Колетт вышла, чувствуя, что они едва не распазгались в пух и прах снова. Когда они стали так по-разному смотреть на проблемы? На их общие проблемы. Которые хотели решать вместе. — …слушай, Колетт… я тут подумал… — Лингвини ходил по пятам, мешая сосредоточиться. — У вас с Эго же такая хорошая крыша… в смысле — мэрша. Зачем ресторан закрывать? Надо снова открыться. И поработать пока. Пока мы будем на виду — нас не тронут. Вот! Колетт даже не задумывалась над таким вариантом. Он показался ей каким-то безумным. Как пир во время чумы. Да и какой смысл дразнить акулу, когда вряд ли на одном весле до берега догребешь. — …и не старайся, Альф! — бросила она. — Вас с Микро-Шефом я на работу не возьму! В одну реку дважды не входят! — …а вчера ты сказала, что выбрала бы меня… — Альф, стоп, я имела в виду не совсем то, о чем ты сейчас… — …но ты четко сказала, что ты бы выбрала работать со мной…! — …при других обстоятельствах — да! — …жаль… — искренне выдал Лингвини. — А я хотел предложить свою помощь в качестве официанта, скажем. Или — разнорабочего. Или — ещё кого. И вообще — если бы вы позволили нам с Микро-Шефом пожить тут… Колетт замерла, когда в её голове вспыхнула мысль о том, что парень в чем-то прав. И тут же заткнула свой внутренний голос, решив, что это всего лишь иллюзия выбора. — …ну, ты сама подумай… — не отставал Альфредо. — Как я буду жить у Эго в доме? В качестве кого? Блин! Ладно, день-два… но что дальше? Как дальше? — …думаешь, я настолько дура? И не понимаю ничего?! — вскипела Колетт. — Как дальше? Я в душе не ебу, Альф! — …ну тогда — решай, надо вам, чтобы мы с Микро-Шефом глаза мозолили дома, или — всё же — только на работе! М? — …слушай, я сейчас ничего не могу и не хочу решать… — Колетт без сил опустилась на стул. — Мне нужна передышка. Башка не резиновая. Слышишь? Но я скажу Антуану про твою идею. — …ага, не сомневаюсь, он будет на моей стороне. — усмехнулся Лингвини. — Он кстати, в курсе, что я сейчас с вами еду? — …а почему, кстати, Фрай тебя к себе не поселил? — …он сказал, что у него не сильно безопасно… — пожал плечами Лингвини. — Вот так-то. — …угу, а у нас прямо замок неприступный? — Колетт снова нахмурилась. — Со рвом и огнедышащим драконом на цепи? Да?! — …ну, с драконом не с драконом, а с огнедышащим Розенкранцем точно! — Альфредо рассмеялся. — Я никак не ожидал, что он, такой тихоня с виду, может быть… настолько опасным! Колетт же нисколько не находила это смешным. — …зато до меня точно не доберутся раньше, чем до Эго! — сказал тогда Альфредо, и ей захотелось уже самой дотянуться до его рожи. — Извини! Правда! Уже в машине у Тату появилось стойкое ощущение, что она должна рассказать Эго всё: начиная от их разговора с Розенкранцем, своих абсолютно необдуманных поступков, продиктованных дурацким упрямством, которое едва не стоило ей, как минимум, головы, и заканчивая тем, откуда у Лингвини образовался разбитый нос. Ожидая бурной реакции от Антуана на то, что парень будет жить у них, она всё же решила чуть отложить чистосердечное. Однако он был так вымотан, что, кажется, был совершенно не против. — …как всё прошло? — поинтересовался вдруг Эго, выбивая её из только чуть успокоившихся мыслей. — Не слишком гладко, я смотрю…? Колетт уставилась в окно, поднимая голову с его плеча. — …я бы не хотела об этом, если ты не против? — …пришлось защищаться? — спросил Эго, явно не собираясь так просто сдаваться. — …нет, брось, — качнула головой Колетт, — на меня никто не нападал… — …серьезно? — …да, серьезнее не бывает… — …если бы не нападали, ты бы не пряталась за этим агрессивным раскрасом. Колетт скрипнула зубами — всё же, Эго заметил. Ну да — тут только слепой бы не уловил перемен. — …я решила поменять имидж! Всего-то! — …на пустом месте? — вскинул брови Эго, чуть поворачивая её к себе. — Колетт… — …тебе не нравится? — …не в этом дело… — сказал Эго, посмотрев ей в глаза. — Но, если хочешь честно — не нравится. Ни капли. Я к тебе естественной привык. Она проглотила слово «привык», стараясь не выходить из себя на первом же повороте. — …а я на себя естественную, знаешь ли, не могла в зеркало смотреть… — фыркнула Колетт, пытаясь спрятаться в воротник. Но Антуан не позволил ей опустить голову. — …дай-ка угадаю — пытались задеть меня. Попало тебе. Так? Колетт сглотнула. — …ну-у-у, меня тоже задеть сумели. Знаешь ли! — она усмехнулась. — Когда знают, куда бить — увернуться очень трудно. — …а Лингвини за что перепало? Колетт промолчала. Тот — тоже. — …прости, — сказал тут Эго, заставляя её вздрогнуть, — что меня рядом не было… Машина вдруг затормозила. Леонард тихо, но от души выругался. Перед самым подъездом из-за угла резко вынырнула машина. Похожая на такси. Но таковой, видимо, не являющаяся. Номер на светящемся табло был каким-то странным. Бросающимся в глаза. Таких в Париже не было. Пока они поднимались на лифте, Колетт не покидало странное, пугающее чувство. — Розенкранц? — сердце у неё сделало кульбит и будто остановилось на мгновение, едва двери раскрылись, выпуская их на площадку. Дворецкий замер с ключом в руке. — Вы… к-куда? Колетт сразу увидела небольшой чемодан, тот самый, который он собирал перед отъездом в Германию. — …а я думал, не увидимся… — Розенкранцу пришлось снова отпирать двери и сделать шаг за порог. — Письмо вам там оставил… — …и что ты там написал, позволь узнать? Что хочешь по-тихому свалить? — спросил Антуан, и Колетт захотелось его встряхнуть. Она жутко боялась, что сейчас они начнут одну из своих перепалок. Лингвини, наскоро раздевшись, прошмыгнул внутрь, затихарился в гостиной, и не показывался. Похоже, он понял, что в такой момент Розенкранц хотел поговорить именно с ними двумя. — …да нет, мсье Эго… написал всю маломальски важную и нужную вам информацию. На случай, если я не вернусь… Колетт вцепилась в руку Эго, едва в состоянии стоять и смотреть на дворецкого. — …меня уже ждут, поэтому… на долгие прощания времени нет… — Розенкранц чуть улыбнулся, и у неё в горле всё сжалось. — Я скажу вам только одно: я был рад и по-своему счастлив работать с вами, мсье Эго. И ещё более счастлив знать вас, мадмуазель Тату. — …нет. Вы… с ума сошли. Что… это значит? Слезы покатились по щекам, как бы она не приказывала себе держаться. — …если я не позвоню через трое суток… очень вас прошу — не ищите меня, бегите… — произнёс мужчина, и тут Колетт ощутила, как дёрнулся Эго. — Слышите? Бегите как можно дальше. Бегите, пока можете. Спасайтесь. Спазмы, терзающие горло, как в жуткую ангину, не давали ей теперь и слова вставить. — …и ещё об одном попрошу: берегите друг друга — это самое главное… — сказал Розенкранц. — Тогда, пожалуй, моя смерть не будет совсем уж напрасной… Колетт бросилась к нему и обняла. И лишь теперь до конца поняла, почему он не хотел, чтобы она всё знала. До последнего отговаривал — да потому что представлял, что это такое. Не исключено, что он представлял именно этот момент, когда они будут вынуждены прощаться. — …слушай, ты, давай, не хорони себя раньше времени… — голос Антуана тоже изменился. Стал хриплым. И тихим. — Никуда не денешься. — …мадмуазель Тату, прошу, успокойтесь… — Розенкранц осторожно оторвал её руку от своего пуховика. Взял её лицо в ладони, и они встретились взглядами — Поверьте, я не хочу, может быть, последние свои часы в жизни провести в думах о том, как вы тут… переживаете, и виноватым в этом перед вами быть не хочу. Правда. Она закивала, стараясь успокоиться. — …если что-то со мной случится — помните, что кроме вас мсье Эго некому будет защитить… — губы у Розенкранца чуть дрогнули. — Поэтому — сделайте всё возможное, это и будет лучшая благодарность мне и не только… Эго показательно фыркнул. А Колетт отвернулась, не в силах больше смотреть на дворецкого. Сейчас к жалости подключилась ещё и злость. — …ты же сказал — тебя ждут! А долгие проводы — лишние… ну, сам знаешь…! Розенкранц кивнул и протянул ему руку. — …да, знаю… не хочу прощаться. Но — на всякий случай… — мужчины обменялись рукопожатием. — Простите меня за всё. — …да, ты нас тоже… — это было последним, что сказал Эго, перед тем, как Розенкранц вышел. На столе благоухал ужин, приготовленный, судя по всему, не без помощи Микро-Шефа, который довольно быстро освоился со своими новыми «задними лапами», и единственное, что доставляло реальное неудобство — по словам Альфредо, — конструкция не позволяла животному самостоятельно слезать или залезать куда-либо. Да и опираться только на колесики, чтобы не пачкать передние лапы, одновременно удерживая равновесие, крысенышу тоже было не слишком удобно. Антуан повертел в руке конверт, который оставил Розенкранц. Колетт хотела было сказать, чтоб он не вскрывал его сразу — ибо плохая примета, — но было поздно. Она чуть успокоилась, но едва завидев первые строки, снова чуть не заревела. Поэтому читать стал Эго. Оказалось, что Розенкранц сумел продать свою квартиру, и перевел деньги на резервный счет до востребования, номер которого оставил в письме. Также он сообщил им адрес в Париже и ещё — в Кельне, где, судя по его словам, они смогут побыть какое-то время, если всё выйдет из-под контроля. Ещё была какая-то совсем странная строчка, из которой Колетт не поняла ничего. А вот Антуан — кажется, очень понял. — Лингвини, нам бы поговорить… Колетт поняла, что наверняка, они будут разговаривать наедине. Но сейчас начинать скандал и вставать в позу ей не хотелось. Она шустовала себя так раздавлено, что хотелось просто исчезнуть. Сделать что угодно, лишь бы это прекратилось. — …насколько ты осведомлен о текущей ситуации? — спросил Эго, спуская очки на кончик носа. — Фрай сказал, что… объяснил тебе лишь самую острую необходимость отсидеться в другом месте, в виде скорого твоего… планирующегося убийства… так? — …ну да, вроде того… — кивнул Альфредо. — И я был бы очень признателен, если бы ты… дал больше информации. — …хорошо, я дам… И в этой фразе Колетт сразу уловила нотки заискивания. Мол, просто так — нет. Если за услугу — пожалуйста. В этом был весь Антуан Эго. — …если ты согласишься мне помочь. Тату хотелось закатить глаза со вздохом. Но вместо этого она молча встала и вышла. О чем они будут говорить дальше — она смутно представляла. И ей было любопытно, что такого может «попросить» у Лингвини Эго, но за последние сутки она настолько устала, что вникать в это сейчас не могла. Захочет Эго — сам расскажет. Не захочет — она всё равно не сумеет выбить из него правду. Может, Розенкранц был прав? Не стоит всегда искать правду до последнего? Может, если отпустить ситуацию, будет легче? — Колетт, держи при себе, пожалуйста документы. Новые и старые. Нам, очень вероятно, может понадобиться резкий план. — Антуан вернулся в спальню спустя минут сорок, когда она уже приняла душ и ложилась. — План побега, я имею в виду. Тату попыталась не эмоционировать — смотрела почти спокойно. И ждала, что скажет он дальше. — …я вижу по твоим глазам — ты надеешься, что вернется Розенкранц и… сходу решит все проблемы, но… — Эго качнул головой. Пытаясь выглядеть, очевидно, уверенным. — Я, естественно, тоже надеюсь, что он не помрет. И пока ещё верю… в лучшее. Но вот готовиться нам стоит к худшему. — …может, расскажешь, к чему именно? — тихо спросила она. — …ты же и так знаешь… но сейчас я имею в виду самый паршивый сценарий… Колетт сглотнула тяжелый ком в горле. — Нет. Розенкранц вернется. И точка. — …мда, вернется. Но другой вопрос — кем он уехал и каким вернется. — Антуан чуть скривил губы. — Ты отдаешь себе отчет? Что он больше не будет прежним? — …не суди об этом, не зная всего, пожалуйста. — Колетт очень хотела, чтобы её слова звучали как истина. И никак иначе. — Антуан. Между прочим, без Розенкранца, копы бы ещё сто лет искали этот гребанный яд…! — …да-да, я догадался… — опустив глаза, буркнул Эго. — …и ты все ещё уверен, что не хочешь оставить свои планы? Грандиозные? — Смит скоро будет на свободе… — уверенность в голосе Эго чуть вильнула. — …но и Адсорбт, как я поняла, настроена очень решительно… — …вот именно, и нужно успеть всё сделать, пока она не опомнилась! Колетт хотела было сказать, что старуха-Адсорбт нажила себе столько врагов, что лучше бы просто потерялась, исчезла с лица земли по доброй воле… но снова сглотнула все слова и принялась изучать узор на одеяле. — …ты видела то, что лежит в моём столе? — спросил тут Эго. — М? — …нет, я не… — Колетт не удержала в голове момент, когда он что-то говорил об этом. Лишь смутно вспоминая, что перед поездкой в участок Эго что-то просил её взять оттуда. — Извини, я… не до того было. — …нет-нет, всё в норме. Не извиняйся… — как-то слишком облегченно выдохнул Антуан. — Я сказал тебе о том просто… на всякий случай. — …а вот сейчас ты зря это произнёс! — Колетт оторвалась от подушки. — Что там? — …как только я сделаю то, что задумал — я всё тебе расскажу. Обещаю. — …для этого «дела» тебе нужен Лингвини? — свела на переносице брови она. — …да, частично. — попытался увести разговор Эго. Она перехватила его взгляд. — Колетт, я… не могу тебе сейчас вывалить весь план. Правда. Я его только что придумал. Он… слишком… необдуманный. И сырой. Но как только… — …пф, Антуан! — Тату скривилась. — Можно подумать, ты собирался меня в это посвятить? Когда?! Не прикидывайся! — Колетт, честное слово, я… — …нет, это я должна обо всем узнавать сама, да?! Рискуя своей башкой! — …тебе вообще туда не стоит лезть…! — …да слышала я это уже сто раз! — она вскочила. — Антуан, черт, оглянись кругом — ты все ещё считаешь, что ситуация под твоим контролем?! А?! — …нет, я так больше не считаю… Колетт смотрела ему в глаза, и понимала — ни черта подобного. Она уже успела изучить его. Пусть не досконально, но всё же — достаточно, чтобы отличить вранье. — …так, если ты заставишь Альфредо лезть к Адсорбт… Антуан! — после внушительной паузы выдала она. — Я тебе запрещаю это делать! Запрещаю! Черт побери! Послушай меня, только очень внимательно: я, знаешь ли, насмотрелась на то, кем становятся после столкновения с этой сукой. Я сейчас очень серьезно. Не смей ввязывать в это ещё и Лингвини! — Колетт, успокойся. — осадил её Эго. — Я не собирался ввязывать Лингвини в свои дела с Адсорбт. Она ж его перекусит пополам и не поморщится. И я пока ещё в своём уме. — …ой, а ещё недавно ты пел о том, что раз она попробовала стряпню Микро-Шефа, должна признать тебя правым и резко исправиться?! Да?! — …тот выстрел был провальный. Я признаю это. — …допустим… но ты говоришь, что скоро вытащат Смита… а что если Ле-Клер упрется рогом, блядь, и не отдаст компромат? Что тогда?! Об этом ты думаешь? — …думаю постоянно, но компромат у нас будет, слышишь? — сказал Эго это так, словно тот уже был у него. — И никуда Адсорбт не денется — сядет. Причем, очень надолго. — …тогда зачем тебе Лингвини? — …скажу, как только дело будет сделано! — отрезал Эго. — И не волнуйся так — он в накладе не останется. За помощь получит весьма неплохо. А деньги ему сейчас, ой, как нужны… — …скажи, только честно: ты всё на свете готов измерить деньгами, да? Антуан замер, не говоря ни слова — хотя, по горящим глазам она видела, ему очень хочется начать спор. Правда, он, похоже, понимает, что его аргументы она уже не воспримет. — …слушай, ты всегда таким был? Или — лишь сейчас, насмотревшись на всяких тварей, вроде Адсорбт и Идальго, начал? М? — Колетт было важно, чтобы он услышал это. — Или я настолько слепая, что не замечала этого столько времени? Антуан? Ответь! — …мда, как интересно… в нашей паре очки ношу я. А слепой считаешь себя ты. Но увы… признаю — я вовсе не святой… — его слова сквозили едкой иронией. — Я только учусь быть таким же благородным и идеальным, как наш дорогой Розенкранц. Уж простите. Как всегда, — абсолютно не вовремя, — у Эго завибрировал мобильный. Колетт даже спрашивать не стала, кто это. Она поняла всё по лицу Антуана. Он спешно вышел, а она улеглась спиной к двери, стиснув зубы от бессильной ревности и обиды. — …знаешь, в последнее время я все чаще убеждаюсь в том, что… самой большой моей ошибкой было согласиться взяться за ресторан. И вообще — помогать тебе в реализации этого плана… Колетт поймала удивленный, даже — напряженно-испуганный — взгляд Эго, едва он вернулся в спальню. — …какого плана, хочешь спросить? — она чуть усмехнулась. — Да по поводу мести Адсорбт. И всего остального. Спевшись с Ле-Клер, ты не учел, что бабка со своей колокольни на всё смотрит. А теперь — проблем от неё едва ли не больше, чем от Жанны. Так? — Колетт, я не очень понимаю… — …сейчас поймешь, — она вздохнула, собирая остатки воли в кулак. — Блин. Антуан, я хочу, чтобы ты отозвал дарственную. В смысле — полностью. Мне эта ноша не по плечу. Я не хочу больше являться частью этого ресторана. Прости. Я просто… не вывожу. Давай ты позовешь нотариуса или кого ещё… и мы всё вернем как было? Ты останешься владельцем, и будешь решать с Ле-Клер, и Идальго, и с Адсорбт… ты будешь решать… всё сам. А? — …и почему? — только спросил Эго, усаживаясь на край кровати и посмотрел на неё долгим взглядом. — …потому что… — Колетт первая отвела глаза, не в силах смотреть на него. — Я не справилась. И я совершенно не хочу… наблюдать за тем, как ты… в общем — я все решила! — …угу, а точно всё? Колетт кивнула. — …прекрасно… ты упрекаешь меня, когда я принимаю необдуманные, самостоятельные решения, а сама? Колетт? Хоть сейчас — ты поступаешь так, как хочешь ты. — Эго поправил очки, продолжая прожигать её своим фирменным, тяжёлым взглядом. — И ведь даже не интересуешься, что думаю по этому поводу я! — Антуан! — …и ещё пару часов назад ты сама сказала, что не хочешь отдавать ресторан… — …да, я… — Колетт закрыла лицо руками, дыша поглубже, чтобы не срываться. — Я считала, что смогу. Но я себя очень переоценила. И нет — это не пустые слова. Услышь меня! Сейчас, я всё наконец обдумала и твёрдо решила, что… раз я не справилась один раз, не справлюсь и второй! — …ох, может, пока не будем пороть горячку? Колетт расценила эти слова как желание ещё потянуть резину, хотя, казалось, что уже некуда. Она знала, что спорить с Эго бесполезно — и нужно будет действовать. Даже так — жестко. Видимо, этот человек поймет серьезность ситуации только тогда, когда будет, увы, поздно. — …да, я хотела оставить ресторан потому что думала, что этим помогаю тебе. — сказала она, отворачиваясь. — Вот только, к сожалению, ты не можешь понять, Антуан, что если двое тянут в разные стороны, то… вперед телега точно не сдвинется! — …ты права… — после внушительной паузы сказал Эго. — Да, я затеял всю эту катавасию с Ле-Клер только ради того, чтобы отомстить Адсорбт. Чтобы… показать этой чертовой стерве, что я… всё ещё имею вес в… глазах общественности. Что я… всё ещё опасен… и меня нельзя смешивать с грязью…! Колетт стиснула зубы. — …да, я знаю — я облажался! Я совершенно не учел риски… и я не должен был втягивать в это дело других людей. Особенно тебя. — с горечью досказал Эго, швыряя телефон куда-то в сторону. — И поверь — сейчас бы я всё сделал по-другому. Но уже нельзя повернуть назад. Мне жаль. Правда. И даже если я не говорю об этом прямо, это не значит, что я такой идиот. Я всё понимаю. — …кто тебе звонил? — Тату решила, что на фоне сожалений о делах с рестораном, Эго расскажет ей о своем плане. Или — ещё о чем-то важном. И молилась, чтобы он не стал врать. — Идальго? — …нет, сестра Ле-Клер. — Антуан выдал это, кажется, ничуть не колеблясь. — Завтра она будет у нас в «Рататуй». — …и ты будешь уговаривать её отдать компромат? — …мда, насколько это возможно… — вздохнул Эго, — буду уговаривать повлиять на Ле-Клер. — …а если она заломит неподъемную цену? — …в этом я сомневаюсь. Хочу верить только в то, что она имеет хоть какие-то рычаги, с помощью которых сможет убедить Ле-Клер в том, что лучшего шанса отомстить суке-Адсорбт у той не будет. Никогда. — …а ты не думаешь, что и кроме тебя найдутся палачи? М? — …мы ведь говорили об этом. Колетт. — Эго лег рядом, выключая ночник. –Думаю. У Адсорбт в окружении полно тех, кто может перегрызть ей горло, но я должен стать первым. — …опять ты за своё! А мне дико страшно, Антуан, что найдутся те, кто… захотят перегрызть горло не ей… а тебе! Слышишь! Уже нашлись! — …не бойся, скоро всё закончится… — Колетт постаралась улыбнуться, но из глаз полились слезы. Эго нахмурился. — Я сделаю всё возможное, чтобы закончилось. Обещаю. Слышишь? — …н-н-н-нет, ничего не обещай… — она постаралась скрыть своё состояние, но Эго, поднявшись на локте, не дал ей ускользнуть. — Иначе — придется пойти на всё, даже — сдохнуть, чтобы выполнить! — …ты сейчас про Розенкранца? — удивительно точно определил суть её намека он. — Я ведь до последнего не хотел верить в то, что… он так усердствует ради какого-то обещания… моей матери…! — Антуан! Остановись! — Колетт, послушай… — …я не могу тебе ничего сказать… — Колетт вцепилась в подушку. — Я давала клятву! — …мда, я понял уже, что вы с Розенкранцем крепко спелись. — хмыкнул тогда Эго. — Но меня немного удивляет, что ты ему доверяешь больше, чем мне. И, вероятно, даже больше, чем себе. Почему? Колетт не могла ответить на этот вопрос даже самой себе. Точнее — могла, но предпочитала не думать об этом. — …знаешь, за последнее время я поняла только одно… — она криво усмехнулась. — Нам всем срочно надо к врачу. — …имеешь в виду к психиатру? — …нет, не обязательно. — Колетт вспомнила разговор с Лингвини. — Можно и к психологу. Для начала. — …тебя так сильно что-то беспокоит? — спросил тут Эго. — Что-то конкретное? — …да, есть немного… — призналась она. — …это как-то связано с… Тату замотала головой, не дав ему закончить. — …а давай не будем об этом, прошу! Не бери в голову! — …нет, давай будем! — Антуан, я… — …может, пока ты не пошла к психологу, я им побуду? — предложил тут Эго. — …ты о чем? — Колетт хотела было закрыть этот вопрос. И спрятаться в «безопасное» молчание. — …я обещаю, что не буду перебивать, задавать лишние вопросы, расспрашивать о чем-то, если ты не захочешь ничего говорить. Слышишь? Ты просто скажешь, как есть. Всё, что тебя беспокоит. А я просто послушаю. Молча. Идет? — …зачем тебе это? — чуть замявшись, спросила она. — …потому что я тебя люблю… — сказал он, чем вышиб почву у неё из-под ног — нет, она ожидала услышать что угодно, но только не это. — Потому что мне важно, чтобы у тебя всё было в порядке. Колетт. И я как мужчина должен сделать так, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. Знаю-знаю, пока не особо выходит, но… пора сделать первый шаг… Темнота за окнами сменилась легкой рассветной дымкой, когда Эго резко распахнул глаза и тут же вскочил, однако очень боясь потревожить Колетт. Он постарался как можно скорее ускользнуть из спальни. Ему было стыдно так, как едва ли когда-то было. Он взвалил на себя слишком много — и не выдержал, естественно. Он помнил, что Колетт начала ему говорить о своих переживаниях, о том, что… Встав под холодный душ, Антуан постарался напрячь память, но ничего не вспомнил, кроме обрывков сна. Вчера он уснул. Нет — вырубился. Буквально через несколько минут. И теперь паниковал. Но всё же оставил себе единственную лазейку — может, Колетт не увидела того, что он, черт побери, не слышал всего того, о чем сам просил её рассказать. За завтраком Эго максимально старался быть спокойным, никак не акцентироваться на вчерашнем разговоре, — впрочем, Колетт не обращала на него внимания, слишком была погружена в себя, — искренне считая, что сейчас у них есть дела куда важнее. А как только будут решены первостепенные проблемы — и это можно будет решить. Ох, если бы только люди знали, где они ошибутся — то, наверное, миллионы не садились бы играть в казино. А другие — не замалчивали проблемы. — …когда едем в «Рататуй»? — наконец спросила она, будто выныривая из омута размышлений. — Антуан? — …сейчас, и я поеду один, Колетт. — он знал, что сейчас нужно настоять на своем. — И не задумай спорить. Тебе надо прийти в себя. Всё. Тату тяжело вздохнула, но спорить и правда не стала. — …я пришлю Леонарда, — сказал Антуан, набирая номер. — Так надёжнее. — …нет, не надо. — Колетт сморщилась. — Антуан, я в норме. — …нет, никакой нормы. Колетт, я не могу тебя оставить одну. — …я не одна — Альф здесь. — Тату мотнула головой в сторону гостиной. — Он составит мне компанию. В смысле, ты же его… не выставишь, особенно сейчас, так? Теперь сморщился Эго — из-за длинного языка дворецкого, кажется, парень решил, что сам Антуан позвал его сюда. Но пока это было действительно необходимостью. — …да, разумеется, не выставлю. Но мне не нравится, что он здесь. — …да неужели? — усмехнулась вдруг Тату. — Ты же сам с ним о чем-то договаривался вчера? Нет? — …да-да, нам с ним нужно будет сделать одно важное дело. — Антуан поспешил на выход, дабы отделать от ещё одной кучи вопросов. — Я скоро! Вид разрушенного обеденного зала снова вызвал у Эго приступ тошноты и отчаяния. Ему показалось, что теперь репутацию восстановить невозможно. Что все его (и не только) заслуги смачно втоптали в грязь. И плюнули сверху. Наверное, и он сам приложил к этому руку, когда согласился на сотрудничество с Ле-Клер, но у него не было выхода. Хотя, знай он тогда всё, что знает сейчас — он бы в лепешку расшибся, но не допустил этого беспредела. — …добрый день, мсье Эго! — он вздрогнул, когда за его спиной оказалась женская фигура. — Вам сообщили, что я приду? — …д-да, сообщили. — Эго нашел в себе силы повернуться и даже — улыбнуться. — Здравствуйте. — …у, печальное зрелище… — обведя взглядом зал, сказала женщина. — Не будь вы таким упрямцем, всё могло быть по-другому, не так ли? — …а давайте не будем сейчас говорить о том, что могло бы быть… — Антуан пригласил её в кабинет. Как продолжать диалог он не совсем понимал — нет ничего хуже, чем строить какие-то ожидания. Потом крайне больно разочароваться. — …как состояние мадам Ле-Клер? — …пока в реанимации… — сухо сообщила гостья. — Даст бог, выберется. Антуан зачем-то провел рукой по поверхности стола, и долго разглядывая свою ладонь, покрытую тонким слоем пыли, сказал: — …да, но главное, чтобы, выбравшись, она снова не залезла в этот капкан… Лицо женщины напротив застыло — она явно не знала, как реагировать на эти слова. — …я думаю, что вы в курсе того, что у неё происходит в отношениях с сыном? — …мне ли не знать! — …отлично. Тогда — я думаю, что вам стоит всеми силами попытаться её оградить от него. Тогда — глядишь, на поправку пойдет! — слегка улыбнулся Эго. — …ещё недавно я бы сказала, что она должна держаться подальше от вас! — …но не теперь? — наклонил голову Антуан, прожигая её своим фирменным взглядом. — Надеюсь? — …да, и… я, видимо, должна извиниться… — начала было женщина. — …нет-нет, не стоит. Я должен. — Эго понимал, что собеседница может и не проверить в его искренность, но сказать это он обязан. — Простите. Мне действительно очень жаль, что всё вышло именно так. И если бы я знал раньше, что… мадам Ле-Клер грозит опасность, я бы сделал всё возможное, чтобы этого не допустить. Поэтому — приношу вам свои извинения. — …мда, надеюсь, что я не могла ошибиться ещё раз… — произнося это, женщина смотрела в пол. — А что касается Марса… я чувствую, что всё ещё несу ответственность за его поступки, хотя это давно уже не так… — …мне бы не очень хотелось тратить время на разговор о нем, если это возможно… — кашлянув, сказал Эго. — Если вы не против, давайте ближе к делу. — …хорошо, назовите свои условия, мсье Эго… И Антуан, открыв рот, уставился на женщину. — …стойте-стойте, а разве вы не… — …я вам никаких условий ставить не собиралась. Но… есть кое-что, что я попрошу взамен на информацию. Которая находится здесь. С этими словами женщина встала, обошла стул и выудила из пакета толстую черную папку. — …а вы знаете, что находится в этой папке? — Антуан решил спросить прямо. — …да, знаю, естественно, — та не стала отпираться, — я знаю намного больше, чем вы можете себе представить. — …тогда — говорите, что от меня требуется! Потому что мне очень срочно нужна эта информация! — …используйте информацию с умом. Во-первых. — после паузы сказала женщина. — Ну и, во-вторых, сделайте всё возможное, чтобы Адсорбт ответила за все те дела, которые обычно называют преступлениями. А уж — по закону или нет — решайте сами… — …хорошо, я вам обещаю… Антуан выдохнул и протянул руку к папке. Но на ту тут же легла женская рука. Кажется, это было ещё не всё. -…не торопитесь, мсье Эго, обещать… Антуан удивленно вскинул брови. — …я хочу попросить вас ещё об одном. Раз уж вы… — Ле-Клер чуть помялась. — находитесь в безвыходном положении… Антуан тут же сдвинул брови на переносице. Ему очень не понравилось, что она использовала именно это словосочетание. — …вы, вроде, сказали, что никаких условий… — …это не условие. Это просьба. — поправила собеседница. — Очень важная просьба. Мсье Эго. — …хорошо-хорошо, я вас внимательно слушаю… — он поправил очки, смотря точно в глаза напротив. — …поскольку вы слишком хорошо знаете, с кем имеете дело… и каковы будут последствия всего этого, я вынуждена просить вас сделать всё возможное, чтобы обезопасить мою сестру. Шолин Ле-Клер. Вы же понимаете о чем я? — …боюсь, не очень понимаю… — …бросьте, не прикидывайтесь! Вы — очень сообразительный мужчина, мсье Эго, — сказала женщина, чуть усмехнувшись. — Это у вас семейное… кхм… — …но почему бы вам не заняться этой проблемой, а? Вы же являетесь ближайшей родственницей мадам Ле-Клер. — …она не послушает меня. — …ну, будьте убедительны. — сказал Антуан. — Почему-то мне кажется, что дело несколько в другом… — …а может, хватит пытаться вывести меня на откровения, м? — …угу, а вам — хватит перекладывать свою ответственность на меня? — Антуан не поверил своим ушам. — Простите! Вы сейчас серьезно?! — …считайте, как вам угодно. — фыркнула женщина. — Но я ещё раз вам повторяю: я помочь ей не смогу. Вы — сможете. — …это почему? Потому что вы несколько лет не общались с сестрой? — полез под кожу Антуан. — Поэтому не сможете? — …ну, и поэтому тоже. — уклончиво ответила женщина, — а вообще, вас это не должно… — …послушайте, мадам… — …нет, слушайте вы… — женщина решительно подалась вперед, облокотившись о стол. — Мсье Эго, я не намерена играть в игры. Слишком долго всё это тянется. Пора уже ставить точку. — …тогда — отдайте мне эту папку, и я вам гарантирую, что… — начал Эго. — …о боже… значит, вы до сих пор ничего не знаете?! — перебила его собеседница. — …смотря, о чем вы сейчас. — Антуан откинулся на спинку стула. Залезая в карман и нервно нащупывая пачку сигарет. — Уж будьте любезны, поясните! — …я не уверена, что должна вам рассказывать всё то, что собираюсь, но… видимо, пришло время. На третьей-четвертой затяжке Антуан понял, что сигарета не идет — горло сдавило, в глазах защипало. Он потушил её, изо всех сил концентрируясь и взглядом, и мыслями именно на этом — всё, о чем стала рассказывать ему сестра Ле-Клер, показалось таким знакомым и одновременно — крайне пугающим. На какую-то долю секунды Эго почудилось, что рядом находится не она, а Розенкранц. Который тоже все время говорил странными цитатами и недомолвками. Но знал всё. И даже больше. — …что вы так смотрите на меня, мсье Эго? — сколько прошло времени, прежде чем он отмер, наконец тяжело сглотнув, Эго не знал. — Только не говорите, что вы… впервые слышите о вашем отце… м? — …нет, не впервые, к сожалению… — Антуан не узнал свой голос. — Но и вы… похоже, не в первый раз… откуда вы о нем знаете? — …о, я узнала о нем давно. — женщина оглянулась на двери, которые были плотно закрыты. — Когда моя сестра пришла ко мне и сказал, что… носит ребёнка от психа-насильника. Антуан натянуто улыбнулся. — …давайте только не будем приплетать сюда ещё и… — …да, не будем — вы можете не верить. Но вам скажет ваш Розенкранц. Что всё было именно так. Антуан подобрался. — …вы хотите сказать, что Розенкранц… знал и об этом? — …он узнал от меня. Но тогда нам всем было запрещено куда-либо сообщать об этом. — …и зачем вы мне это сказали? — Антуан уже понимал, что не готов воспринимать всю эту груду. Не сейчас. Ему и так хватит. — Что мне, по-вашему, надо сделать? А?! — …я уже озвучила! — тон не терпел возражений. — Вы должны спасти мою сестру! — …как интересно вы заговорили, значит, я теперь должен?! — Антуан вскочил. — Тогда открою вам тайну — я никому и ничего не должен! Точка! Глаза женщины сузились. — …возможно, я не слишком корректно выразилась, но… — …давайте лучше так: сколько вы хотите за эту папку? — Антуан знал, что это — плохая идея, но всё равно озвучил её. — Сколько? Я всё заплачу! И мы разбежимся! — …мда, а я считала, что… говорю на понятном языке… — женщина горько вздохнула и пододвинула папку к Эго. — Мне не нужны деньги. Это раз. Я лишь хотела, чтобы вы попытались меня понять. Это два. — …я не в состоянии, чтобы спасать кого-то ещё… — сказал тут Эго, опускаясь в кресло. — И мне жаль. Вас и вашу сестру. — …да, верно… чтобы пойти на Адсорбт войной нужно иметь стальные яйца, мсье Эго! — выплюнула слова женщина, поднимаясь. — Но, видимо, вы даже в этом случае окажетесь трусом! Что — спихнете эти сведения полиции, а сами — в кусты? Так и я думала! — …а вот не надо думать за меня. И счеты с Адсорбт у меня свои… — почти не разжимая рта, сказал Антуан. — И я спрошу с этой твари как мне будет угодно. Если бы мадам Ле-Клер действительно хотела ей отомстить, она бы сделала это уже давно. Не так ли? — …она не боялась, она пыталась сделать всё, чтобы Адсорбт была наказана, но… из-за сына… — …но бояться, в конечном итоге, ей стоило совсем не того, верно? — …ехидничайте сколько влезет, но я бы не была столь уверена в том, что вам ничего не грозит…! — …грозит, ещё как. — сказал Антуан в спину женщине. — И именно поэтому я не собираюсь давать кому-то ложные надежды. Простите. — …лучше попросите прощения у моей сестры! Если она выберется! — ну, если это всё, чем я могу помочь, — начал было Эго. — То я буду рад… — …не врите! Вы — обычный трус! — слова врезались в него, как ножи. — Вы привыкли прятаться за спинами тех, кто впереди! Только знайте — если они падут — вы следующий! Антуану дико захотелось бросить в спину уходящей дамочке пепельницу. Но он сдержался. Неприятный осадок от разговора не проходил. Антуан пытался мысленно выстроить четкие барьеры, говоря самому себе, что он всё сделал правильно. Однако внутренний голос вдруг принялся поддевать его: не будь он настоящим трусом, он бы не поскупился на обещания, которые можно и «не выполнять», если быстро суметь свалить из страны. Папка, где был собран компромат на Адсорбт, была внушительных размеров. Антуан открыл её, сразу увидев несколько нелицеприятных фото, которые, судя по всему, были лишь вершиной криминального айсберга, десятилетиями хранившего мрачные тайны старухи. — Антуан! — двери вдруг распахнулись. Эго сразу захлопнул папку, вскочив от неожиданности. Перед ним стояла Тату. — Как всё прошло? — …что ты здесь… делаешь? Колетт! — …я не могла оставаться дома! — она выдохнула, заходя внутрь. — Не волнуйся — я попросила Леонарда подвезти. — …ты столкнулась с сестрой Ле-Клер? — напряженно спросил Эго, смотря в полузашторенное окно. — …да, только… она не стала меня слушать — вылетела как фурия. Что-то случилось? Вы не договорились? — …ну, как тебе сказать… — Антуан лихорадочно думал, стоит ли говорить, как есть. — Договорились. С определенными… трудностями, но… — Антуан, черт возьми, я не выдержу больше твоих загадок! И не только твоих! — Колетт плюхнулась на стул. — Слышишь? — …ха, как будто я выдержу! — истерически усмехнулся он. — …что она хотела? Она согласна отдать… Антуан прервал её и указал на папку. — …стой-стой… — Колетт смотрела на него, не веря. — Это тот самый… компромат? Серьезно? — …да, я не успел ещё посмотреть, но думаю — тот самый. Другого у Ле-Клер явно нет. — …значит, теперь есть все шансы… — …да, именно есть все шансы упрятать чертову тварь Адсорбт за решётку… — он чуть улыбнулся. — Главное — не медлить и сделать всё четко. — …ты уверен, что не хочешь отказаться от этой идеи? — …я уверен! — отрезал Эго. — Антуан, может, стоит всё же плюнуть на эту месть Адсорбт и скорее… — …нет, мы всё это уже сто раз обсудили. Я не оставлю эту стерву в покое. Пока не посажу. — …что-то всё-таки случилось? — Колетт увидела его состояние — Антуан знал, что скрыть его вряд ли получится, но говорить не хотелось. — О чем вы говорили с сестрой Ле-Клер? Что ты молчишь?! — …она обвинила меня в трусости! — выдал он, сморщившись. — Потому что я отказался защитить Ле-Клер! — …чем аргументировала? — подобравшись и сделавшись донельзя взволнованной, спросила Тату. — От кого защитить? От Марса? — …чем-чем…она сказала мне, что мой папаша… — Антуан закрыл лицо рукой, стряхивая очки, — изнасиловал Шолин Ле-Клер! И сраный Марс — это… — …твой сводный брат… — убито закончила Тату, отводя взгляд. — Да, я знаю об этом. Розенкранц поделился. У него были отношения с сестрой Ле-Клер. Давно. — …ага-ага, это вся ваша тайна с Розенкранцем? — спросил тут Эго, очень желая, чтобы Тату больше не смела ему врать. — На меня смотри! Колетт! — …нет-нет-нет, это… не сама тайна… — она едва выговаривала — потому что явно понимала, что в такие игры играть весьма небезопасно. Можно сболтнуть лишнего или — замолчать настолько, что правды вовек не откопать будет. — Антуан… послушай… я правда не могу тебе ничего пока сказать… — …но чем дольше ты молчишь, тем хуже может стать ситуация, понимаешь? — спросил он, опускаясь в кресло. — И сейчас, когда придется нырять в это дерьмо с головой, любые сведения очень пригодятся! Колетт кивнула, прикусив губу, но после — замотала головой. — Розенкранц сказал — ещё не время! Значит, надо его послушать! — …ну, конечно, раз Розенкранц сказал… — едва сдерживая раздражение, молвил Эго. — Куда мне до него! Трусу! Верно? — …а тебе так погеройствовать не терпится?! — Колетт подалась ближе. — Ты не забыл, чем все кончилось, когда ты решил решать проблемы сам?! Тебя чуть не упекли за решётку! — …спасибо, что напомнила! — рыкнул он. — Только вот… — …только вот даже сейчас ты не хочешь слушать разумных доводов! Проклятье! Ну тогда — бери компромат и шурши в полицию! Сдавай Адсорбт, а после — сиди и жди, когда она приедет, обрадуется и тебя за собой потащит! — …а я так и сделаю! — Антуан сверкнул глазами. — А ты едешь в Нью-Йорк на следующей неделе! И обсуждать больше эту тему я не стану! — …ага, помечтай! — …не понял — почему это? — …потому что! — Колетт, стоп, мне казалось, мы всё уже обсудили. И ты сама согласилась, что оставаться здесь небезопасно! — …да мне страшно представить, что ты тут наворотишь без присмотра! — она вскочила. — Никуда я не поеду! — …боже, снова начинается… — вздохнул Эго. — …нет, это ты начинаешь… — …а тебе, вижу, нравится подвергать себя опасности? — перебил он. — Антуан, не говори ерунду! Эго лишь усмехнулся — она ведь прекрасно понимала, что говорит ерунду сама. — Колетт, мы же всё решили. Ты же сама подкинула мне план. Помнишь? — …считай, что всё изменилось…! — …нет, ничего не изменилось. Ты уезжаешь. А я останусь и доделаю дела. Потом… — …не будет никаких «потом». Понял? — она говорила медленно, видимо, чтобы лучше доходило. — Мы уедем только вместе. Точка. — …но мы не сможем уехать вместе! Потому что становится слишком непредсказуемо и очень опасно!!! — он больше не собирался сдерживаться. — Слышишь ты меня или нет?! — …вот именно потому что здесь опасно, я никуда не поеду, слышишь? — вернула ему фразу Тату. — …а что тебя, собственно, здесь держит? — выдохнув, спросил Эго, чертыхаясь на самого себя — ругаться сейчас не входило в его планы. — …ты сейчас серьезно? — у Колетт затряслась нижняя губа. — Ты, блин, серьезно?! — Колетт, не строй из себя… пожалуйста, идиотку. — проговорил Эго, закрывая лицо рукой. — Ты мне сама сказала, что хочешь уехать. Во-первых, тебе угрожал Байо. Во-вторых… да нет никаких «вторых»! Черт побери! — Байо угрожал тебе. — Колетт делано улыбнулась. — Во-первых. — …я его не боюсь. — …да это ты строишь из себя идиота. И меня за дуру держишь…! — …неважно за кого я нас держу! — разозлился Эго. — Важно, что тебе здесь делать нечего! Тату сжала губы и закачала головой. — …но ты же сама вчера сказала, что отказываешься от дарственной и ресторан тебе не нужен… — …а может, это я тебе больше не нужна?! — Тату поняла его вопрос совсем не так. — Конечно, нахрен я тут упала? Когда есть Идальго! Да?! — …ты не замечала, что я о ней даже не думаю? И не упоминаю? А вот тебе она влезла в голову очень прочно! — …ой-ой-ой, можешь не оправдываться! Хватит и того, что в этом сейфе валяются её два миллиона! Ради которых ты… готов потерять всё! — Колетт указала на железную коробку. — И того, что ты с ней постоянно на телефоне висишь! И по клубам шляешься!!! — …да, я, может, и не святой, но… — …да уж — до святого тебе ещё дальше, чем до рыцаря! — разошлась Тату. — Пиздец! Эго захотелось сказать что-то ещё более дерзкое, отбить эту подачу, но на удивление слова не пришли. Наоборот — стало будто нечем дышать. Он с силой задвинул ящик стола, куда бросил толстую папку. — …но я в отличие от тебя, дорогая моя… — процедил он, собравшись с силами, — хотя бы не виляю хвостом и нашим, и вашим! — …ты сейчас о чем? — выпучила глаза Колетт. — А?! — …и если я говорю, что волнуюсь за тебя, значит, волнуюсь! Черт возьми!!! — заорал Эго, понимая, что сейчас ещё не поздно затормозить. — А вот ты смотришь в рот Розенкранцу, Байо, Лингвини, и ещё черт знает кому! А мне не веришь! — …чего?! Не смей, твою мать, так говорить! — завизжала Тату, вся покраснев. — …а ты не смей мне приписывать роман с Идальго! — …ты о нем только и мечтаешь, да?! — …а ты знаешь, Колетт, мне тоже начинает казаться, что я тебе не особо нужен! — Эго решил, что поставит точку в этом разговоре её же словами. — Что скажешь?! — …скажу, что… до тех пор, пока ты остаешься таким… болваном… — Тату направилась к дверям, — я не собираюсь даже обсуждать с тобой эту тему. И вообще — ничего не собираюсь обсуждать! А нужен будет совет — обращайся к своей ненаглядной Идальго! Столешница стойко выдержала сильный удар кулаком. Звякнули, разве что, стаканы на подносе. Едва не свалившись. И снова Антуан не считал себя виноватым. Напротив — ему показалось, что Тату специально затеяла всю эту перепалку, дабы отвлечь его от действительно важных мыслей. Хотя, возможно, ему следовало честно признаться, что ночью её откровений он просто не услышал. Может, таким образом, она ему на это намекнула? Впрочем, сейчас об этом думать он не стал — есть дела более насущные. — Амели? — спустя пару минут, он набрал на стационарном телефоне номер, который, как назло, теперь отложился в памяти очень четко. — Здравствуй. Это Антуан. Не отвлекаю? — …привет-привет, я тебя узнала! — мэрша моментально расцвела. — Не отвлекаешь, конечно! Что хотел? — …я хотел бы поговорить… насчет дальнейшей судьбы ресторана… — …мда, я слышала о том, что случилось с Ле-Клер… — тут же ответила Идальго. — Могу приехать, всё обсудим! — …да, в смысле, нет, не сейчас… — Антуан понимал, что приезд Идальго сделает ситуацию непоправимой. — Может, по телефону? — …ну, нет, такие разговоры не для этого… — сказала Амели. — Хочешь, встретимся у меня? — …нет-нет, я не могу. — Антуан снова ощущал себя идиотом-школьником перед строгой училкой. — У меня очень много работы. Честно скажу. — …тогда — на нейтральной территории? — продолжала ворковать Идальго. — Антуан, хватит строить из себя недотрогу. В какой ресторан хочешь? — Амели, прости меня, но… — …не прощу! — закокетничала она. — А если и прощу — ты мне кое-что будешь должен! — …ну, я уже тебе должен по гроб жизни… — фыркнул Эго, стараясь не заискивать. — …слушай, успокойся. Я всё поняла. Но если я тебе нужна — так и скажи! И давай будем вести себя как взрослые люди! Не съем я тебя! Уже говорила! Когда приехать? Антуан собирался было ответить, как в дверь со стуком проснулась голова Колетт. Он, испугавшись, тут же бросил трубку. Она, постаравшись сохранять невозмутимый вид, как робот доложила ему, что его «ожидают». Эго ничего не понял. Но вышел. — Здравствуй, Антуан… давно не виделись… жаль, что повод не столь радужный, как хотелось бы… Эго застыл — на него смотрела Ида Шелли. Она за последнее время — впрочем, год, это не так и мало, — заметно постарела. Сперва он вспомнил мать. А после — в груди неприятно зашевелилась не то жалость, не то — странная усмешка. Он-то, на её фоне, ещё бодрячком. — …ну, чего, язык проглотил? — Шелли подошла первой и ненадолго, но обняла его. Он действительно стоял как вкопанный. Не мог вымолвить ни слова. — Да, когда уходят связующие нити… становится не слишком много общих тем… понимаю… с тех пор как твоей мамы не стало… — …я просто… не ожидал… — тут Антуан встряхнулся, ругая себя на чем свет стоит, — и ответил на объятие, — надо уметь молниеносно брать себя в руки. А он в последнее время совсем разучился. — Прости меня. Я очень рад тебя видеть. — …ты не дождался меня в прошлый раз, когда заходил… мне Лало передал. — …да, я заглядывал… — Антуан посмотрел на Колетт и поправился. — Мы заглядывали. Хотел вас познакомить… Это вот… Колетт, моя… — …коллега! — вдруг четко вымолвила Тату и протянула руку. — Колетт Тату. Очень приятно. — …ну, вообще-то, не только коллега. Но и любимая девушка. — …не подлизывайтесь, мсье Эго! — …и в мыслях не было. Констатирую факт. Эго постарался глазами передать Колетт, что сейчас не время для таких заскоков. Но она лишь крепче сжала губы. Шелли чуть усмехнулась, однако не стала лезть в их «разборки». — …у вас, мсье Эго, похоже, разыгралось воображение. А что вы стоите? — Колетт принялась изображать суету. — Проходите, устраивайтесь. Антуан распахнул кабинет и пригласил гостью внутрь. — …чай, кофе? Потанцуем? — …о, не волнуйтесь, я ненадолго! — явно через силу улыбнулась женщина. — Но кофе был бы кстати. Черный. Без сахара. Спасибо. — …не за что пока ещё. А дочку вы с собой не взяли? — Колетт продолжала виться вокруг Шелли, не замечая его. — Лею? — Антуана как током ударило при этом имени. — Ох, бросьте. Она и так после недавних событий еле в себе пришла… собственно, поэтому я приехала. — …прости, что я вмешиваюсь, но… Лея… твоя… дочь? — …да, и я думала, что ты её узнаешь…! Антуан прикусил язык — конечно, узнает. Он видел её однажды, мельком, лет двенадцать назад. Она чуть ли не подростком была. К тому же, их встреча была подстроена их матерями. — …нет, мсье Эго об этом не знал… — сказала тут Колетт, снова смотря на него. — Или — знал, но не сказал мне. Зато я сразу узнала увлекательную историю про несостоявшееся сватовство. Было такое? Какая же тесная у нас матушка-земля. Верно? — …вы сейчас о чем? — выгнула брови Шелли. — …скорее уж, о ком… — фыркнула Тату. — Но не будем о грустном. А если вы хотите справиться о состоянии Ле-Клер, то… — Колетт, прекрати… — Антуан качнул головой. — Ида, прости меня. — …ничего, нам нужно немедленно поговорить… наедине… — …да, поговорите-поговорите… — Колетт зыркнула на него исподлобья. — Может, хоть вас он послушает. Осёл. Антуан не знал, как начать беседу и вообще — пойдет ли она в нужное русло. По правде говоря, Эго абсолютно не представлял себе, о чем они с Шелли могут разговаривать в перспективе. О его матери? Сомнительно. Она знает, что для него это болезненно. О её дочери? Тоже не вариант. Нет, конечно, отвлечённые темы, вроде еды, природы и погоды, никто не отменял, но сейчас явно не до этого. — …я знаю, что у вас здесь произошло… со слов Леи… — начала Шелли с места в карьер. — Честно — не могу поверить, и хочу у тебя уточнить… Антуан надеялся, что она имеет в виду только ситуацию с Ле-Клер. А не нападение на её дочь Байо. — …мне очень жаль, что я… не смогу тебе дать исчерпывающий ответ. — пожал плечами он, смотря в пол. — Я сам знаю обо всем… довольно поверхностно. Увы. — …это больше не твой ресторан? — выгнула брови Шелли. — …мой. — Антуан понял, что придется говорить куда более детально. — Но с некоторых пор, я… не так сильно вникал в дела… потому что понадеялся… на Ле-Клер. Не стоило этого делать. Мда. — …я не ожидала, что она… так поступит… — сказала Ида, сочувственно глянув на него. Антуан смутился — по правде говоря, он всегда чувствовал себя несколько неудобно перед ней. Будто был в чем-то виноват. В виду того, что Шелли когда-то тесно общалась с его матерью, у него на подсознательном уровне, видимо, что-то в ней ассоциировалось с «родительским». — …не ожидала, что она выберет сторону сына, с которым… у неё уже не будет контакта… — …слушай, я бы не очень хотел лезть в это. — Антуан скривился. — Со своей стороны, могу сказать, что… я не желал ей зла. Мне просто нужна была информация. — …я знаю. — Ида кивнула. — Несмотря на твою репутацию, я знаю тебя и другим. Антуан чуть улыбнулся, задумавшись, однако, о чем она. — …и Дай Бог, чтобы ты выстоял в этой схватке… Антуан закашлялся. — …да, я знаю про Адсорбт. — выдала Шелли. — У Шолин не получилось. Может, у тебя получится. — …а об этом тебе тоже… дочь рассказала? — …не совсем, но… кстати, о ней… — Шелли сузила глаза, разглядывая его, будто насекомое под лупой. — Она меня, конечно, не слушает, но… я посоветовала ей убираться подальше от таких… игр. — …да, я понимаю… — сказал тут Эго. — Не волнуйся, расчет выдадим в полном объеме. А надо — рекомендацию напишем. — …повторяю — она меня не слушает. И хочет продолжать. — …я не уверен, что… ресторан будет продолжать работу… в ближайшее время. — …почему? Неужели зря ты такую шумиху поднимал? — Шелли качнула головой. — Антуан, я тебя не первый день знаю. — …ну, я пока ничего не решил. По правде говоря, ресторану нужен хороший ремонт, и уж после… — …да, но это — мелочи. Насколько я в курсе — вы сотрудничаете с самой Идальго? — …тебе сказать, как есть? — Антуан решил, что откровенность — то, что сейчас нужно. — …конечно, мне можешь сказать, как есть… не волнуйся, я не стану трепаться. Антуан помялся — прокручивал в голове последние сомнения. — Идальго вложилась сюда деньгами и, возможно, что она захочет прибрать этот ресторан себе. — …ты же сказал, что этот ресторан твой? — недоумевала женщина. — Как тогда… — …по документам он… мой… — выдавил он. — Но вот по факту… — …ну, если мэр начнет задирать нос, я думаю, что суд припугнет её. Нет? Антуан кисло улыбнулся — говорить о его бедственном положении было ошибкой. — …я не собираюсь судиться ещё и мэром. Боже упаси. — …ещё? — Шелли пытливо уставилась на него. — А с кем ты судишься? — …думаю, ты в курсе. — …с Адсорбт? Но это другой вопрос. Ты на неё работаешь. Кстати, страхуйся заранее. Чтоб не получилось, как с Шолин. Которую она выставила с голой жопой. И без гроша. — …да, я знаю. И готовлюсь. — …так о чем мы говорили? — снова встряхнулась Шелли. — Лея собралась продолжить работу… и я как мать решила удостовериться, что… — …сейчас я не могу давать никаких гарантий, — Эго уже понял, о чем пойдет речь. — Я сам вишу на волоске. Если бы не всё это… я бы с радостью… но… — …а я не хочу, чтобы она шла опять в какой-нибудь вшивый стриптиз-бар. Пусть уж останется здесь. При условии, что ты её не дашь в обиду. Ты должен… Антуан закатил глаза — сегодня не его день. Все от него чего-то ждут. И он всем всё «должен». — …почему я должен? — он резко глянул на женщину. — И кому? А?! — …раз ты все ещё являешься хозяином данного ресторана, то должен гарантировать своим работникам… — …так, давай не будем отходить от темы! — Антуан подался вперед. — Ты сейчас хочешь заставить меня взять на себя ответственность за твою дочь?! — …ну если не в жизни, то хоть на работе, верно? Антуану захотелось громко выматериться. — …это не смешно, ты в курсе? — …а я не смеюсь. Из вас бы вышла отличная пара! — …и за что ты так не любишь свою дочь? — …не прибедняйся! Эго! Антуан криво усмехнулся. — …и я её люблю… — сказала тут Шелли. — По-своему. — …ну да, — кивнул Эго, — всё ясно. Но хотелось бы знать ещё — долго я буду ощущать себя идиотом из-за того, что вы когда-то с моей матерью… — …нет, извини. Я не буду больше об этом. — Шелли выставила руки вперёд, понимая, что задела его. — Извини. Правда. Антуан. — …ресторан я переписал на Колетт. — сказал он специально. — Так что она будет решать, кому оставаться, а кому… — …а, думаю, с ней проблем не возникнет… — Шелли демонстрировала, что годы работы в бизнесе, пусть и малом, научили её искать выгоду во всем и уметь давить, если нужно. — Всё чего я у вас прошу — приютите на этом месте мою дочь. Непутевую. Всё. — …а это точно её решение, а не твоё? — …даже если и моё… — с нажимом сказала Ида, — у неё все равно ни хрена не получается. — …вот чем вы так похожи с моей… — вздохнул тут Антуан. — Теперь я понял. — …мда, долго до тебя доходило… — Шелли все ещё изучала его взглядом. — …а у меня всё прекрасно. — сказал Антуан. — И несмотря на все опасения матери… — …я рада, что ты так настроен… — Ида, можно задать тебе вопрос? — Антуан снял очки и потер глаза. — Почему вы с моей матерью… решили… что мы не справимся сами? Ни я, ни… Лея? — …просто вы оба не приспособлены к этой жизни… — …и это значит, что надо нас сводить? — сморщился Эго. — Зачем?! — …затем, чтоб вы научились! — …позволь узнать: ты именно так это объяснила своей дочери? Которая, похоже, после этого и перестала с тобой общаться? М? — …не совсем, но я всегда говорила, что жизнь — лучший учитель. Она ткнет носом всякого. И ткнет весьма доходчиво. Никто не избежит этого. Главное — вовремя видеть знаки и извлекать уроки. — …очень жаль, что ты не научила этому важному качеству Ле-Клер. — попытался съязвить Эго. — Верно? — …а не надо её закапывать. Она ещё отряхнется и пойдет дальше. — Шелли сложила руки на груди. — Зато теперь будет внимательной. И не попадется на такое дерьмо, как Жанна Адсорбт или… этот… урод, который… Антуан чуть не прикусил себе язык. Он резко встал, сделав вид, что подошел к окну. — …она тебе рассказывала что-то о нем? — …о насильнике? — переспросила Ида. — Нет. Никогда. Антуан чуть выдохнул. — …а о своей сестре? — …очень редко. Насколько я знаю — та и так сделала для неё всё, что могла — забрала выродка к себе… — …это стало их камнем преткновения? — спросил Эго, поворачиваясь. — …да, я думаю, что… — …а почему Шолин всё же не растила сына сама? — Антуан думал, что с помощью Шелли восстановит картину истории полностью. — Извини, если… слишком лезу… — …не поверишь — сколько бы я не спрашивала, она отвечает молчанием. — …она боялась того насильника? — …виду не подавала, но явно боялась. — сказала Шелли. — Это очевидно. — …а кто надоумил её начать общение с Марсом? — …она столкнулась с ним в «Ледойен». — со вздохом ответила женщина. — И дальше — стала опекать и прикрывать. Адсорбт заставляла её… в общем, проехалась по ней как следует, узнав, что к чему. Сука. — …а можно ещё бестактный вопрос? — …да, можно… — женщина следила за ним взглядом. — …почему вы с ней расстались? Ведь вы… были вместе довольно долгое время. — …тут нет тайны — Ле-Клер сама ушла, сказав, что… хочет нормальной жизни. — …сомневаюсь, что она так её себе представляла. — Антуан помотал головой, желая прогнать из памяти последние события, связанные с Ле-Клер. Тут в кабинет вошла Колетт с кофе, спасая его от продолжения диалога. — …ну чего — моя очередь вопросы бестактные задавать? — Ида оживилась, не позволив Тату уйти. — Вы, голубки, давно вместе? Недавно? Какие планы? — …простите, но… о своих планах рассказывать не стоит… особенно, о личных. — …да-да, я поняла. Так, когда свадьба? — …кхм, давайте не будем забегать настолько вперед, ладно? — Колетт испуганно глянула на него, но он лишь скептически выгнул бровь. — В смысле — мы с мсье Эго… — …да ладно — смотри, упустишь его, и всё! У нас золотое правило должно всегда работать: ухватила нормального мужика — тащи под венец! — рассмеялась Шелли. — Или — найдется кто-то другой! Верно, Антуан? — …вам, женщинам, явно виднее… — уклончиво ответил он. Пока Ида беседовала с Колетт, Антуан напряженно думал, что вообще теперь делать с рестораном. И можно ли каким-то образом переубедить Тату. Если откажется она — то, кому его можно будет доверить? Ну кому?! Оставлять ресторан на самом себе было затеей невыгодной, особенно в их ситуации. Проскочила безумная мысль, что вполне сойдет оставить ресторан Шелли. Но Антуан тут же отмел эту идею — он понимал, что в таком случае, рестораном будет заправлять не кто иной, как Ле-Клер. У Шелли был свой бизнес, пусть и еле живой — она готова был горой за него стоять. Затем снова проскочила мысль, что… можно доверить это Лее. Вопрос — готова ли будет девушка к этакому? Звонок телефона заставил его встрепенуться. Антуан снял трубку, мельком подумав, что это Идальго. Предчувствие его не обмануло. — Антуан, ты это ты так со мной неуважительно? Трубки бросаешь! Он будто прирос к креслу — по спине пробежал холодок. — …извини меня… я… просто очень занят… Антуан увидел, как взгляд Колетт тут же впился в него и буквально прошел насквозь. — …прощаю первый и последний раз, ты понял? — усмехнулась Идальго. — Значит так, через десять минут я буду у тебя в «Рататуй». Надеюсь, двери перед носом не захлопнешь? Антуан со всей силы сжал трубку и выматерился про себя. — …нет, конечно… — смог выдавить он. — Я жду. Колетт всё поняла без слов — встала и резко вышла. Антуан рванул за ней, наспех извинившись перед Шелли. По-хорошему — нужно было сделать так, чтобы они обе на момент прихода Идальго испарились, но, кажется, это невозможно. Поэтому нужно сгладить возможные углы. — …что, не можешь дождаться свою дорогую мэршу? Понятно. Только вот… не стыдно сюда её приглашать? Смотри, чего кругом! — Тату отопнула ногой корзину с мусором. И прошествовала на выход. — Колетт, стой! — Эго схватил её за руку. — …что — хочешь, чтобы я вам компанию составила? Нет уж, спасибо — я не буду на это смотреть! Пусти! — Колетт, успокойся, пожалуйста. — Эго собрал последние моральные силы. — Она сама изъявила желание приехать. Сейчас. Я её не приглашал. Веришь? — Антуан, я спокойна… — она на самом деле выглядела более-менее. — Это тебе надо нервничать. У тебя теперь столько дел, что… — Колетт, давай так: мы сейчас поговорим втроем. — …кто это «мы»? — …мы — это я, ты и Идальго. — …зачем ещё? — Тату сморщилась. — Нет. Я не собираюсь лезть в ваши отношения. — …у нас нет никаких отношений кроме деловых. — Эго без конца твердил сам себе что нужно быть максимально собранным и холодным. Иначе — он точно провалится. — И я готов тебе это доказать. — …не надо мне ничего доказывать, слышишь? — она устало прикрыла глаза. — Я не буду устраивать сцены. Не волнуйся. Не буду. — Колетт… — …я не последняя дура, чтоб так позориться! — она вырвала руку из его ладони и педантичным жестом пригладила лацканы на пиджаке. — Разговаривайте сколько влезет, мсье Эго. Я лично мэршу даже видеть не хочу. — …а я хочу, чтобы мы поговорили втроем. — настаивал Антуан. — И хочу, чтобы ты оставалась владелицей ресторана. — …я тебе уже сказала — я отказываюсь. Потому что не буду работать с Идальго. Или — с Ле-Клер. Или — ещё с кем-то там! Я — пас! Всё! — …хочешь я сделаю тебя шефом? — Антуан схватился за последние аргументы. — Я настою, и Идальго не вякнет. Хочешь? — …ага-ага, не вякнет. Учитывая, сколько бабла она сюда вложила и ещё вложит, да? — почти рассмеялась Колетт. — Антуан. Не надо. Не прыгай выше головы. — …считаешь, что я ни на что не годен? — …нет, но… это не тот случай. И ради меня уж точно не стоит… — Колетт качнула головой. — …ну, не только ради тебя. — выпрямился Эго. — Ради будущего. И ради прошлого этого ресторана. Я всё же попробую. Что скажешь? — …конечно, попробовать ты можешь. Но… не переоцени себя. И не рассчитывай соскочить с крючка Идальго без потерь. Не рассчитывай. — сожалеюще цокнула языком Колетт. — Удачи. — …ты не хочешь поприсутствовать? — Эго полез в бар, чтобы достать бутылку вина. — Уверена? Поддержать меня. Хоть маломальски. Тоже не хочешь? — Антуан, дело не в том, что я… — Колетт прислонилась лбом к косяку. — Я очень хочу тебя поддержать, но… боюсь, тебе моя поддержка не нужна. — …нужна, вообще-то… — он посмотрел на неё максимально серьезно. — Больше, чем ты думаешь. Колетт. — …прости, но не в этот раз. Я не смогу быть спокойной в присутствии мэрши. — …ты же сказала, что спокойна? — …я блефовала. — призналась Тату. — Прости, правда. — …значит, ты не веришь моим словам, что между нами с Идальго ничего нет? — …давай не будем, прошу… — она мотнула головой. В этот момент на улице появилась шикарная красная машина. — …пойду развлеку Шелли светской беседой! — Колетт поспешила скрыться. — Выпроводи Идальго поскорее, пожалуйста! Чем меньше секунд оставалось до того, как Амели Идальго переступит порог ресторана, тем больше Эго начинало трясти. От злости. Знал бы он, что так всё сложится — ни в жизнь бы не позвонил ей. — …бон жур, Антуан. Слушай… небо сегодня пасмурное, но ты, видимо, ещё более пасмурен? — Идальго с ходу заметила его выражение лица. — Ты не рад меня видеть? — …извини, Амели… — он старался выглядеть беззаботным. Но не выходило. — Напротив — очень рад. Твой визит явно сделает этот пасмурный день светлее… Идальго расплылась в улыбке, и решила повиснуть на нём как на вешалке. Эго пришлось выкручиваться как ужу на сковороде. — …ничего себе — тут как стадо баранов прошло… — ужаснулась Идальго, увидев зал. — Неужели всё так серьезно? Что-то ещё случилось? — …мда, есть кое-что, что… возможно, очень повлияет на судьбу и репутацию этого ресторана… — …говори! — насторожилась мэрша. — …это не так-то просто… — Антуан, давай договоримся: раз уж я даю деньги на существование этого ресторана, то меня ты ставишь в известность не постфактум, а… — …да, я постараюсь… однако… — Эго чувствовал, что слова застревают в горле. — Само «существование» этого ресторана сейчас как никогда спорно… Идальго, наклонив голову, разглядывала его. — …давай присядем, ты не против? — он указал в уголок, который все же был приведен в порядок и имел нечто похожее на «столик на двоих». — И я постараюсь всё объяснить. — …о, мне уже страшно… — схватилась за сердце Идальго, однако, с веселой улыбкой на губах. — Здесь что — кого-то убили? Или — кулинарные критики взялись и за тебя? Эго? — …дело в том, что после… всего, что произошло с Ле-Клер… я принял решение уволить весь коллектив. — начал Эго. — Это были люди, которые… не должны находиться на кухне… на моей кухне… — …а-а-а, всё ясно… — кивнула Амели, впрочем, не заинтересовавшись ни на йоту, продолжила пожирать его глазами. — И в чем же проблема, дорогой? Найти новых поваров? — …да, в этом проблема. У меня нет шефа. — Антуан почувствовал, как его лицо буквально плавится от её взгляда. Но он должен был выдержать. — У ресторана нет опоры. Сердца. — …пф! — Идальго махнула рукой, барски откидываясь на спинку стула. — Не пугай меня так! Черт! Я уж думала… — Амели, ты не поняла… — Эго поправил очки и полуулыбнулся. — Мне не нужен просто шеф. Или — шеф-повар. Мне нужен тот, кому я смогу на сто процентов доверять. Доверять во всем. Везде. — …значит, я найду тебе такого человека! — заявила мэрша. — Слышишь? Найду. — …его нет нужды искать. — Антуан качнул головой. — Этот человек находится сейчас в этом помещении. Но есть одна загвоздка. Брови Идальго полезли на лоб. — …этот человек считает, что ресторану нужна трансформация. Полная. — снова заговорил Эго. — И я его в этом поддерживаю. — …стоп-стоп, я не очень понимаю — в чем всё-таки проблема? — Идальго развела руками. — Нужна трансформация — ради бога. Я за. Приступайте хоть завтра. Я дам денег… — …в этом и дело. — Антуан понимал, что сейчас, сказав это, обратной дороги не будет, но решился. — Мы всё обсудили и… приняли решение, что справимся сами. Без твоих средств, Амели. На мгновение лицо мэрши поменялось — раскаленная страсть в глазах резко сменилась льдом. Руки сжались в кулаки. Она вся замерла, будто каменная. — …что это значит, Антуан? — едва размыкая губы, выговорила она. — …мне очень жаль, Амели, но мы не сможем… сотрудничать в этом направлении. — Эго всё ещё старался подбирать слова, но на душе неожиданно стало очень легко. — Я верну тебе те два миллиона, которые ты давала на текущий ремонт. Сейчас же. — …стой-стой-стой… — мэрша облокотилась на столешницу. — Ты вообще понял, что сейчас сказал? — …да, более чем. — кивнул Эго. — …и с чего вдруг такие перемены? — рыкнула Идальго. — М?! — …я просто сделал выбор. — сказал Антуан. — И в этот раз не в пользу голой прибыли. — …ах, вот как… — прикусив губу, шваркнула ногтями по столешнице Идальго. — Так ведь без прибыли нет смыла в бизнесе, мой хороший! Ты что, забыл? — …нет, помню. — Антуан смотрел на её эмоции будто сквозь толстое стекло. Они вырывались наружу, как ножи, но не могли причинить ему вреда. — Но я хочу сохранить всё, что важно для меня. И моих близких. — …ты собрался справиться без моих средств? — злобно усмехнулась Идальго. — Как? Ты прикидываешься или правда идиот?! Посмотри кругом! Откуда ты возьмешь такие деньги? Откуда?! Заработаешь? Сомневаюсь! Или — будешь десять лет копить — да к тому моменту тебе не поможет никакая реклама и трансформация, дружок! — Амели. Нет нужды так злиться. — Антуана вся эта ситуация стала даже забавлять. — Успокойся. Ты — большая девочка. У тебя полно других игрушек. Не так ли? — …ты сейчас про что? — напряженно сверля его глазами, спросила Идальго. — …я думаю, что ты меня понимаешь. — Антуан не хотел вслух озвучивать то, что могло привести Идальго в бешенство. — Тебе не нужен этот ресторан. И мы оба это всегда знали. Так же? Идальго некоторое время сидела молча. По её блестящему от макияжа лицу ходили желваки. — …в свою очередь, я могу тебя уверить, что все наши другие договорённости не теряют силы! — попытался успокоить её Эго. — Если ты помнишь, то… ты мне очень помогла в ситуации с Адсорбт и с поиском телохранителя, а ещё — адвоката, и вообще… с деньгами… так что — я очень благодарен тебе. Амели. Слышишь? И всё ещё очень крепко связан… по рукам и ногам, я бы даже сказал… — …могу я узнать… — Идальго, чуть отойдя от злобного негодования, закурила. — Кто этот человек, ради которого ты… сделал этот выбор не в пользу голой прибыли — то есть «меня»? М? — …да, разумеется. Я отлучусь на минутку. Антуан встал и ощутил будто за спиной вырастают крылья. Неужели всего один маленький рывок смог снять с его шеи петлю? Не полностью, конечно, но всё же — Идальго явно задумается над тем, стоит ли считать его своей безропотной игрушкой. — Колетт, пойдем, пожалуйста, в зал. — он отпер сейф и под удивленный взгляд Тату достал оттуда упакованные пачки евро. — Познакомлю тебя с мэром. — …в смысле? — она, казалось, потеряла дар речи. — …просто пойдем. — Антуан ещё раз извинился перед Шелли, и они вышли из кабинета.