Fate/Hypnagogia: Master of All Worlds

Он бежал. Бежал, ибо не мог сидеть на месте, находиться там, где он уже более не должен был быть. В город, в переулки, через улочки – куда его поведут ноги. Почему он поддался секундной слабости? Это же было очевидно. Зелёная не оставила бы его без защиты от экстренных ситуаций. И всё же, почему он даже не задумался о таком варианте развития событий? Был опьянён свободой и ощущением реальности? Был рад избавлению от последних оков? Был просто глупцом, так ничему и не научившемуся за это время? Произошедшее было столь обидно, столь позорно, что Фэйтер непроизвольно вновь воздвиг порочные стены вокруг своего эго, защитившись от элементарного «в этом виноват только ты». Ему было почти физически больно от упущенного шанса, от осознания, что он снова заперт в собственном сознании. Ах, если бы только он задумался хоть на мгновение… Если бы… Первым его порывом после пробуждения здесь, в иллюзорном мире, было схватить Алтерари и проткнуть себе горло и череп, вернуться обратно в Библиотеку при помощи самоубийства. Но одна мысль обожгла его разум быстрее холода стали: а что, если после возвращения он окончательно потеряет шанс пробудиться? Что, если он смог это сделать в этом мире лишь потому, что это… особый мир? Особая история? И если он покинет его... Именно поэтому Фэйтер сейчас нёсся по улицам Фуюки куда глаза глядят. Именно поэтому он очнулся спустя неизвестное количество времени на побережье по щиколотку в океанических волнах, непрерывно глядя на лунную дорожку полнолуния. Он был в смятении и ошеломлён, но здесь шум океана и ласкающая его ступни вода постепенно успокаивали его разум. Ему нужно совсем немного времени, чтобы прийти в себя и спокойно подумать над произошедшим. Совсем немного… Но его пожеланиям не было суждено сбыться. Его мысли были столь разрознены, что ни о каком пассивном использовании Вопреки Судьбе и не могло идти речи, и именно сейчас он почувствовал, что кто-то посмел нарушить его одиночество в минуту слабости. Обернувшись, Фэйтер крепче сжал рукоять своего ртутного меча, но никого не увидел на пустынном побережье. - Вылезай из духовного облика, - приказ был произнесён тоном, не признающим возражений. Ему послышался тихий смешок, точно рассчитанный, не звучащий слишком нахально, скорее заигрывающе, и именно потому он не выдернул наглую воительницу из её невидимой формы самостоятельно, зарыв при этом лицом в песок. Терпение подходило к концу, как Скатах наконец-то соизволила появиться перед ним в прозрачном ночном воздухе. - Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен прирезать тебя прямо сейчас. - Нечасто я вижу, как Слуги бегают по ночному городу и наводят при этом переполох, - Лансер невозмутимо оперлась на воткнутое в землю копьё. – Тем более странно видеть здесь тебя. - Кажется, мы уже начинали так разговор. Не пора ли нам начать уважать изначально заданную тему обсуждения? - Я не понимаю, о чём ты говоришь. - Правда? – Фэйтер нахмурился. – Действительно, мы с тобой ещё не встречались лицом к лицу. Откуда тогда это странное ощущение? Он пошевелил ногой, чувствуя, как она глубже зарывается в песок под водой. Приятное ощущение. Ему уже немного лучше. И, может, даже хорошо, что теперь он не один… - Мы встречаемся лицом к лицу впервые, Слуга Фэйтер. - Твоя правда. Их взгляды встретились. Фэйтер с интересом наблюдал, как его изучает противник – такого пристального осмотра ему уже давно никто не устраивал. На мгновение он даже почувствовал себя неуютно. Даже когда кто-то старательно раздевает тебя взглядом, это ощущается гораздо слабее, чем анализ, проводимый сейчас Лансер. - Зачем ты последовала за мной, зная, что ты не вернёшься обратно? - Мне всегда есть куда возвращаться, - Фэйтеру показалась капля горечи в её словах, и его разум пронзила неожиданная мысль. - Я могу устроить так, чтобы тебе больше некуда было возвращаться. - Надеюсь, до тебя дошло, что я говорила не про особняк Тосака… - Я могу устроить так, чтобы ты умерла окончательно, - перебил её парень, делая шаг вперёд из воды. Скатах не поменяла позы, но он почувствовал, что она приготовилась. Аура вокруг неё сгустилась и от воительницы ощутимо повеяло угрозой, но он лишь отмахнулся от опасности. - Мы можем заключить сделку. Услуга за услугу. Видишь ли, я больше не заинтересован в этой Войне… А ты способна помочь мне, получив взамен своё желание. Они стояли друг напротив друга несколько минут. Фэйтеру было забавно наблюдать за притихшей Лансер, явно взвешивающей все «за» и «против». Он мог бы без труда склонить её к сотрудничеству силой мысли, но ему хотелось увидеть её самостоятельное согласие, искреннее, не затронутое его влиянием. - Как ты это сделаешь и что нужно тебе? – наконец прозвучал ответ. - Представить Грааль у себя в руке мне несложно. А мне нужно твоё мастерство Рун, - парень растворил свой меч и развел руки в дружелюбном жесте. – Для тебя же не проблема погрузить человека в глубокий транс?..

***

Окружающий мир начал медленно проявлять себя. Всё тело Алисии, словно онемевшее, вновь обретало подвижность, разгоняя кровь волнами мурашек по телу. Пробуждаясь от долгого сна, она сонно моргнула, щурясь от света фонаря неподалёку. Где она? На улице стояла ночь. Улица какого-то города, странно знакомого, будто она уже видела его. Но где? Помотав головой и покачнувшись при этом, потеряв равновесие, Алисия с трудом вновь выпрямилась, осматриваясь внимательней. Мало того, что она очнулась в этом странном месте, так она ещё была не одна. Рядом с ней стоял и точно так же приходил в себя мужчина, тоже знакомый ей. Что, черт возьми… Осознание пришло ей в одно мгновение, оглушив её тяжёлым знанием произошедшего. Она проникла в книгу, чтобы остановить Фэйтера, и что-то пошло не так. Ибо сейчас стояла поздняя ночь, а не утро, да и угрожающие слова про второй акт истории ясно подтверждали её размышления. Это значит… - Мы попали в тридцать вторую главу, - продолжил её мысли Холмс, уже пришедший в себя. – Это нарушает все наши планы. - Что мы тогда будем делать? – беспомощно спросила Алисия. - Действовать по обстановке. Сыщик быстро взглянул на наручные часы. Его глаза забегали по окружению, ни на чём конкретно не останавливаясь, пока он думал над сложившейся ситуацией. - Четыре часа три минуты, тридцатое декабря. Фэйтер наверняка раздал указания Слугам сразу, и потому нападение Зибеда на особняк Тосака произошло в любом случае. При этом Избранный присутствовал на призыве Цао Цао и не мог совершить нападение на Берсеркера. В книге дальше идёт провал до ночи тридцать первого декабря, и я считаю, что Фэйтер действительно не стал бы нападать ещё на кого-то… Нейтрализация Ринтаро теперь не имеет смысла, и нам нужно что-то сделать с нашим клиентом. - А если мы обратимся за помощью к остальным Слугам? - У нас нет на это времени, - покачал головой Шерлок, хватая девушку за рукав и срываясь с места быстрым шагом. – У нас есть несколько часов, прежде чем Фэйтер поймёт, как проснуться обратно. Может больше, но лучше исходить из худшего варианта. Хотя, знаешь… - сыщик внезапно остановился, и Алисия от неожиданности налетела на него со спины, чуть не повалив их обоих. Однако Холмс, похоже, не обратил на это внимания. - Это ведь Элементарно, мой друг, - неожиданная улыбка появилась на лице мужчины. – Чтобы победить врага, подружись с его врагом. И церковь находится… ага, мы в Синто, превосходно, меньше бежать. За мной, Алисия! - Что… Зачем?! – вскрикнула она, когда Холмс снова дёрнул её за собой, переходя на бег. - Нам нужен заклятый враг Фэйтера. В этой Войне есть один такой Слуга.

***

- …сука, тварь, наёмник хренов, - бормотал себе под нос Берсеркер, с ноги распахивая дверь, ведущую в церковь. Грохот эхом разнёсся по церкви, пустующей уже долгое время. С железным топотом Слуга пошёл дальше вдоль длинных рядов скамей, уже кое-где сломанных, к воротам. Несколько дней назад сюда ворвались Арчер вместе с красной чародейкой и белым стрелком, и были выпровожены вон, хотя Берсеркеру очень хотелось пристрелить каждого из них. И сейчас ему очень хотелось, чтобы кто-нибудь заявился сюда снова, чтобы на этот раз уж точно разрядить пару зарядов дроби незваному гостю в голову. И потому, когда за внешними воротами церкви на дороге он увидел две бегущие во весь опор фигуры, Слуга лишь злобно облизнулся, нащупывая под полами своего плаща рукоять дробовика. Но прежде чем он успел раскрыть рот, два силуэта остановились в свете фонаря в двадцати метрах от него и один из них громко произнёс: - Стой, Берсеркер, мы пришли сюда не для сражения! «Какие забавные», - хмыкнул Слуга, делая несколько шагов вперёд и сокращая дистанцию. – «Но кто они? Не видел такого лица раньше…» - Я знаю, где находится Фэйтер, - продолжил мужчина средних лет с тростью в руках, и этих слов хватило, чтобы Степан застыл. Тяжёлое сопение донеслось из-под капюшона, прежде чем он ответил: - Я тоже знаю, где он находится. В окрестностях этого города. Твои бесполезные советы мне ни к чему! - Я знаю не только, где он конкретно, но и как его победить, - продолжил странный незнакомец, и Берсеркер окончательно запутался, переводя взгляд с него на миловидную девушку с пепельными волосами рядом и обратно. Что это за люди и откуда они знают про их вражду? - Кто вы? - Шерлок Холмс, Слуга класса Рулер, - представился сыщик, подходя ближе. – И моя спутница - Алисия. - Рулер? – даже из-под капюшона можно было увидеть удивление на лице Берсеркера. – А, эти… Что-то знакомое. Что, мне теперь нужно будет надрать задницу не семи, а восьми Слугам? - Нет, только одному, - Холмс покачал головой. – Я материализовался здесь только потому, что Фэйтер прямо нарушает законы Войны Святого Грааля. Его силу повелевать Судьбой, конечно, я превзойти не могу, но я знаю его слабость. Против неё он не устоит. Сыщик, естественно, не рассказывал всего. Слабостью Фэйтера была, разумеется, Алисия. Его реакция на собственное творение, собственный искалеченный идеал должна быть чрезвычайно сильной и наверняка сопроводится шоком. Секунда, может две, когда Повелитель Судьбы будет абсолютно беззащитен. Единственное, чего не знал Шерлок, это способа наверняка предотвратить пробуждение Фэйтера. Даже такой непривычный концепт его Фантазма, помогающего разгадать любую тайну, подсказал лишь идею взять Берсеркера к себе в помощь. Интуитивно Холмс понимал, что он действительно является ключом для усмирения Фэйтера, но… что с ним нужно сделать? Убить? Договориться? Первое было легче сделать, чем второе, но сработает ли это? Может, Алисия смогла бы в его момент слабости повлиять на него при помощи своей способности, своего зачатка Вопреки Судьбе? Если бы работал именно он, Холмс, то шанс бы был, но довериться кому-то в таком ненадёжном деле… Именно поэтому сыщик решил просто убить Фэйтера. Если он не совершил самоубийство, не вернулся сам, то значит боится сам такого исхода событий. - То есть ты предлагаешь довериться твоему «плану», пойти неизвестно куда в призрачной надежде на то, что я убью этого подонка? – ехидно уточнил Степан. - Примерно так, - без тени улыбки согласился Холмс. – Но мы пойдём в конкретное место, и надежда отнюдь не призрачна. - Нет, народ, спасибо за интересное предложение, но я не настолько доверчив, чтобы доверять «случайно» встретившемуся решателю всех проблем. Я сегодня добрый, я сегодня никого не убил… так что валите отсюда – разрешаю. Берсеркер развернулся и было сделал шаг обратно, в сторону церкви, как его окликнул девичий голос: - Но нам нужна твоя помощь, Степан! Сам не зная почему, он остановился. Что произошло? Почему простая просьба всколыхнула в нём больше чувств, чем реальное предложение убить его заклятого врага? Неужели потому что она исходила от девушки? Нет, что за бред… Но почему ему теперь действительно хочется помочь им? Берсеркер медленно развернулся, вперив взгляд в двоицу. Шерлок стоял всё так же, оперевшись на трость, выжидательно глядя на него, а эта девушка… Алисия вроде? Что-то знакомое промелькнуло в её глазах, до ярости знакомое, а после сменилось таким жалостным выражением, что Слуга не выдержал и со вздохом сказал: - Ладно, хер с вами. Я всё равно не хотел возвращаться к этому… жмыху. Сейчас поди напивается и рассуждает о том, как тяжела жизнь наёмника, - и он сплюнул, поддерживая отвращение в своих словах. - Превосходно, - первая едва заметная улыбка показалась на лице Холмса. – Тогда прошу поспешить за мной, у нас не так много времени. - Постой, паровоз, - возразил Степан. – Куда спешим-то хоть? - На побережье. Фэйтер точно должен быть там. А пока мы идём, я, пожалуй, расскажу о том, что есть такое Фэйтер на самом деле… Информация будет для тебя и полезна, и интересна. Развернувшись, Холмс одними губами произнёс Алисии «молодец» и двинулся вниз по улице. Девушка же, на мгновение задержав взгляд на новом союзнике, тоже проследовала за ним, и лишь Берсеркер остался недвижим. - Что сегодня, чёрт возьми, за день такой? – пробормотал он себе под нос и, растворив спрятанный под плащом дробовик, поспешил за парочкой.

***

- Я думаю, тебе уже известно, кто такой Фэйтер в своей основе. Но в его существовании есть несколько тонкостей, которые и делают его чрезвычайно опасным не просто для тебя, нас… Он угрожает мирозданию в целом. - Ого, скачок сразу на спасение мира? Поинтереснее клише нельзя было найти? – хмыкнул Берсеркер, следуя за Холмсом и Алисией по ночным улицам Фуюки. - Я был бы сам рад, если трагедия была меньших масштабов, - вздохнул Шерлок. – Но на всякий случай я посвящу тебя в детали с самого начала – твоя память, насколько я знаю, сильно пострадала из-за призыва в классе Берсеркер. - Откуда ты это знаешь? - Я величайший сыщик, в конце концов, или кто, Степан? Холмс сверился со своими карманными часами и продолжил: - Фэйтер родился в твоём прошлом, когда ты и его прообраз сражались в Шестой Войне. В одном из сражений он открыл в себе способность менять свою судьбу и с тех пор успешно прогрессировал в её владении, доводя её до абсурдной силы в виде изменения судеб других людей через свою. Таких высот он достиг, разумеется, гораздо позже, а в своей первой жизни… В своей реальности он якобы победил в Шестой Войне. - Этот урод бросил меня помирать… Когда мы уже почти выиграли, - прорычал Степан, сжимая кулаки с металлическим хрустом перчаток. – Пожертвовал мной, чтобы забрать Грааль для себя одного… - Ключевое слово, мой друг – якобы. На самом деле Война даже не дошла до своего финала… Тебе же наверняка рассказывал твой Мастер о своей истории. Как Война кончилась, не насчитав и четырёх жертв, как пропал его друг… твой враг. Его история – истинная, и позволь мне сказать, почему. Фэйтер был побеждён другой участницей Войны - Марией и её Слугой Берсеркером. Её мотивы мне непонятны до конца. Может, она поняла, кто он на самом деле, и хотела защитить мироздание, или же хотела просто позабавиться, но она усыпила его при помощи магии. Именно то, что происходило у него в голове, и послужило его историей, и именно на основе этих событий существуешь ты. - Ты меня оскорбил или мне показалось? – угрожающе прошипел Степан. – С каких это пор моя история это выдумка? - Я ни в коем случае не хочу оскорблять человека с двумя дробовиками под плащом, но твоя память уж слишком обрывочна, - полушутя возразил Шерлок. – С другой стороны, история твоего Мастера наверняка гораздо ближе к тому, что происходило на самом деле… Этот мир очень похож на реальность, но он ей точно не является. Потому что в настоящей реальности Фэйтер лежит под чутким надзором своей противницы… Путешествуя по мирам в своём сознании, возвращаясь в Библиотеку, и уходя обратно в странствия по страницам новых историй. Да, про Библиотеку. Это отдельный мир, измерение, где собраны все истории, что были написаны, и будут написаны. Я не знаю её границ, возможно, она и вовсе бесконечна – место, где собрано любое осмысленное сочетание слов, образующих историю. И доступ в неё является эффектом желания, что загадал Фэйтер Граалю в своём сне. Она стала инструментом, с помощью которого он преодолел сложность преодоления границы между мирами, и теперь он пользуется ей для правки историй по своему желанию. - Это, конечно, очень интересная история, - Берсеркер зевнул, - но каким боком она касается меня? - Может быть, она дойдёт не до тебя, а до кого-то другого, - Холмс пожал плечами. – Мы с Алисией пришли сюда по одной-единственной причине – Фэйтер пробудился в реальности и убил Марию. К счастью, она смогла снова погрузить его в сон, и только поэтому он ещё здесь, но если он проснется окончательно, мирозданию реальности может прийти конец. - То есть вы несколько миров спасаете? Уже интереснее, но ненамного. - В целом, ты прав. Когда Фэйтер проснётся, он сможет попасть в реально существующую Библиотеку, не в ту, что всё время была у него в голове. И тогда сотни историй, тысячи сюжетов, возможно сама реальность будет переписана по образу его мысли. Это будет катастрофа для мироздания. И это… это мы и хотим предотвратить. - Про какое, к черту, мироздание ты говоришь? – поморщился Степан. - Это то, что послало нас сюда, - уклончиво ответил Холмс. Повисла тишина. После странного, словно рассказанного больше не для него, а для постороннего наблюдателя монолога сыщик замолчал, сосредоточившись на каких-то размышлениях. Алисия же не произнесла ни слова с того момента, как окликнула Степана, и это было тоже странно. Вся эта парочка, явившаяся будто из ниоткуда, была странной. Но раз они относились к Фэйтеру… Неужели вся его история, вся память Степана была лишь выдумкой?.. - Мы близко, - нарушил тишину Шерлок, останавливаясь. Следуя за сыщиком, вся троица пересекла Синто, прошла по мосту и приблизились к побережью Миямы. Городская застройка уже давно кончилась, сменившись редкими домами, перемежающиеся участками полей, а впереди виднелась небольшая лесополоса, за которой должен был скрываться пляж. Почему-то именно сюда и привёл их сыщик, теперь внимательно всматривающийся в промежутки между деревьями. - Степан, у тебя будет секунда, может, чуть больше, когда Фэйтер будет не в состоянии ответить на атаку. Ты поймёшь, когда это произойдёт… Сделай так, чтобы он не пережил твоего выстрела. - Не грузи учёного, - огрызнулся Берсеркер, закидывая на плечо дробовик. – Я слишком долго возился с этой тварью, чтобы промахнуться в этот раз. - Главное, не отсве… Не показывайся ему на глаза, - Холмс быстро поправил себя, загнав внезапное слово от своего второго «я» куда подальше. – Всё должно выглядеть так, будто мы одни. Пошли, Алисия. Девушка кивнула и двинулась первая вперёд. Шерлок же, ловко набив трубку, пошёл за ней, раскуривая табак и пуская облака дыма в склоняющееся к утру небо. «И какого дьявола здесь происходит?»

***

Океан был, как всегда, красив. Он всегда восхищался им, и он всегда был его источником вдохновения. Вода, в её любом проявлении – дождь, река, озеро, море, океан… Пожалуй, это было его стихией. Всё же его верный слуга, его самая первая фантазия, Зибед был магом льда… Его размышления длились недолго. Скатах отказалась совершить сделку сейчас, и теперь он ждал её возвращения. «Завершить то, что должно быть сделано», - да, когда ты собираешься отправиться в путешествие в один конец, тебе стоит отдать последние долги. Но потревожившим его покой была не воительница земель Тьмы. Раздражение Фэйтера было достаточным, чтобы он опустил одну из стандартных фраз, что говорят в таком случае. Поднявшись с холодного песка, он отвернулся от океана и постепенно бледнеющего неба на востоке и обратил свой взор на новые действующие лица. И он даже удивился, ведь они были действительно… новые. Он их раньше не видел. - Ростер Войны всё ширится, как я погляжу? – хмуро поинтересовался парень. – Ты кто ещё такой? - Шерлок Холмс, Слуга класса Рулер, - склонил в приветствии голову сыщик. – Похоже, я был призван сюда из-за тебя, Фэйтер. - Глупости. Рулер призывается лишь в случае, когда требуется регуляция Войны из-за альянсов Слуг. К примеру, объединение всех семи участников… - И нынешняя ситуация, по-твоему, не удовлетворяет этим требованиям? - Конечно нет, - улыбнулся Фэйтер. – Ведь я и есть судья этой Войны. И я определяю победителя и будущего обладателя Святого Грааля. Слуга вытянул перед собой левую руку. Яркий золотистый свет вспыхнул на его ладони, и мгновение спустя там оказалась небольшая чаша из чистого золота, сияющая в темноте убывающей ночи словно второе солнце. - Мало того, что я сомневаюсь в возможности призыва тебя Граалем, мистер Холмс, на место Рулера, так ты еще и появился не в лучший момент. Я кое-кого жду, а ты можешь помешать моей встрече. Тебе будет лучше покинуть меня… Я всё равно ненадолго задержусь в этом мире. Рука с чашей опустилась вниз, а в правой ладони материализовалась рукоять меча. Алтерари зловеще блеснул золотом, а сам Фэйтер явно что-то задумал, как… - Фэйтер, подожди, - послышался чей-то голос и Слуга внезапно застыл. Девушка, стоявшая рядом с Холмсом, произнесла эти слова. Её пепельно-серые волосы, ниспадающие на лицо, тонкая фигура… раскосые глаза, скользнувшие по нему, остановившиеся на нём. Почему её слова заставили его вздрогнуть? Встряхнув головой, Фэйтер было открыл рот, но она его перебила, шагнув вперёд: - Я хочу… показать тебе кое-что. И снова – словно электрический ток сквозь всё тело, сковывающий движения, останавливающий мысли. Словно он вызывал ответную реакцию, но какую, чёрт возьми? Что с ним не так в последние часы? Это всё из-за пробуждения? - Ты… Кто?.. – прохрипел он внезапно пересохшим горлом. - Фэйтер, - повторила она, приближаясь к нему, и парень понял, что его что-то приковывает к месту. Не заклинание, не проклятье, не корни растений… Он просто не мог сдвинуться с места, обезоруженный этой странной девушкой, такой внезапно похожей на… Кого? Их разделяло несколько шагов. Девушка двигалась очень осторожно, медленно приближаясь к застывшему Фэйтеру. В его глазу отчётливо читались удивление, испуг, недоумение. В её глазах… в её глазах парень видел что-то до боли знакомое, нечто, что он будто потерял давным-давно. Что-то заскребло у него на душе, острая боль то ли ностальгии, то ли тоски пронзила сердце. Задрожали руки. Задрожали… - Это я, Алисия, - нежно прошептала девушка, подходя совсем близко. – Ты узнаёшь меня? Фэйтер не мог ответить. Её образ был до боли знакомым, до острейшей боли, словно кто-то вонзил ему только что нож в саму душу. Очень знакомая боль, которую он давно позабыл… Только ведь не в душу он был воткнут, но в память. Да, почему-то её голос, её черты лица, её фигура вызывали лихорадку, что была отголоском того, как он… - Алисия снова с тобой… Я вернулась к тебе, Кай. Прикосновение её ладони к щеке. Одно мимолётное касание – между ними проскакивает искра. В одно мгновение Фэйтер… Кай чувствует всё, осознаёт произошедшее с ней. Произошедшее с ним. Как давным-давно он сделал невозможное и как сотворил с ней невозможное… В одно мгновение он переживает всю её боль расколотых идеалов, боль осколка его же души, отданного собственному творению. Невозможно что-то скрыть от человека, который был твоим соулмейтом. Невозможно избежать обмена мыслями, чувствами, эмоциями, касаясь своей второй половины… Воспоминания о собственноручно вырезанном фрагменте вернулись на своё место. А вместе с ними вернулось и старое, забытое чувство, что он хотел забыть навсегда. Тревога. Смятение. Страх... Зависть? Лицо Фэйтера на мгновение исказилось. Его зрачок потемнел, а горло напряглось, словно он хотел закричать. Всё его тело вздрогнуло в момент касания Алисии, и она даже не успела осознать, что произошло, как он исчез. Фэйтер растворился в воздухе, не оставив и следа, и лишь золотая чаша, потеряв опору, с глухим стуком упала на песок. - А? – только и произнесла она, не сразу поняв, что произошло. Но последовавшая волна, прокатившаяся сквозь её тело, заставила застыть её в шоке. Это ощущение нельзя было с чем-то спутать. Воспринимаемое одним лишь шестым чувством, это было ничто иное, как… - Проклятье! - донеслась ругань сзади, а перед Алисией материализовался Берсеркер, уже поднявший дробовик на уровень, где только что была голова Фэйтера. Испуганно отпрянув, она с трудом отвела взгляд от чёрного дула, от указательного пальца, уже готового дожать миллиметр до выстрела. Ведь он мог это сделать, хотя бы от злости вновь упущенной цели… - Мы упустили его, - прошептала девушка, опуская дрожащую руку. Ощущение тепла, близости на кончиках её пальцев до сих пор было живым, словно она до сих пор касалась Фэйтера. - Да неужели, - прошипел Берсеркер. – А я будто не догадался! - Успокойся, Степан, - подошёл Холмс, докуривая на ходу трубку. – Во всяком случае, здесь виновата не Алисия, а я, и срывать злость надо на мне. Я не думал, что его разум настолько сильно расколот, и одно прикосновение заставит его потерять сознание. Сверху наложился чрезвычайный шок… Похоже, что он проснулся. Прискорбно. - А это и неважно, - Берсеркер поддел ногой лежащую в песке золотую чашу и подбросил её, поймав на лету. Она тут же отозвалась усилившимся сиянием, греющим кожу и душу. – Настал мой черёд загадать желание этому Граалю! - Перед тем, как ты определишься со своим желанием, я тебе скажу две вещи, - предостерегающим тоном сказал сыщик. – Первое: Грааль не сможет достать его из настоящего, когда мы лишь в его воображении. Он не дотянется через границу этого мира и границу между сном и реальностью. - Как мило для всемогущей чаши быть не всемогущей. - А второе… Грааль проклят ещё с Третьей Войны. Ты не получишь от него ничего, кроме извращённой трактовки своего же желания. Взгляды Степана и сыщика пересеклись. А Алисия вздрогнула. Волна, прошедшая сквозь неё, не успокоилась. Словно резонируя с чем-то, она всё сильнее колыхалась у неё в груди, вызывая тошноту. Её повело в сторону и она не упала только потому, что Берсеркер вытянул руку и схватил её за плечо. - А с тобой что? – хмуро спросил он. - Мир… гаснет, - девушка сглотнула подступивший к горлу ком и попыталась выпрямиться. Получилось с трудом. Её буквально укачивало на ровном месте. - Проклятие Фэйтера, - кивнул головой Холмс. – Цена, что он заплатил Граалю за свой инструмент путешествия между мирами. Посетив мир единожды, он обрекает его на смерть – напрямую разрушая его сущность, или оставляя после себя лишь руины. - Нам нужно спешить, - нетвердой походкой Алисия подошла к сыщику и оперлась о его руку. – Мы можем исчезнуть, если не уйдём отсюда. Мир стал размываться, будто кто-то потянул за нитку его полотна, и за ней потянулись сначала краски, потом звуки, ощущения, ясность сознания, раскраивая и портя искусно вышитый ковер… Он действительно стал распадаться. Теперь это чувствовала не только Алисия, но и Шерлок, и Степан. - Я устал от этого дерьма, - плащ с капюшоном полетели на землю. – Если моя история – ложь, а этот сраный ублюдок теперь воплощается в реальности, то я больше не хочу иметь с ним дела. Если он не смог его одолеть вместе с абсолютным козырем, то в чём смысл бороться против такой богоподобной сущности? Если он – лишь дух мщения, вызванный ради препоны или потехи в этот мир, то есть ли смысл от его существования? Если он – не настоящий… Рука в металлической перчатке поднялась к светлеющему, уже почти чёрно-белому небу, поднося святой сосуд ближе к пропадающим звёздам. Уже не золотой, но серо-стальной блеск Грааля от восхода, что никогда не наступит – сияние абсолютной силы, воплощения всех желаний, только вселил уверенность в его мысли. И какая бы тьма в нём ни таились… - Я больше не желаю мстить Фэйтеру, - сквозь зубы прошипел он, осознавая, как странно и страшно это - отказываться от смысла своего существования. – Избавь меня от этого проклятья. И мир разбился вдребезги, как чаша, что он сжимал в своей руке – на мириады блестящих осколков, в которых он сумел различить монохромный мир, чей-то метнувшийся к нему силуэт, обжигающее касание на щеке… Различить что-то, кроме вечной ярости и злости. Кроме этого проклятого мира.

And as we wind on down the road Our shadows taller than our soul There walks a Fater we all know Who shines white light and wants to show How everything still turns to void And if you listen very hard The tune will come to you at last

When all are one and one is all

To follow fate, to play the role

And he's buying a Stairway to Heaven