***
У Самас было такое чувство, что она плыла в пустой бесконечности, вокруг было настолько тихо, что в ушах стоял звон. Потом появился звук, настолько ощутимый, что девушка тут же обратила на него внимание и внимательней прислушалась. Это был тихий рокот лопастей большого винта, как если бы прямо над девушкой находился один из шаттлов школы, в которой она училась. Потом к прерывному громкому рокоту прибавился еще звук. Что-то гудело. Ким изо всех сил попыталась прийти в сознание. Ресницы дрогнули, но веки не поднялись. Звуки сменились. Один звук был низким, глухим. А потом вновь появились голоса, но слов девушка не понимала, не могла различить. Голоса ей были знакомы, она их помнила по интонации. Один из голосов принадлежал ее отцу. Это был Джим. Он был рядом и разговаривал с ней. Самас ощутила тепло на руке, на ладонь что-то легло. Тяжелое, теплое. Что-то сжимает ее руку. Отец сжимал руку своей дочери. А потом его голос. Он звал ее: «Моя малышка». Джим сжал руку еще сильней. Но девушка не могла пошевелить рукой, не могла сжать руку отца в ответ. Не могла двинуть даже пальцем. В таком состоянии, между реальностью и сном, Ким пролежала на больничной кровати несколько дней. К исходу пятых суток, как ее обнаружили сокурсники, девушка наконец пришла в себя. Но приходила в сознание она очень долго. Девушка коротко вздохнула, разлепив пересохшие губы, подняла ресницы. Перед глазами все расплывалось, жутко болела голова. Хотелось помассировать виски, но не было сил даже руку поднять. Ким не помнила, когда ей в последний раз она чувствовала себя настолько плохо. Самас оперлась о твердый матрас руками, помогла себе сесть на постели, опустила босые ноги на холодный линолеум. Ким сжала пальцами край матраса, наклонила голову вперед, касаясь подбородком груди – шея сзади сильно болела, ныла. Не удивительно, ведь девушка пролежала в одном положении пять суток. «Соберись, Самас! Соберись!» -Кими! Малышка моя! -Папа?.. Джим сел на кровать рядом со своей дочерью, заключил ее в крепкие медвежьи объятия. На глазах мужчины стояли слезы, но он не отирал их и, глубоко вздохнув, проговаривал на ухо дочери прерывавшимся от волнения голосом, как он рад, что девушка пришла в себя, как он молился всем силам, чтобы дочь поскорее поправилась. -Так было страшно видеть тебя такую маленькую без сознания целых пять дней. Ты хоть что-нибудь помнишь? Где мама и Эрион, милая? -Немного помню. Совсем немного. – Девушка нахмурила брови. Самас посмотрела в сторону, заметила пышный букет розовых цветов. Цветы были везде: на столе, на подоконнике, у самой кровати девушки. – Это мне? Какая прелесть… -Весь Красный фонтан за тебя волновался. -Не могу вспомнить ничего, – в отчаянии всхлипнула она, хватаясь за волосы на голове. -Давай я тебе помогу. Неделю назад Джим предупредил жену, что задержится на работе – мужчину попросили отработать двое суток. Перед уходом он попросил жену позвонить старшей дочери, чтобы та побыла два дня дома и помогла матери справляться с делами по дому и следить за младшим братом. По исходу вторых суток Джим вернулся домой, но не застал ни детей, ни жены. Только группу спасателей Красного фонтана и кронпринцессу Домино из Алфеи, которая своей огненной магией растапливала лед на теле дракона. Когда Джима пустили в дом, все было огорожено, в доме стоял настоящий бардак. А потом в гостиной он увидел Ким, лежащую на носилках без сознания, в окружении медперсонала Красного фонтана. Тут же был и Кодаторта, который выслушивал двух сокурсников девушки, как они забеспокоились о ее отсутствии на занятиях и как нашли ее. Джим на ватных ногах от волнения и страха моргнуть не успел, как оказался рядом с носилками, как держал дочь за руку, гладил по разбитой щеке и просил вернуться к нему. Блум удалось растопить волшебный лед Айси. Дракон, как и его хозяйка, был без сознания, его осторожно связали по лапам и крыльям и первого транспортировали в Красный фонтан, у дракона наблюдалось сильное обморожение, ему нужен был тщательный и особый уход. -Здесь были трикс! – сказала кронпринцесса Домино Кодаторта. Фея печальными глазами посмотрела на Ким на носилках и на мужчину, склонившегося к дочери. – Она получила удар, скорее всего, от Дарси. Чувствую темную энергию. Профессор Салладин сможет развеять темную магию. Но на это нужно время. Целых пять дней Джим, как неприкаянный, ходил то к Тайге, то к своей дочери. Тайга вылечился на третьи сутки, как его привезли в Красный фонтан. Дракон даже мог держать себя в воздухе на крыльях и испускать пламя, как и раньше. Только Тайга чуял, драконьим сердцем чуял, что что-то не так, потому как навещает его Джим – отец хозяйки. Дракон уговорам не поддавался, отказывался есть и пить, лежал в стойле на соломе, свернувшись в клубок, морду прятал за крыло. Дракон не понимал речи Джима, не понимал, что мужчина говорил, что нужно подождать. Профессор Салладин, как и предполагала Блум, смог развеять темные чары над Самас. Оставалось только ждать, когда девушка придет в сознание. -Трикс… Конечно! – ахнула Ким. – Я вспомнила!.. Именно они забрали маму и Эриона. -Зачем? – Джим заметно побледнел. -Им нужен был Эрион, а маму они забрали как заложника. Я не знаю зачем, – помрачнела Самас. Она скривила губы, прижала подушечки пальцев к своему виску. – Бал на Домино. Мама тебе рассказывала, что там произошло? Трикс появились там не случайно. Они еще тогда хотели похитить Эриона, но увидели, что он еще не родился, и решили отступить. -Но на кой ведьмам мой сын! – воскликнул отчаянно Джим. Девушка подняла большие, красные глаза на отца. -Папа… Эрион… Он умеет колдовать.***
Новость о том, что Кимико Самас пришла в себя, очень быстро разлетелась по всему Красному фонтану. Парни спешили в медкабинет поприветствовать девушку и поздравить ее с выздоровлением. Специалисты приходили в удивление: Самас в одиночку, без оружия под рукой и без магии смогла принять неравный ой с тремя ведьмами. Пусть и не без травм и потерь, но парни были в восторге от храбрости девушки. К тому же некоторые все еще припоминали недавний «зачетный» полет Самас на «Соколе». Посетителей в тот день было так много, что Доку пришлось стоять на «вахте» возле медкабинета и караулить девушку, чтобы никто не мешал ей отдыхать. Джим по просьбе девушки покинул ее, чтобы проверить Тайгу в стойле. Как только дверь за ним закрылась, и только девушка устроилась поудобнее на подушке, как дверь снова открылась, только уже вошел Док. Самас тут же села на постели. -Док, а Салладин еще не знает о руке?.. – тихо спросила его она. -Конечно же нет, Кимико. – Было видно, что мужчину очень огорчили слова девушки: Ким его однажды попросила не раскрывать своей тайны директору, мужчина не мог нарушить свое слово. – Я тебя осматривал, я же обратно руку забинтовал. -Спасибо. -К сожалению, я по-прежнему не могу ничего сказать. Лечить такое… обычными лекарствами… Здесь нужна магия, а я ею не владею, увы и ах. – Док помолчал. – Как у тебя с настроением? В последнее время на тебя многое навалилось. -Не просто, но я справляюсь. -Я тебя оставлю. К тебе зайдет сейчас Салладин и Кодаторта, директор хочет с тобой побеседовать о случившимся. Мне кажется… Хороший момент рассказать ему о руке. Или? Самас покачала головой. Док понимающе покивал головой, попрощался с девушкой, одарив ее добродушной улыбкой, и вышел из палаты. Позже Салладин, Кодаторта и Джим выслушивали некий раппорт от девушки о случившимся, память к ней вернулась, и она смогла рассказать все, что знала сама. -Почему ведьмам дали уйти? – спросила она. – Мы уже поймали их на балу Домино. Почему же они вернулись и вновь повторили попытку похищения? – Это были достаточно провокационные и риторические вопросы, потому как Кодаторта нахмурил брови и покачал головой, давая знак, чтобы девушка не забывалась. По правде говоря, с такой политикой было тяжко работать: на Домино изловили преступников Магикса. Домино потребовало, чтобы ведьм передали на Магикс, а уже оттуда их отправили в Лимбо. Почему же в Лимбо их не отправили на Домино? Когда соседняя планета ловит опаснейших преступников твоей планеты, то есть Магикса, не стоит придираться к деталям. К тому же Домино было влиятельной планетой, не говоря уже о фее-хранительнице этой планеты – Блум, которая учится в Алфее на Магиксе. -На Магиксе на шаттл Красного фонтана, в котором везли ведьм, напали, помогли им освободиться. Трикс освободил Валтор, нам об этом доложила команда специалистов. -Этого не может быть, – покачала головой девушка, слова Салладина заставили ее усомниться в достоверности представленной информации. – Когда я столкнулась с ведьмами и упомянула имя темного мага, они… Они подняли его на смех. Валтор слишком умен, чтобы не высвобождать ведьм, а самому в одиночку творить злодеяния. -Самас, тише… – прошептал Кодаторта, а у самого лицо побледнело в присутствии директора. «Ох, Кодаторта, жалко мне вас. На лбу давно написали «НЕЛЬЗЯ», всего боитесь, за инструкцию прячетесь, непонятно, когда и кем придуманной…» -Значит, и темный маг на свободе, – сказал Джим, несильно сжал руку своей дочери. -Многих поймали, многие сейчас находятся кто в измерении Омега, кто в Лимбо… – Салладин потер большим пальцем позолоченное древко своего посоха, конец которого венчала голова дракона, держащая в зубах отшлифованный до шаровидной формы кристалл пурпурного цвета. – На свободе остались трое самых опасных: трикс, Валтор и… Темный феникс. Он же именует себя как Лорд Даркар. -Разве его не уничтожили винкс? -Самас, феникс на то и феникс, чтобы умирать и перерождаться вновь. Ким поджала губы, превратив их в тонкую линию. -Вы предполагаете, что три злейших врага Магикса объединились в альянс? – Мужчины в ответ промолчали, и девушка поняла, что это действительно так. – Но… но тогда зачем им понадобился ребенок? Зачем им Эрион? Это как-то связано с тем, что он умеет колдовать? Салладин опустил потухшие, выцветшие глаза на руку, лежащую у него на колени. -Надеюсь, ты еще не забыла Айси-из-будущего, та, что атаковала Красный фонтан и предсказала нам страшное будущее. В тот вечер я с ней пообщался, она в подробностях поведала мне об Аюстале, и я с того самого дня принялся изучать книги древних. Я нашел его. Аюстал – мужчина, живший несколько жизней тому назад. Потеряв свою семью, он начал мстить монстров, и в конечном итоге сам превратился в настоящего монстра, коим двигала уже не столько месть, сколько кровожадность. Он увивал всех потому, что хотел убивать. Страшные времена были, непростые… Когда я услышал об Эрионе… – Салладин поглядел на Джима. – Твоя жена – фея Природы, не так ли? -Да, профессор. Это так. -У Аюстала был незаконнорожденный ребенок от феи Природы. – В палате настала осторожная тишина. Ким почувствовала, как пальцы отца сильнее сжали ее ладонь. – Фея Природы, в те давние времена их по-старому называли природными нимфами, слово «фея» еще не существовало, родила от Аюстала ребенка. Девочку, если быть точнее. В свете недавних событий, стоит сделать предположения, что Несса – прекрасная жена и чудесная мать – является потомком незаконнорожденного ребенка Аюстала. А Эрион – реинкарнация Аюстала. -К-как это понимать, профессор Салладин?.. – голос Джима дрогнул. -То есть Эрион – вновь роившейся Аюстал? – уточнила девушка. Салладин мрачно кивнул головой. Самас посмотрела на отца, чтобы понять по выражению лица, что он чувствует. Джим был напуган не меньше старшей дочери, он был в замешательстве и не мог себе представить, что любовь всей его жизни потомок страшного монстра, а его сын – реинкарнация. Желваки на его скулах дернулись. -И Эрион альянсу злодеев нужен лишь затем, что в нем сила мага-монстра. – Девушка вспомнила сражение на Домино, вспомнила, какой силой и мощью обладали древние монстры, которые вышли из врат. И все они шли под началом Аюстала. Страшно было себе представить, какой силой обладал кровожадный убийца. Если Даркару, Валтору и трикс удастся освободить силу из Эриона, погибнет не только младенец, но и весь Магикс. Новой войны между людьми и монстрами нужно было избежать: никто из них не должен был знать о существовании друг друга. -Где их искать? – от долго молчания голос Джима осип и ослаб. – Нужна спасательная команда. Немедленно! -Джим, нам не известно, где находится их логово. -Скорее всего, под землей, – сказала девушка. – Главный в альянсе – Даркар. Трикс подчиняются Валтору, а Валтор – ученик Даркара. -Самас, если ты ошибаешься… – начал Кодаторта. -Разрешите мне возглавить спасательную экспедицию! -Кимико, подумай еще раз хорошо. – Салладин внимательно посмотрел в глаза девушки. – Ты совсем недавно пришла в сознание после неравной схватки с ведьмами, и вновь идешь на врага, не зная его силы. – Салладин узнавал в характере девушки Джима, когда тому было столько же, сколько было сейчас его дочери. -Профессор Салладин, разрешите мне возглавить спасательную экспедицию! – вновь повторила девушка. -Самас, уймись. -Кими, потише. Самас решила добиваться своего, она от своего не отступит. -Нужна помощь. Настоящая помощь! Винкс когда-то давно посчастливилось столкнуться в битве с Даркаром, но остановить его не удалось и не удастся никому. Но всякое живое существо, даже бессмертное, можно ослабить. Властелину тамплиеров удалось усыпить Даркара. Я считаю, что Властелин тамплиеров – реальная помощь в данной ситуации. Почему бы не обратиться к нему за помощью? -Нет, Кимико. Властелин тамплиеров не должен вмешиваться в борьбу между тьмой и светом, и этого надо избежать любой ценой. «Опять политика «НЕЛЬЗЯ», но почему? Чего опасается Салладин?» -Кимико Самас, я не разрешаю тебе участвовать в спасательной экспедиции, – Салладин встал со стула. – Я свяжусь с мисс Фарагондой. Она предупредит винкс. Они уже бывали в тех пещерах и знают проход к логову.