Умейте списывать, господа!

Всю следующую неделю до четверга мои мысли скакали от "Пффф, вообще пофиг, она просто нашла у меня шпору, все мы списываем", до "Твою мать, она спалила меня, я так низко пала в её глазах! Боже, как же стыдно!" Но больше всего я думала не о результатах контрольной, не о том что я была поймана с поличным, а о действиях исторички. Мне ночами снилось как она наклоняется надо мной, берет ручку и гладит ей мою ладонь и запястье. В тот четверг я сразу по приходу домой резко сорвала скотч со шпорой, смяла, выбросила, и после весь день лежала в депрессии, осуждая себя за содеянное. Но в то же время я не могла понять действий Тамары Дмитриевны. Зачем она гладила меня? Почему не отчитала? В общем, вопросов много, а ответов нет. Чувства после того четверга ещё сильнее заполонили душу, ведь объект обожания вот так откровенно напомнил о себе. Я каждый день пересматривала фотографии учительницы, ведь во время урока она включает презентацию и многие фотографируют ее, для более удобного повторения дома, но в итоге просто удаляют фото. И я так тоже делала по началу, пока не поняла, что в объектив иногда попадает Тамара Дмитриевна. С тех пор презентация только предлог, чтобы сфотографировать учителя, мне кажется она даже замечает это, но не говорит ничего. Что-ж, раз законом не запрещено, я продолжаю фотографировать преподавателя, а после всю неделю рассматривать фотографии. Я создала специальную папку в телефоне только с её фото, не дай бог увидеть это кому-то! Учебный день в среду был завершён, но думать о том что завтра история, мне не хотелось, ведь зная себя, могу с уверенностью сказать, что покраснею, как только увижу учителя, а это крайне неловко. Но как бы мне не хотелось, домашнюю работу на четверг я должна была сделать. Открываю дневник, смотрю на домашнюю работу четверга, закрываю и вою на всю квартиру, ещё долго не прикасаясь к нему. Расстроена я отнюдь не тем, что нам задали слишком много упражнений или параграфов, хотя и этого было предостаточно. Вместе с домашней по истории аккуратно, той самой несчастной ручкой, было выведено "тест по датам". Даты. Снова даты, которые я не выучу к завтрашнему дню. Обречённо вздохнув, я отложила дневник в сторону и взяла в руки телефон. Открыв беседу класса, я ничуть не удивилась. Все говорили о тесте по датам на завтра и обсуждали, как будут списывать. -Списывать... Нет. Нет, нет и нет! Я не стану снова делать это, меня только недавно спалили, - рассуждала я, - даже не буду думать об этом! Но я думала. Много думала, и я не знаю что победило в этом раздумье, но точно не разум, по скольку вскоре я уже готовила новую шпаргалку. В четверг я не торопясь зашла в класс, прохладно улыбнулась учителю и села на свое место, то и дело чувствуя на себе взгляд карих глаз. Доставая учебник и тетрадь на парту, я достала и то, что было на парах со мной всегда. Упаковку жевательной резинки. Знакомьтесь, моя шпора, меня же просили быть оригинальней. Принцип действия этой шпаргалки был следующий: на обратной стороне упаковки, где обычно пишется очень много текста мелким шрифтом, была приклена бумажка с датами, исписаная в таком же формате. Издалека, создавалось впечатление, что у меня на столе просто лежит обычный "орбит" с цитрусовым вкусом. Когда мне понадобится что-то подглядеть, нужно просто сделать вид, что я от скуки играюсь со всем что попадётся под руку, в том числе и с жвачкой, переворачивая ее. Таким образом я смогу увидеть ответ и не вызвать подозрений ни у кого. Гениально, правда? (нет) Итак начался урок. Я старалась не смотреть на учителя, но вновь почувствовав на себе её взгляд, я подняла глаза и не смогла их отвести. - Здравствуйте, класс, - как обычно начала она, - я обещала вам небольшой опрос по датам, так что... - Ну Тамара Дмитриевна, - раздались привычные стоны, - может не надо, а? - Надо, Вася. Надо. - рассмеялась она, отдавая первым рядам листы с заданиями, - передавайте друг другу тест. С первых же вопросов я поняла, что мусолить свою жвачку буду часто. Итак, делая максимально скучающий вид я перевернула упаковку, списала дату и вернула в изначальное положение. Всё идёт гладко. У подруг своя стихия, раздаётся шёпот, поэтому оглушительной тишины в кабинете не было. Учитель привычно ходила между 1 и 2 рядами, цокая шпильками по полу, иногда делая короткие замечания тем, кто шептал слишком громко. Я в это время уже который раз переворачивала жвачку, успешно списывая, как вдруг снова почувствовала на своей спине уже знакомый взгляд. Оборачиваться смысла не было, я почувствовала её запах, её дыхание. Господи, женщина, что ты делаешь со мной? Пока я находилась в трансе, и мои щеки приобретали красный оттенок, рука учителя уже обосновалась на моей спине. Тамара Дмитриевна наклонилась ко мне снова, как в прошлый раз, и я краем глаза заметила, что наклон был слишком сильным, ещё немного и её (кхм кхм, пардон) попа коснётся стены. От этого на синей юбке исторички, разумеется останется след, потом его нужно будет стереть... Щеки загорелись с новой силой, и я сильнее сжала ручку в ладони. Преподаватель, вглядываясь в мою работу, легонько стала гладить мою спину, чтобы расслабить меня, но я напрягалась только сильнее. - Угостишь одной? - раздался шёпот над моим ухом. Её рука, которая на прошлой контрольной задирала рукав моей рубашки моей же ручкой, указала на упаковку цитрусовой жевательной резинки на столе, что лежала лицевой стороной вверх. Хотелось отказать или съязвить, но подняв голову и встретившись с глазами исторички, я мгновенно откинула эти идеи. Аккуратно взяв упаковку со стола, я вынула из неё одну подушечку жвачки, и положила на протянутую ладонь женщины. Если бы кто-нибудь из учеников обратил на нас внимание, то принял бы эту сцену за флирт, но даже моя соседка по парте была вовлечена во всеобщее списывание, пользуясь отвлеченностью учителя. А учитель же тем временем, смотря прямо в глаза своей ученицы, медленно положила жвачку между зубов, раскусила и скрыла во рту. Я застыла, наблюдая за этим. Вывел меня из транса шёпот над ухом: - Сегодня оригинальней, умница. Я даже почти не заметила. Тамара Дмитриевна выпрямилась, провела рукой по моей спине, и снова пошла расшугивать моих одноклассников. Я обернулась и все же увидела на юбке своей учительницы белый след от соприкосновения со стеной. Но мне ничего не оставалось, кроме как продолжить работу и уже в наглую списывать даты, пытаясь сбить красный оттенок с щек. Как только пара закончилась, весь класс выбежал из кабинета на перемену, но я задержалась у учительского стола, краснея ещё больше. Подняв на меня глаза преподаватель улыбнулась. - Что-то хотела, девочка моя? - Да... У вас белый след на юбке остался. - выпалила я. - Ой, как же это так, - она подскочила со стула, быстро ища что-то в сумке, - наверное о стену запачкалась... Посчитав, что мой долг выполнен, я уже направилась к выходу из кабинета, но моё запястье нежно перехватила рука исторички. - Постой! Можешь помочь стереть это? - она протянула мне влажную салфетку, отпуская запястье. - Я? - моё сердце совершило кульбит, - Да... Конечно. - я приняла салфетку, неловко переминаясь с ноги на ногу, осознавая на что согласилась. Тамара Дмитриевна повернулась спиной ко мне. Я же, оценивая ситуацию, присела перед ней и дрожащей рукой слегка провела по ткани, но поняла, что так дело не пойдёт. Сильнее прижимая салфетку к юбке, а по совместительству и к бедру учителя, я провела несколько раз вверх вниз, не оставляя от белого следа ничего. Избегая встречи с глазами этой женщины, я выкинула салфетку и стремительно выбежала из кабинета прямиком в туалет, чтобы освежиться. Дыхание сбилось, но не из-за бега, сама я раскраснелась и пускала пот, сердце стучало как бешеное, явно не собираясь сбавлять темп. Мне стало жарко и я сняла с себя олимпийку, оставаясь в майке, но даже это не помогло, не смотря на прохладу в школе. Всю пару я избегала смотреть в глаза преподавателю, хоть и ловила на своих открытых руках и ключицах заинтересованый взгляд. По окончанию пары я слилась с толпой и вышла из кабинета, все также стараясь не смотреть на Тамару Дмитриевну. На выходе я услышала, как она зовёт меня, но рванула в кабинет геометрии на другом этаже. Чувства полыхали, я все ещё не могла охладить тело. Чисто случайно я увидела в окне, как историчка садится в машину к одной из коллег, а не к мужу. На душе почему-то сразу стало легче, и я смогла сконцентрироваться на уроке. По приходу домой, я сразу выкинула только начатую, несчастную упаковку жвачки, на которой позади все ещё были приклеены шпоры.