ночь оттенка перламутра

рома кричал на меня. — для тебя что, в порядке вещей это — говорить какая ты молодец, а потом сосаться с каким-то хачом, как только я вышел за порог?! — если ты перестанешь орать, я тебе все расскажу. — как я могу перестать орать, даша, блядь?! ты мне врала! я, сука, бегал, искал бабки, чтобы тебе нормально предложение сделать, а ты в это время ебалась тут с каким-то блядь чмошником?! и вот я снова ревела. — рома, — тихо просила я. — этот «чмошник» ухаживал за мной в течении двух вечеров так, как ты не ухаживал в течении семи лет. и при всем при этом, единственное, что я ему позволила — поцелуй., а потом он уехал, потому что я сказала, что выхожу замуж и выбираю тебя. да, я согласна, что я обманула тебя, но я считаю, что это ничего не занчит. — ничего не значит?! ты охуела или че?! рома схватил меня за плечо и вытолкнул из кухни. — как у тебя совести хватает вообще мне все это говорить? правы были пацаны, что ты та ещё шлюха? по любому в Москву катаешься, чтобы вот с такими богатенькими упырями трахаться. мне было слишком больно, я не могла вдохнуть. тем временем, рома уже швырнул мне мою сумку и указал на дверь. — уйди. просто уйди. я стояла перед ним в слезах и пижаме. и он ещё не знал одну странную, но важную вещь. — ты серьёзно выгоняешь меня из моей же квартиры? — пошла нахуй отсюда. — какой же ты ублюдок, — я горько усмехнулась и сползла по стене. — я вытащила тебя из дерьма, привезла сюда, кормила, поила и обстирывала, — я повернула голову и посмотрела ему в глаза с всей ненавистью, которая годами копилась во мне. — у меня задержка. у меня, возможно, будет ребёнок. на секунду его лицо изменилось и словно осветилось чем-то хорошим., но через мгновение он снова нахмурился и, скривив губы, сказал: — передай поздравления счастливому папаше. пиздуй. и я встала и вышла. эта была наитупейшая сопливая зарисовка: дождь, слёзы, мокрая пижама и питер. спасибо, что хоть сумку дал. я зашла в старбакс. бариста испуганно посмотрел на меня. я заняла столик в углу, чтобы не светиться. мне крупно повезло, что я не выложила телефон из сумки, придя с работы. и, наверное, я бы могла позвонить насте или любому другому близкому человеку, но я выбрала другое. я выбрала то, что мне казалось будет лучше. я нашла номер алана — ну, как нашла? попыталась найти по последним цифрам и трясущимися руками нажала на кнопку вызова. гудки, казалось, длились вечно. на другом конце раздался сонный, но такой успокаивающий тёплый голос. — что случилось? — алан., — тихо выдавила я, вытирая поступившие слёзы. — я приеду, где ты? — старбакс возле моего дома… то, что он оказался в питере может быть просто совпадением, но в этот момент я сочту это за судьбу. не прошло и 20ти минут, как алан вошёл в кофейню — немного растрепанный, в кожаной куртке, натянутой поверх мятой серой майки. судя по всему, я разбудила его. и все же он здесь. за считанные секунды парень нашёл меня взглядом и подошёл. — что случилось? что он сделал? я просто обняла его и уткнулась лицом в грудь — больше ничего не хотелось. — пойдем-ка со мной. парень вывел меня из старбакса и мы снова оказались в его машине. это напомнило мне ту ночь, когда матранг защитил меня от ублюдка в клубе. моя футболка промокла насквозь, как и леггинсы. алан долго смотрел на меня, потом протянул сигарету. я закурила. дым рассеивался и уплывал в приоткрытое окно. это так завораживало, что я забыла где нахожусь и почему плачу. слабачка. мы двинулись по улице. — куда мы едем? — ко мне. позже алан привёз меня в свой номер и дал чистую футболку. я приняла душ. у кровати меня ждал лёгкий ужин. матранг сидел, поджав ноги и с задумчивым видом смотрел в пол. — он тебя бил? — нет… я присела рядом. — ты мне расскажешь, что случилось? я повернулась к нему и прижалась губами к губам. он мгновенно расслабился. — женщина из дома напротив видела нас тогда. — она рассказала ему? — да. он выгал меня и… я хотела рассказать про ещё одну проблему, но решила, что не стоит. алан не обязан меня слушать и уж тем более быть рядом. я не один раз просила его уйти, а в итоге сама вернулась. зачем? — ладно, я понял. завтра утром я поеду и поговорю с ним. и если он хоть пальцем тебя тронул, я поправлю его рязанскую морду. — он меня не трогал… толчки же не считаются? — иди-ка сюда, — мягко сказал парень и притянул меня к себе. мы лежали и обнимались, как будто ничего не было. и я прекрасно понимала глупость этой ситуации. более того, я понимала, что совсем не знаю алана. и мне было совершенно все равно. я чувствовала себя в безопасности здесь, в его руках. я подняла голову и снова поцеловала его. мне нравилось, что я испытывала в эти моменты. парень поднялся и я оказалась под ним. наши губы все ещё не расставались. его большие мягкие руки сжимали мою талию и я ощущала, как таю. скоро алан спустился поцелуями к моей шее, но ворот футболки определённо мешал ему. — давай избавимся от этого? — тихо предложил он и я выполнила его просьбу. оставшись топлес, я обрела даже больше уверенности. губы артиста без стеснения исследовали мою грудь и я получала колоссальное удовольствие. алан спускался все ниже и я извивалась, стоило ему коснуться низа живота., а потом он снова припал к моим губам, но его рука проникла в трусы. я вздрогнула и сжала волосы на его затылке. парень вошёл в меня двумя пальцами и стал двигать ими то быстро, то медленно, пока я пыталась ловить воздух ртом. я с силой царапала его мощную спину и изнемогала от желания. — я должен… прерваться на минуту, — прошептал артист и, получив мое согласие, отошёл. вернулся алан уже в одних трусах и с пачкой презервативов в руке. он снова поцеловал меня и стянул бельё. его губы опять спускались ниже и ниже. поцелуй становились опаснее и скоро его язык заставил меня прогнуться в спине настолько, насколько я могла. я вцепилась рукой в его волосы и уже не сдерживала стоны. это ощущения были для меня новыми. скоро я почувствовала в себе ещё и пальцы алана и испытала свой первый оргазм. — можно войти? — спросил парень, снова нависнув надо мной. я улыбнулась: — in English, please. и это был лучший секс в моей жизни.