Гротескная Эквестрия, или маленькое шоу больших пони.

Время близилось к вечеру, но в замке Кантерлота все равно кипела жизнь. Работники замка, от уборщиков и до членов совета, готовились к большой вечеринке Ночи кошмаров. Сегодня каждый пришел со своим жутким костюмом, и всем не терпелось показаться в нем на празднике нечисти и монстров. Тем более принцесса не скупилась и отвела для такого праздника весь банкетный зал с играми, конкурсами и закусками, а также украсила его фальшивой паутиной, летучими мышами, пауками и прочей атрибутикой этого славного празднества. Один только Нервус был угрюмым, хмурым и занятым, как и всегда. И пока остальные сдавали свои посты и шли переодеваться и гримироваться, правое копыто принцессы нес в тронный зал толстую пачку бумаг, которые Селестии нужно было подписать. — Бу! От неожиданно выскочившего из-за угла чейнджлинга Нервус упал на пол, разбросав документы по всему коридору. Чудовище, в свою очередь, начало громко смеяться, ткнув копытом в испуганного бедолагу. — Стража! На нас напали! — завопил Нервус, бегло собирая упавшие бумаги. — Что? Да успокойся ты, это я, Миддэй, — единорог снял с глаз голубые линзы, после чего помог советнику собрать документы. — Ты чем занят? Ребята уже собираются в зале! — Извини, но меня это… ребячество не интересует! — важно заявил недовольный жеребец, собрав стопку бумаг обратно. — Эй, дядюшка Скрудж, будь проще, а то скоро состаришься! — Сафер хлопнул приятеля по плечу и направился к остальным. — Приходи к нам, тебе будут рады! — Тебе будут рады, — передразнил собеседника Нервус, после чего направился туда, куда и шел изначально, — в тронный зал, откуда принцесса не выходила уже довольно продолжительное время. — Принцесса, позвольте войти, — громко произнес единорог, постучавшись в закрытые двери. Ответа же не последовало. За дверьми слышался лишь топот копыт, шипение и бурление. Нервус поразмыслил насчет этого и, взвесив все за и против, вошел без разрешения, и то, что увидел жеребец, по меньшей мере, удивило его. Свет во всем тронном зале был погашен, а посередине помещения стоял огромный котел со светящейся зеленой жидкостью, которая и издавала странные звуки. Советник неуверенно подошел к подозрительному вареву и понюхал его, отчего его сразу пробило на тошноту, но жеребец выдержал. Однако стоило Нервусу отойти от котла, как вдруг из-за спины, словно из ниоткуда, выскочила принцесса в рваном черном балахоне и большой остроконечной шляпе, издав зловещий смех. Перепугавшись еще раз, единорог пулей метнулся к трону, спрятавшись за него, и лишь осторожно поглядывал на богиню солнца, которая, казалось, совсем обезумела. «Веками я была светочем во тьме, Но раз в году позволить я могу себе Идеалы позабыть и зло на ночь одну впустить, ха-ха-ха! Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!» Решив не ждать ни секундой больше, Нервус аккуратно положил бумаги на трон, а сам побежал к выходу из тронного зала с аликорном в костюме ведьмы. Захлопнув за собой двери, советник сполз на пол и смахнул со лба испарину, решая, что ему делать дальше. И ответ пришел практически сам собой. Принцесса Луна! Богиня ночи всегда сохраняла хладнокровие и королевскую утонченность, а потому в ее компании можно было переждать злосчастную Ночь кошмаров. Поняв, что ему делать дальше, единорог пошел к королевским покоям, где Луна проводила много времени. И сейчас младшая сестра находилась в своей спальне. Нервус нечасто говорил с Луной, которая обычно держалась одна, но знал, что она хорошая и вежливая пони, а потому смело постучал в дверь. Но богиня ночи тоже не спешила открывать. Решив не испытывать судьбу, советник немного приоткрыл дверь и заглянул внутрь одним глазком. Принцесса Луна сидела перед зеркалом и прихорашивала свое лицо, тихо насвистывая приставучий мотив себе под нос. Поняв, что все в порядке, Нервус зашел к младшей сестре и тихо кашлянул, привлекая к себе внимание. — Эм, принцесса, простите за столь неожиданный визит в позднее время, но, хе-хе, сегодня вся Эквестрия сходит с ума. Ваша сестра надела огромную шляпу и прыгает вокруг котла. Можно я… Вдруг Луна поднялась со стула, закончив с макияжем, отчего единорог мгновенно умолк. Луна осмотрела себя в зеркале еще раз, после чего довольно кивнула и прошла на балкон. «Сестра моя беспечна, шутлива, но права, Ведь ночь так скоротечна, и ждут меня дела! Сегодня та вернется, кого боятся все, Я Найтмер Мун, и я приду во всей своей красе!» Вдруг в принцессу прямо с небес ударил поток темной магии, и когда это произошло, на месте милой пони стояла вселяющая ужас в сердца пони королева ночи, которая начала громогласно смеяться, отчего Нервус испугался уже в третий раз. «Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!» Рассмеявшись своим зловещим голосом еще раз, Найтмер Мун растворилась в черное облако и улетела куда-то в сторону Понивиля. Советник же осторожно высунул нос из-под кровати богини и, убедившись, что она ушла, вылез обратно, вновь задавшись вопросом, что ему делать дальше. В замке не осталось ни одного уголка, где жеребца бы не побеспокоили празднующие, а потому тихое место предстояло искать где-то еще. Покинув стены замка, Нервус принялся искать уголок в Кантерлоте, где его бы не беспокоили шум и посторонние лица. Однако буквально весь город стоял на ушах, и не было ни единого места, где взрослого не достали бы дети с ведрами, корзинами и сумками. Поэтому, незаметно для себя самого, единорог добрался до самого Понивиля. Несмотря на то, что Понивиль был гораздо более уютным, маленьким и менее населенным городом, ночная жизнь тут кипела ничуть не слабее, чем в Кантерлоте. Более того, розовая пони в костюме курицы заводила жителей города еще больше. Глядя на Пинки, которая пугалась буквально каждого шороха, вызывая настоящую волну из воплей и бегущих жеребят, Нервус не заметил, как к нему подобралась грозовая туча, которая внезапно ударила молнией под ноги жеребца, отчего тот закричал и побежал куда глаза глядят. Впрочем, убежал советник недалеко. Жеребец не заметил открывшуюся дверь и на всей скорости влетел в нее, после чего свалился на землю, набив большую шишку на голове. Из открывшейся двери же вышел человек, одетый во фрак с длинным плащом, а в руке держал корзинку в виде черепа пони. «Я здесь пробыл совсем чуть-чуть, недели даже нет, Но страшный праздник Хэллоуин, похоже, есть везде! Возьму корзину и костюм, пойду колядовать, Ну, а на то, что мне тридцать, мне как-то наплевать! Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!» Придя в себя, Нервус поднялся на ноги, потер ушибленное место и, проверив небеса, направился дальше. Было очевидно, что в этом мире от праздника никак не скрыться, а потому нужно идти на самые крайние меры. На такие меры, на которые не догадается пойти ни один пони в здравом уме. Единорог обдумал все как следует и решил, что лучше он уйдет прямиком в Тартар, чем останется слушать все эти бесконечные песни и смотреть на разодетых пони. Ближайшей пони, которая могла помочь советнику с такой деликатной просьбой, была ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл. А потому, не ожидая ни секунды больше, Нервус побежал к дубу, надеясь застать там лавандовую кобылку. — Я легендарный Свирл Бородатый! Великий творец заклинаний! Ты прочел книгу, которую я тебе дал, об истории единорогов? — Эм… Не дожидаясь окончания речи кобылы, Нервус влетел в дом, едва не проехавшись лицом по полу, но все же умудрился остаться на копытах. Единорожка в костюме Свирла и дракон в костюме… дракона уставились на незваного гостя, не понимая, что ему нужно. — Тартар! — отдышавшись, произнес советник. — Отправь меня… в Тартар! — Э-э-э, а что ты сделал? — спросила Твайлайт. — Я? Я… я… разбил твой стакан! — единорог убежал на кухню, но быстро вернулся с нее со стаканом, который разбил на глазах у ученицы принцессы. — Все, отправляй! — Ты какой-то странный. Все в порядке? — поинтересовалась кобыла. — Стоя-я-ять! — вдруг закричала Пинки Пай, вломившись в дом следом за жеребцом, но не через дверь, а, почему-то, окно. — Никто никуда не пойдет, пока я не исполню свой куплет! «Я Пинки Пай, и я спешу на самый страшный день, С собой возьму своих друзей, ведь с ними веселей, Нам всем пугаться предстоит, но если вдруг, то нас Моя сестренка защитит!» «Как скажешь, Пинки, да», — произнесла появившаяся из ниоткуда Мод Пай. «Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны вы обратно отбыть!» — Все, я закончила! Пока, — произнесла розовая пони, схватила в охапку кучу конфет из вазы и помчалась дальше. — Так что там насчет Тартара? — нетерпеливо спросил Нервус, который начинал сходить с ума от песен и испугов. — Ну, если ты так этого хочешь, — Спаркл пожала плечами и выстрелила в жеребца сиреневым лучом, который телепортировал пони в самые темные глубины планеты. — Какая странная ночь, а? — произнес Спайк. — И не говори. Я знала, что будет много гостей, но чтобы вот так… Вдруг крыша проломилась, и на пол свалилась серая пегаска, судя по виду которой, это была не первая крыша, которую она пробила своей головой. — Очень странная ночь, — только и произнесла единорожка, глядя на еще одну гостью. Несмотря на то, что в Тартаре было темно, жарко, душно, воняло разными нечистотами и жили самые кровожадные твари в мире, Нервусу тут было куда уютнее, чем наверху, с празднующими пони. Жеребец огляделся вокруг и, обнаружив более-менее освещенный камень, уселся на него, наслаждаясь гнетущей тишиной. Вот оно, долгожданное спокойствие, которое советник так долго искал, однако он не учел одной вещи. В Тартар попадают не для того, чтобы отдыхать, а чтобы страдать за свои грехи. Внезапно где-то сверху зажегся ядовито-красный свет, и Нервус увидел, как существа самой разной формы и размеров стояли на многочисленных холмах и склонах, глядя в одну точку, — небольшую платформу, которую окружала лишь бесконечная бездна, а на самой платформе стоял древний демон, который готовился что-то сказать. «Я лорд Тирек, здесь заточен уже не первый век, Когда избавлюсь от оков, заплатит мне весь свет. Но Ночь кошмаров даже я не смею прерывать, Вперед, друзья, пойдем скорей до дрожи всех пугать! Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны мы обратно отбыть!» — Черт, — устало вздохнул единорог, встал на ноги и пошел к выходу из Тартара, который был где-то высоко наверху, охраняемый цербером. Пока советник шел обратно в Понивиль, у него было много времени подумать над тем, что он делает. Нервус думал обо всех тех радостных и веселых пони, которые, несмотря на возраст и положение, одеваются в нелепые наряды и веселятся, словно дети. Подумал о том, каким же мерзким сухарем он выглядел в глазах остальных. Всю свою жизнь Нервус думал только о работе, изредка находя время для радостей жизни. Может, именно поэтому все считают его угрюмым и скучным? Достигнув поверхности, пони решил забыть все те негласные правила, которые он давным-давно поставил перед собой. Жеребец решил попробовать влиться в радостную толпу и повеселиться как следует. Хотя бы попробовать. Как раз все празднующие решили собраться в кучку и спеть вместе парочку песен, как одна большая дружная семья. И, что самое удивительное, в этой толпе были не только жители Понивиля. Сюда пришли и принцессы, и работники замка, и кантерлотские жители. Завидев такую толпу пони, Нервус испугался идти к ним и решил просто остаться в стороне, посмотреть, что же они будут петь. Тем временем из кучи вышел один человек, которого раньше никто не видел, но который без труда влился в толпу. Человек откашлялся, взял знакомый всем мотив и начал петь: «Привет, друзья, я автор этих строк, Спасибо, кто читает до сих пор, Мы все для вас старались, любви и счастья ва-а-ам! И не позвольте в эту ночь вас утащить в Тартар!» Стоило только незнакомцу пропеть эту строчку, как все в один момент развернулись к единственному стоящему в отдалении жеребцу. Заметив это, Нервус посмотрел по сторонам и даже заглянул за спину, после чего нервно рассмеялся. — Да, да, я понял, понял, — единорог присоединился к толпе. — Ну так что, будем припев петь, или нет? «Ликуйте, духи, бегите из Тартара, В мире настало время для кошмара. Но не забывайте за временем следить, Как утро настанет, должны вы обратно отбыть! Обратно отбы-ы-ыть, обратно отбы-ы-ыть!»