Часть 4
5 июля 2019 г., 12:24
Дазай вернулся домой только к одиннадцати, несмотря на то, что уходили они с рыжим часов в восемь. Из-за Чуи пришлось изменить своим привычкам и встать рано. Пришлось выслушать от дяди, как он заебался от жизни и такого племянника, если вкратце. Подробности парень опустил, не пытаясь вникнуть в то, что говорил ему Мори. И так понятно, отчитывает за безответственность и долбоебизм, которого хоть отбавляй. На вопрос дяди зачем они с Чуей сбежали, Дазай так и не смог ответить ничего внятного. Как говорится, приключений много не бывает, если жить скучно, придумай что учудить и втяни в это друзей. Шатен и сам порой удивлялся своим поступкам, но большей загадкой было конечно то, как так вышло, что его до сих пор никто в детдом не сдал.
Парень заперся в библиотеке, а оттуда через окно вылез на крышу. В доме работает кондиционер, а Дазай чертова снежная королева, в комнатах слишком холодно, поэтому шатен предпочел погреться, лежа на крыше. Дядя обычно сидит в доме и не выходит даже в сад, пока не начнет темнеть, а это значит, что никто даже и не заметит, где именно находится парень. Дазай закрыл глаза, ложась под ветки дерева. Теперь можно было спокойно задуматься над своей ориентацией. Как бы бредово и странно это не звучало, но парень чувствовал, что сделать это нужно, при чем срочно.
«Ну, во-первых, я считаю Чую красивым, — Дазай кивнул сам себе, плюс к своей голубизне — у него шикарные волосы и глаза… И вообще не желаю даже думать о том, что его может обнимать кто-либо кроме меня.» Парень сел и прижал к животу ноги, положив голову на колени. Один сплошной непроглядный пиздец, а не жизнь.
хоть те и отличные слушатели. Чуя конечно иногда говорил с ними, называя каждый по имени и спрашивая, все ли у них хорошо, но такое случалось только если парень находился в глубокой депрессии, из-за которой мог не выходить из комнаты несколько дней. Тогда кактусы заменяли всех знакомых. Но вот так просто, в нормальном состоянии, болтать с колючками такое себе занятие. Парень усмехнулся. Зачем болтать с колючками, если можно поболтать с ебаной плюшевой овцой?! Никто даже и не мечтает заниматься таким в пятнадцать, а у него есть такое замечательное времяпровождение.
На глазах внезапно заблестели слезы. Как будто от обиды на что-то несправедливое, на одиночество. С Чуей иногда случалось такое, мог расплакаться из-за малейшего пустяка, из-за какой-нибудь глупой мысли. Парень сел на кровати, вытирая с лица слезы. Нужно срочно на кухню за успокоительным. Это начинается нервный срыв, сначала долго копишь в себе эмоции, ничего не показываешь, даже смеешься, а потом бьешься в истерике и не можешь с этим ничего сделать. Скорее всего прибавилось и то, что рыжий до этого не спал несколько суток подряд.
К ногам казалось привязали гири. Парень добрался до кухни, преодолевая приступы истерики и желание упасть на полу в коридоре. Нашел в шкафу блистеры таблеток. Успокоительное и заодно снотворное, без этого не уснешь. Чуя последние время вообще не мог заснуть без снотворного, сквозь сон слышал каждый шорох, а ночь тянулась нестерпимо долго. Да и вдобавок под утро снились кошмары, из-за которых парень вскакивал часов в пять утра и больше не ложился до вечера.
— Чуя! — Дазай стоял напротив дома за калиткой и кричал, приложив к лицу руки. — Чу-уя-я!
На улице было жарко, солнце только перевалило за полдень. Дазай уже успел предупредить Ацуши, что тоже познакомит его с предметом воздыхания и может немного задержаться. Парень постоял молча, прислушиваясь. Только листья шелестят от ветра.
— Накахара Чуя! — парень осекся и выпрямился, по дорожке от дома шла женщина.
Дазай уже хотел сматываться поскорее, пока пизды не дали, но дама окликнула парня.
— Ты наверное к Чуе? — женщина приветливо улыбнулась, выходя за калитку и оставляя ее открытой. Шатен кивнул. — Можешь пройти, правда он еще спит.
— Спасибо! — парень тоже улыбнулся, выходя из ступора. Женщина уже собиралась уходить, но Дазай остановился за забором. — Вы ведь не будете против, если я украду вашего сына до вечера?
— Ну конечно. Я только рада, что у Чуи появился друг, который сможет вытащить его из дома.
Парень прошел по дорожке к дому, задумавшись и смотря под ноги. Друг, просто друг и ничего больше, это же логично, никаких других чувств кроме дружбы и быть не может. Дазай даже немного приободрился, убедив себя в том, что вчера он просто сорвался, когда внезапно написал Чуе, не вынеся назойливых мыслей.
Входная дверь была открыта, очевидно, женщина сразу как увидела Осаму решила так сделать. Парень оказался в небольшом коридоре. Справа была закрытая дверь, а в конце проход в гостиную. Шатен пошел вперед, если повернуть налево, еще одна также закрытая дверь и окно в конце. Парень заглянул в гостиную и направился к закрытой двери, которая по предположениям являлась комнатой рыжего. Дазай прислушался, во всем доме ни единого звука, и постучал. Ответа не последовало. Парень приоткрыл дверь и заглянул. У противоположной проходу стены стояла кровать. Рыжий спал, обняв игрушечную овечку и прижимая ноги к животу. Одеяло валялось рядом на полу. Дазай прошел в комнату и, подняв одеяло, накрыл Чую. Окно было открыто, а на улице ветер, не удивительно, что рыжий замерз и свернулся клубком. Парень подошел к столу, стоявшему правее кровати, опираясь на него и рассматривая кактусы. В комнату проникал яркий солнечный свет, создавая на всем золотой оттенок.
— Я глубиной твоих очей был очарован, тобою в сердце самое сражен… — парень опустил голову, смеясь над собственными мыслями и наивностью. Сорвался вчера, бред, ага, как же!
Дазай обернулся. Одеяло мягко упало на пол, а Чуя снова свернулся клубком.
— Я же говорил, не нужно меня накрывать.
— Прости, я думал ты замерз. — парень подошел ближе. Чуя говорил тихо, голос был заспанный и немного хриплый.
— Мне не холодно. — рыжий перевернулся на другой бок, ничего более не говоря.
Дазай, до этого смотревший в пол, поднял голову. Рыжий спокойно спал, парень протянул руку, собираясь тронуть за плечо, но заколебался. Почему Чуя не спросил, что делает шатен в его комнате и продолжает спать? Парень улыбнулся.
— Так ты спишь, солнышко. — Дазай снова протянул руку, осторожно проводя ладонью по волосам и закручивая одну из прядей на пальце.
Чуя резко вскочил, опираясь рукой на постель и все еще сжимая в руках игрушку. Шатен отпрянул, удивленный таким внезапным пробуждением рыжего.
— Это какого хуя сейчас было?! — рыжий смотрел на Дазая широко распахнутыми глазами. Шатен замялся, потирая шею. — Ты сейчас какого блять покраснел?! — у Чуи дрогнул голос. Дазай поднял глаза, почувствовав, что рыжий не собирается его убивать, а удивлен не меньше его.
— Твоя мама разрешила мне зайти.
Парень упал на кровать, закрывая лицо руками.
— Ебаный пиздец, хоть бы предупредил во сколько придешь.
— Прости.
Рыжий встал, поднял одеяло и, скомкав, кинул на кровать. Дазай отошел к двери, пытаясь выдавить виноватую улыбку, придумать как сострить, но выходило из рук вон плохо. Чуя потянулся, подходя ближе и наклоняясь, стараясь заглянуть в глаза.
— Чего приперся и изображаешь из себя невесту? — парень цыкнул и прошел мимо. Шаги отдавались эхом в пустом доме и били в виски. — Не стой столбом, проходи давай! — рыжий явно был не в восторге от такого начала дня и злился. Точнее скрывал удивление и чувство благодарности судьбе, самые блядские желания обычно и сбываются, заставляя логику тихо вскрываться линейкой.
Дазай прошел в гостиную, куда Чуя его так любезно чуть ли не впихнул, потому что шатен поплелся за ним в ванную. Рыжий только матерился и хмурился, мол, за какие такие заслуги за ним из ада прислали этого долбоеба.
Парень вернулся минут через пять, уже в нормальном виде, не было шалаша на голове, волосы аккуратно уложены и спадают на левое плечо, черная футболка и такого же оттенка джинсы. Шатен стоял около книжных полок и что-то рассматривал с задумчивым выражением лица. За время пока Чуя был в ванной, он навел полный порядок в голове, если его нормальное состояние можно считать адекватным. Дазай обернулся, ухмыляясь.
— Чу-у-уя, а мне кажется невестой у нас будешь ты, в детстве так на девчонку был похо-ож. — парень окинул рыжего оценивающим брезгливым взглядом. — Да и сейчас недалеко ушел.
— Тебя никто никогда не хотел выебать в рот, — парень шагнул в сторону гостя. — Чтобы заткнулся и больше не болтал?! — Дазай поднял руки, отрицательно качая головой. — Тогда я блять буду первым!
Рыжий всем своим видом ясно дал понять, что шутка вполне может воплотиться в жизнь, если Дазай не соизволит заткнуться. Шатен раздосадованно выдохнул.
— Ты такой бука. — парень обиженно надул щеки и отвернулся. — Я между прочим пытаюсь поднять тебе настроение.
— Не знаю, что ты там пытаешься сделать, но получается у тебя ужасно. — цыкнул рыжий. — Пошли уже, Ромео хуев.
Парню пришлось буквально выпихивать Дазая из дома, тот сопротивлялся до последнего, ссылаясь на то, что должен обследовать местность, ведь такая редкая возможность выдается раз в сто лет только самым смелым и отважным. Рыжий злобно рыкнул, мол, только самым долбоебам, а не отважным, после чего вытолкал шатена из дома.
Парни шли в сторону парка, продолжая сыпать оскорблениями в адрес друг друга при любой удобной возможности. Рыжий раздраженно шипел, Дазай подкалывал, натягивая издевательскую ухмылку, чем порядком выбешивал Чую. На улицах было достаточно тихо, будний день, полдень, жара, только два голоса, подбирающих самую лучшую и отборную ругань, которую могли вспомнить. Шатен остановил Накахару рукой, когда до входа в парк оставалось только перейти дорогу. У ларька стояли два парня, одного Дазай узнал, со вторым предстояло познакомиться и постараться наладить отношения.
— Чего встал? — рыжий недовольно посмотрел из-под своей шляпы, Дазай все-таки снизошел до такой милости, как зайти к себе и забрать ее, вручая после хозяину.
— Я ведь упоминал про чудесную парочку? — парень покосился на рыжего. — Я не хочу их смущать. — Дазай схватил Чую за запястье, спускаясь и цепляя чужие пальцы, сжимая руку парня.
— Это так ты не хочешь никого смущать?! — рыжий покраснел, но все равно поднял голову, прожигая взглядом стоящего рядом.
— Да ладно тебе, ничего такого, потерпишь немного. — парень улыбнулся и махнул стоящим на другой стороне улицы. Чуя посмотрел туда же. — Э-э-эй, Ацуши! — Дазай потащил рыжего через дорогу, тот все еще пытался списать происходящее на ошибку или неудачный розыгрыш. — А вот и мы!
Чуя стоял напротив брюнета, ошарашенного не меньше, не смея вырвать руку из руки Дазая. Ацуши с Дазаем болтали о чем-то, кивая то на рыжего, то на брюнета, которого тоже держали за руку.
— Чу, пошли. — Дазай сжал руку парня и потянул за собой. — Вы с Акутагавой будто из дома первый раз вышли.
— Какой нахуй Чу?! — шипел рыжий. — Что за гей-клуб?! — парень покосился на идущих впереди.
— Да ладно тебе, милая пара. — шатен с упреком посмотрел в глаза Чуе. — Кстати, ты же не против комнаты страха?
— Чего блять?!
— Надо было слушать когда мы решали. — Дазай притянул рыжего к себе — Так мне вчера не показалось, что ты боишься темноты? — парень едко улыбнулся.
Чуя опустил голову, сжимая свободную руку в кулак. Ведь в этом нет ничего такого, многие боятся темноты, но когда слышишь это из уст Дазая, становится стыдно. Рыжий пробормотал что-то себе под нос и на этот раз сам потянул Осаму вперед, чтобы не выебывался и не стебался, а с Ацуши болтал. Дазай вздохнул, стараясь не засмеяться, Чуя слишком милый когда злится. Парень посмотрел на Ацуши, белобрысый кажется тоже был не в восторге от идеи идти в комнату страха и вообще согласился только из-за Акутагавы. Шатен отпустил руку Накахары и подошел к Ацуши, который стоял рядом с брюнетом и всем своим видом давал понять, что может нахуй их эти страшилки.
— Хей, может мы с Акутагавой сходим вдвоем? — белобрысый немного приободрился и с надеждой посмотрел на Акутагаву.
— А Накахара? — брюнет неуверенно взглянул на рыжего, стоящего в стороне где его оставил Дазай.
— Наша принцесса слишком чувствительная для таких развлечений. — усмехнулся парень. — Пусть лучше здесь посидит, а то еще испугается и опять не уснет.
— Че ты там ляпнул мразота?! — Чуя тут же подскочил к шатену, скалясь. — Я пойду.
— Уве-е-ере-ен? — Дазай приторно улыбнулся, сдерживая смех.
— Да, блять!
Ацуши опустил голову, понимая, что придется идти вместе со всеми, Чуя был последней надеждой. Акутагава наклонился к парню.
— Тебе не обязательно идти. — брюнет посмотрел на новых знакомых, продолжающих агриться друг на друга и вздохнул.— Подождешь нас у колеса обозрения, возьмешь мороженое.
Парень кивнул, благодаря судьбу за то, что Акутагава не потащит его туда, куда он не хочет и все понимает, даже если ему не говорить, и скрылся за деревьями, пока Дазай не обращает на него внимания. Шатен слишком оптимистичен и непременно не отпустит белобрысого, пусть лучше идут втроем.
Колесо находилось на другом конце парка, ближе к речке. Ацуши уже издалека видел как Чуя бежит за Дазаем, а Рюноскэ идет рядом, удивляясь, что шатен вообще еще живой остался со своими шутками. Накаджима на секунду остановился, сравнивая отношения Дазая и Чуи с отношениями между ним и Акутагавой. Они ведь совсем разные, почему тогда они вместе? Это странно, чертовски странно и необычно. Белобрысый никогда не верил в то, что люди с абсолютно разными характерами сходятся. На деревьях шуршат листья, виднеется колесо обозрения, а голоса сзади уже почти не слышны на фоне остального шума. Ацуши вздохнул, качая головой и улыбаясь. Такие милые, хоть и ругаются отборным матом.
— Хе-е-ей, Чу. — Дазай примирительно улыбнулся и взял рыжего за руку. Тот цыкнул и закатил глаза. Бесит это «Чу», ну ей богу. Еще бы назвал его солнышком или по типу того, все равно тошно. — Мы почти пришли, давай продолжим потом, если так сильно хочешь.
— Ты сейчас как будто про секс говоришь. — рыжий впился ногтями в светлую кожу.
Дазай промолчал, краснея и отворачиваясь, глупо улыбаясь. Чуя же просто обрадовался отсутствию назойливого тупого шума и ничего не заметил. Такой наивный рыжий мальчик. Думает, что походит один день за руку с другим парнем, а на самом деле его уже намереваются оставить себе насколько возможно. Он ничего не подозревает, потому что между людьми знакомыми пару дней ничего не может быть, или потому что не так сильно испорчен, как Дазай? Хотя насчет неиспорченности это кажется слишком сильно сказано. Парни вошли в здание и тут же очутились в этом темном узком коридоре. Шаги по кафельной плитке разносятся громким эхом. Здесь кажется даже воздух прохладнее, но это наверное просто атмосфера действует. Акутагава хотел идти вперед, ибо всякие ужасы и страшилки, это по его части, парень не пугается ни капли, а вот реакция остальных всегда забавит, но Чуя, увидев самодовольную ухмылку Осаму, протиснулся вместе с ним вперед. Решил показать всю свою храбрость или как там обычно выделываются перед друзьями. Шатену оставалось лишь умиляться такому поведению. Чуя ведь совсем как ребенок, только очень умный и много плохого понимающий ребенок, которого чертовски хочется поцеловать и прижать к себе. Дазай бы так и сделал, только боится, что платить за такую выходку придется обществом Чуи. Да это и вполне логично, не бывает такого, не бывает чудес, потому и поверить в то, что рыжий чувствует к Дазаю то же, что и он к нему, не получается, как бы себя не убеждал. Выходит, придется изображать хорошего друга. Можно конечно попробовать сделать хоть самое малое для того чтобы понравиться Чуе, почему нет? Но все равно страшно.
Из пустоты коридора выпрыгнуло чучело с изрезанной маской вместо лица. Рыжий уже и без того довольно крепко сжимал чужую руку, а теперь и вовсе прижимался к Дазаю, стягивая ногтями кожу ниже локтя. Если бы можно было светиться от счастья в буквальном смысле, шатен точно превратился бы в ебучий маяк и отпугивал все что движется и видит. Благо здесь темно и Чуя не увидит довольной счастливой улыбки до ушей, даже если захочет. Акутагава шел молча, чуть ли не в спину дыша, что только больше нагнетало атмосферу. Кажется, ему нужно остаться здесь и прикинуться манекеном, у посетителей он будет точно пользоваться популярностью как самый стремный экспонат. От парня так и веет этой кладбищенской аурой. Брюнет еще и на мертвеца смахивает из-за бледной кожи, покрасневших глаз и синих мешков под ними. Чуя плотнее прижался к шатену, хватаясь обоими руками за его руку. Снова скример из темноты, Чуя впивается ногтями в кожу, да какими там ногтями, это настоящие когти, по-другому не назовешь, но боль на удивление приятна. Наверное у Дазая просто крыша поехала, а хотя, поехала еще давно, раз уж он смог влюбиться в парня, а сейчас же она слетела к чертям и больше возможности ее вернуть на место нет.
Парень шел вперед, замечая лишь прикосновения Чуи и оставаясь в относительно адекватном состоянии исключительно из-за боли. Это отрезвляет. Завтра Дазай обнаружит на руке красные следы от ногтей. Какой же милый подарок оставит ему рыжий в напоминание о себе. Хрен знает когда шатен в следующий раз увидит парня, поэтому пусть царапает сколько хочет, это память о нем, о их встрече, пусть оставляет шрамы, тогда можно будет помнить этот момент всю жизнь.
Последний поворот, последний скример, сопровождаемый криком из динамика. Парни вышли на улицу, Чуя дрожал, прижимаясь к шатену. Правда рыжий не заставил себя долго ждать и когда понял, что бояться больше нечего, отпихнул от себя Дазая, но рукой все равно скользнул к ладони и сжал руку шатена. Пальцы переплетаются, Чуя сам не замечает, как легкий румянец покрывает щеки. Дазай уже не реагирует на то, что весь красный. И так пойдет, ничего в этом плохого, кроме косых взглядов прохожих. И именно сейчас в голову ударили все те слова, которые он наговорил Чуе. Пытался успокоить, чтобы рыжий не боялся, а ведь по сути бред. Слишком стыдно. Дазай в растерянности. Что там он шептал? «Все хорошо. Я с тобой. Тебе не нужно бояться, когда я рядом. Я всегда буду с тобой, никогда не отпущу.»? Неужели можно было за десять минут наговорить столько бреда?! Как он вообще до этого додумался. Чуя злобно глянул на Осаму.
— Идиот. — в пол голоса говорит парень. Дазай удивленно посмотрел на рыжего. Кажется, их мысли сошлись и они оба считают Осаму просо гением пикапа. — Ничего поумнее не придумал?
Дазай смутился еще больше. Да, правда об одном подумали, так Чуя еще и подколоть решил, раз повод выдался.
— А нечего прижиматься как девчонка. Рефлекс сработал, знаешь ли. — Чуя хотел вырвать свою руку из руки Дазая, но парень сильнее сжал его ладонь. Всегда больно, когда тебе говорят, что сделанное для тебя было сделано против воли и на отвали, а особенно если тебе это понравилось. Чувствуешь себя использованным и выкинутым после этого, хотя исходя из логики, должно быть наоборот. — Подожди, прости, я не хотел. — парень чуть наклонился, желая убедиться, что Чуя сейчас не хочет его убить. — Не злись.
Рыжий вздохнул. Дазай безнадежен. Совсем безнадежен. За такое количество подъебов нужно гореть в аду еще при жизни. Акутагава усмехнулся, поровнявшись с парнями и услышав обрывок разговора. Видно конечно, что Дазай сильно нервничает и изо всех сил старается скрыть это, а Чуя вообще не особо разбирает, встречаются они с Дазаем или нет. Брюнет долго смотрел на них и сделал вывод, что все же встречаются. Но оба упорно не забывают подъебывать друг друга и беситься с этого. Знал бы Акутагава, что его предположения не верны и он не так хорошо разбирается в людях.
Дазай издалека заметил Ацуши. Парень решил перевести разговор и больше вообще не возвращаться к этой теме никогда, во всяком случае, не в компании точно. Он правда хуй знает, о чем именно зарекся даже не намекать, но предположения есть.
— Ацуши-кун! — парень махнул рукой и подтолкнул плечом брюнета, мол, иди, лети к своей любви! Белобрысый сидел на лавке с мороженым. Дазай с Чуей еще раньше отказались, от него только горло болит. Рюноскэ закатил глаза. Другим этот теоретик личную жизнь устраивает, а сам взял семпая за руку и уже весь красный. Кавалер херов.
Брюнет подошел к Ацуши и подцепил за подбородок, приподнимая лицо. Блондин подался вперед, собираясь поцеловать Акутагаву, хоть и непривычно делать это в парке. На людях Рюноскэ никогда на подобное не решался. Дазай с Чуей, как и Ацуши, пребывали в состоянии полного ахуя. Акутагава огладил щеку парня, повернул голову и откусил мороженое, которые Накаджима все это время держал в руках. Ацуши удивленно смотрел на брюнета, который стоял на против, довольно усмехаясь и сверкая глазами. Дазай нервно сглотнул, наблюдая всю эту сцену. Парень перевел взгляд на голубоглазого. Он… Улыбается?! Кажется, всего пол часа назад рыжий жаловался на то, что его затащили в гей-клуб. Шатен встряхнул головой, прогоняя собственные мысли, после снова взглянул на Акутагаву. По рассказам Ацуши, брюнет вообще тише воды, ниже травы, а на деле совсем иначе. Ну, или просто Рюноскэ сегодня в хорошем настроении. Карие глаза встретились взглядом с серыми, насмешливыми. Брюнет все еще улыбался, намекая на то, что в его действиях виноват только Дазай и никто больше. Нефиг было провоцировать.
Рыжий последним вышел из транса и потянул Осаму за руку, опустив голову и бормоча под нос. Ацуши покраснел, наконец приходя в себя. Чуя посмотрел наверх, как бы игнорируя и отрицая случившееся вместе с виноватым взглядом блондина. Они стоят рядом с колесом обозрения, кабинки плавно плывут по кругу, поднимаются вверх, опускаются к земле и снова поднимаются. Дазай перехватил полный слепой надежды взгляд Чуи. Он может сделать что-то для человека, ставшего за пару дней всей его жизнью. Он должен подарить этому человеку частичку счастья, должен заставить улыбнуться, должен заставить загореться глаза.
— Пойдемте на колесо! — Дазай усмехнулся. — Никто ведь высоты не боится? — парень приобнял Чую за плечо и улыбнулся, встречая упрек в голубых глазах.
Ацуши отрицательно покачал, он решил, что вопрос адресован именно в его сторону и даже немного смутился. Чуя молча кивнул, одобряя идею, мол, ну наконец пользу начал приносить, а то только подъебывает и стебет. Сердце пропустило удар. Когда они поднимутся наверх, солнце должно как раз скрыться за горизонт. Смотреть вместе с Чуей на закат с колеса обозрения, шатен и не мечтал о таком.
Чуя втолкнул парня в кабинку, когда тот залип на что-то левое и застыл на месте, мешая пройти, забрался сам. Акутагава специально задержался и вместе с Ацуши сел в следующую кабинку, романтик хренов. Дазай упал на скамейку рядом с рыжим, Чуя с силой сжал его руку, пристально смотря в глаза. Два голубых огонька мечутся из стороны в сторону, выдавая тревогу парня. Кабинка медленно поднимается вверх, покачиваясь от порывов ветра.
— Ты… чего? — Дазай неуверенно подался вперед, сжимая руку рыжего, пальцы переплетаются, Чуя не сопротивляется. Голубоглазый выжедающе молчит, словно никак не может решить, говорить или нет. Шатен провел свободной рукой по щеке Чуи, укладывая ладонь на голову, оглаживая большим пальцем скулы и зарываясь в рыжие пряди. — Что-то случилось?
— Я… понимаешь… — Чуя замялся. Дазай уже не на шутку обеспокоен поведением парня, не нужно, не нужно так смотреть, это невыносимо, когда знаешь, что человек не твой. Пусть говорит все что хочет, первое что придет в голову, любой бред, Дазай все равно выслушает и поймет. Рыжий вздохнул. На него смотрит пара карих глаз, шатен волнуется за него и не скрывает этого, не хочет скрывать, ему это не нужно. — Я высоты боюсь. — парень опустил голову, точно разозлился на себя и не хочет обматерить Дазая за свою слабость. Шатен облегченно выдохнул. А он уже успел надумать себе кучу самых разных вариантов, такого бреда. Парень засмеялся отстраняясь от рыжего и откидываясь спиной на стеклянную стенку кабинки.
— Не пугай меня так больше. — Дазай смотрит с улыбкой на Чую. Тот метает молнии из глаз, кажется готов выкинуть сейчас шатена за шкирку к чертовой матери из этой кабинки и бояться в гордом одиночестве. — Я с тобой, не бойся ничего.
— Чего лыбишься, ублюдок?! — парень с ненавистью посмотрел на кареглазого. Ему-то смешно, а Чуя серьезные вещи говорит, секреты считай доверяет. — Тварь.
— Я над собой. — шатен качает головой, ловя на себя вопросительный взгляд Накахары, который ясно выдает мысли рыжего. — И давай только без причисления меня к голубым.
Чуя отвернулся, недовольно цыкнув. Экстрасенс чертов, откуда Дазай узнал, что рыжий хочет назвать его пидором? Его слишком часто и слишком многие так именуют, не может же он видеть парня насквозь, или все и вправду на лице написано, как и сказал Мори? Дазай толкнул голубоглазого в плечо. Парень поднял глаза. Как и расчитывал Осаму, кабинка находилась на самом верху, солнце уходило за горизонт, окрашивая редкие облака в розовый, бледно-фиолетовый, рыжий и кое-где бордовый. В голубых глазах на секунду мелькнуло отражение солнечных лучей, Чуя зажмурился, но сразу открыл глаза снова, любуясь закатом. Рыжие волосы струятся по плечам, отливая золотом и медью. Дазай не отрывает глаз от парня. Накахара чуть заметно улыбается и сжимает ладонь шатена. Осаму снова вспыхнул, нельзя, невозможно быть таким идеальным, но у Чуи как-то получается. Кареглазый не знает, как для остальных, но для него Накахара точно идеал. Жаль, что этот идеал не принадлежит ему.
***
Парень лежал на кровати в своей комнате, закинув руки за голову и положив на живот плюшевую овечку. Рядом на полу валялся телефон. Мама ушла в магазин и Чуя вслух обсуждал вчерашний день с игрушкой, которая была единственным, что связывало его с детством и напоминало об отце. Мужчина подарил мальчику эту овечку, чтобы он не боялся засыпать один. Чую с детства мучили кошмары, либо не снилось ничего, либо темные коридоры по которым приходилось убегать от чего-то пугающего, каждый раз натыкаясь на тупик или запертую дверь. От этого не помогало ничего, поэтому когда Накахара в пять лет перебрался в отдельную комнату, заснуть часто не получалось. Тогда отец и принес ему игрушку. Чуя поначалу даже смотреть на нее не хотел, мол, что я, девчонка с овечкой спать? А через несколько дней вечером к мальчику зашла мама и сказала, что папа больше не придет. Чуя тогда не понял ничего, позже, когда повзрослел, сам все додумал. Отец работал в детективном агентстве, всплыла опасная для кого-то информация и его убрали с дороги, пока он не передал ее никому. Все логично. С того дня Чуя никогда не расставался с плюшевой овечкой и отказывался без нее засыпать. Долго парень не придумывал игрушке имя, а потом решил назвать ее Канашими. Овечка, вот единственный друг Чуи на протяжении десяти лет. — Почему этот придурок постоянно лезет в голову? — парень поднял игрушку и посмотрел в стеклянные глаза, будто она могла ответить, потом вздохнул. — Вот и я тоже хуй знает. На полу завибрировал телефон. Парень отложил овечку и наклонился, смотря на экран. Сообщение от неизвестного номера. Чуя хотел проигнорировать, но телефон снова включился, пришло еще одно сообщение с того же номера и почти сразу следующее. Рыжий поднял телефон. 12:43 Ээээй, Чуя-кун, может составишь мне завтра компанию? 12:43 Меня хочет вытащить из дома одна чудная парочка, но я не хочу гулять с ними по парку без второй полови-и-инки. 13:44 Ну пожалуйста. Чуя с минуту смотрел, вспоминая у кого есть его номер. Он не общается вообще ни с кем, так кто может ему писать, при этом называя по имени? Потом до парня все-таки дошло, что это Дазай, потому что больше некому. У парня по спине волна мурашек прокатилась, шатен ведь по-любому когда писал про вторую половинку сидел и ухмылялся своей остроумной шутке, а Чуя его из головы выкинуть не может. Жаль не знает, что и Дазай его не случайно вспомнил… Вот ведь приставучий идиот.Сообщение от: Голубой Мудак
12:46Чуя, мне нужно знать твой ответ прямо сейчас, не разбивай мне сердце!Сообщение от: Чуя ~♥
12:46 Ладно, ладно. Только хватит уже доказывать мне свою голубизну, я и так в ней не сомневаюсь. Парень лежал, не отводя взгляд от экрана телефона, потом отложил его в сторону и снова уложил игрушку себе на живот. Больше не с кем было поговорить, не с кем поделиться мыслями, поэтому почему нет. Хотя, были еще кактусы, загромождавшие весь подоконник, с ними тоже можно обсудить что угодно, но разговаривать с цветами это уже перебор,Ты сидишь рядом, чуть сжимаешь руку, Солнце так больно режет мне глаза. Зачем нужны мне эти чертовы закаты? Готов всю жизнь смотреть лишь на тебя.
