Fate/Hypnagogia: Master of All Worlds

- Он не может существовать в земных условиях. Я видела его структуру! - Даже если он был создан в Эру Богов? За закрытыми дверями комнаты Лувии шёл спор. Рин, весь день корпевшая над изучением таинственного кристалла, что принёс Генрих, вышла под вечер усталая и потрясённая. Несмотря на это она сразу же направилась в комнату к своей давней сопернице. Захлопнув за собой дверь, она, не обращая внимания на откровенно неприязненный взгляд Арчера, свалила на кровать Лувии кипу бумаг и начала объяснять увиденное ею. - Нет. В Эру Богов могли существовать невероятные силы, но такого материала такой структуры просто невозможно достичь без постоянного приложения источника маны. Посмотри на эту структуру – она должна сломаться в тот же момент, когда будет создана! Лувиязерита вгляделась в сложное хитросплетение, зарисованное Рин от руки с изображения микроскопа - быстрые, аккуратные линии наверняка были перенесены с максимальной точностью, которую позволяла память и сноровка девушки. Картина, представшая перед изувеченной чародейкой, была действительно странной. - Он словно скован в какую-то странную форму, - слабым голосом подтвердила Эдельфельт. - Кристаллы изогнуты внешней силой, но их ничто не удерживает… - Я о чём и говорю! – воскликнула Рин. – Самоцвет является вместилищем маны, но когда ему требуется эта мана для поддержания собственной формы, он становится её потребителем, что совершенно абсурдно! Но этот кристалл способен поддерживать подобную форму даже после того, как был буквально взорван, как говорил Генрих… - Может, это последствие его использования? - Не думаю. Даже с учётом его странной структуры он должен был высвободить всё, что было в нём заключено, в момент когда он был расколот. Но этот, похоже, не только взорвался и высвободил огромное количество чистой маны, но и сохранил в себе остатки. Я чуть не обожглась, когда попыталась растереть в порошок несколько кристаллов, - Рин показала фарфоровый пестик, обугленный у основания и покрытый тёмным слоем гари. - И каков же твой вывод? - Мой вывод – этот кристалл не может существовать. Однако, он находится здесь, перед нами. Повисла тишина. Две девушки безмолвно смотрели на практически стёртые в пыль кристаллы, неярко сиявшие голубым в свете зажжённой лампы. Никто из них раньше не видел ничего подобного, и единственным, кто мог помочь в разгадке, был… - А почему некромант обратился к нам, а не к своему Кастеру? – задалась вопросом Лувия. - Не факт, что его Слуга знает о магии самоцветов. Скорее даже наоборот – раз он пришёл к нам, значит Кастер совершенно точно в них не разбирается. - Действительно, - Эдельфельт прикусила губу, мысленно обругав себя за неспособность сделать элементарный логический вывод. – Тогда загадка остаётся нерешённой. - Разговоры о гонце приводят самого гонца, - впервые подал голос Арчер, отходя от прикрытого шторой окна. – К нам пожаловал некромант и не один. - Не один? – переспросила Рин. - Со Слугой.

***

***

И снова, как и несколько часов назад, в гостиной собралась разношёрстная компания. Даже места были заняты так же, как и утром, лишь Айла на этот раз разливала чай всем, кто сидел за столом, а у изголовья кресла Генриха появилась ещё одна фигура в белых одеяниях с серо-голубыми волосами. - …и вот к таким выводам мы пришли, - объяснив уже рассказанное ранее Лувие, закончила Рин. Некромант, внимательно выслушав девушку, погрузился в размышления. Его сосредоточенный взгляд остановился на кристальной пыли, будто он пытался проникнуть в её суть одними глазами. Все в гостиной тоже молчали, ожидая ответа Генриха, и только Скатах непринуждённо откинулась на спинку своего стула, ведя себя так, словно её происходящее не касается. - Ну что же, - нарушил молчание некромант. - Посовещавшись со своим Слугой, мы решили, что наиболее безопасным вариантом в данной ситуации будет объединить наши усилия. Раз в городе появилось неизвестное количество враждебных всем нам Слуг и Мастеров, то до момента, как выяснится причина этого фарса, лучше разобраться в проблеме вместе. - А почему ты так уверен, что мы примем твою помощь? – скептически заметила Рин. - Это всего лишь предложение. Я могу выиграть эту Войну самостоятельно, вне зависимости от того, сколько ещё Слуг мне будет противостоять. - Но ты всё же хочешь объединиться? Значит, ты не так уж и уверен в своих силах, - подметил Широ. - Если вы хотите устроить словесную пикировку, то вы выбрали не ту цель и не то время, - раздражённо ответил Генрих. – Я хочу услышать ответ сейчас или уйти, чтобы потратить время на нечто более полезное, чем пустая болтовня со смертными. В комнате повисла тишина. Некромант безразлично смотрел сквозь Рин и Широ, словно его не волновал исход переговоров, в то время как они явно серьёзно задумались. Спустя минуту Тосака всё же решилась ответить и сказала: - Что же… Кто за то, чтобы к нам присоединился Генрих и его Слуга с озвученными ранее требованиями, прошу поднять руку, - и сама подняла ладонь. Лувия шевельнулась, и Арчер помог ей удержать руку в вертикальном положении, после этого подняла руку Лансер, и лишь Эмия с сомнением продолжил буравить взглядом бледную кожу лица Энгельбрехта. - Ты против, Широ? – спросила Лувия. - Скорее да, чем нет, - покачал головой парень. – Но я всё равно был бы в меньшинстве. - Тогда… Добро пожаловать, Генрих, - выдавила из себя улыбку Рин, чувствуя себя не в своей тарелке. - Впредь приятно с вами сотрудничать, - впервые заговорил Кастер, улыбнувшись в ответ и поклонившись присутствующим. - У вас есть какой-то план действий? – Генрих сразу перешёл к делу. - Определённого – нет, - вклинилась Скатах в разговор. – Но самым логичным предполагается выяснить, где располагается база Мастера, который командует новыми Слугами. Раз нас теперь трое, то я могу без угрызений совести оставить здесь Арчера, в то время как мы отправимся на патрулирование, разделив город пополам. Если Дрона и был оскорблён, он не показал этого ни единым движением, но продолжил молчать, оставляя слово другим. Вместо него ответила Рин, что-то вспомнив: - Лансер, мы можем проверить место, где обосновался Фэйтер. Я знаю, где он находится. - И ты молчала? – брови воительницы поднялись в удивлении. – В чём смысл от нашего сотрудничества, если мы продолжаем таить друг от друга важную информацию? - Я… Я только недавно подумала, что за этим всем действительно может стоять он, - виновато отвела глаза девушка. – Я не думала, что это так важно. Скатах прикрыла глаза, вздохнула и на некоторое время замерла, что-то обдумывая. После, поднявшись, она ткнула пальцем в Дрону: - Арчер, ты остаёшься здесь. Ты развернёшь свой… Сверкнула вспышка, а сразу после – треск ломаемого дерева и звон стали. Когда все присутствовавшие в гостиной оправились после временной слепоты, то увидели, что Дрона, занёсший было свой золотой посох, окружён выросшими из искорёженного пола копьями, которые не давали ему двигаться. Его лицо было перекошено яростью, и он не отрываясь смотрел на Скатах, холодно взирающую на него с другого конца комнаты. - Ты заговариваешься… - прошипел он, пытаясь вырваться, но копья окружали его столь плотно, что он не мог даже пошевелиться. - Ты что творишь?! – воскликнул Широ, вскакивая с места. Его руки уже приготовились схватить готовые к проецированию клинки, но он пока медлил. - Когда в этом городе происходит подобное, вы находите в себе место для таких низменных чувств, как злость и гордость? – встречая взгляд Арчера, вкрадчиво ответила Лансер. – Я объединилась с вами, потому что видела в вас всех зерно понимания. Потому что вы сами видели, сколь невероятно происходящее. Похоже, в ком-то я всё же ошиблась. Она повела рукой и копья растворились, освобождая Арчера. - Пока я нахожусь в этом союзе, последнее слово всегда будет за мной, - она надменно прошла мимо тяжело дышащего Дроны, направляясь к выходу. – Потому что одна я вижу столько, сколько не видите вы все вместе взятые. Это не просто сбой Грааля, чей-то заговор или иная аномалия. Все молча провожали её взглядом, и только Айла, приготовившись к возможному уходу хозяйки, ушла из комнаты, собираясь заняться уборкой. Остановившись у двери, Скатах обернулась: - Арчер, Эмия, остаётесь охранять здание. Генрих, Кастер, за мной. Тосака, показывай дорогу.

***

Город погружался во тьму ночи и к моменту, когда Рин и Генрих, сопровождаемые Слугами в духовной форме, спустились с холма вниз, к перекрёстку, уже вовсю горело уличное освещение. Тосака шла впереди, без труда вспоминая дорогу к особняку Эмия, где она встретила таинственного Слугу с двумя мечами и его не менее странного Мастера… Она ощущала себя неуютно, чувствуя за спиной присутствие совершенно чужого ей человека, во всех смыслах этого слова. От некроманта будто веяло каким-то запахом, который был неуловим, но проникал всюду и заставлял её беспокойно озираться и оглядываться, ища его источник и натыкаясь вновь и вновь на его холодный взгляд. Она слышала о Энгельбрехте раньше, и его присутствие в этой Войне не сулило ничего хорошему ни одному из Мастеров – на его руках было много крови других магов, которые были убиты ради каких-то личных целей. Не будь бы он Мастером, она бы тотчас связалась с Часовой Башней, но сейчас… Кастер внушал ей не страх, но определённое уважение, и то, что его персона до сих пор остаётся тайной, не прибавляло девушке спокойствия. Спустя ещё десяток минут они дошли до последнего поворота, за которым виднелась стена особняка. Рин обернулась и, не увидев ни одного прохожего в этот поздний час, произнесла: - Здесь, в этом особняке. - Я никого здесь не чувствую, - материализуясь, ответила Скатах. – Барьер… Примитив. Но внутри нет ни единой души. - Может, они ушли на патрулирование? - И прихватили с собой всех Слуг, не оставив ни одного на страже, - хмыкнул Генрих, вытаскивая свой полуторный меч из ножен. – Держи карман шире, девочка. - При чём здесь другие Слуги? Вы действительно думаете, что один человек способен… - Один маг не способен содержать даже двух Слуг одновременно, дитя, - спокойным голосом прервал её Кастер, так же появляясь рядом. – Но если это попробует сделать другой Слуга с достаточным запасом сил… Лансер подошла к двери. Сквозь мутное стекло ничего нельзя было разглядеть, кроме отсутствия света внутри особняка. Она цепким взглядом осмотрела каждую деталь входной двери, задержавшись на несколько секунд, а после этого с силой ударила в неё ногой около косяка, с грохотом и треском выбив её внутрь. - Ты что!.. – воскликнула было Рин, но тут же утихла – действия Скатах были иногда нелогичны, но никогда не были ошибочными. Если ей нужно было выбить дверь, то… - Здесь точно никого нет. Но если кто-то другой связался с барьером, то он уже знает, что мы внутри, - быстро ответила Лансер, проходя внутрь. Она полностью преобразилась. Из ранее вечно расслабленного, спокойного состояния она полностью сосредоточилась, приготовилась к отражению атаки в любой момент. Её движения были столь быстрыми и плавными, что во тьме Рин не всегда замечала, как она пропадала в одном месте и спустя мгновение появлялась уже в совершенно другом. - Кастер, отправь духа сторожить подходы, - приказал также сосредоточившийся Генрих, оглядываясь и глубоко вдыхая ночной воздух, словно принюхиваясь к чему-то. - Хорошо, Мастер, - кивнул Слуга и щёлкнул пальцами, высекая голубую искру. Искра быстро разрослась и спустя уже секунду превратилась в подвижную струю воды, сохраняющую свою форму несмотря на гравитацию. Она тут же взобралась по стене наверх, оставляя после себя влажный след, и исчезла, перебравшись на ту сторону. Рин с восхищением проводила элементаля взглядом. Она никогда не видела, чтобы фамильяра можно было призвать таким простейшим жестом. Да и то, как вёл себя фамильяр, было достаточно для того, чтобы без сомнений признать его хозяина мастером своего дела. Тосака, конечно же, знала о том, что у Кастера таких духов целых четыре, но видеть это своими глазами… Невероятно. - Я чувствую… кровь? Старая. Трое суток. Девушка. Убита… В голову. И… Изнасилована? – внезапно вскинулся Генрих, оглядываясь вокруг. - Да, кровью здесь пропахло на несколько месяцев вперёд, - поморщилась Скатах, но было видно, что она удивлена такой способности некроманта. – Но почему изнасилована? - Запах спермы. Похоть. Знакомая гамма. Но не уверен, что это была некрофилия, - покачал головой Энгельбрехт. - Пойдём проверим, - предложила Лансер, отодвигая в сторону входную дверь в здание особняка. Рин, стоявшая за её плечом, охнула и закашлялась – в нос ей ударил запах, который трудно было с чем-то спутать. Трупный запах, стоявший в закрытом коридоре несколько дней, заставил её отступить назад и смахнуть мгновенно выступившие слёзы. - Интересно, очень интересно, - некромант вошёл внутрь первым и, достав что-то из кармана, чиркнул этим по стене. В его руке засветилась небольшая палочка, давшая достаточно света, чтобы осветить всё в радиусе нескольких метров, несмотря на её размеры. И на самой границе видимости стал виден источник запаха – труп молодой девушки в луже засохшей крови, привалившийся к стене. Склонившись над ней, Генрих вгляделся в потемневшее, осунувшееся лицо, пошедшее кое-где зелёными пятнами, и, осторожно приподняв подбородок, удовлетворённо хмыкнул. Он снова угадал, как кого-то убили, не видя даже трупа. - И кто это? Хотя… Вот эти отметины похожи на метки Командных Заклинаний, - освещая правую щеку, произнёс некромант. - Понятное дело, кто это, - хмуро ответила Скатах, подходя ближе. – И это очень осложняет нам жизнь. - Он… убил своего Мастера? – охнула Рин, узнавая знакомый худой правый рукав. - И изнасиловал её перед этим, - кивнул Энгельбрехт. – Хотя доказательств этому даже приводить не требуется. Лансер, поджав губы, осматривала полураздетое тело бывшего мастера Фэйтера. То, что их главный враг – а то, что он и является ответственным за происходящее, у неё не оставалось сомнений, - теперь может обходиться своими силами, не требуя привязки к уязвимому Мастеру, не оставляло им выбора, кроме как заняться лично им. А с учётом того, что под его контролем теперь минимум четверо не самых слабых Слуг… - Но она выглядит иначе, - спустя ещё минуту осмотра неуверенно произнесла Рин. - У неё не было рыжих волос. Да и сама она... Из тех двух встреч, что произошли между Рин и Гердой за время этой Войны, она не помнила такой внешности чародейки. Её черты лица будто бы изменились, и вместо старых, немного угловатых линий проступили мягкие, ровные и красивые, сделав лицо практически неузнаваемым. - Смерть меняет людей, - хмыкнул Генрих, поднимая пальцем веко девушки и рассматривая белок глаза. - Нет, - помотала головой Рин. - Я точно помню, как она выглядела. Я и сейчас узнаю в ней ту девушку, но... она очень сильно поменялась. - Не знаю, что уж с ней произошло... но кто-то забрал Заклинания у неё, - пожал плечами некромант. - И сколько их было? – не отрывая взгляд от пустого рукава, спросила Скатах. - Судя по всему, два Заклинания, - подсказал Кастер. – Остаточная магия не столь сильна для трёх. - Отлично, - внезапно лицо Лансер просветлело. – Замечательно. Уходим. - Не так быстро, - послышался голос из-за поворота коридора, и с затухающими звуками внезапно ставшей слышимой мелодии показалась уже знакомая Слуге фигура в тёмных одеяниях. Ложный Кастер держал в руках прозрачную флейту, на которой, судя по всему, только что играл. Встретившись взглядом со Скатах, он едва заметно улыбнулся и поднёс инструмент ближе к губам. - Ты посмел показаться мне на глаза после того, как успешно избегал моего преследования все эти дни? - Я бы предпочёл вовсе не встречаться с тобой, Лансер, - ответил Зибед. – Но приказ Мастера есть приказ Мастера. - Как ты сумел скрыть своё присутствие? – поинтересовался Парацельс, выходя вперёд. – Ни я, ни Лансер даже не заподозрили, что к нам приближается ещё один Слуга. - Мелодика Незаметности. Скрывает играющего и любого, кто рядом с ним. Звуки, силуэты, действия – всё становится для окружающих незаметным и само собой разумеющимся. Требует отличного владения флейтой и хорошего объёма лёгких, так как играется на одном выдохе. Любая пауза и магия пропадает. Рин заметила, что Скатах уже некоторое время пытается что-то ей подсказать, делая незаметный жест рукой. Она упорно указывала на дверь позади неё, но сама продолжала следить за противником, не упуская его из виду ни на мгновение. «Она хочет, чтобы я ушла? Зачем?». - Я ясно дала понять, что произойдёт, если мы встретимся снова. Поэтому… - Лансер наклонилась немного вперёд, словно готовясь к прыжку, - умри.

***

Дрона беспокойно ходил по холлу особняка Рин. Его не отпускало странное напряжение, начавшееся в момент, когда Лансер и её сопровождающие ушли на разведку, оставив его одного. Эмия, бывший тоже дома, некоторое время назад тоже ушёл, сказав, что у него "важная встреча". Арчер лишь пожал плечами на это - ему было без разницы, защищать здание в одиночку или с человеком, который навряд ли сумеет навредить другому Слуге. - Чёртова стерва… - бормотал он себе под нос, сжимая и разжимая кулаки. Он был зол, очень зол на Скатах, но понимал, что его эмоции были лишними в тот момент. Понимал, но не мог сдержаться, когда в лицо было брошено такое оскорбление. Брошено перед всеми, перед его Мастером… Его мысли плавно перетекли с фиолетовой занозы в пальце к застарелой ране, растревоженной этой Войной. Он уже давно решил, что пойдёт до конца… но с каждым днём, с каждым часом желание проклясть всё и побороться за святую чашу ради себя становилось всё сильнее. Несправедливость была не в новинку для брахмана – да и не ему ли, избранному самим старцем Парашурамой, владельцу священной Брахмастры, говорить о несправедливости в этом мире? Дроначарья, величайший учитель героев, был согласен с тем, что для его жизни не уготовано хорошего конца. Но его сын… Ашваатхама… Достоин ли он пасть жертвой той войны? Достойна ли эта жертва будущего Индии? Спроси его кто-то другой, он бы навряд ли соизволил ответить. Только для Мастера он был готов пуститься в долгие рассуждения о жизни и смерти, богах, предназначении… но так и не дать определённого ответа. Но в глубине души его единственным желанием было спасение сына. Светлым желанием Граалю, ради которого он был готов впустить в себя любую тьму. Но эта девушка… - Арчер! - Да, Мастер? – Арчер сидел у огня камина и не сразу повернулся на голос Лувии. Девушка вошла в гостиную и склонилась над его плечом, пытаясь разглядеть, что он держал в руках. - Что ты делаешь? – заинтересованно спросила она. - Вырезаю из дерева, - Слуга показал небольшой ножик и деревянную заготовку, только начинающую приобретать определённую форму. Он был готов к уже привычным понуканиям вроде «ну вот, опять здесь будет грязно» и «у нас идёт Война, а ты бездельничаешь», но, на удивление, Лувиязерита лишь пододвинула ближе стул и села рядом. - Продолжай, - кивнула она на вопросительный взгляд Слуги. – Мне интересно посмотреть. Ни разу не видела, как вырезают из дерева. Хмыкнув про себя, Дрона вернулся к занятию, которое раньше успокаивало его в трудные моменты. Он любил вырезать фигурки, и до битвы на Курукшетре в его доме стояла целая коллекция, на которую иногда приходили посмотреть его ученики. Но когда началась война… Нож точными, аккуратными движениями срезал кусочки дерева, придавая фигурке форму. Первым очертания приобрел пласт дерева снизу, становившийся всё более похожим на вычурную колесницу. Следом за ней последовали контуры фигуры, восседающей на ней. Арчер работал не быстро, но иногда Лувия не поспевала за его движениями, когда он, подправив неудачное место с одной стороны, тут же переходил к другому, правя дерево, словно это была податливая глина. Постепенно из светлого куска древесины начали проявляться очертания наездника. Острые локоны волос были забраны в странную, свободную причёску. Его тело покрывал пластинчатый шипастый доспех, а на его плечах лежал плащ, искусно вырезанный в тонкую изогнутую пластинку аккуратными скребками ножа. В левой руке он держал вожжи колесницы, а в правой – копьё с символом солнца на месте крепления наконечника. Последним штрихом была вырезка лица фигуры. Здесь Дрона замедлился, так как это была очень тонкая работа, особенно для такой небольшой фигурки. Лувия не смогла увидеть процесс, так как Слуга обхватил всю поделку своей большой рукой, и ей оставалось лишь недовольно сверлить взглядом его темноватую, подёрнутую едва заметной сетью проступающих морщин, кожу тыльной стороны ладони. - Готово, - Арчер отложил ножик в сторону, стряхнул ошмётки дерева с колен и приподнял фигурку, позволяя Лувии её рассмотреть. - Невероятно… - девушка приподнялась с кресла, приближаясь к ней. – Так быстро… - Скорость не помощник ножу, когда он режет не плоть, - покачал головой Дрона. - Но кто это? На тебя он не похож. - Это… Один из величайших воинов, которого я не признал в своё время, - учитель вздохнул. – Сын бога солнца Сурьи. Тот, кто был проклят, как никто другой, кому было предначертано пасть от руки собственного брата. Я бился с ним плечо к плечу на поле Куру, и только в момент его смерти осознал, что за воин был всё это время передо мной. - Это не смешно, Арчер, - поджала губы Лувия. – Я не настолько хорошо знаю ваши эпосы. - Даже не знаешь о противостоянии Арджуны и Карны? – приподнял в удивлении бровь Дрона. - Нет, - девушка покачала головой. - Старший брат лучшего стрелка Индии, Арджуны – Васушена, Карна. Я не рискнул бы сразиться с ним, не использовав Брахмастры. Пара ненадолго замолчала, любуясь красотой древнего воина, застывшего в деревянных оковах. Его раскосые глаза, будто живые, сурово смотрели на Лувию, и она неожиданно для самой себя поёжилась, отводя взгляд от фигурки. - А почему… ты решил изобразить именно его? – она решилась спросить спустя некоторое время. - Его судьба мне чем-то напоминает мою собственную, - горько усмехнулся Арчер. – Хотя сравнивать его проклятья с моей кончиной всё равно, что пытаться сравнить кровожадность богини Кали и пираньи. - Это как-то связано с твоим желанием? - Кхм… Да. Отчасти. Дрона замолчал, когда тема разговора коснулась того, чего он предпочитал избегать раньше. Но Лувиязерита не собиралась сдаваться: - Ты всё время переводишь тему, когда я спрашиваю тебя об этом. Но сейчас я хочу знать, почему? Отвечай на вопрос! - Мастер, я… - Ты хочешь, чтобы мы сотрудничали, но не желаешь рассказать мне своё желание Граалю? Это твой исток, причина, почему ты вообще был призван! Основа нашего взаимопонимания! Почему ты не желаешь делиться им? - Тогда ответь мне, какое твоё желание, Мастер, - отпарировал хмурый Дрона. - Эм… моё? – удивлённо спросила Лувия. - Да, раз для тебя это основа нашего сотрудничества, то я желаю сначала узнать твоё. - Ну… эмм… Эдельфельт ещё долго распиналась перед своим Слугой, но так и не смогла пересилить себя и рассказать о своём желании. Хмыкнув в ответ, Арчер ответил, что не станет раскрывать свою тайну тому, кто даже не знает собственных желаний. После этого она не разговаривала с ним весь вечер и всю ночь, но его это уже не так волновало. А потом… потом старой Лувиязериты не стало. На смену ей пришла новая – сломанная, искалеченная, тихая и странно-вежливая. И какой бы странной она ему казалась раньше, какой вздёрнутой, гордой и иногда невыносимой, он всё же привязался к этой девушке. Он догадывался, какое желание может быть у такой самодовольной, но в глубине души всё же доброй и отзывчивой аристократки. И видя, что сделал с ней тот парень… - Ублюдок… Что бы он не затевал, считая себя якобы повелителем наших судеб, это его не спасёт от стрелы промеж глаз, - прошипел Арчер, входя в гостиную. Не имея особой цели, он просто ходил по дому, из одной комнаты в другую, поглощённый собственными мыслями. Его Мастер, почувствовав себя плохо из-за усиленного снабжения маной своего Слуги, попросила оставить её одну и забылась беспокойным сном, поэтому единственное, что ему оставалось кроме попыток успокоиться – это разговор с Айлой. Но служанка в отсутствие Лансер не отходила ни на шаг от своей застывшей хозяйки, да и сама она была неразговорчивой и замкнутой. Поэтому… Что-то привлекло внимание Дроны в соседнем окне, когда он проходил мимо него. Подойдя ближе, он отодвинул занавески и вгляделся в темноту наступивших сумерек. На холме было не так много освещения, но это не помешало бы Арчеру разглядеть и муравья в траве. А вот то, что ему почудилось в отблеске стекла… Вызывало у него нехорошие предчувствия. Он развернул Чакравьюху вокруг дома, и любой, кто попытался бы подойти ближе, был бы остановлен силой Барьера. Ему пришлось бы либо разрушить его, либо заплатить собственной силой, ослабив себя при проходе сквозь Фантазм. Но в любом случае Слуга почувствовал бы, что кто-то приблизился к нему. Но в округе точно не было никого, кто причастен к Войне, и потому тревожащее ощущение вызывало противоречивые чувства в Дроне. И вдруг в один миг что-то возопило внутри него – опасность! Кто-то рядом! Не медля ни мгновения, Слуга ринулся наверх и уже через три секунды стоял на крыше дома с луком и стрелой в руках, осматривая окрестности. Найти вторженца было нетрудно. У самого края Чакравьюхи, в сотне метрах от особняка, стояла фигура в жёлтых одеждах, не оставляющая сомнений в собственной принадлежности. Один из новоявленных Слуг решил атаковать ослабленное убежище тех, кто выступил союзом против Фэйтера. И, зная рассказ Скатах, Дрона тут же определил, кто именно вероломно напал на дом, считая, что справится с защитниками в одиночку. - Дио, кажется? – угрожающе проговорил Арчер, позволив ветру нести его слова до противника. – Не знаю, кто ты и каким духом ты одержим… Но в тебе должно было остаться достаточно мозгов, чтобы понять – тебе не одолеть в одиночку меня под моим защитным Фантазмом! Его противник лишь ухмыльнулся. Позади Дио на мгновение появилась могучая фигура, но едва Дрона успел запомнить, как она выглядит, он исчез. Не успев среагировать на столь мгновенное перемещение, он посмотрел в сторону, куда Дио наверняка бы метнулся, проникнув сквозь Чакравьюху, но одновременно с этим позади себя он услышал голос: - Какая жалость, Арчер, что твой острый глаз не способен заметить того, кто движется быстрее, чем свет. Ибо это бесполезно! Услышав свист воздуха за своей спиной, Дрона лишь чудом успел уклониться от могучего кулака, метившего точно ему в голову. Развеяв лук, он материализовал Посох Брахмы и коротко ударил назад, одновременно разворачиваясь и отступая на шаг, вниз по покатой крыше. - Хо? Видимо, твой Барьер всё же сильнее, чем я ожидал, - Дио нахмурился, а фигура позади него вернулась обратно в боевую стойку. – Ты сумел уклониться. Скорость и точность удара понизились… - Твой Фантазм позволяет тебе мгновенно перемещаться? Что ты за личность? – решил потянуть время Арчер. Исходя из того, что он слышал и того, что увидел, он уже видел способ, как справиться с врагом. – Если даже Лансер не смогла определить, кто ты… - Я – Дио! – раскинул руки Слуга, словно позируя. – Отринувший свою человечность, лишь для того, чтобы создать свой идеальный мир на основе этого! И если Стрела дала мне инструмент для его реформирования… Грааль даст мне шанс! - Ну ты-то точно не выглядишь как итальянец, - хмыкнул Дрона, медленно поднимаясь по крыше, сравнивая высоту с противником. – Но я ни разу не слышал о таких духах… - Потому что в вашем мире не существует вот этого, - Дио завёл руку за спину и вытащил из-за пояса обломанную стрелу с вычурным золотым наконечником. – Ваши способности… ваши Фантазмы – лишь бледное подобие истинных Сил. Легенды, мифы, истории… Лишь отпечатки старых времён, которые никому больше не нужны. Они не имеют ничего против силы моего духа! Жёлтая фигура ринулась вперёд, обрушивая на Дрону град ударов. Несмотря на их кажущуюся медленность, каждый из них был до сих пор чрезвычайно опасен, и Арчер с трудом отразил десяток подряд, прежде чем Дио по какой-то причине не отозвал духа назад, хмурясь ещё сильнее. - Посох… Точно, Мастер говорил, что ты герой Индии. Дроначарья. Владелец божественного посоха. Брахмастра, оружие, затмевающее само Солнце. Неудивительно, - он слизнул кровь с обожжённых кулаков, раны на которых затягивались на глазах. - Ты… вампир? – насторожился Арчер. - Я уже сказал – я отрёкся от своей человечности! – воскликнул Дио. – И раз передо мной владелец посоха Солнца, то для меня будет только удовольствием уничтожить тебя и твоего Мастера. Мой Мастер хотел сделать это собственноручно, но я решил замарать руки вместо него. - Сначала тебе придётся убить меня, отродье! – прошипел Арчер. Дио был на вражеской территории, под действием его ослабляющего Фантазма, и совершенно один. Дрона осознал, кто на самом деле его враг, но даже сила вампиров не могла давать ему такой уверенности в собственной победе в максимально невыгодных условиях. Потому, наступая и нанося удар за ударом по ухмыляющемуся врагу, что отбивался ударами кулаков жёлтого духа, Слуга всё больше и больше начинал сомневаться, а какой ещё козырь может он таить. Несмотря на кажущуюся мощь духа, его ослабленное состояние сравняло его силы с силами Дроны. Арчер без проблем отражал каждый удар кулака с круглыми набалдашниками на каждой костяшке, но контратаковать Дио не представлялось возможным без того, чтобы подставиться самому. Потому они уже десять секунд стояли на одном месте, не в силах найти уязвимость в обороне друг друга. - Ха! – подловив духа на лишнем движении, Дрона присел и ткнул острым концом Брахмаданды в его тело. Раз ожоги от ударов духа появились и на кулаках самого Дио, то и ранение в торс должно повести себя таким же образом… - Бесполезно! – хмыкнул вампир, и его дух с лёгкостью уклонился, просто отлетев в сторону. Выпад ушёл в пустоту, а навстречу Арчеру уже устремился кулак. - Не так быстро! – развернув посох, Арчер отступил влево, спускаясь по крыше вниз и пропуская над собой удар. При этом ему не составило труда лишь немного скорректировать траекторию движения противоположного конца Брахмаданды, чтобы она проткнула руку духа, а после рвануть на себя, вниз, расширяя рану. Дио охнул, а дух тут же исчез. Не теряя ни мгновения, Арчер сотворил лук и, вложив в него посох, набрал воздуха, собираясь произнести имя Фантазма, но вампир его опередил: - Твои старания столь же бесполезны, как попытки мошки пробиться сквозь стекло! Za Warudo! Tomare Toki wo! И всё вокруг застыло. Едва заметный ветер, дующий с холмов, остатки снега, поднятые в воздух их битвой, натянутая тетива, выражение лица Арчера – всё остановилось, словно было заморожено неведомой силой, что олицетворяла фигура, вновь появившаяся за спиной Дио. - Ты смог ранить меня. Примитивной уловкой, сработавшей лишь из-за твоего Барьера, - презрительно бросил Слуга, наблюдая, как рана, хоть и неохотно, но стягивается. – Сила Солнца твоего посоха ослаблена, так как твой Мастер не снабжает тебя достаточным количеством маны. - Но, как я уже сказал, все ваши Фантазмы – ничто по сравнению с силой Стандов! – возопил он в застывший ночной воздух. – И в свои последние мгновения жизни, что начнутся через восемь секунд, ты осознаешь истинную способность моего The World. Короткий удар и грудь Дроны была пробита насквозь рукой станда. Кровь, вылетевшая из его спины, тут же застыла во времени, как и всё вокруг, а сердце, сжимаемое кулаком The World, было сокрушено в мгновение ока. - Вот и всё, Дроначарья. Даже герой Индии не способен сделать что-то во времени, что было остановлено для всех, кроме меня. Твой посох Творца Мира не позволяет рядом с собой рождаться ложным мирам, Зеркалам Души… Но как видишь, он не смог остановить рождение моего Мира, ха-ха-ха! Дио расхохотался, в то время как его станд с хлюпающим звуком вытащил руку из обширной раны в груди Арчера. Отвернувшись от уже мёртвого, но не осознавшего этого Слуги, вампир отошёл на несколько метров и поднял правую, уже полностью зажившую руку: - Осталось две секунды… Одна секунда… Ноль. Время осознать, что ты мёртв, Арчер, настало. И время возобновило свой ход. Невероятная боль пронзила грудь Дроны. Он не смог даже выдохнуть из себя стон или хрип – могучий удар выбил из его лёгких весь воздух, и через секунду он кубарем покатился по земле, обрушившись на неё с высоты десятка метров. Его тело остановилось только у самого забора особняка, и только тогда Слуга осознал, насколько всё плохо. Уже ничего не чувствующей рукой он коснулся обширной прорехи в своей груди. «Ч-что? Но… как? Удар, совершённый в одно мгновение… Как тогда, с Лансер…». Земля вокруг него обильно заливалась кровью. Ранение было фатальным, но Арчер знал, что у него было ещё несколько минут, чтобы забрать врага с собой. Пока Дио его не обезглавит, он будет способен сражаться даже без сердца… Внезапно ещё одна боль дала знать о себе. Что-то воткнулось ему в бедро, и невероятным образом этот предмет на мгновение даже пересилил ощущения от дыры в груди, заставив Слугу испустить тихий свист вместо стона. Схватившись за него, он ощутил под пальцами дерево и воткнутый в плоть металл, и вытащил из раны… стрелу, что раньше видел у Дио в руках. Откуда? Это было неважно. Бедро было ранено несильно, и не могло помешать сражаться, потому Дрона выкинул её и медленно поднялся на ноги, прикидывая, сколько времени у него ещё осталось. - Хо? Ты ещё жив? – донеслось сверху. – Что же… Иногда легенды о героях, что сражались даже при смерти, бывают назойливыми. Надо было тебе размозжить голову. На землю перед ним приземлился Дио. Он оценивающе осмотрел истекающего кровью врага, и начал медленно наступать вместе со своим стандом. А Дрона, только принявший вертикальное положение, скорчился и упал на колени, ощутив, как из раны на бедре по всему телу разливается обжигающее тепло, заставившее все мышцы в его теле сократиться. Дрожа от боли и этого жара, он стиснул до скрипа зубы и попытался снова встать, но новый спазм скрутил его, повалив окончательно на землю. -…или нет? Видимо, это лишь предсмертные конвульсии. Ты очень хочешь убить меня и спасти своего Мастера, только это придало тебе сил бороться со смертью. Но я уже огласил твою судьбу… Умри, Дроначарья! Станд занёс кулак, чтобы обрушить его на голову Слуги и размозжить её, но в последнее мгновение Дио обратил внимание на нечто, блеснувшее в темноте недалеко от Арчера, и в страхе отпрыгнул назад. - Это… Не может быть, - он залез рукой за пояс, но не обнаружил при себе стрелы. – Стрела… Сама выбрала его? Или просто выпала? Нет, она его точно ранила… Но он сильно ослаблен. Его дух может быть силён, но у него нет ничего, что позволило бы дать жизнь станду. Поэтому… Кулак The World вновь рассёк воздух, и на этот раз Дио не остановило бы ничто. Через мгновение Арчер был бы мёртв окончательно, а спустя считанные минуты – и все, кто был в этом особняке. Лансер, Рин и Широ, ушедшие из дома, вернулись бы в импровизированный дом ужасов, в котором не выжил никто. Любое сопротивление, положенное союзом Слуг, было бы уничтожено. Но этому помешала эфемерная рука, перехватившая кулак станда Дио в считанных миллиметрах от виска Дроны. Цветастая, одетая в контрастную оранжево-синюю перчатку рука не дала убить Арчера, и вампир, увидев её, в страхе отпрянул. - Ты думал, что убил меня, отродье, - прохрипел Дрона, поднимаясь на ноги. Призрачная рука продолжала сжимать руку The World, не давая ему завершить удар. – Но похоже, судьба сегодня не на твоей стороне. - Не… Невозможно!.. – воскликнул Дио. – Как ты смог… - Ты, кажется, обронил свою зубочистку, - сквозь боль усмехнувшись, кивнул Дрона на лежащую в снегу Стрелу. – А я неудачно споткнулся об неё. И, благодаря ей, теперь не только владею несовершенными и слабыми Фантазмами, но и одержим таким же духом, что и твой. Да и, похоже, подлечила меня твоя зубочистка, спасибо ей за это. - Ты… Твоя сила всё равно ничто по сравнению с моим The World! – отрезал вампир. – Какой бы станд у тебя не пробудился, ты не способен мне противостоять! ZA WARUDO! - The Bollywood! – воскликнул в ответ Дрона, ударяя призрачным кулаком по себе. И вновь время остановилось. Но Дио, не веря своим глазам, увидел, как ранее недвижимая фигура Арчера теперь даже не думала замирать. Выпрямившись во весь рост, Дрона встал в боевую стойку, а позади него появился разукрашенный в самые кричащие и контрастные цвета станд, сжимающий в левом кулаке Брахмаданду. - Вот что, значит. Остановка времени... Больше никаких трюков, Дио. Я исключил себя из логической цепи твоего Фантазма, и больше он не повлияет на меня. - Невозможно… - пробормотал вампир, изучая новоявленный станд Дроны. – Ты ещё пожалеешь о том, что перешёл мне дорогу, Дроначарья. - Я не думаю, что успею пожалеть о чём-то прежде, чем твоя голова разлетится на мелкие кусочки, - покачал головой в ответ Арчер. – Настало время умереть тебе, вампирское отродье. - Я был бы рад сравнить скорость наших ударов, - Дио вновь надел надменную ухмылку, - но Мастер воззвал ко мне за секунду до того, как время остановилось. Поэтому на этот раз ты останешься жить, Дрона. - Ты никуда отсюда не уйдёшь! Аргх!.. – воскликнул было Арчер, но, попытавшись сдвинуться, снова ощутил сокрушающую боль в груди. - Ты был на грани смерти, и тебя удерживает на этом свете только твой Мастер. Я бы мог убить тебя одним ударом, но мне стало интересно сразиться с тобой в полную силу. Возрадуйся же за свою жизнь и жизнь своего Мастера, Арчер! Я вернусь и тогда мы узнаем, чей станд будет сильнее – будущего повелителя мира, или ничтожного брахмана, живущего лишь за счёт даров других! Хохоча, Дио взлетел и направился куда-то за холмы на север, а Дрона обессиленно опустился на землю, наблюдая, как время вновь возобновило ход спустя несколько секунд. - Вот я и стал проклятым, Брахма, - горько усмехнулся учитель. – Ради собственной цели я стал одержим духом. Но меня уже ничто не остановит. Ради неё… я преступлю все законы мироздания, но добьюсь Грааля, даже если это значит быть проклятым тобой навсегда!